Глава 32

Юля

Он признался! Сказал, что любит меня! Сердце поет и танцует в груди. Я точно не сплю? Прижимаясь всем телом к сероглазому тирану, ощущаю небывалый душевный подъем. Влад понял мои чувства и принял их. Лучше и быть не может. Но слезы продолжают литься из глаз. Никак не получается их остановить. Тру глаза, но Волков ласково убирает мои ладони от лица.

— Ты все глаза себе сейчас выдавишь, — смеется мужчина, — а твоя ревность когда-нибудь точно будет стоить мне бизнеса.

— Тогда исполняй свои обещания.

— Юля, — голос мужчины становится ниже, Влад хватает пальцами мой подбородок и заглядывает в глаза.

Радужка уже полностью закрыта зрачком. Он возбужден или зол, я еще не поняла. Но вдруг он словно сбрасывает оковы желания и оглядывается по сторонам.

— Выглядишь уставшей, — говорит Волков, — нужно набраться сил, потому что ужинать мы будем на другом конце острова в поселении. Тебя ждет небольшой сюрприз. Интира приготовила платье. Сходи, помойся, отдохни и к семи спускайся.

— А ты? — я отказываюсь отпускать своего тирана хоть на секунду, крепко впиваясь пальцами в его рубашку.

— Я буду ждать тебя внизу ко времени. А сейчас осталось завершить важное дело с этим катером. Иди, — он разворачивает меня и подталкивает к бунгало.

— Ты не исчезнешь? — но я снова бросаюсь на шею своему мучителю.

Чувствую, что уже не смогу без него. От этого ощущения привязанности становится немного страшно. Что будет, если оно — всего лишь иллюзия? И по окончании трех недель разобьется на миллионы осколков, и я вместе с ней? Не буду об этом думать. Пока иду к бунгало, руками постоянно касаюсь живота. Как странно. Такое чувство, что больше не одна. Я жду ребенка? Пока еще рано это выяснять. Оказавшись спальне, падаю на постель и закрываю глаза. Вся усталость от переживания накатывает мягкой волной, увлекая в объятия сна.

Резкая боль в теле заставляет кричать. Но с губ срывается лишь рваный шепот.

— Помогите… кто-нибудь.

Я чувствую кровь, она повсюду! Скрежет металла, крики снаружи. Открыв глаза вижу женщину. Ее кожа совсем белая, взгляд словно остекленел. Она мертва. А рядом мужчина с переломанными костями.

— Мама… папа…

Затем шок вновь роняет меня в пучину беспамятства.

Открыв глаза, чувствую влагу на щеках. Эти навязчивые сны начинают сводить с ума. Кручу головой, пытаясь понять, где реальность, а где наваждение. Оно не похоже на вымысел, я будто вижу свою жизнь. Проигрываю ее раз за разом, но в безопасной реальности, созданной мной же. Алый закат настойчиво стучится в окна, бросаю руку вправо, нащупывая телефон. Осознав, что до выхода у меня всего двадцать минут, подпрыгиваю и скатываюсь с кровати. Включаю режим пожарника, быстро принимая душ. Чищу зубы, затем бегу к шкафу. На дверце висит платье.

Черное, совсем коротенькое. Божечки, Волков хочет нарядить меня в это? Пока дрожащими руками снимаю мягкую приятную ткань с вешалки, в голову лезут неприличные мысли, как пальцы мужчины будут ласкать меня под столиком ресторана или в машине, или еще где. Там, куда он планирует меня отвезти. Верх представляет собой полупрозрачное кружево. Платье одновременно и сдержанное и ну очень сексуальное. Внизу в коробке лежат босоножки на высоком каблуке.

Сбрасываю полотенце, быстро собираю волосы в небрежный пучок. Конечно же, наряд мне по размеру. Решаюсь на полное отсутствие белья. До конца нашего первого дня планирую соблазнить своего сероглазого тирана еще разок. Живот крутит не то от нервов, не то от голода. Расправляю платье и кручусь перед зеркалом. На это уходит минут десять. Упс! Время! Волков не любит ждать. Я распускаю волосы, от тайского шампуня они выглядят блестящими и очень мягкие на ощупь. Волнистые локоны рассыпаются по плечам.

Быстро хватаю косметичку и наношу сдержанный макияж. Тут уж как умею. Никаких тебе хайлатеров и румян. В Тайланде так влажно, что любая косметика мгновенно потечет. Поэтому мой выбор — умеренность. И последний штрих — обувь. Босоножки на тонкой шпильке идеально садятся на ножки. Далеко я на них, конечно, не уйду, но выглядят красиво и визуально удлиняют ноги. Платье кажется еще более коротким. Слегка краснею и румянец придает мне сексуальности. Неужели Юля Овечкина может быть такой?

Соски топорщатся, но красивая форма груди позволяет не надевать бюстгальтер и при этом выглядеть эстетично. Знаю, что он будет смотреть и от этого внизу становится жарко. А нам еще ужинать! Ох! Хватаю черную кожаную сумочку, кидаю туда мобильный, гигиеническую помаду и матирующие салфетки. Так, я готова! И опоздала всего на пять минут. Спускаюсь, а около бунгало уже ждет машина. Черный кабриолет. Волков о чем-то говорит с Винаем. Оба одеты в костюмы. И когда Влад успел переодеться? Любуюсь безупречной фигурой своего любимого.

Мне больше не стыдно. Откидываю каштановую прядь, затем уверенно подхожу к мужчинам.

— Прости, что опоздала, — встаю на носочки и целую его в губы.

— Девушкам положено задерживаться, — он придирчиво осматривает мое платье, и взгляд задерживается на торчащей груди.

Вижу, как дергается кадык мужчины. А глаза мгновенно темнеют. Думаю, в его мыслях этого платья на мне уже нет, а член вовсю орудует внутри раскрытой дырочки. От этих фантазий еле держу себя в руках, невольно закусываю губу.

Влад открывает мне дверь. Усаживаюсь на мягкое кожаное сидение. И снова меня окружает шик и блеск. Приборная панель «под дерево», восхитительный аромат дорогой кожи и даже крошечный минибар. Волков садится рядом, расстегивая верхние пуговицы рубашки. Прокашливается.

— Ты потрясающе выглядишь, — хрипотца выдает возбуждение.

Руками Влад сжимает руль так сильно, что костяшки пальцев белеют.

— Просто платье очень красивое, — краснею, понимая, что этот мужчина знает толк в эстетике.

— Настоящая красота — это ты, — дергается ко мне, прижимая к себе и яростно впивается в мои губы.

Открываюсь ему навстречу, позволяя углубить поцелуй. Наши языки переплетаются в безумном танце похоти. Понимаю, что еще чуть-чуть и ни до какой дальней части острова мы не доедем. Руки мужчины забираются под платье, лаская внутреннюю часть бедра, как вдруг мой желудок издает голодную трель. Не прерывая поцелуй, мы хихикаем. Обстановка стремительно разряжается, возбуждение мгновенно исчезает.

— Животик хочет кушать? — ласково спрашивает мужчина, убирая руку и заводя мотор.

— Прости, — лепечу, расправляя складки наряда.

— Юля, нам нужно это обсудить, — сурово произносит мужчина, и мы трогаемся с места.

— Что именно? — из-за сбившегося дыхания я почти шепчу.

— Ты постоянно извиняешься. Даже если ни в чем не виновата. Например, сейчас, — голос Влада одновременно серьезный и нежный, — хочешь кушать. Мало того, что молчишь, так еще и извиняешься за это желание. Думаешь, я разозлюсь на то, что моя девушка голодна?

— Нет.

— Я скорее буду корить себя. Это мне нужно извиниться, что полез к тебе под платье, перед этим не накормив, — улыбается мужчина, — ладно, шучу. Но доля правды в этом есть. Ведь хочу заботиться о тебе, дать все и обеспечить комфорт.

— Я счастлива, — выпаливаю, во все глаза пялясь на своего тирана, — ты не представляешь. Встреча с тобой, словно сон.

Мы проезжаем по узкой дороге вглубь тропического леса. Он огорожен, и я чувствую, будто попала в старый, но классный фильм «Парк Юрского периода». Прилипаю взглядом к высоким деревьям.

— Нравится? — Волков выглядит довольным.

— Конечно! Но почему он за воротами?

— Здесь категорически нельзя охотиться и гулять. Лес кишит всякими тварями. Это же тропики.

Но зеленая стена быстро заканчивается, открывая мне алое темнеющее небо, перетекающее в синеву безбрежного моря. Безумно красиво и завораживающе. Мне хочется начать щипать себя, чтобы убедиться, что не сплю.

— И правда рай… — констатирую, — спасибо тебе.

Он правой рукой притягивает меня к себе и целует в макушку.

— Это меньшее из того, что ты заслуживаешь.

Впереди виднеются небольшие одноэтажные домики с соломенными крышами. Или это не солома? Не понимаю. Туда-сюда снуют улыбчивые тайцы. Многие кивают Волкову, он же уважительно опускает голову в ответ.

— Справа мой отель, — говорит мужчина, сворачивая на галечную дорогу, — бунгало у моря. Мы старались сделать умеренные цены, чтобы обычные семьи могли отдохнуть с детьми. Прикоснуться к раю, так сказать.

— Да вы альтруист, господин Волков, — улыбаюсь.

— Если я могу чем-то помочь… — задумчиво говорит он.

Взгляд моего мучителя на миг темнеет, затем вновь становится ласковым. Что это было? И почему я до сих пор в своей голове называю его тираном и мучителем? Влад давно стал моим любимым мужчиной. Но привычка — вторая натура. Тем более, что эти слова теперь звучат иначе. Он — безумно сексуальный мучитель моего тела и тиран, захвативший в плен сердце.

— Приехали.

Перед нами белокаменное здание в изящном азиатском стиле. Толстые массивные колонны будто обхватывают могучие китайские драконы. Это ресторан? Волков огибает машину и открывает мне дверь.

— Добро пожаловать в «Белого орла». Тайский я знаю плохо, поэтому не смогу произнести название правильно, — Влад улыбается, затем протягивает руку, — мой ресторан. Пойдем, тебя ждет небольшой сюрприз.

К нам подходит молодая девушка, одетая в строгий костюм.

— Добрый вечер, господин Волков! Ваш столик уже подготовлен, — чеканит и дает знак следовать за ней.

— Здесь все такие… улыбчивые, — шепчу ему, пока мы проходим первый этаж, — спокойные и совершенно не грузятся из-за проблем.

— Они исповедуют буддизм. Это очень интересная религия.

Потолок подпирают колонны, а внутри царит расслабленная и живая атмосфера. Несмотря на внешний лоск, я вижу совершенно обычных туристов. Есть и хорошо одетые, но в основном — рядовые семьи с детьми. Наверх ведет большая широкая лестница. На балкончиках также сидят посетители. Играет приятная тайская музыка. В этом месте все очень аутентично. Я держу за руку своего возлюбленного и не могу сдержать улыбки. Он мой! Сжимаю его пальцы, а Влад переплетает их. Как же хорошо!

Нас ведут на открытый балкон, с которого видно море и закат. Там стоит один-единственный столик. На нем белоснежная скатерть с плетеной хлебницей. Пахнет свежей выпечкой. Влад отодвигает для меня стул. Дрожу от волнения, ведь впервые в таком месте. Это не то чтобы шикарный ресторан, но стильное, теплое и бесконечно уютное заведение. Как и его хозяин…

Не могу перестать любоваться своим мужчиной. Он садится напротив, и официант приносит винную карту. Наверное. Волков какое-то время изучает ее, затем закрывает и подзывает молодого тайца. Говорит что-то непонятное то ли на французском, то ли на итальянском и тот упархивает прочь.

— Ну как тебе? Это мой личный столик. Но теперь он наш… — во взгляде мужчины я вижу надежду.

— Я безумно счастлива, — еле держусь, чтобы не разреветься, — здесь так… красиво и уютно. Знаешь, я немного побаивалась, что ты привезешь меня в один из тех пафосных ресторанов с десятью вилками и пятью ножами.

— Это на втором этаже… — театрально обижается Влад.

— Ой… — мне дико стыдно.

— Я шучу маленькая, — ласково касается моей руки, — сам не люблю подобные места. Чувствую себя не в своей тарелке.

Сжимаю его пальцы. Мягкие, теплые, родные. Как жила до него? Люблю до безумия. Нам приносят белое вино, затем разливают по бокалам. Безумно вкусное, с легкими фруктовыми нотками. Влад заказывает мне рыбное блюдо с непроизносимым названием, салат и булочки. Я невольно поворачиваю голову и встречаюсь с гаснущим солнцем. Оно будто прощается, в последний раз обнимая лучами засыпающую землю. Невероятно красиво. Отвлекаюсь от созерцания и вижу своего тирана. Он не сводит с меня серых глаз.

— Ты самая красивая девушка, которую я когда-либо встречал, — выдыхает с обожанием в голосе.

— Не смущай меня, — опускаю глаза, но тут приносят еду.

И как только я подношу вилку с ароматной пряной рыбой ко рту, рядом с нами появляется женщина.

— Владик! — верещит и бросается на шею моему мучителю.