Глава 11. В сердцах холодный лед

Глава 11. В сердцах холодный лед

Меня слегка потряхивало. В груди нарастал ком напряжения и одного лишь желания. Хоть бы у нас все получилось. Поглядывая в окно, злилась на чистое голубое небо без единого облака, а в голове рисовала образы затянувшегося чернотой небесной выси, грозовых раскатов и ярко светящихся молний, и ливня, сквозь пелену которого едва можно было что рассмотреть.

Ножниц в комнатах у нас не было. Пришлось вызвать Эмилию и попросить ее об одной услуге. Служанка удивилась, но просьбу выполнила. Взяв ножницы, попросила девушку дождаться очередного поручения за дверью.

Распустив волосы, Андрия, подхватив локон волос, смотрела на себя в зеркало и никак не решалась сомкнуть режущие железные полотна.

Пришлось взяться за это дело самой. Аккуратно отчеканила несколько тонких светло-русых прядей и, соединив их, завязала кончики тесьмой. Подруга в это время уже успела черкануть на листе бумаги приглашение для младшего Арвайского.

«Срочно жду в своих покоях. Андрия».

Скрестив пальцы для исполнения задумки, заодно послала мысленную просьбу Единому и, схватив записку, вышла в коридор. Отдав бумажное послание Эмилии, сообщила, кому необходимо ее отдать.

– Если пронесешь записку, минуя рук статс-дамы, получишь два золотых. Если вздумаешь схитрить, я это все равно выясню. Попрошу главу Тайной канцелярии узнать, как ты выполнила мое поручение.

– Простите, леди Киара, но если Теодора Салькафт выведает о том, что не дала прочитать ей письмо, то я сразу лишусь работы, – взмолилась служанка.

– Сделай так: увидев Вильгара, покажи глазками на записку и с кокетством, не спеша уходи. Герцог быстро сообразит, кому предназначается письмо. Уверяю тебя, и двух шагов не сделаешь – лишишься послания. А потом со спокойной душой иди к статс-даме и со слезами на глазах разыграй перед ней сцену. Так, мол, и так… да что мне тебя учить. Сама придумаешь, как избежать гнева графини. И, думаю, ей сразу станет не до тебя. Мысли статс-дамы будут заняты содержанием на клочке бумаги.

Проследив, как Эмилия бросилась выполнять поручение, я вошла в покои Андрии и не поверила глазам. За окнами стояла темень. Подбежав к подоконнику, стала наблюдать за темными грозовыми тучами, стремительно наползающими друг на друга, спешившими закрыть непроглядной чернотой небосвод. Природа будто взбунтовалась. Было страшно смотреть на бушующие клубы черного водяного пара. Словно сама бездна пробралась из Ада и спешит захватить все пространство вокруг.

От охватившего холода в области солнечного сплетения уперлась руками в подоконник и не могла оторвать взора от первого разряда молнии, выскочившей светящейся змеей из небосвода и обрушившей всю свою мощь на землю.

Вздрогнув от визга Андрии, очнулась от захватывающего действа за окном. Поняв, что девушка может только все испортить, бросилась к себе в покои. Залетев в гардеробную, схватила шляпку с вуалью и заодно прихватила успокаивающие капли, в очередной раз отблагодарив маму.

Забежав в комнату к Одиевской, провернула ключ в двери. Налив в стакан воды, откупорила флакон и мгновенно уловила запах валерианы. Капнула по инструкции в воду пять капель темного зелья. Вода мгновенно окрасилась в темно-зеленый цвет. Скорей всего, в снадобье были добавлены еще какие-то травы, потому что в нашем мире настойка валерианы имела ярко-коричневый цвет. Об этом я знаю точно, не раз приходилась пользоваться. Подойдя к подруге, напоила мутной жидкостью.

Рванув к гардеробной, схватила первое попавшееся под руку платье. Побоялась, что младший Арвайский смог видеть, какое платье на мне сегодня было надето. На переодевание ушло минут десять. Корсет надевать не стала, время и так много ушло на шнуровку. Подойдя к зеркалу, прикрепила шпильками к прическе сделанный мною шиньон. Откинув светлый локон на спину, надела шляпу с большими полями. Опустив легкую сеточку на лицо, придирчиво осмотрела себя в зеркале. Для чего мне понадобились все эти приготовления, и почему я просто не накинула личину Одиеской? Да все по той же причине. Я не была уверена, что моя затея удаться. И если Вильгар распознает подмену, то всегда можно отшутиться. А если нам удаться обмануть герцога, то после исчезновения Андрии канцлер, воспользовавшись воспоминаниями брата, увидит в его памяти графиню Одиевскую. А то, что овал лица отличается и форма губ другая. На такое расхождение мало кто обратит внимание. Те же воспоминания будут и в голове подруги, если она попадется в лапы главы Тайной канцелярии. Это на тот случай, если задумка не удастся.

К счастью, графиня уже не вздрагивала от каждого раската грома за окном и очередной молнии.

От стука в дверь мы с подругой вздрогнули и переглянулись со смесью страха и ожидания в глазах. Схватив девушку, поволокла к гардеробной и, прикрыв платьями, быстро закрыла створки, оставив одну чуть приоткрытой. Подбежав к входу, провернула ключ и, открыв дверь, пригласила посетителя войти, а сама плавно направилась к окну.

– Андрия! – с наигранной дрожью в голосе воскликнул Вильгар.

Упыреныш был нетерпелив, широким шагом бросился ко мне. Но я, взмахнув рукой, остановила его прыть. Наблюдая в стекле окна за своим размытым отражением, всхлипнув, тихо произнесла:

– Герцог Вильгар. Я получила вашу записку. Скажу честно, меня удивило ваше желание прибыть в мои покои вечером.

– Малышка Андрия. Не понимаю, чему ты удивляешься. Я ведь весь сезон больше всего уделял внимания тебе. Не могу дождаться той минуты, когда перед всеми оглашу, кем хочу видеть тебя возле себя.

– Зачем же ждать так долго. Можете прямо сейчас сказать, что вы видите меня в качестве вашей фаворитки. Или, может, я ошибаюсь?

В комнате повисла минута тишины, и лишь разряды молний за окном вносили краски загадочности окружающей обстановке и разворачивающимся событиям.

– Так и знал, что Савар выслужится перед тобой.

– Граф Лирунский не имеет к этому никакого отношения. Графиня Киара Корхарт стала случайной свидетельницей вашего разговора. Скажу честно, мне было больно слышать то, о чем она поведала.

– Опять эта Корхарт. Андрия!.. Малышка!.. Пойми. Я люблю тебя! И не задумываясь взял бы в жены. Но дядя отверг твою кандидатуру. Только пойми. Я жить без тебя не могу!

Театрально приложив руку к груди, герцог Арвайский с мольбой в глазах смотрел на мое отражение в окне.

– Я тоже тебя люблю, – пропищала я, не менее театрально и для убедительности шмыгнула носом. – Но и ты пойми меня правильно! Мне не так просто принять это решение. Дай время подумать. Хочу остаться в тишине и одиночестве. Прошу. Разреши мне не участвовать в показных выступлениях невест в Королевском театре. У меня руки дрожат. Я боюсь опозориться. Представляешь, как надо мной будут смеяться, когда смычок выпадет из моих рук или фальшиво сыграю на скрипке.

Младшего Арвайского расперло от важности. Он и представить не мог, к чему приведет так ему ненавистный свадебный сезон. А вышло как нельзя лучше. И дядя оказался прав, уговорив его отказаться от женитьбы на Андрии. В итоге он получит жену с приданым и фаворитку. От одного взмаха ее длинных бархатных ресниц все внутри переворачивается и замирает в предвкушении близости. Сейчас Вильгар был готов выполнить любой каприз понравившейся ему девушки.

– Для тебя, любовь моя, исполню все, что хочешь! Это такая мелочь. Отдыхай. И я уверен, что ты дашь положительный ответ. Не представляешь, каким я могу быть щедрым. Твои родители поправят материальное положение. Да и ты не будешь ни в чем нуждаться.

В синеве глаз Вильгара отразился очередной извилистый свет молнии. Преобразив на мгновение младшего наследника в хищника, уже видевшего свою жертву растерзанной.

Выставив для прощального поцелуя руку, ощутив прикосновение влажных губ к пальчикам, томно вздохнула и улыбнулась одними уголками губ.

В ответ герцог выпрямился, подхватил локон светло-русых волос и, поднеся к губам, шепнул: – Любовь моя, встретимся на балу.

Наблюдая за уходящим из комнаты избалованным мальчиком, приостановила его.

– Вильгар! Можно тебя попросить еще об одной услуге. Прикажи служанке, чтобы не беспокоила меня эти дни. Если проголодаюсь, попрошу Киару принести мне булочку.

Так и не повернувшись на мой голос, младший Арвайский покинул покои. А я успокаивала свое трепещущее сердце и ждала появление подруги.

– Киара. Я не понимаю. Как он мог со мной так поступить.

Скорей всего, малышка Андрия до конца не верила и теперь заново переживала услышанный разговор между мной и Вильгаром.

– Андрия. Сейчас не время думать о подонке. Другими словами герцогского отпрыска я назвать не могу. Задам тебе один единственный вопрос, после которого назад дороги не будет. И пока я сама не знаю, к каким последствиям приведет наш поступок. Готова ли ты подруга покинуть замок Арвайских?

– Лучше рискну. Будущее с Вильгаром страшит больше.

– Тогда быстро снимай с себя платье, а я принесу комплект одежды по сегодняшней погоде…

Придирчиво осмотрев со всех сторон Андрию, опустила прикрепленную к шляпе вуаль. Удостоверившись, что кружева надежно скрывают лицо графини, дернула на всякий случай лежащий поверх плаща локон цвета утреннего тумана. Пришлось и мне пожертвовать волосами. Теперь ни у кого не возникнет сомнения, что перед ним графиня Киара Корхарт. Хотя в такую погоду все сидят по домам. Но стража на главных воротах всегда не дремлет. В этом убеждалась не раз.

Вручив в руки Андрии ридикюль с драгоценностями. Одиевская ни за что не хотела их брать, сославшись, что они ей не принадлежат. Пришлось вразумить ее холодным взглядом. Графиня быстро сникла и даже помогла привязать к талии не поместившиеся в сумочку ювелирные украшения. Подхватив ладонь подруги, вложила жетон, опустив на него ее ледяные пальчики, попросила:

– Ты только ничего не бойся. Помни. На кону твоя дальнейшая жизнь. Тебе главное выйти за ворота и выполнить то, что я тебе сказала. А дальше будем решать проблемы по мере их поступления.

Машинально сложив три первые пальца правой руки, перекрестила спину Андрии. Дождалась, когда в коридоре затихнет цоканье каблучков, схватила пучок светло-русых волос и мигом рванула в свои покои, не забыв закрыть дверь.

В отличие от графини Одиевской, мне необходимо было раздеться. Скинув всю одежду, надела легкую ночную сорочку, быстро набросила на плечи темно-зеленого цвета плащ. Пряди волос подруги засунула в карман. Посмотрев на балетки, сшитые из тонкой кожи, понимала, что с ними станет после пробежки под дождем и сырой траве, но выбора не было. Не хотелось привлекать к себе лишнего внимания. По коридорам замка необходимо было пройти бесшумно. Присев на дорожку, прислушалась к учащенному стуку сердца и рванула из комнаты, молясь Единому о помощи.

Видно, Бог услышал мою мольбу. По пути мне не встретилась ни одна живая душа. Скорей всего, все попрятались по своим покоям и боялись высунуть нос.

Выйдя на улицу, едва устояла на ногах, с такой силой на меня налетел шквалистый ветер с ливнем. От неожиданности я машинально пригнулась, закрыв лицо руками, пыталась спрятаться от холодных струй дождя. К моему удивлению, ветер, ударившись в меня, тут же отступил. Не понимая, что происходит, я медленно опустила руки, с изумлением наблюдая, как сплошные потоки воды бережно обходят меня.

Раздумывать над таким природным явлением было некогда. Подхватив края плаща, пустилась со всех ног к одной из стен, огораживающих герцогские родовые владения.

Песчаные дорожки парка практически скрылись под разлившимися лужами. Огибать их или перепрыгивать не было никакого смысла. Я уже не обращала внимания на чваканье воды в туфельках и на то, как порой ноги утопали выше щиколоток.

Все внимание было сосредоточенно на очередном раскате грома, от которого сотрясалась земля и закладывало уши. Молнии ударялись о землю с такой скоростью, что зачастую слышался их свист, чем-то похожий на полет снарядов.

Темень сгущалась, клубилась, подползая ко мне со всех сторон. Шквальный ветер, налетая на деревья, прогибал их чуть ли не до земли. Со всех сторон разносился треск сломанных веток и деревьев, а зачастую слышался протяжный сторон. В эти минуты мне казалось, что через чащу пробираются кровожадные существа.

От страха останавливалась, оглядывалась. Разносившиеся повсюду приглушенные и тягучие звуки напоминали мне больше стоны мучеников в Аду. От нахлынувшего ужасая бросалась бежать, лишь бы подальше оказаться от творившейся вокруг жути.

До нужного места добралась измотанной физически и морально. Облокотившись о стену, подставила под струи дождя пылающее лицо, заодно успокаивала тяжелое дыхание и нервы. Едва отдышавшись, в страхе быть увиденной кем-то, с опаской осмотрелась по сторонам.

Словно почувствовав мои терзания, природная стихия закружилась вокруг клубами черного холодного тумана, скрывая меня от случайного взгляда.

Не мешкая, тут же присела на корточки. Схватившись руками за камень среднего размера, находящегося внизу ограждения. Стала его расшатывать и вытягивать.

Этот круглый валун я заприметила в первый месяц обследования ограждения. Трудилась долго. По маленьким кусочкам отковыривала клинком уложенный между камнями закрепляющий слой. В итоге добилась того, что хотела. Небольшой проход внизу забора был сделан на крайний случай. Уже и не думала, что пригодится.

Не знаю почему, но в этот раз круглый булыжник никак не хотел вытаскиваться из своего места. Возможно, причиной стал сильнейший ливень. Каменная кладка, впитав в себя влагу, потяжелела и стала давить всей своей массой на низ.

Опустившись на колени, не обращая внимания на мокрую траву, пыталась так и этак обхватить валун, но окоченевшие пальцы скользили по гладкой сырой поверхности. Содрав очередной ноготь, всхлипнув, затрясла рукой, шепча: — Миленький. Ну чего ты не хочешь вылезать? Пойми, мне надо на ту сторону, а ты упираешься.

Шмыгнув носом, вновь схватилась за камень, и он, к моему удивлению, легко поддался. И мне даже показалось, что я особых усилий не принимала, он сам откатился в сторону. Размышлять над данным явлением опять времени не было.

Скинув с себя одежду, просунула ее через образовавшийся проем, туда же отправила балетки. Совершив оборотничество, проползла по камню, ощущая чешуей прохладу камней. Высунув голову из дыры, ощупала языком пространство вокруг и, не почувствовав по близости живых существ, выползла на дорожку тротуара, мощенную камнем.

Клубы темного пара так же продолжали окутывать меня. Я без опасения приняла человеческий облик. Развернув плащ, достала влажную сорочку и быстро надела на покрытое колкими мурашками тело. Не все струи дождя обходили стороной. А от шквального ветра не всегда успевала удержаться на ногах. Всунула ноги в похожие на мокрые тряпочки балетки. Надев плащ, тут же затряслась от сырости и холода и, накинув на голову капюшон, вышла из клубов марева.

Увидев экипаж в оговоренном с Андрией месте, чуть не заплакала от счастья. Графиня – большая умница, выполнила все, как мы с ней обговорили.

Подбежав к карете, резко открыла дверь. Крикнув кучеру, чтобы гнал, тут же запрыгнула в повозку.

Увидев меня, Одиевская бросилась в мои расставленные в стороны руки и, прижавшись, разрыдалась. Я тоже не из железа сделана. Так мы в обнимку и проревели до самого моего дома.

Изумленный взгляд Яримы говорил о многом.

– Девочка моя! Что за вид? И какие дела заставили тебя гулять по такой погоде?

В очередной раз тяжко вздохнув, смягчила материнское сердце поцелуем в щеку.

– Мам, я тебе все потом объясню. Сейчас помоги Андрии переодеться. А ко мне пришли Уану. И постарайся, чтобы она не узнала о девушке. А я завтра с утра прибуду, и мы вместе подумаем. Чем можно помочь графине Одиевской?

Зайдя в свои покои, первым делом ринулась в ванную. И через несколько минут уже нежилась в горячей воде. Закрыв глаза, в блаженстве простонала от расползающегося по телу тепла. Понежиться в ванне не дала пришедшая служанка.

Уана была бы не Уана, если бы не отругала меня за брошенные на пол вещи. Держа в одной руке плащ, а в другой сорочку, хлопая ресницами, оглядывалась по сторонам в поиске платья и панталон.

Отругав себя за тупость, поспешила направить мысли девушки в другое русло.

– Уана! Я разделась в гардеробной. И не стой, как истукан! Выкинь вещи и спину натри. Замерзла вся, пока карету дожидалась.

– Леди Киара! Ваша кожа имеет цвет недозрелой сливы! – схватив мочалку, служанка принялась надраивать спину, приговаривая: – И кто же в такую погоду из дома выходит? Ох! Я такого страху натерпелась, пока слушала перекаты грома. А уж как молнии в землю ударяли, так в испуге сердце останавливалось. И как там мои родные в деревне? Хоть бы избы нагрянувшая стихия не спалила.

– И не говори. У нас такое возле замка творилось. Первым делом подумала, будто демоны из бездны вылезли и попавшихся людей тут же пожирали.

– Госпожа! Не пугайте так. До сих пор от страха дрожу.

Хотела ухнуть и в очередной раз испугать служанку, но сразу перехотела, вспомнив, как она в прошлый раз приложила меня мочалкой. Переживания девушки о родных были мне только на руку.

– Я вот что думаю. Пусть тебя Идонт в деревню свезет. Проведаешь родных, заодно и посмотришь, как у них там. Монет дам, вдруг чего подремонтировать нужно.

От такой заботы девушка прослезилась и после того, как я вылезла из ванны, резво принялась меня вытирать, одевать, сушить волосы и делать прическу. Оставшись довольной своим внешним видом, я вложила в руку Уаны десять серебряников и, отправив ее восвояси, направилась к Андрии.

У нас было четыре гостевых комнаты. Как и предполагала, Андрию мама разместила в самой крайней. Тихонько приоткрыв дверь, вошла в покои. При виде сладко спящей на постели девушки мои губы разошлись в улыбке.

Мама, заботливо поправив край одеяла, с беспокойством во взгляде замерла возле кровати.

Тетушки, зависнув над Одиевской, с любопытством рассматривали ее.

Ну а бабушка как всегда, сидя в кресле, выпуская изо рта кольца дыма, с хитрым прищуром посматривала на меня.

Подумав, что они меня не выпустят, пока не узнают правду, присев в кресло, стоящее рядом с бабушкой, коротко пересказала им наши с графиней приключения.

– Козел недобитый! – ударив в злости кулачком о свою ладонь, высказалась о младшем Арвайском Симора.

Переглянувшись в изумлении, мы замолкли на некоторое время. Наша тихоня в очередной раз удивила своим красноречием.

– Четко ты подметила, назвав его упыренышем. Такой молодой да прыткий. Жену и фаворитку ему подавай. Не многовато для одного, – вставила свою лепту Хамира.

– Девочка моя. Ты, совершенно не задумываясь о последствиях, наживаешь себе врагов. Даже если никто не узнает, что ты замешана в похищении графини Одиевской, то позволь у тебя спросить. Сколько времени и где ты намерена ее прятать? – спокойным голосом спросила Кавис.

Окинув виноватым взглядом бестелесных духов и маму, пожав плечами, подхватила лежащий на диване плащ, который до этого надевала Андрия. Забрав с туалетного столика жетон, положила его в ридикюль.

– Я обязательно что-нибудь придумаю. Уану на два дня отправила в деревню к родным. Дождь практически прекратился. Мне пора ехать.

У меня едва хватило сил удержаться и при всех не согнуться от болезненного спазма. Выйдя из комнаты, прислонилась к стене и от накатившего бессилия медленно по ней сползла. Схватившись за живот, кусая губы, молча крича от расползающейся по телу боли, выламывающей кости, мысленно начала петь песню, не раз помогающую мне в трудных ситуациях. Для усмирения рвущейся на волю магии пришлось повторить куплеты песни два раза. Боль, к счастью, отступила так же быстро, как и накатила.

Тогда я еще не понимала, что уже как несколько месяцев назад одну за другой выпустила на волю свои магические стихии. А словами песни «Не может быть» закрывала их в себе, окружая мощнейшим блоком.

Сделав глубокий выдох, поднялась и, накинув на голову капюшон, направилась на выход.