Глава 39. Стефа

Мать еле откачали. Не ожидала, что она может так перенервничать. Одно дело, когда твой ребёнок тебе помогает по мелочи, и совсем другое – услышать про какие-то там подвиги.

Ибо, как оказалось, плевать она хотела на проблемы в этом мире, а вот на меня нет. Удивительно, мне всегда казалось иначе:

– Сдался тебе мир этот? У нас в жизни никому нет дела до тебя, кроме тебя самой! А если кто узнаёт? А если тебя запрутлаборатории и вообще по кусочкам разберут, ты совсем свихнулась? Ты же мать! А Аня на кого останется?

Аня, к слову, уже убежала в сад. Крыжовник зелёный трескать. В бабушку пошла, не очень-то сладкое любит. Мы же переглянулись с Антоновым. Показалось, что подумали об одном и том же – человеке с фотоаппаратом.

Мать заметила и закатила глаза. Гневно воззрилась на нашу парочку, пытаясь призвать нас к ответу:

– Ладно этот, – она ткнула в возмущённого парня. – У него ещё молоко на губах не обсохло. Но ты-то взрослая женщина! Каким местом ты думала, когда взлетала и поддавалась всему этому?

Стало обидно. И даже легкие интерьеры не могли вернуть мне настроение. Поставила чашку с ароматным чаем на стол. Тот немного расплескался на идеально белую скатерть.

– Вообще-то, у меня выбора не было! Ты представляешь,каково это, зависнуть посреди торгового центра и целый час не знать, как слезть оттуда? Или думаешь, что я сразу по грушам в режиме невидимости научилась лазить?

Обидно. Это был не мой выбор. Я много раз твердила, что мне эти способности не нужны. Не хочу я никого спасать, как бы не было это приятно и полезно. Вон, пусть такие, как Антонов,подобным занимаются.

– Если человек чего-то хочет, то он этого добьётся! Значит,ты не так уж и старалась избавиться от этого всего! Вон твой отец…

Мать осеклась, а мы с Антоновым, как два коршуна, впилисьв нее взглядами. Наконец-то мы вплотную подошли к тайне моего рождения. Это вдохновляло.

Потому что даже самая крохотная крупица информации могла помочь мне спасти ситуацию, понять, кто я и что дальше со всем этим делать. Уже было хотела начать атаку, как меня опередили.

Я с удивлением обнаружила, что Антонов привстал и насупился. Если бы не модный наряд, выглядеть могло бывнушительно. Но… Так походило на разборки подростка с мамашей:

– Ваша дочь не просила того, что ей досталось. И было бы замечательно, если бы она понимала, откуда у неё это. Сразу видно, что не от вас, вы женщина вполне приземлённая. Откуда у Стефании Авгеевны суперспособности?

Тот момент, когда даже мне захотелось ответить. Полнейшее несоответствие таланта убеждения и внешности. Это все равнокак если бы пузатый карапуз потребовал раскрыть ему теорию заговора.

Но тем не менее особый эффект все же был получен. Мы с мамой вытянулись по стойке смирно и вздрогнули. А голос-то какой у него, голос! Вот есть же такие, кто может режим Левитана включать по требованию.

– У кого-то, кажется, тоже суперспособности прорезались по ходу дела, – недовольно буркнула мать.

А потом она разгладила уже не столь идеально чистую скатерть, и в ее взгляде проскользнула обречённость. Я чуть со стула не упала. Если Антонов смог ее заставить рассказать правду, тогда…

Тогда я вот не представляю, на что этот парень способен,несмотря на довольно милую внешность. Вот тебе и скрытые таланты. Хотя кого я обманываю, Антонов вообще личность уникальная.

– Стефания Авгеевна… Вы что, в администрации работаете? Ну да Бог с вами. В общем, я в молодости из-за отца этой упрямой женщины чуть в дурку не попала. Но теперь понимаю, что, кажется, он и вправду был Богом.

– КЕМ?! – одновременно с Антоновом воскликнули мы.

Я плюхнулась на стул, лицо участкового вытянулось, а моя мать как ни в чем не бывало пошла к красивому деревянному трельяжу. Там она с каменным лицом, на котором читалась легкая грусть, достала из потайного ящика трубку.

Я так и знала. Если что, это я про трубку. Осуждающе посмотрела на мать. Та поймала мой взгляд и закатила глаза:

– Ой, да не строй из себя святую невинность, знаю, что дрянь редкостная, да и вредно до одного места, но сейчас мне нужно снять стресс.

Судя по скептически настроенному Антонову, курение трубки он также воспринимал негативно. Тут как бы другого мнения быть не может, но соглашусь, что выглядела мать весьма эклектично.

Как женщина из старого романа на берегу моря. Возможно, она бы с лёгкостью сошла да одну из героинь «Ста лет одиночества». Но это детали, я же ждала хоть какой-то информации, от волнения вцепившись в стол.

– Как ты знаешь, в молодости я была горячей штучкой. А ещё жаждала возвращения на родину. Я никогда ее не видела, да и какая Греция в советском союзе? Не смешите меня.

Про это знаю. Затаив дыхание, слушала дальше.

– Но так сложилось, что я таки туда попала. Не поверишь, вместе с делегацией священников. Есть в Греции парочка православных святынь. Так вот я поехала с визитом в одну из них. Даже не спрашивай, как у меня это вышло!

У меня челюсть отвисла. Нет, ну серьезно. Ну где моя мать и где религия? Она что, правда серьезно говорит? Антонов тоже смотрел с сомнением во взгляде.

Но это не смущало невероятную женщину напротив, и она продолжила свой рассказ…