Глава 15 · Лиза

— А там хоть нормальный душ? — спрашиваю Динару, вышедшую оттуда и забирающую свои вещи из раздевалки.

Никогда не принимала душ в этом спортивном корпусе. Но сегодня, наверное, стоит: играя в волейбол на улице, девчонки слишком расходились и несколько раз поднимали пыль из песка. Да и мяч сильно бросали, некоторые пасы заставляли меня падать.

— Вообще офигенный, советую, — с улыбкой отвечает она. — Водичка тёплая и приятная, без перебоев. И чистенько.

Тоже улыбаюсь ей и киваю. На самом деле, и без того собиралась: не зря же тут сижу и жду, когда хоть какая-то кабинка освободится. Пока я колебалась, девчонки заняли свои. Те, кто не пошёл, уже ушли, в раздевалке теперь я одна, никакой очереди.

Ценные вещи тут запираются в специальных ящичках прямо в раздевалке, так что не проблема. Оставляю там телефон и сумку, беру сменную одежду и пакет для физкультурной формы. Дианара задумчиво следит за моими действиями, и, поймав мой взгляд, снова улыбается.

— Подожду Женьку и тоже пойду, — зачем-то поясняет мне, почему уже одета и не уходит.

Ну логично, да. Они подруги. Киваю и иду в ванную: там три кабинки, из которых уже освобождена Динарой. Да и из второй выходит девчонка из другой группы, которая занималась сегодня с нами. Насколько я знаю, филфак.

Располагаю вещи на специальном ящичке возле батареи, захожу внутрь кабины. Включаю воду и действительно убеждаюсь, что нет проблем ни с напором, ни с температурой. Да и с комфортом. Здесь и вправду чисто. Гель для душа и шампунь тоже есть, что очень кстати, потому что я с собой не брала.

Пока моюсь, размышляю о сегодняшнем дне. Неужели Денис всё-таки смог повлиять на Кирилла путём шантажа или как там собирался? Я видела, что они и вправду резко выходили то ли поговорить, то ли ещё зачем. Вернулись в неоднозначном настрое. Кирилл — хмурым, Денис — задумчивым и настороженным. Но вроде бы ни на ком никаких фингалов не было.

А что ещё важнее: группа сегодня весь день вела себя как обычно. Будто не было никакого чата и планов пакостить, якобы избиения Фила и подставы с чаркой. Со мной общались, как раньше. Безмолвно обещавший мне ад Кирилл на меня даже взгляда не бросал.

Из чата меня исключили, конечно, но это не особо напрягало. Может, там вообще больше никого нет, вдруг они тотальную чистку сделали. Спрашивала Машу, её тоже исключили почти одновременно со мной.

В общем, по всему получается, что проблема, заставляющая меня с самого утра напрягаться; вот так просто решена. Физра у нас всегда последней парой, а потому я сейчас спокойно домоюсь и поеду домой. Именно поеду… Денис уже поставил меня перед фактом, что подвезёт, причём на этот раз на своей машине.

Вчера мы гуляли почти до самого утра. Потому сегодня оба скорее сонные, толком не общались. Но всё-таки перекидывались несколькими словами, а ещё я пересела к нему, обговорив это с Машей. Хотелось ещё раз обозначить всем, что я на его стороне, да и показалось, что как-то несправедливо, что он как бы особняком от всех. Что бы ни говорил, а это не так легко.

И то, с каким теплом посмотрел на меня Денис при этом моём поступке, говорило обо всём лучше любых слов. Так что всё, сижу теперь с ним. Ещё бы избавиться от смущения, которое этот парень во мне вызывает… С ним вроде легко и приятно, но одновременно и ужасно волнительно. А он ещё и не облегчает задачу, потому что периодически говорит и смотрит совсем не как друг.

Почему-то улыбаюсь, ставя гель для душа на место, и вдруг не попадаю. Ничего не видно… Резко выключается свет. Гель для душа падает на кафель, а я вглядываюсь в очертания обстановки, вслушиваюсь в звуки. Если отключилось электричество, почему вода в порядке?

— Жень, ты здесь? — спрашиваю, потому что вроде бы слышала какие-то звуки, но едва уловимые.

Отключаю воду, прислушиваюсь снова… В других кабинках её нет, там, видимо, пусто.

Я что, одна здесь?

Выскакиваю из кабинки, пытаясь разобраться, где мои вещи. Шарю… Нет. Их нет!

Возможно, я смотрю где-то не там, а потому продолжаю. Просто надо выйти отсюда, вот и всё. Но не голой же… Электричества, возможно, нет нигде, но в раздевалке есть окно, там посветлее будет, да и вообще ещё вечер, а не ночь. В коридоре меня тоже могут разглядеть.

Напрягаюсь всем телом, вдруг уловив смешки… Они за дверью. И они чертовски знакомые.

Скорее наугад щёлкаю по выключателю…. Он, оказывается, был выключен кем-то. Электричество есть: пространство вокруг меня тут же загорается светом, демонстрируя, что моих вещей и вправду нет.

Холодок бежит по коже. Это подстава?

— Где мои вещи? — выпаливаю почему-то именно это, дёргая ручку двери. Не поддаётся. А смех становится громче.

— Посиди тут немножко, — слышу презрительный голос Динары, которая ещё недавно разговаривала со мной чуть ли не по-дружески. — Подумай… Например, о том, какую сторону стоит выбирать.

— Потом тебя отопрём, — насмешливо добавляет Женя. — Погуляем немножко, дадим тебе время с мыслями собраться и придём… Может быть.

— Физрук меня найдёт, — выдавливаю, не в силах поверить, что это долбанная реальность.

Мой телефон в раздевалке в ящике заперт. А я тут, в тесном помещении среди трёх душевых кабинок.

Зависеть от милости мстительных идиоток? Насчёт Динары, кстати, я могла бы догадаться… Она слишком очевидно влюблена в Кирилла. Он легко может ею манипулировать, особенно, если чат всё ещё есть и всё запланировано. Но Женя… С кем поведёшься?

И даже тот факт, что физрук скоро будет делать обход и проверять, все ли ушли, можно ли запирать корпус — не особо успокаивает. Меня ведь застанут абсолютно голой…

— Физрук дал ключи нам, он домой хочет, а не ждать, когда все помоются. Девочки всегда задерживаются. Так что все уже ушли, а твой Денис слишком занят другими делами, — она прыскает.

Его тоже отвлекли? Подобным образом подставили? Ещё жёстче?

— Настучишь физруку или ещё кому — пожалеешь, — угрожает Женя. — Сами тебя выпустим до завтрашних пар, и никто ничего не узнает. Может, даже сегодня, если когда мы вернёмся через часик-два, ты будешь сговорчивой. Тогда у всех всё будет хорошо.

* * *

Обессилено прислоняюсь спиной к двери, за которой всё затихло. Может, я зря послала этих дур нахрен? Теперь они ушли и непонятно вообще, вернутся ли.

По всему похоже, что не только раздевалки и душевые — весь физкультурный корпус заперт и все разошлись. А при таком раскладе я ещё долго могу тут торчать абсолютно голая… Тело уже колотит: тут банально сыро и прохладно, не говоря уж о том, как страшно. Кушать хочется, выйти наружу и иметь хоть какую-то определённость. Слёзы высыхают, попытки кричать во всё горло и пытаться выбить дверь только обессилили настолько, что ноги едва держат теперь. Шмыгаю носом, не понимая, как вообще могла вляпаться в такую ситуацию.

Видимо, доверчивая дура я всё-таки. А ведь телефон наверняка разрывается от звонков там, в ящичке… Как минимум Денис меня должен искать. Если, конечно, вообще освободился от внезапных дел — скорее всего, от очередной подставы.

Цепляюсь за мысли о нём, как за надежду. Умом понимаю, что даже если Денис каким-то чудом быстро решил ситуацию, которую создали ему, вряд ли решит искать меня в запертом корпусе. Может, даже подумает, что я просто домой ушла. Скорее всего, ему на это как минимум намекнут.

Хотя он, в отличие от меня, совсем не из доверчивых дураков. Тем более я не буду отвечать на звонки…

Боже, обошлось бы без Тимура! Но увы, не найдя меня нигде, Денис, скорее всего, обратится к моему брату. Офигительный расклад, конечно. Долбанные Динара с Женей. И Кирилл, явно подбивший их на это. И все те придурки, которые ещё остались в грёбанном чате и решают там непонятно что!

Злость придаёт сил: снова долблю в дверь, хоть и не особо рассчитываю её выбить, как в фильмах. Поначалу пыталась, кстати. А по поводу причинённого ущерба имуществу универа отвечала бы потом Динара, как та, кому физрук передал ключи и которая должна была уходить отсюда последней.

Увы, моих сил на это не хватило. Опять скорее нога ноет, но вдруг слышу торопливые шаги по коридору.

— Лиза! — знакомый голос заставляет вздрогнуть. — Ты здесь?

С губ сам собой срывается всхлип. Боже… Сколько я уже здесь? Слышать Дениса — чудо какое-то, хотя вроде бы и цеплялась за надежду всё это время. Сейчас как будто не верю.

— Да, я здесь, — умудряюсь выдавить почти без эмоций, не таким уж дрожащим голосом.

Денис тоже уже рядом — слышу его тяжёлый вздох. Надрывный как будто.

— Наконец-то, блять… — проговаривает Денис скорее себе, и совсем не таким спокойным голосом, который пыталась изобразить я. — Сейчас открою, — это уже громче: мне.

Чуть отхожу от двери. Снова не могу поверить, что вот-вот, и буду свободна. Как Денис догадался, что меня здесь заперли? Как вообще смог попасть в корпус?

— У тебя ключи?

— Нет, отмычка, — слышу, как он начинает проделывать ею какие-то махинации. Кстати, довольно привычно, а ведь не самые обычные навыки. И вообще, Денис что, её постоянно с собой носит? — Искал тебя… Тут уже никого, — добавляет скорее рвано, напряжённо, продолжая свои действия.

Вот-вот и откроет… Неужели на этом всё? Или, судя по началу, война будет лишь набирать обороты, а подставы станут ещё жёстче?

Аж подпрыгиваю, вдруг сообразив, что вообще-то голая тут стою. В смысле, абсолютно. Даже без нижнего белья. И прикрыться нечем…

А Денис вот-вот зайдёт. Он явно уже заканчивает, слышу, как поворачивается замок.

— Подожди! — резко вскрикиваю. Слышу, как Денис замирает, ничего не говоря. Сглатываю и стараюсь спокойнее объяснить: — Я не одета. Я буду в кабинке душа, ты отопри и выйди.

Сердце тут же ускоряет темп от одной только уже несбывшейся вероятности, что Денис мог увидеть меня без всего… Да я даже тогда, в доме Саши и Алисы, от неловкости чуть не сгорела, хотя была в нижнем белье и закрывалась одеялом. А тут…

И ведь тогда где-то в доме были хозяева, а сейчас во всём корпусе никого, кроме нас с Денисом.

Который, кстати, совсем притих после моих слов. Ничего не говорит и не делает. Но ещё там, чувствую же. Причём и напряжение улавливаю. Или это моё?

Кидаюсь к кабинке душа. И вовремя, потому что Денис всё-таки спрашивает чуть более хрипло, чем говорил раньше:

— Спряталась?

— Да, — выдавливаю, чуть ли не зажмурившись.

Вот-вот он зайдёт… Да, я в кабинке, но такое ощущение, что совсем ничем не прикрыта. Обхватываю себя руками: тело снова бьёт дрожь.

Денис заходит. А я вообще задвинула щеколду в кабинке? Не помню этого.

Он приближается — чувствую это чуть ли не каждой клеточкой. Денис виден мне плохо, только совсем слабые очертания силуэта, а значит, и я для него примерно так же выгляжу сейчас. Но от этого совсем не легче. Чуть ли не самый откровенный момент в моей жизни. Сама не знаю, почему, но воспринимается именно так. Сердце никак не успокаивается.

А Денис раздевается… Вижу это, безотрывно и до рези в глазах вглядываясь в его силуэт. Сердце пропускает удар — потому что после этого неоднозначного действия, парень, чьё присутствие и без того способно выбить меня из колеи, безошибочно приближается именно к моей кабинке.

Пятясь к стене, вдруг понимаю — мне совсем не страшно. Не так, как было, когда препод зажимал меня в кабинете. Мне скорее… Волнительно. Слишком. Мысли путаются. Слышу короткий стук.

— Возьми мою футболку, — одновременно с этим действием уверенно и даже мягко говорит Денис. — Выйдем отсюда вместе.

С меня срывается судорожный вздох. М-да… Я совсем растеряла мозги? Реально думала, что он собирается со мной тут в кабинке душ принять или ещё что? Снял ведь и вправду только футболку.

Тут же слегка приоткрываю дверь и забираю предлагаемую вещь, пока не оскорбила Дениса неуместными подозрениями. Тем более что она действительно кстати. Хотя бы основное прикроет.

Наши пальцы соприкасаются, пока я беру футболку — и Денис наверняка улавливает, как дрожат мои. Судорожно надеваю на себя вещь… Тёплая такая. Почти горячая.

Вроде бы успокоившееся сердце снова набирает темп. В футболке Дениса на абсолютно голое тело странные ощущения: как будто это не вещь его, а прикосновения. Слишком остро ощущаю парня, недавно носившего её. Она ведь тоже прикасалась к его коже без каких-либо преград.

— Моя сумка и телефон в ящичке, а ключи от него тоже стащили, — решаю заговорить, чтобы перебить неловкость.

Не спешу выходить, хотя уже одета. Жаль, что в кабинке нет зеркала. Чувствую, что футболка прикрывает попу, но при этом ноги почти полностью обнажены, включая бёдра. Что ж, это меньшая из проблем. А отвердевшие соски можно скрыть волосами, перекинув их вперёд.

— Кто? — не сразу спрашивает Денис. Требовательно, даже жёстко.

— Динара и Женя, — отвечаю, не колеблясь. Не тот случай, когда я могу считать себя крысой, выдавая чужие косяки.

Сквозь кабинку вижу, как Денис делает какое-то движение к двери: как будто подрывается за названными девушками, но всё же тормозит себя. Усмехается чему-то…

Ну да, они обещали заявиться, чтобы выдвинуть мне свой ультиматум, но не факт, что сделают это после моего посыла нахер. И вообще, я об этом Денису не говорила. Где их разыскивать собрался? Правильно, что тормознул.

Тем более я вообще не представляю, как он планирует с ними справляться. Явно привык решать всё силой, но сомневаюсь, что поднимает руку на тех, кто слабее. А уж на девушек…

Ладно, это всё уже не так важно — пора отсюда уходить. Мрачное молчание Дениса становится давящим, да и сама по себе ситуация всё ещё выбивает.

Глубокий вдох. Выдох… Ещё раз поправляю волосы, закрывающие очертания груди и сосков. На ощупь проверяю, достаточно ли прикрыта попа… Наконец выхожу.

Сразу же натыкаюсь на взгляд Дениса. Горящий и напряжённый одновременно. Мне кажется, или парень и дышать стал тяжелее?

А меня наверняка заливает краской с ног до головы. Прямо по той же траектории, по которой ходит его взгляд. Ещё и останавливается периодически… Причём не там, где стоит. Вообще нигде не стоит, а уж прожигать глазами мне то ноги, то губы, то область груди, как будто совсем не скрытую волосами — явно лишнее!

А ещё более лишнее — то, что и мой взгляд против воли периодически зависает на голом торсе Дениса. Такое красивое подкачанное тело… Не видела раньше, чтобы кубики на прессе вырисовывались без напряга мышц.

— Постоянно ношу твою одежду, — неловко посмеиваюсь, стараясь разрядить обстановку.

Только она какого-то чёрта словно сильнее заряжается, когда мы встречаемся взглядами на моих словах. Нервно сглатываю. Довольно шумно…

Мы тут почти полуголые друг напротив друга стоим наедине.

— Тебе идёт, — голос Дениса звучит уверенно и обволакивает спокойствием. — А насчёт ящичка не переживай, отмычка и к нему подойдёт.

Забавно, но насчёт ящичка я уже и забыть как будто успела за эти несколько секунд, что выйти из кабинки решалась. Или за те, во время которых стояла под его пристальным взглядом, разве что не дрожа?

— Спасибо, — беру себя в руки и настраиваюсь на насущное.

Много там у меня пропущенных звонков, скорее всего… И не факт, что только от Дениса.

— Сейчас едем до ближайшего нормального магазина одежды, оставляю тебя в машине и покупаю, переодеваешься, и подвезу домой. Завтра в универ не приходи. Буду доходчиво разбираться с охреневшими, тебя не должно задеть. Послезавтра уже всё будет в порядке.

Кусаю губы, не зная, как и воспринимать эти решительные заявления, явно не требующие моего ответа. Но буквально каждое тут вышибает. А самое досадное, что и возразить нечего.

Денис собирается сам покупать мне одежду? Неловко, конечно, но логично — сейчас осень, я в одной футболке… Даже если снова надену его куртку, всё равно в таком виде на голое тело являться в магазин — такое себе. Домой тоже… Мама сегодня никуда не уходила, потому и звонить уже могла. Утром она спала и не видела, в чём я ушла и далеко не весь мой гардероб знает наизусть. Я и сама себе вещи покупаю.

Так что тут ладно… Дам Денису свою карточку и пусть купит что-нибудь недорогое и удобное. Но насчёт завтра…

Моего мнения об этом явно не спрашивают — Денис просто перед фактами поставил и уже идёт к женской раздевалке, где у меня сумка и телефон в ящичке. Достаёт отмычку… Действует сосредоточенно и без колебаний.

А я смотрю на него и уже почти забываю, что мы оба не так уж одеты. В голове мысли о завтрашнем… Что за жесть Денис планирует, раз считает, что мне не стоит там присутствовать?

И раз абсолютно уверен, что на этом вся, мягко говоря, непростая ситуация с Кириллом и другими однокурсниками будет окончательно решена.

Вспоминаю, как Денис рассказывал про приёмы самообороны, чётко распознавая ошибки в фильме там, где многие бы и внимания не обратили. А ещё его работа… Некоторые тайны, о которых предпочитает умолчать… То, как ловко и привычно обращается с отмычкой, которую зачем-то носит с собой…

— Будь осторожнее, пожалуйста, — не выдерживаю. — Не надо, чтобы у тебя были проблемы из-за этих разборок.

Денис замирает на какие-то секунды, бросив на меня нечитаемый взгляд. А потом ещё более ловко и технично расправляется с замком ящичка.

— Проблемы будут только у них, — заявляет, отпирая нужную мне дверь. — Не бойся, скоро всё позади, — это он добавляет, уже выпрямляясь и развернувшись ко мне.

Женская раздевалка вроде бы достаточно просторная, но в секунду как будто сужается до места, где мы стоим друг напротив друга. Довольно близко…

— Спасибо, — снова говорю, вернее, еле выдавливаю: Денис протягивает мне сумочку.

Телефон достаю сама. Да, пропущенные есть… В основном от него. Мы обменялись номерами в начале пар, хотя как оказалось, это была скорее формальность. Денис уже звонил на свой с моего телефона, таким образом сохранив и мои цифры себе, и его — мне. Причём признался мне в этом так обаятельно, что только и могла, что улыбнуться в ответ.

Отрешённо смотрю дальше… Мама звонила один раз. Потом от неё сообщения с извинениями, если помешала занятиям или ещё чему и просьба прийти после пар домой, есть важный разговор. Тимур не звонил.

— Вообще-то это тебе спасибо, — неожиданно заговаривает всё это время безотрывно смотрящий на меня Денис. — Ты поддержала меня.

Выключаю телефон, смотрю в ответ. Денис вроде бы улыбается, но выглядит загруженным. И ведь благодарил уже за тот случай с чаркой, зачем ещё раз? Из-за того, что я подтвердила сторону сегодня, сев и общаясь с ним?

— Как же иначе? — правда не понимаю.

— Ну можно было, — невесело усмехается Денис.

Меня как током прошибает осознание невысказанного им — случившееся сегодня со мной во многом ведь из-за этого. И, возможно, любая другая на моём месте бы испугалась возможности таких последствий и постаралась бы как-то сгладить. Я же, наоборот, ещё сильнее упёрлась. Как-то само собой сегодня именно так пошло.

И даже сейчас об этом не жалею. Скорее наоборот, убеждаюсь, что поступаю правильно. Одобрение таких крыс мне не нужно. Они мне либо враги, либо никто.

— А что они тебе сделали? — вспоминаю слова Динары и Жени. — Говорили, что специально задержали какими-то делами. И вроде бы собирались шантажировать меня как-то… Намекали, что отпустят через пару часов, если буду сговорчивой.

Причём сговорчивой я должна была быть именно в отношении Дениса. Мы оба это понимаем. Он мрачнеет, сжимая челюсть. Надеюсь, не думает, что у меня проблемы из-за него?

У меня проблемы из-за этих идиотов, и никого другого.

— Да херня на самом деле, — отвечает только на мой вопрос Денис, никак не комментируя ультиматум мне. — Наплели физруку, что я сломал тренажёр, на котором я единственный тут занимаюсь. Вот только сегодня у меня не получилось, потому что он уже был сломан до пары. Очередная подстава, но камер тут нет, и я один из нашей группы подходы эти делаю. Физрук на это купился, отвёл меня в деканат. Пришлось там разбираться, что к чему.

Понятно… Значит, я должна была быть «сговорчивой» в чём-то другом — вряд ли у меня могла бы быть какая-то роль в подставе с тем тренажёром. Кирилл со своими шавками никак не успокаиваются — видимо, пробуют по всем фронтам. Одно не прокатило, тут же другое на подходе.

И как Денис вообще собирается пресечь это на корню?

— И что в итоге? — напряжённо спрашиваю.

Вот, значит, почему физрук не стал дожидаться нас тут, в деканат с Денисом пошёл, а затем и домой… Очередной дурацкий план. Судя по задумкам — скорее всего, тоже изобретён Кириллом.

— Просто выделят бабки на новый. Решили, что сам по себе из строя вышел, и нет смысла выяснять, кто пользовался им в последний раз.

Вздыхаю с облегчением. Не сомневалась, что Денис не позволит повесить на себя чужую вину, но если бы и руководство имело желание до него докопаться — окончиться это могло бы нехорошо.

— Меня больше взбесило, что Кирилл решил нарваться, даже несмотря на моё доходчивое предупреждение ему с утра, — неожиданно жёстко добавляет Денис. — Зря я пытался решить мягче.

Последнее он добавляет чуть ли не с отвращением — мне мгновенно становится не по себе. Судя по всему, Денис против мягких методов. Только в таких ситуациях или вообще? И раз так — почему всё-таки пытался решить иначе, чем привык? Из-за… меня?

— В итоге только испугался за тебя, — продолжает делиться явно накопленным он. Голос звучит на надрыве. — Ты не отвечала на звонки.

Взгляд падает на его сжимающиеся в кулаки пальцы, и я вдруг с трудом сдерживаюсь, чтобы не обнять Дениса. Такого загруженного, явно всё ещё беспокоящегося и ожесточённого. Слишком привыкшего к ударам судьбы ему и слишком теряющегося от того, что они могут перепадать и мне.

Пожалуй, сдерживает меня от этого порыва даже не привычная робость, а тот факт, что я всё ещё в одной футболке на голое тело. А Денис так вообще сверху обнажён.

Облизываю пересохшие разом губы и спешу заговорить:

— Всё нормально. Нашёл ведь, — мой голос звучит мягче обычного, почти с теплом.

И Денис это явно улавливает. Смотрит более внимательно, более расслабленно, более… жарко?

— Идём? — тут же заговариваю снова, поспешно напяливая на себя кроссовки.

Радует, что хотя бы обувь мою не унесли. Наверное, потому что оставила её здесь, пойдя в душевую в одних носочках. Благо, полы там не мокрые.

— Идём, — подтверждает Денис на выдохе.

Мы уже направляемся в сторону выхода, как вдруг я сознаю:

— Получается, мы оставим все двери вскрытыми?

Отмычкой ведь их не закрыть… Или можно, но Денис не умеет? Не хочет заморачиваться? Это ведь явно сложнее, чем открыть.

— Других вариантов нет, — не теряет уверенности он, проходя дальше.

Чуть помедлив, иду за ним.

— А даже хорошо, — неожиданно осеняет меня. Улыбаюсь. — Динаре ведь дали ключи… Вот пусть она и отвечает за то, почему всё тут открыто было.

Я-то, конечно, не собиралась её подставлять, как они пытались Дениса с тренажёром, но тут сам случай удачно складывается. И жалеть я об этом не буду. Улыбка не слезает с лица — и откуда во мне столько злорадства?

Денис аж останавливается, глядя на меня. Не верит услышанному? Смотрит чуть ли не зачарованно.

— Одобряю такой настрой, — ухмыляется. — Не теряй его.

— На завтра оставить? — уточняю я.

Помню, что Денис просил меня не приходить. Вернее, даже потребовал… Но почему-то хочется глупо надеяться, что уже забыл об этом или передумал.

Увы:

— Нет, завтра обойдёмся без тебя.