Глава 27. Мотивация

Эльфин был явно не в восторге от результатов наших с ним деяний.

— Ну слушай, — произнёс я. — Слишком уж шаткий порядок вокруг устоялся, раз школьник полуэльф смог послужить катализатором таких последствий. Не думаю, что ты прямо во всём виноват.

— Но это ведь я убил Гринланда, а не эрки, — тихонько простонал парень.

— Ну не с повинной же теперь идти. Все получилось так, как получилось. К тому же мне не даёт покоя поведение Ванесы Вацлавны. Уж не знаю, какие у неё счёты с твоим дядей, но не зря она тебя туда отправила. К тому же, если не считать раскроенный череп, она нанесла Гринланду гораздо больше урона, чем ты.

Эльфин задумался.

— И почему она не пришла за мной? Она ведь меня там бросила, — произнёс он.

— Вот и я о том же.

Эльфин снова помолчал.

— Может с ней что-то случилось? — предположил он.

— Вспомни ту мясорубку, что она устроила в подвале. Думаю, она бы камня на камне от дома не оставила.

Эльфин молча покивал.

— А помните тот тёмный шар, ну тот, что Ванесса Вацлавна оставила? Когда она ушла и оставила нас наедине с Гринландом…

— Ну и? Вроде что-то припоминаю, — ответил я.

— Почему-то он не даёт мне покоя. Я вспоминаю о нём и никак не могу понять, зачем она его оставила. Ну и почему не пришла, об этом тоже не могу не думать.

Чёрный шар. Если бы мог, то пожал бы плечами.

— Похоже на подставу какую-то, — пробормотал я.

— Но я всё равно не понимаю, господин Макс, зачем тогда она нам помогала?

— Да чёрт её знает, — протянул я. — Может, Гринланд и ей задолжал, вот она и решила его убить твоими руками. А сама не может: она ведь говорила тогда, что все сразу поймут, если вампир убил одного из эльфов. Вот ты сделал работу за неё, и она решила оставить тебя там, чтобы тебя эрки добили.

— Но почему она не перестраховалась? Это не похоже на неё. Если бы меня взяли с поличным, её имя однозначно бы всплыло. По крайней мере, я бы скорее всего рассказал. Ну, как и любой другой школьник.

А парень умеет рассуждать логически. Я едва не хмыкнул.

Да уж, вопросов больше, чем ответов.

— Кстати, господин Макс, а вы поняли, как использовать новые способности? — спросил вдруг Эльфин.

— Так же как и прежние, — хмыкнул я.

— Да нет же, — возбуждённо произнёс он. — Рывок и воздушный клинок — это комбинация воина ветра.

— Это твои фантазии навеянные комиксами? — спросил я усмехнувшись.

— Да нет же, это излюбленный приём Перфоэля, великого героя двухсотлетней войны. Правда это совсем начальный уровень.

— И что за приём такой? — спросил я.

— Перфоэль разгонялся в рывке, активируя одновременно с этим пронзающий клинок, — принялся рассказывать возбуждённый Эльфин. — Он одной активацией рассекал сотни врагов. Его рывок был развит настолько, что он преодолевал почти пятьсот метров.

— А как же предупреждение о препятствиях?.. Так, подожди, — до меня начало кое-что доходить — Это получается, система забрала у меня пронзающий всё на своём пути клинок и дала щит? Что-то нелогично как-то. Не похоже на равноценную замену. Хотя…

— Был еще один герой, Грогогор, — продолжил восторженный Эльфин. Похоже, тягостные мысли о происходящем в мире отступили на задний план. — Правда он был гномом, но тоже — великий воин. У него были доспехи, которые раскалялись, когда он хотел. Как-то раз он попросил забросить его катапультой в самую гущу врагов. Он правда погиб после этого… Но и врагов очень много пострадало, — продолжил полуэльф, а потом принялся декламировать. — Грогогор подобно комете врезался в землю. Врагов расшвыряв, он сто жизней забрал. Погиб Грогогор остался лишь пепел, но убит и оркский генерал.

— Это что песня какая-то?

Эльфин кивнул.

— В Двухсотлетней войне погибло много великих героев, — произнёс он.

— Ясно, вот только к чему ты это? Думаешь, прокатит врубить щит и активировать рывок? — спросил я.

— Да, господин Макс. Щит огненный, я уверен, что он обжигает или взрывается при столкновениях.

Мне уже не терпится попробовать… Чёрт. Нет уж. Я ведь отдохнуть хотел.

Поднявшись с дивана, я направился в спальню. Надо бы проинспектировать, как там продвигается уборка.

Подходя к спальне, я вдруг почувствовал явный запах гари и, предчувствуя неладное, ускорил шаг. Причём среди мусора на полу я обнаружил и два журнала, что унёс из кабинета Сангиса.

— Ты что творишь, коза неощипанная?! — взревел я и, бросившись к куче, принялся доставать из неё журналы. Благо постельное бельё было влажным и не смогло нормально разгореться. Ну и Баалёнка оказалась не самой смышлёной: если бы догадалась журналы подпалить, всё бы уже полыхало.

— Порядок навожу, — скорчив обиженную рожицу огрызнулась импа. Она сложила ручки на груди и висела в воздухе под самым потолком, видимо, чтобы я её не достал.

— Какой, к чертям, порядок? Ты же чуть пожар не устроила.

— Навожу, как умею. Между прочим, любой порядок начинается из хаоса и пламени, — поучительно произнесла она.

— Ты что несёшь? Я сказал навести чистоту, а не хаос и пожар, — стоял я на своём, пытаясь оценить принесённый ущерб, а также примеряясь, смогу ли поймать наглую импу.

— Как по мне, пепел и гарь создают домашнюю и очень уютную обстановку, — ехидно пискнула импа.

— Ещё одна такая выходка, и я тебе голову откручу. В этот раз по-настоящему, — пообещал я, на что вконец обнаглевшая Баалёнка, только фыркнула. — А ты что это такая смелая? — спросил я.

— В условиях договора не было прописано домашних обязанностей, — импа показала мне свой длинный язык.

— А ничего, что пожар мог меня убить? — спросил я, нащупывая молоток.

— Не убил бы…

Импа не успела договорить, потому как в неё уже летел запущенный молоток. Понятное дело, я в неё не попал, зато с её мордочки стёрлась самодовольная ухмылка.

Однако я не учёл всех последствий. Молоток, врезавшись в потолок, отколол довольно большой кусок кладки, который полетел прямо мне на голову, впрочем, зацепив и Баалёнку.

Я ловко увернулся, а затем, проявив чудеса реакции, смог ухватить демонёнка за копытце.

— Ну всё, закончился твой контракт. Молись… кому там обычно молятся демоны, — сжав зарвавшуюся импу в кулаке, процедил я.

— Предлагаю новый! — тут же завопила импа, и в моей руке появилась новая бумага. — Обязуюсь поддерживать дом в чистоте и ничего не сжигать.

Я даже призадумался. Может, ей просто голову свернуть. Пожалуй, так и поступлю…

— Не делай этого! Вот этого, что ты сейчас подумал. Служить буду! Еще благодарить рок будешь, что нас свёл.

— Какой, к чертям, рок? — рявкнул я. — В общем, смотри у меня. Еще раз такое учудишь… Вот, пропиши в контракте, что ты обязуешься подлетать ко мне, если я тебя позову. Если не подлетишь, то сдохнешь — так и напиши. А звать я тебя буду только в том случае, если захочу прибить. Так что перевоспитываться тебе придётся, — при этом я так сжал кулак, что глаза у импы полезли из орбит.

— Готово! — пискнула она.

На клочке бумаги и правда начали извиваться буквы, отражая то содержание, что я указал.

— Так, а твоя подпись где? — спросил я, изучив договор.

Баалёнка скорчила недовольную гримаску, а затем на договоре проявился отпечаток копытца.

— Это подлинная подпись? — спросил я.

— Подлиная, — заверила меня импа, — уникальный оригинал.

— Тогда давай за уборку. Чтобы через полчаса в комнате был идеальный порядок, а кровать застелена свежим постельным, — скомандовал я.

— Полчаса? Раньше же ведь час давали…

— Вот раньше и нужно было торопиться, а не пожары устраивать, — буркнул я и раскрыв руку выпустил крылатую.

Баалёнка тут же заметалась по комнате, будто случайно залетевший в окно воробей.

— Не теряй время, — бросил я через спину и снова зашагал в комнату. Мне жутко хотелось прилечь. И если уж это будет не кровать, то хотя бы суррогат в виде дивана, чтобы временно компенсировать тягу к удобному матрасу. Подмышкой я держал журналы. Вот будет, что почитать, пока жду уборку комнаты.

Снова устроившись на диване, я раскрыл первую тетрадь. С одной стороны, буквы символы и цифры здесь были мне понятны, с другой стороны, смысл их был не менее туманен, чем в завитках Гринланда.

Хотя чем дальше я листал, тем больше смысла угадывалось. К тому же в конце журнала я нашёл некоторые расшифровки.

Похоже, что это был журнал учёта темных делишек Сангиса. Да и всего детдома.

Например, там встречались такие надписи: «Гроуфакс, 3 д.г. сп. 20з. 03.07.1536». Это означало, что некий мистер Гроуфакс купил у Сангиса трёх гоблинских девочек за 20 тысяч золотых. Причём была указана даже дата. Там были ещё символы, но их значения я пока не понял.

Записей по продажам детей было немало, и в основном там фигурировали одни и те же фамилии: Гроуфакс, Варис, Корнуэл, Зиггинс и Кротт. Однако масштабы поражали. Судя по всему, они вместе покупали детей ежегодно сотнями под разными предлогами. Причём грёбанный Гроуфакс покупал чуть ли не больше половины. Знать бы, что это за урод такой… Несколько раз я натыкался на фамилию Брок, что меня сильно удивило. Хотя, чему тут удивляться? Скорее всего, он покупал девочек для своего борделя. Среди клиентов значился и Блудсон, видимо, отец Виктора. Тот покупал эрков и людей скорее всего как пищу.

Были записи об аренде подростков для каких-то работ: как сторонних, так и касающихся теневой деятельности приюта.

Были записи о подростках, которые по указанию Сангиса убивали других детей или исполняли разные поручения. Он таким образом строил свою сеть контроля за всем детдомом.

В отдельный раздел были выведены операции с займами. Похоже, бизнес по эксплуатации несовершеннолетних приносил такие доходы, что упырь решил заняться ростовщичеством.

Здесь список фамилий был колоссальный. Складывалось впечатление, что вампиру были должны почти все жители Троегорска.

Должники были помечены разными цветами. Были указаны даты выдачи долга, просрочки и методы, которыми долг был возвращён. Даже если умирали большинство родственников, вампиры всё равно получали деньги назад. Например, путём продажи осиротевших детей. Причём для них всегда выбиралась самая непростая судьба, о чём говорили символы: еда, пытки, или жертвы…

Чем больше я читал, тем больше меня охватывал гнев. Да что вообще за нахрен творится в этом грёбанном мире?

Кстати, Гринланд тоже значился должником у Сангиса. Очень мило. И как они интересно собираются возвращать долг? Наверное, дедушку искать пойдут. Юридически, как я понимаю, долг будет непросто доказать. Кстати, интересно, что стало с его женой. Наверное, в первую очередь придут за ней.

На очередной записи о продаже семнадцати девушек семье Блудсонов с пометкой: «Отобрать тщательно для праздника», — я отбросил журнал в сторону, потому как едва держался, чтобы не разорвать его на части.

Судя по рассказу Вацлавны, вампиры безразличны к остальным смертным и их проблемам, но не до такой же степени. Продавать детей на еду и спокойно вести об этом записи доходов и расходов…

У меня резко прибавилось сил. Да и сон куда-то вдруг ушёл. Понятное дело, на ночь глядя не стоит идти на такое сложное дело, но, если честно, я держался из последних сил.

Пойду, что ли на Баалёнке отыграюсь.

Проходя мимо кухни, я заглянул внутрь. Горри с Карой до сих пор о чём-то болтали. По моим ощущениям, уже часа два прошло, а они всё болтают.

Зато в спальне ремонт шёл полным ходом. Баалёнка даже отколотый кусок потолка вернула обратно. Сделала она это криво и непонятно на что приклеила, однако кусок бетона торчал из потолка острым концом вниз. Надеюсь, это не попытка меня убить.

Прожжённые простыни куда-то делись, а на кровати уже было застелено свежее постельное бельё. Импа сейчас скоблила стены, вымывая потёки, которые остались после моего лечения.

— Работай, работай, не отвлекайся, — махнул я рукой Импе, а самого так и подмывало рухнуть в кровать. Даже несмотря на все те ужасы, что я обнаружил в журнале Сангиса.

Эх, ещё бы Борю дождаться из магазина, набить живот и — в объятия одеяла и матраса.

Я потянулся, и в этот момент в меню появились какие-то изменения. Я их почти физически почувствовал.

Изменения было два. Первое, увеличился процент выполнения задачи касаемо детского дома. Теперь там значилось пятьдесят пять процентов. Зато второе уведомление вызвало тянущую боль в груди.

Задание: Спасти подруг Кары. Срок выполнения: два дня.

Статус: частично провалено. Корректировка: Спасти выжившую подругу Кары.

Награды вариативны.

Награды вариативны.

Да твою же мать!..

Эльфин был того же мнения. Я потерял управление, а Эльфин принялся молотить кулаками по стоящей рядом кровати, при этом злобно рыча.

— Господин Макс! Ну почему?.. Почему всё так? Почему нельзя жить спокойно и чтобы никто не умирал? Почему даже на секунду нельзя остановиться и передохнуть?

Сделав небольшую паузу, я спокойным тоном заговорил:

— Видишь ли, Эльфин, все так и живут. Спокойно. Не задумываясь, что в соседней квартире или районе, кто-то страшно умирает. И это нормально. Ты не герой. Благодаря мне ты почувствовал силу и думаешь, что её достаточно для того, чтобы быть героем, но это не так. Ты всё тот же полуэльф. Тощий школьник. Просто самомнение у тебя раздулось. Я очень надеюсь, что в ближайшее время, не случится ничего такого, что сможет твою уверенность подкосить.

— И что, скажете ничего не делать теперь? — крикнул он, едва сдерживая плачь. — Та девушка, она ведь только что умерла? Так?

— Наверное, — ответил я. — И еще пару сотен других людей, эрков или полуэльфов. Прямо в этот момент умирают. А еще твоя тётя до сих пор лежит при смерти. Но ты не можешь всем помочь. Чёрт, да ты только недавно себе научился помогать, и то при моём участии.

— Надо срочно туда идти, — простонал Эльфин.

— Тогда ты сам погибнешь. И тем самым погубишь всех тех, кого ещё мог бы спасти. У тебя теперь ведь ого-го сколько уверенности в своих силах, — горько усмехнулся я.

— Господин Макс, но два дня же было… Система давала срок два дня. Почему она так несправедлива?

— Видимо, героям не положено спать, — угрюмо заключил я. — Собирайся и пойдём к Марике.