Глава 28

Они не вернулись. Ни через час. Ни через два. Ни на следующее утро, несмотря на то, что генерал Дезмонд Таббат просидел всё это время, как мальчишка, на травяной крыше дома Лэйнара Раммы, с жадностью глядя в небо. Тела Света тоже как не бывало. Но вечно не просидишь, и к обеду Дезмонд наставил жучков, чтобы первым узнать, когда они явятся.

Однако на улицах Аэранха, на которых то празднично галдели, то ахали, то возмущались, то радовались жители, ошалевшие от новостей о восстановлении мира с могулами, об исчезновении аномалий, и о смене власти; слушая, как то с одного угла, то с другого люди кричат обалдело: «У меня появился дар! И у меня! И у меня!», а офицеры из контроля равновесия никого не хватают; глядя на внезапно растерявших всё высокомерие лаэров, Дезмонд вдруг понял: они не вернутся. Этот вечно не врущий Рамма был прав: бесплатно мир не меняется, а при подобных масштабах цена была особенно высока.

Таббат встряхнул рыжей головой, потому что впервые с тех пор, как разбил в детстве коленку, к его глазам подступили слёзы.

«Равно сделанному равное и получишь», – сказал Лэйнар на вершине Шпиля магов. И как же злился сейчас на него Дезмонд: «Отомстил, отомстил, сукин сын!», потому что помнил, как сам забавлялся, когда командир спасателей разыскивал Олю, вытаращив глаза; как был рад, когда тот решил, что Оля мертва. А теперь где её искать? В солнечном зайчике, упавшем на нос? Или в луче света, отблескивающем от стеклянного моста?

Внутри жгло, крутило мыслями: он лично отправил Олю погибать.

Дезмонд мог бы пролететь над толпами, но упрямо прошагал к площади под одним из мостов, где и застрял в гуще народа. С середины стеклянной конструкции, украшенной гирляндами цветов и флагами, на уровне между верхним и нижним Аэранхом вчерашний великий зодчий, а теперь новый глава читал документ с огромной голубой голограммы:

– Отныне и навсегда снят запрет на творческую магию для людей! Все, кто был заключен в изоляцию по этой причине, прямо сейчас освобождаются. Всем бывшим заключённым будет назначена пожизненная пенсия от государства. А для возвращения к нормальной жизни им будет выплачена компенсация! Также сегодня будут открыты центры в каждом районе, куда вы сможете обратиться, если ваши права ущемляют.

Толпа загудела, захлопала, заулюлюкала, неистовствуя в своём восторге.

– Да здравствует новый глава! Да здравствует Шеран Рамма! – кричали со всех сторон.

С ударом гонга все затихли, а отец Лейнара продолжил:

– Отныне и навсегда не только лаэры, но и представители других рас, в частности человеческой, проживающих в Лаэрии, имеют право на пожизненный безусловный доход от государства и обучение в любом учебном заведении без ограничений, а также имеют право становиться соискателями на любую должность, в том числе государственную, согласно своим способностям и умениям!

Толпа вновь загремела, затопала.

– Шеран Рамма! Шеран Рамма! Ура Шерану Рамме! – скандировали вокруг.

Дезмонд сердито растолкал группу торговцев и рыкнул на них:

– Другому Рамме оды петь надо, идиоты!

Они не узнают и не вспомнят. Об Оле и подавно. Впрочем, его друзья оба теперь просто свет, и им всё равно: молятся на них или проклинают. Человеческое море за Дезмондом снова сомкнулось и зашлось в радости.

* * *

Вернувшись домой с одной мыслью – выглушить до дна пузатую бутыль черничного вина и раскурить кальян позабористей, Дезмонд поморщился: на пороге его ожидали. Хорошенькая, боевая человечка – та, что сопровождала когда-то Олю, Дава, кажется, и черноволосый лаэр с длинной косой.

– Господин Таббат! – кинулась к нему розыскница. – Мы вас искали!

– Нечего меня искать, я не прятался, – буркнул Дезмонд. – Но приёмное время истекло, так что проваливайте!

– Господин Таббат, я Сеннек Найт, – приблизился лаэр, – друг Лэйнара Раммы.

– О, командир объявился? – оживился Дезмонд, развернувшись к нему всем корпусом. – Где?! Чего молчишь?!

Оба визитёра поникли:

– Мы думали, вы знаете, где они.

– С чего бы мне знать?

– Не стоит от нас скрывать правду, господин Таббат, мы в курсе про ваши проекты, про прослушку и блокировку, про монастырь, Конвенцию и прочее, – заявил Сеннек. – Лэйнар нам рассказал. Мы действительно его близкие друзья!

– А главное – вы информированы больше всех нас. Вы единственный знали, что существует древняя легенда о том, что если двое войдут в Тело Света, оно исчезнет… – с придыханием добавила Дава Мирана.

– Естественно, я единственный, – хмыкнул Дезмонд. – Я же её и сочинил.

– Зачем вы лжёте? – оскорбилась девушка. – Мы действительно друзья.

Дезмонд прыснул, засунув руки в карманы.

– Лгу?! Впервые в жизни сказал правду в лоб и нате.

– Хранители памяти нашли в архивах вместе с утраченными ранее страницами Конвенции древние трактаты, – отчеканил долговязый лаэр. – В том числе легенду о Теле Света, которую вы вчера всенародно рассказали.

Брови Дезмонда взлетели на лоб.

– Да ладно! А я уверен, что придумал её на ходу. – Он посмотрел внимательно на парня и девушку: – Сказал бы, что вы меня разыгрываете, если бы не ваш приторно-честный вид. Вас кто-то послал?

Сеннек усмехнулся:

– Разве что вы только что.

– Ну вот и идите.

Дезмонд отвернулся и шагнул на ступень, показывая, что разговор окончен.

– Вы шпионили в пользу могулов, вы устраивали ловушки и интриги, вы бесчестны и хитры, но мы не идём в Тайную службу, а пришли прямо спросить вас о наших друзьях. Но если вы не знаете… – выпалила Дава.

Он глянул на девушку так, что она замолчала. А у Таббата опустились плечи, в горле снова образовался ком. Через силу он хрипло произнёс:

– Нет их больше.

– Как нет?.. – широко раскрыла глаза Дава.

Сеннек побледнел.

– Таким не шутят!

И Таббат сказал:

– Погибли. Пожертвовали собой ради всех. Вино пьёте?

* * *

Это было ново для Дезмонда: сидеть с лаэром и человеком и пить с ними, как с равными, но почему-то это было правильно. В разговоре выяснилось, что все, кто попал под вчерашний ливень, обрели дар. Кто какой: большой, маленький, полезный, забавный. У тех, у кого дар не возник, сбылись желания, словно высшие силы раскрыли свои сокровищницы и высыпали сверху на всех, не глядя. Дезмонд задумался: возможно, и он сам хапнул немного прорицательского? Стоило впредь быть осторожней с легендами… Хотя на этот раз вышло удачно.

Нравились ему эти двое, похожие какие-то, симпатичные, хоть и носы курносые. Договаривали друг за другом и смотрели так, словно вот-вот создадут общее поле. Отчего-то Дезмонд знал, что сам в Аэранхе не надолго и потому ляпнул им на прощание:

– Ты, пернатый, не пропусти красавицу. Вам всем такие возможности открыли, так пользуйся!

Ребята смутились и ушли. Дезмонду отчаянно захотелось, чтобы хоть кто-то был счастлив. Вот, к примеру, эти двое. А самому бы выключиться или заглушить то, что гложило так сильно.

Он заснул в обнимку с пузатой бутылью прямо на кресле, а когда открыл глаза, над ним стояли бойцы из свиты принца.

– Генерал Таббат, приведите себя в порядок. Собирайтесь. Его Высочество, принц Арнуэл забирает вас в Могулию.

– Не выйдет… – пробормотал Дезмонд, почёсывая щетину на подбородке. – Я полномочный представитель при Теле Света, так что…

– Тела Света нет. Представитель не нужен. И вы здесь тоже. Собирайтесь!

Дезмонд понял, что и в самом деле у принца нет теперь повода его не казнить, но на нос ему упал солнечный зайчик, а из окна прочертил дорогу солнечный луч. И отчего-то ему не было страшно. Он, щурясь, посмотрел в небо. В конце концов любая жизнь как-то заканчивается.

Дезмонд спокойно оделся, собрал вещи, оставил записку и расчёт служанке и вышел вслед за стражей. На улице его щедро окропило светом, солнце тёплое, доброе обняло его и обласкало. И он рассмеялся, потому что вчерашняя невыносимая боль растворилась вместе с осознанием: «Они где-то там», хотя на мгновение показалось, что даже рядом. Могулы покосились на него, как на ненормального, а Дезмонд пошёл, насвистывая весёлую мелодию, к воротам.

* * *

Сегодня город лаэров выглядел совсем по-другому. Собрания затихли, толп не было, но появились радостные лица, улыбки, украшенные цветами дома, арки, лавки. Казалось, все хотят сделать мир вокруг себя красивее. Девушки танцевали у лавчонки, а им напевал и нахлопывал весёлый юнец. Над ними что-то знакомое искрилось золотыми всполохами, хотя можно было подумать, что это всего лишь игра света. Глядя на них, Дезмонд улыбался сам.

Час спустя он выехал под конвоем из Аэранха, с удивлением обнаружив, что на границе от башни к башне простиралась неизвестно откуда взявшаяся энергетическая завеса.

– Лаэры перенаправили энергию из накопителя в Шпиле магов в башни и навечно зациклили её, она питает сама себя. Какой-то их гений изобрёл, – сказал сопровождающий его вместе с бойцами дипломат Зоренстоун.

– Мы же заключили пакт о ненападении.

– С дикими зверьми пакт не заключишь, лаэры лихо вышли из затруднения, хоть и без Тела Света.

– Молодцы! – заметил Таббат.

Дипломат подозрительно взглянул на него:

– Вы, Таббат, или с ума сошли, или переметнулись к лаэрам. Вы вообще на какой стороне?

Дезмонд усмехнулся:

– А разве нужно выбирать?

Принц Арнуэлл стоял с войском в рощице за пшеничным полем неподалёку от западных врат – там же, где они и встретились, вот только не в обличье вепря. Лицо его исказилось при виде Дезмонда.

– А, предатель! Заковать его!

Руки завели за спину, на запястьях Дезмонда защёлкнулись наручники с мёртвым камнем. Дезмонд покривился от боли и снова улыбнулся:

– Ваше Высочество, польщён, что вы меня ждали!

– Оставьте нас! – рыкнул принц.

И все разошлись с небольшой лужайки, на которой был установлен королевский шатёр в тени раскидистых деревьев. Принц взмахом руки наложил полог неслышимости и заявил:

– Мне сообщили, что отец на смертном одре, так что ты, изменник, сейчас будешь держать ответ перед королём! К счастью, отец не узнает про позор Могулии.

– А, это вы специально ждёте, пока Его Величество отдаст свету душу? – рассмеялся Дезмонд.

– Уймись, предатель! Это из-за тебя мне пришлось бы оправдываться, как так случилось, что мы заключили унизительный мир с лаэрами!

– Чем же он унизителен? – хмыкнул Дезмонд. – По-моему, договор, который вы заключили с царём демонов из подмира, куда хуже. Ведь там вас обставили, а лаэры можно сказать подлатали ваши «провалы».

Принц размахнулся и ударил Дезмонда по щеке так, что кольцо рассекло губу. Дезмонд отшатнулся, но устоял на ногах. Сплюнул выступившую кровь и добавил:

– Зря вы, кузен. В жизни так часто и так непредсказуемо тасуется колода, что если бы не случай, и вы могли бы оказаться на моём месте.

– Не смей называть меня кузеном, отщепенец! Не случай, а закономерность, – процедил принц Арнуэлл. – Твой отец оскорбил короля. И ты, как и вся твоя династия, лишены титулов, званий и возможности наследования. Ты не нищ только благодаря ухищрениям своей торговки-мамаши.

– Вы обещали восстановить титулы по завершении проекта, – спокойно напомнил Дезмонд.

– А ты обещал решить проблему с лаэрами раз и навсегда.

– И проблемы нет.

– Нет?! Мне пришлось кровью связать себя с лаэрами! Это самая подлая измена, которая вообще возможна!

– Король мечтал остановить аномалии, и вы их остановили, – невозмутимо ответил Дезмонд. – Хоть вы же их и развели. Но никто в Могулии об этом не узнает, да? – усмехнулся он. – Будете героем, если сдержите свои обещания.

Принц провёл рукой по усам и с пренебрежением ответил:

– Какие обещания? Ты своими руками уничтожил Тело Света. Научил девчонку большему, чем нужно. Привлёк лаэра. Они вошли в источник вместе. Ты знал о легенде и промолчал, потому что затеял свою игру!

– О, и вы туда же! – ухмыльнулся Дезмонд. – А если Тело Света вернётся?

– Глупые попытки, Таббат, переиграть меня не удастся! Да, я дал клятву, что ты станешь представителем от могулов, но я не давал клятву оберегать твою жизнь. Я измен не прощаю! Ты больше не нужен мне. Пожалуй, я прямо сейчас отправлю тебя по джунглям без магии, со скованными за спиной руками. Сожрут тебя быстро, а я посмотрю на это с удовольствием! Можешь не просить пощады!

Принц показался Дезмонду таким жалким и мелким, что он сказал:

– И не буду. Может, я и предатель, но я слишком люблю свою страну. И этот мир. Одна девушка, мизинца которой ты не стоишь, сказала, что мир у нас чудесный. А ты из жадности чуть не извёл его аномалиями. Так что давай, казни меня, братец-трус! Я ни о чём не жалею. Я бы выжил только ради одного: могулы заслуживают лучшего правителя, чем ты, кузен.

Солнечный луч, пробившийся между веток, заставил Дезмонда сощуриться и отвернуться. Принц сдавленно вскрикнул. Дезмонд проморгался после ослепившего его света, и вдруг увидел на голове Его Высочества чёрное пятно масломорда. Принц рухнул на землю и забился в агонии. Стоящая поодаль охрана в пологе неслышимости вскрика не различила, но увидев конвульсии, кинулась на помощь.

«Равное сделанному равное и получишь?» – удивлённо пробормотал Дезмонд, глядя, как придворные целители и маги пытаются откачать Арнуэлла.

Судя по тому, что аура принца погасла, а придворные начали шумно советоваться, устанавливая голографическую связь со столицей, масломорд промахнулся с жертвой, но клык его попал точно в цель.

* * *

Через несколько минут суеты и вытаращенных глаз глава дипломатической миссии Зоренстоун подошёл к Дезмонду и, поклонившись, снял с него наручники.

– Ваше Высочество.

– В чём дело? У вас шок, Зоренстоун? – сузил глаза Таббат.

– Нет, Ваше Высочество, король Могулии, Его Величество Гералд Умный, срочно призывает вас к себе.

– Но он же умирает…

– Пока не умер. А вы – единственный наследник по крови, если не считать вашего пропавшего отца.

Три года спустя

– Ваше Величество, арка телепортации между странами готова к переходу, – проговорил бойкий слуга. – В Лаэрии вас ждут, о чём сообщили по общей связи. Вас будет встречать Шеран Рамма и создатель арки, господин Сандер Рамма. А также лучшие из спасателей на непредвиденный случай.

– И всё-таки это так рискованно, Деззи! – проговорила красноволосая дама в золотом одеянии. – Уж лучше бы ты путешествовал в виде дракона.

Заканчивая утреннюю разминку, король Могулии Дезмонд Первый с удовольствием потянулся и трансформировался из саблезубого тигра в обычную свою форму. Надевая рубаху, он усмехнулся:

– Если я буду всего бояться, чего тогда требовать от подчинённых?

– Ну ты же король, Деззи, – возразила она. – Тебе не пристало пробовать на себе все новшества. И на тебе ответственность: ты до сих пор не оставил государству потомства и даже не женился. Кого ты оставишь после себя, если распадёшься на частицы?

Дезмонд взмахнул рыжей головой и рассмеялся:

– Уверен, мама, ты что-нибудь придумаешь. В крайнем случае вызовешь папу из монастыря.

– Ни за что! И послушай, я уже требую, просто требую, чтобы ты женился! Сколько можно ходить в холостяках и скорбеть, Деззи?

– По ком скорбеть, мам?

– По Оле.

Он на мгновение посерьёзнел, затем взглянул на неё из-под густых бровей и ответил с широкой улыбкой:

– Мы были разведены. И разве я похож на скорбящего?

– Нет. Но Деззи, я не о любовных утехах, я о браке! Давай устроим отбор?

– По возвращению из поездки подумаем, – подмигнул король Дезмонд Первый и, поцеловав маму в щёку, водрузил на рыжие вихры тонкую тиару.

В сопровождении целой свиты из учёных магов направился в специально отстроенный неподалёку от королевского дворца зал телепортации.

Могулы, люди, лаэры, глашатаи, историки, все собрались на площади перед новым залом, украшенным лентами и цветами, выделяющемся своими современными линиями из громоздких вычурных зданий Королевской площади могульской столицы Мриттан-Суон. Однако новая архитектура была вписана очень гармонично. Зодчие братья Рамма постарались.

С некоторых пор совместных проектов Могулии и Лаэрии стало так много, что теперь никого не удивляли лаэры на улицах Мриттан-Суон или Абринкара, или свободно гуляющие могулы на площади Аэранха. Вопреки предсказаниям консерваторов и любителей старых порядков, развитие дружественных отношений великолепно улучшало уровень жизни обеих стран. Нет, иногда возникали, конечно, споры о землях Медатора, когда очередное племя в Диких землях вступало в войну с соседями, но вопросы решались переговорами.

Некоторые люди ушли из Аэранха, и лаэры помогли им построить защищённые городки и поселения, гораздо более цивилизованные, чем деревни отсталых племён. Однако за уши в цивилизацию никого насильно не тянули, так что каждый развивался в меру своей распущенности. Впереди ещё было освоение совсем заброшенных северных земель, и это радовало, потому что население Крайана постепенно увеличивалось.

Но главным было то, что буквально на днях над горой Меру, над древним монастырём, с первыми лучами солнца возникло Тело Света. Благая весть мгновенно разнеслась по миру. Попасть на гору можно было, только имея благие намерения и стремление к духу и самопознанию, иначе было не пересечь волшебное озеро. Так что можно было не беспокоиться о том, что источник магии кто-нибудь опять подгребёт под себя.

Король Дезмонд, помня о своём долге представителя Тела Света, решил восстановить древнейшую Суэйну, ведь люди, могулы, лаэры потянулись туда, несмотря на рискованные путешествия по джунглям. Об этом он и хотел переговорить с лаэрами. Но это официально, на самом деле его душу бередили воспоминания трёхлетней давности. И надежда, глупая мальчишеская надежда, что однажды оставленные на крыше Раммы жучки подадут сигнал, а он почувствует себя, наконец, свободным.