14 глава. Юна/Амир

– Юна –

Чувствую себя так, словно сзади выросли невидимые крылья. Поднимаюсь на свой пролет и даже не замечаю, что улыбаюсь, до меня только позже доходит. «Я сошла с ума», – сказала вслух, и все равно расплываюсь в улыбке. Слышала и раньше про бабочек в животе, но не думала, что это правда. А теперь с уверенностью могу сказать, они есть, потому что я их реально ощущаю. Открываю двери квартиры своим ключом, захожу домой…

– Привет, родители, – улыбаясь, ответила я.

– Присядь-ка, дочь.

Вот когда так говорит отец, а сейчас он именно отец, то по тону и обращению можно с уверенностью сказать, меня ждет серьезный разговор. Я прошла в комнату, опустилась в кресло, а мама с папой сидят на диване. Он и начал разговор:

– Мы с мамой, – указывая рукой на рядом сидящую маму и переведя на нее свой взгляд, на пару секунд прервался, затем вернул свой взор на меня и продолжил. – Хотим знать, где же наша примерная дочь была и с кем? – чеканя каждое слово, а последнее обвел жирным маркером. И вопросительно поднял брови, в ожидании ответа.

– Да… я понимаю, как это выглядит, – стала оправдываться я. – Так сложилось, что не смогла раньше предупредить. Эм, меня, конечно, не оправдывает то, что я скажу вам дальше. Разве вы не были молоды и не совершали ошибок?

– А я, как твой отец, хочу тебе уберечь от всех ошибок, ты же моя дочь!

– Наша, – поправила папу мама, и он повернул вновь к ней голову, отвлекшись от разговора.

– Да… наша, спасибо, милая.

И мама положила свою ладонь поверх его.

Я обратила внимание на мамин жест. Мои родители для меня являются ярким примером, какой должна быть любовь между двумя людьми.

– Еще раз повторюсь… не хочу, чтобы моя дочь совершала необдуманных поступков.

– Папа, мама, простите, что вышло как вышло.

– Это понятно, доченька, и да… вышло как вышло. Я не могу тебя держать дома, ты выросла и вполне взрослая, но прошу нас уважать. Я надеюсь, такого больше не повторится. Ты не собираешься и в будущем нас по телефону оповещать о своих планах, ставя просто перед фактом?

– Нет, такого больше не повторится, – я выдохнула и решилась сказать то, что уже решила для себя. – Я на выходных уезжаю… меня пригласили покататься на лыжах.

– Та-ак… – папа снял очки, протер и снова надел. – И кто этот благодетель?

– Пап… мам… мне хочется поехать и неважно, кто это!

– Ты слышишь мать, неважно… для нее это кажется неважным. Дочь наша намылила лыжи, оказывается, а мы то ни сном ни духом.

– Юр, успокойся, – попросила мама.

– Как успокоиться, когда твоя дочь говорит, что намылилась с каким-то хмырем, черт знает куда?

– Ни с каким хмырем я не намылилась, он хороший и порядочный парень, и я ему нравлюсь… даже очень! Вот такой, какая я есть! И ни разу не увидела с его стороны дурного взгляда… понимаете вы это или нет?!

Родители ошарашено переглянулись, и мама спросила:

– А какая это «такая»?

– Что ты имеешь в виду? – обратился отец.

Я выдохнула, собралась, чтобы не расплакаться.

– Да, у меня появился молодой человек. Хочу, чтобы вы понимали, если я и сделаю ошибки, то это будут мои ошибки, и винить в них я буду, только себя и никого больше, – встала и направилась в свою комнату.

Слышала, как родители тихо о чем-то спорили, а через полчаса, осторожно открыв двери в мою комнату, зашла мама.

– К тебе можно?

– Конечно, мам, заходи, – я села в кровати, так и не переодевшись, просто рухнула на нее.

– Юша… мы с папой тебе желаем только добра. Не сердись на папу, он очень переживает за тебя.

– Мам, ну что ты, я на вас не сержусь, только на себя. Я ведь понимаю, что нехорошо поступила… и… мам… я, кажется, влюбилась, – и у меня потекли непрошенные слезы.

– Девочка моя, ну что ты… это же прекрасно, влюбленность – самая счастливая пора. Надеюсь, это слезы счастья…

Мама меня обняла, а я не могла остановить свои всхлипывания, так и не поняв отчего плачу, капли просто текли…

Утром за завтраком папа поглядывал на меня, а потом тяжело вздохнул и начал разговор:

– Ты тогда звони и шли смс, чтобы мы с мамой были в курсе, раз уж ты прячешь от нас своего ухажера. И сообщи, куда именно вы поехали.

– Пап… я еще никуда не уехала.

– Знаю-знаю, это я наперед говорю, да и что тут осталось, каких-то пару дней. И запомни, малышка, ты у меня очень красивая. Твоя красота не для каждого. Видимо, твой ухажер – эстет, остается только надеяться, что он достоин тебя.

Не стала спорить с папой, молча выслушала. А мысленно сказала: «Спасибо, что ты у меня такой».

Приехала на работу немного раньше, сняла верхнюю одежду и пошла на рабочее место. Еще не все собрались, но вот кумушки уже тут. Черт! Забыла совсем, что вчера улизнула от расспросов. Но надо отдать должное охране Амира, как слажено сработали, вывели незаметно…

– Я прошу вас, отойдите от моего стола и дайте работать, – обратилась к этим сплетницам.

– Конечно, отойдем, как только расскажешь, зачем тебя вызывал Амирхан.

Мне даже неприятно стало, как звучит его имя из уст Стеллы.

– Не ваше дело, – кратко ответила, не отрываясь от компьютера.

Они переглянулись, и снова расспросы пошли.

– Ты что же это, уже успела с ним переспать? – облокотившись о мой стол, подавшись вперед и выпучив на меня свои глаза, не отступали они со своими расспросами.

Покраснев от возмущения, я вскочила со своего места так, что им пришлось отпрянуть от моего стола.

– Вы обе бестактные… с грязными языками, вам лишь бы кому-то кости перемыть! Не ваше дело, зачем меня вызывали, и что я там делала! И тем более с кем сплю, вас не должно волновать!

На последнем предложении зашел Владимир и встал у порога, не понимая, что происходит… Я выдохнула и подумала: «Только этого мне не хватало».

– А я вот знала, что она стерва… а с виду-то, вся такая правильная. Пойдем, Стелл.

– Угу… пошли по местам, – ответила Лизе подружка.

А у меня глаза забегали от волнения, но я быстро себя взяла в руки, села, поправила свое кресло, провела по косе ладонью. «Все нормально», – сказала себе мысленно. И начала свою работу, не обращая внимания на Владимира, который уже успел переодеться и пройти за рабочее место.

– Доброе утро, – поздоровался он.

– Угу… Доброе утро, – не повернув головы, ответила я и продолжила работать. А мысленно подумала: «Очень доброе».

– Амир –

Утром, после совещания, отдал распоряжение по общим планам. Уехал с Муином на встречу. А в голове поселилась Юна и не собирается оттуда уходить. Никак не могу выкинуть ее из своей головы. Мне надо быть сосредоточенным, я встречаюсь не с однокурсниками, а с серьезными людьми. Если при разговоре с ними из моего рта вылетит, что-то подобное звуку «Э-э-э» – это воспримут как некомпетентность. Говоря простыми словами, за слабака, который пытается играть на их поле. А я себя зарекомендовал как жесткого и хваткого бизнесмена. Нельзя испортить свою репутацию…

Зашел в просторный кабинет, где все собрались за круглым столом, ожидая только меня. Нет, я не опоздал, пришел ровно на пятнадцать минут позже. Так надо, лишний раз обозначить свой статус не помешает, при таких важных встречах…

Переговоры прошли, как я и планировал, в мою пользу. Еще одна встреча и подпишем документы, эта сделка только больше укрепит нашу компанию. Слияние компаний, а затем их поглощение. Это бизнес, и меня ничего не должно отвлекать. А когда меня что-то отвлекает – это нервирует, а значит, мешает.

Возвращаясь назад и откинувшись на подголовник, с большой неохотой вспомнил вчерашний вечер, который должен стереть из моей памяти.

«Хм… ну, ладно… один – ноль, детка, в твою пользу», – сказал я и растянул губы в ленивой улыбке, вспоминая, что впереди выходные…