29 глава. Юна

Два месяца спустя…

После прогулки со своей маленькой бенгальской тигрицей Тами остановились в благоухающем саду. Присела на скамейку, Тами запрыгнула и устроилась рядом. Я поглаживала ее мягкую шерстку, и моя хищница заурчала. Чем вызвала мрю улыбку. Таам – в переводе с арабского языка, означает «близнец», я немного поиграла с этим словом и придумала кличку. Живя здесь уже больше двух месяцев, я начала понемногу понимать язык и менталитет людей, живущих в этой стране. В основном от моей помощницы, Масуны. Мы с ней сдружились, но за пределы моих комнат наша дружба не должна распространяться. Здесь такие порядки, кто я такая, чтобы их менять. Я общаюсь только с женщинами и только в доме. В доме у каждого свое место, и все довольны. Я еще ни одну женщину не встретила с удрученным лицом. Глядя на внутреннюю атмосферу, ты просто не можешь ходить с плохим настроением.

Физически я не страдала, но морально тяжело принять и свыкнуться. Иногда я закрывалась от Амира, пыталась объяснить, что это неправильно. В итоге, он психует, а я плачу… Это нечасто происходило, но бывало. Внутри себя я приняла его, как своего мужчину. Особенно после разговора с Назифой. Он меняется рядом со мной… я это вижу… может, все-таки смогу изменить его… Надеюсь на это… Не хочу провести все время в слезах, этим я ничего не добьюсь, только себе хуже сделаю. Права Назима.

Моя маленькая тигрица спрыгнула с лавочки и направилась в сторону дома. Этим она мне дала понять, что голодная и пора ее кормить. Я улыбнулась, встала и направилась вслед за Тами. Зашла в дом, поднялась снять абайю, чтобы лично покормить свою кошечку.

Шла в сторону кухни, мне навстречу попалась Назифа. Легкий поклон головой и улыбнулась, и я ответила взаимно. Мне нравилась старшая по дому, она относилась ко мне с пониманием, и я вняла некоторым ее советам.

Некоторое время назад…

– Госпожа Юна…

Услышала я, сидя на балконе, доносившийся голос из комнат, встала и пошла на голос. Передо мной стояла среднего роста и такого же телосложения женщина, лет сорока пяти, но, возможно, и старше. Смуглая, с карими глазами, которые светились добротой. Я не стала поправлять ее за поклон и госпожу. С ней это точно не сработает, раз уж здесь такие устои.

– Здравствуйте, – поздоровалась я, снимая с головы никаб.

– Здравствуйте, меня зовут Назифа, я старшая по дому, – ответила она на русском языке, с акцентом. Было приятно понимать, что с тобой могут общаться на твоем родном языке.

– Очень приятно.

– Почему не выходите из ваших комнат?

– Не знаю… я как-то не думала об этом.

– Зря… Вот вы сидите и жалеете себя. Не надо… Если судьба вас привела на Восток к принцу Амиру, значит не просто так.

– Меня не судьба привела, он меня выкрал наглым образом, вот и вся судьба.

– Ах-ах… Амири никогда никого не крал… и, тем более, никого не привозил в свой дом. Знаете ли вы, что эти комнаты предназначены для будущей супруги принца.

– Как так… разве не для гостей или наложниц?

– Нет, – улыбнулась она. – Наложницы живут отдельно, а у гостей меньше комнат.

Помню, Амир говорил. Но одно дело – говорить, а другое – знать наверняка.

– Амири уже давно не был у наложниц, он помешался на вас.

– С чего вы взяли? —посмотрела на нее удивленно.

– Посмотрите на себя, вы редкая красавица, вот и вскружили голову принцу, он не замечает никого вокруг, только вас.

– Это ваше предположение или он сам пришел и сказал? – стала раздражаться я.

– Нет, конечно. Но как вы появились в этом доме, он приходит домой как по часам и сразу к вам идет. То, что он вам подарил тигренка, это многого стоит. Вы знаете, что он потерял своего верного друга.

– Да он рассказывал, его тигра отравили.

– Еще и рассказал… ц-ц-ц… он не просто влюблен в вас, вы украли его сердце. Он ни с кем не делится… никогда о себе не рассказывает.

– Нет… я его прихоть… разве, когда любишь, можешь сделать больно любимому человеку?

– Деточка… вы позволите мне вас так назвать?

– Конечно, как-то по-матерински даже, – улыбнулась я.

– Хорошо, так вот, деточка, влюбленный мужчина может наломать дров, а такой, как Амири, тем более… весь лес вырубит.

– Для этого рядом должна быть умная и понимающая женщина. Будь мудрой не по годам и поверни ситуацию в свою пользу. Мне не надо спрашивать, я и так вижу, что вы любите Амири, покажи всю свою любовь. Не гаси ее в себе, и увидишь, как он изменится по отношению к тебе. Запомни, деточка, женская красота и женская любовь – это волшебство, данное нам природой, чтобы строить, а не разрушать… Строй, детка… строй, ломать проще, чем построить…

Я была поражена ее откровением. И не могла не спросить:

– Почему вы мне помогаете?

– Потому что хочу, чтобы Амири был счастлив. У него нелегкое детство было, потерял маму еще ребенком. Пусть у него будет рядом любящая женщина, а ты любишь, я это вижу. Любишь не за что-то, а вопреки.

– Откуда такая проницательность? Вы меня видели всего несколько раз.

– Деточка, Назифа не вчера родилась и повидала в этой жизни достаточно.

Я решила отойти от этой темы и задала волнующий меня вопрос:

– А что стало с мамой Амира?

Женщина поджала губы, глядя на меня и раздумывая, стоит ли говорить или нет… и все-таки решилась.

– Ее отравили, но хотели отравить Амири.

Я испытала шок от услышанного…

Настоящее время…

Покормив Тами, мы пошли к себе. Я взялась дописывать пейзаж за окном, а Тами играла с мячиком. Я увлеклась живописью и не заметила как Амир вошел, но когда увидела, поняла, как же я соскучилась… Он такой большой, приближался ко мне, как всегда, обсматривая всю с ног до головы. Подошел и нежно поцеловал меня в губы.

– Я скучал, сладкая, мне не хватала твоего запаха.

После этих слов я прильнула к нему, мне кажется, мы оба меняемся, я чувствую, что мы тянемся друг к другу.

– Я тоже скучала, – сказала я тихо, стесняясь. Мне нелегко дается признание.

И тут Тами стала тереться, чтобы на нее тоже обратили внимание. Амир взял ее на руки со словами:

– Ну, иди сюда, как же без тебя…

После ужина Амир предложил прогуляться. Это было неожиданно, ведь мы в основном гуляли на территории его поместья. Предупредил, чтобы я обула удобную обувь. Ну вот, заинтриговал и ничего не говорит, держит в секрете. Надела красиво расшитую абайю голубого цвета, в конце концов – это свидание, под ней на мне тоненькая кофточка, юбка и сандалии на плоской подошве. Амир пришел в футболке и тонких льняных брюках, а на ногах открытая обувь на греческий манер. Посмотрел на меня и спросил:

– Готова?

– Да.

Он протянул руку, и я вложила свою руку в его, такую горячую и большую. Когда спускались по ступенькам, нас проводила взглядом Назифа. Чуть кивнула мне головой и улыбнулась. Мы друг друга поняли.

– Это что сейчас такое было? – спросил Амир.

– Ну-у, у меня должны же быть сообщники в этом доме, как ты думаешь?

– Даже так… – улыбнулся он, и мы вышли из дома.

Как всегда спортивный автомобиль, весь тонированный. Я села на пассажирское сидение, Амир захлопнул за мной двери, обошел и сел на водительское место.

– Можешь снять никаб. Потом, когда будем выходить, надо будет надеть.

– Хорошо, – ответила я и сняла головной убор.

Амир завел двигатель, он зарокотал, и мы рванули с места через распахнутые ворота. Адреналин зашкаливал.

– Куда мы так несемся?

– Боишься? – с улыбкой спросил он.

– Нет… с тобой не боюсь.

– Правильно, детка, – взял мою ладонь и, глядя на дорогу, поцеловал тыльную сторону моей ладони. Добавил:

– Я всегда тебя закрою своей широкой спиной.

Я даже дышать перестала. Любые признания в любви – ничто, в сравнении с теми словами, что я только услышала от Амира…