Глава 29. Армила

Дни сливались в одну сплошную череду. Рассвет, закат, перекусы, чаще всего чего-нибудь легкого и незамудренного, и снова долгие часы ожидания в специально отведенной комнате для посетителей в госпитале. Благо это заведение было отстроено с учетом того, чтобы комфортно было не только пациентам.

В зале ожидания стояли удобные диваны, мягкие кресла, журнальные столики, даже библиотека имелась с интересной и познавательной литературой.

Мама часто оставалась ночевать прямо там, и уже никакие уговоры поехать домой и отдохнуть на нее не действовали. Я боялась оставлять ее одну. Она держалась, делала вид, что все в порядке, но я видела, чувствовала ее состояние. То, как она балансировала на грани. И как была близка к срыву.

Я тоже чувствовала себя не лучше.

Арон появлялся каждый день – проверить лично, как идут дела, – но всегда держался на расстоянии. Хотя я была уверена, что его и без этого держали в курсе все двадцать четыре часа в сутки. И все же…

Пересекаясь с ним в коридоре, мама сразу же спешила отвернуться, несмотря на то, что ждала его. Высматривала тайком, будучи уверенной в том, что никто этого не замечает.

А я видела. Знала. И это злило больше всего!

Это выглядело как предательство памяти отца. И пусть мама не проявляла открыто своих чувств, прятала их, пытаясь отгородиться горем, это все равно было написано у нее на лице.

А с одним мне сложнее всего было смириться, как не старалась: мама оживала после его визитов. Пусть они не общались, пусть держались на расстоянии, но их встречи придавали ей сил. Надежду. Веру в то, что все закончится хорошо.

Она не говорила этого прямо, вообще не заводила разговор на тему Арона с момента наших последних откровений. Но я не могла не замечать слабый, пока едва заметный огонек в ее глазах. Возвращающий ее к жизни.

Имела ли я право ее осуждать? Когда у самой в сердце дыра зияющая и рана кровоточит так, что порой казалось: не выдержу.

Образ Тамина навязчиво следовал за мной везде, куда бы ни шла. Грыз, терзал.

Мне его дико не хватало! И душа разрывалась, просила хотя бы одну встречу, хотя бы на чуток. Назад, в прошлое, где мы изредка, но были счастливы. А сейчас? Он чужой мужчина, он женится, он – мое табу! И я снова злилась и заставляла себя не думать о нем.

Но были и хорошие новости. Врачи все чаще на вопрос: "Как обстоят дела?" – отвечали, что состояние мальчишек стабилизировалось и основная опасность миновала.

Нам разрешили даже заходить, проводить небольшое время у них в палате. Это были самые радостные и целительные моменты. Когда в душе расцветала надежда, когда мы радовались даже самым маленьким их успехам.

Единственное, боялись рассказывать им про отца, но мальчишки пока и не спрашивали. С ними работали лучшие врачи, общались психологи, и, что самое странное, несколько раз появлялся специалист по энергетическим потокам миаро.

Он поделился, что, если в ребятне есть хоть капля крови миаро, это дает шанс на более быстрое выздоровление, потому как регенерация тканей у последних очень высокая. Если поработать с потоками, то есть шанс, что лечение займет не месяцы, а считаные недели.

– Вообще, конечно, для нас это новый опыт, – поделился он как-то в очередной визит. – Я не работал с полукровками, а тут даже и половины-то нет. Всего лишь дедушка по линии матери. И то – высокородный! Но тем не менее на основе проведенных обследований не могу причислить мальчиков к простым людям. У них прослеживается пусть слабый, едва заметный, но вполне ощутимый импульс. Если немного поработать… В общем, не буду сильно обнадеживать, но меня как специалиста это заинтересовало.

– Спасибо вам огромное! – чуть не плача от радости, прошептала мама.

– Ну, это не меня благодарите. Я лишь выполняю свою работу. И мне за нее платят.

Он ушел, а мы с мамой так и остались сидеть в палате, погруженные каждая в свои мысли. Понятное дело, на кого он указывал и кому следовало целовать рученьки за такую милость. Но не сам ли этот благородный рыцарь устроил для нас весь этот ад?

Вот в этом я продолжала сомневаться.

Все еще занятая своими мыслями, я и не заметила, как дверь распахнулась и в палату шагнул как раз тот, о ком только недавно шла речь. Кай с Ником оживились, заметив гостя, подобрались, и даже глазки заблестели от интереса.

Арон пришел в этот раз прямо в форме. Видимо, еще не успел переодеться со службы. Сухо поздоровавшись с нами и едва мазнув взглядом, он сразу направился к мальчикам.

– Ну? Как дела? Как самочувствие? Боевое? – кивнул, останавливаясь рядом с Ником.

– Так точно! – отрапортовал брат, с таким воодушевлением глядя на миаро, словно к нему сошел обожаемый кумир с обложки глянцевого журнала.

– А я сегодня даже пытался сам держать ложку во время обеда! – хвастливо вклинился Кай. – Правда, еще больно, но я терпел, и у меня почти получилось!

– А еще сегодня приходил специалист по энергетическим потокам. Он сказал, у нас есть эти… ну, как их? Пульсы!

– Импульсы? – выгнул бровь Арон. – Это хорошо. И твое, Кай, стремление поскорее встать на ноги похвально. Выдержка и умение терпеть боль – одни из главных достоинств мужчины!

– Я умею! Жалко только, что я не миаро.

– Это еще почему?

– Потому что обычных людей в Высшую Военную Академию не берут, – грустно протянул брат.

– Так ты же не обычный? Сам ведь сказал, что специалист у тебя обнаружил наличие импульсов, – повел плечами Арон. – Так что если будешь прилежно учиться и развивать способности, то у тебя есть все шансы.

– Но… – не по-детски загорелись глаза братьев.

Они на время забыли про свои болячки, вынырнув из плена депрессии и болевого кошмара. Закидали его вопросами, на которые Арон терпеливо и со всей серьезностью отвечал.

А я смотрела на них, слушала их диалог и не могла понять: когда? Когда они успели подружиться настолько? Когда Арон смог заручиться их доверием и расположением? Когда стал настолько близким другом, что мальчишки не стеснялись перебивать и сыпать глупыми вопросами, не боясь вызвать гнев или раздражение главнокомандующего страны?

Да, я помню, что раньше они мечтали пополнить вооруженные силы государства. Родители даже деньги на это откладывали заранее. Но все, что им светило, – всего лишь военное училище, но никак не Академия для миаро!

– Ивин, прошу вас, не давайте мальчикам ложных надежд! – не выдержала мама, вскакивая с места и делая шаг в его сторону.

Арон обернулся на нее, и они на мгновение застыли. Казалось, искра пробежала между ними и воздух потяжелел.

– А кто сказал, что они ложные? – ледяным тоном отрезал он, и мама, не выдержав, отвела взгляд. – У меня нет привычки врать. Даже во благо. У мальчиков есть потенциал. Это мы выяснили. В Армиле, например, открылся скрытый поток. Или ты хочешь сказать, что не заметила изменений в дочери?

Мама метнула на меня испуганно-удивленный взгляд и ахнула, теряя опору. Ее качнуло в сторону, и она бы упала, если б в этот момент Арон не подхватил ее, мгновенно оказавшись рядом. Прижал к себе, вдавив чуть сильнее, чем позволяли приличия.

Всего на каких-то несколько секунд. И вот уже они снова стоят на расстоянии друг от друга. И если бы не налетевшее напряжение, грозовой тучей повисшее в воздухе, я бы подумала, что мне привиделось.

Их тянуло друг к другу! Так же, как и нас с Тамином. Если не еще сильнее! И это уже был неоспоримый факт.

– Мила – одаренная! – привел в чувство и вернул в реальность радостный возглас Кая. – Мила-а-а!

– Как? Как у тебя вышло? Как ты смогла? – присоединился Ник. – У тебя глаза серые и зрачок светится, как серебро на солнце!

– Мы даже не заметили!

– А ты теперь много что умеешь?

– И драться, не прикасаясь руками?

– А тебя в армию возьмут?

– А какой у тебя уровень силы?

Мне хотелось заткнуть уши от их шквала вопросов.

– Мила, дочка! Но… Как? – подлетела мама, обнимая меня и заглядывая в глаза. – И я, я тоже не заметила. Настолько была рассеянная эти дни, не видела, что творится вокруг. Прости, моя хорошая! – пролепетала она, переходя в конце на шепот.

Она гладила меня по плечам, прижимала к себе и всхлипывала, давясь непролитыми слезами. И только я одна стояла истуканом, окаменевшей статуей от осознания свалившейся на меня новости.

А в памяти кадры: Тамин, наша стычка с Ароном и странное ощущение исходящего потока силы. Так это было правдой? Я действительно тогда помогла выстоять Тамину? И я теперь… миаро?