Эпилог

Алиана стояла у окна и смотрела невидящим взглядом на улицу.

Она жила в его доме. В месте, где она могла бы быть счастлива, повернись судьба иначе. Засыпать и просыпаться с ним в одной кровати, воспитывать совместных детей и утопать в его любви и заботе.

Возможно ли было такое? Могли ли ее мечты стать реальностью? На этот вопрос, увы, никто не мог дать ей ответа. Вселенная молчала. А самого хозяина уже было не вернуть.

Ей остались его вещи, этот дом, где он прожил большую часть жизни, и куча воспоминаний в виде фотографий и их взаимных писем, которые Арон бережно хранил все эти годы в ящике стола. И теперь, словно эстафету, передал ей.

Одно радовало: у их дочери все сложилось удачно. И в этом тоже была заслуга Арона. Он раз за разом, шаг за шагом доказывал, что заслуживает доверия, когда был жив. А теперь, когда она поняла и осознала все свои ошибки, его уже рядом не было.

Вздохнула, взявшись за штору, и замерла. У ворот в сумраке летней ночи мелькнула знакомая фигура. Ей и раньше чудилось его присутствие, но теперь этот образ стал преследовать все чаще и чаще, появляясь в вечернее время суток рядом с домом. Алиана каждый раз бросалась из дома в надежде догнать, убедиться, что ей не чудится, но опять и снова фигура, как по волшебству, растворялась в темноте летней ночи. И она снова понимала, что это всего лишь ее буйная фантазия.

Сглотнула, задержав дыхание, и медленно попятилась назад. Слезы сами навернулись на глазах. Так не могло больше продолжаться! Ее уже ничего не радовало.

Раньше она могла ненавидеть его, бояться, но знала, что он есть. Жила, дышала этим. А сейчас…

Кинулась прочь из дома, даже не накинув на плечи шаль. Она найдет его, будет бежать хоть на край земли, сама станет призраком, но догонит!

Выскочила из дома через черный ход, нырнула в калитку и остановилась как вкопанная. Фигура не исчезала. Не растворялась, как раньше. Он стоял спиной, когда Алиана, не веря своим глазам, мягко ступая почти кошачьим шагом, подошла к нему.

– Арон, – выдохнула, все еще ожидая подвоха и не надеясь на чудо.

Он медленно обернулся.

В горле встал колючий ком.

– Это правда? Я не сплю?

И слезы брызнули из глаз, застилая любимый облик.

Она боялась прикоснуться и обнаружить, что он исчез.

Он не решался подойти, считая, что его не ждали.

– Забери меня с собой, – выдавила с трудом, нарушая повиснувшее молчание, решившись заговорить, выплескивая все, что наболело, – я не хочу больше так. Забери. Где бы ты ни был. Хоть на край земли, хоть на тот свет. Я все равно не живу без тебя…

Арон шагнул навстречу, прижимая ее к груди, как маленького ребенка. Зарылся носом в волосы, вдыхая любимый аромат, и сердце забилось быстрее.

Она слышала, ощущала под своими ладонями и льнула сильнее. Все еще не верила.

– Я слишком много натворил, чтобы заслуживать счастья, – отозвался глухо ей в макушку.

– Я тоже была не права.

И снова тишина, в которой лишь фоном слышны звуки извне. Они чувствовали друг друга, слышали без слов. Наслаждались.

Обиды, ненависть, претензии – все исчезло, кануло в неизвестность. Стали такими смешными и надуманными на фоне пережитого.

– Я больше не миаро. Выгорел. Нужен ли я тебе простым смертным? – прошептал срывающимся голосом и замер.

Застыл, превратившись в камень, в ожидании ее решения. Только сердце в груди отбивало удары под ее ладонями в бешеном ритме.

Алиана заглянула ему в глаза:

– Разве это важно – кто ты, когда любишь? Какой расы, какого вероисповедания? Я полюбила не миаро. Я полюбила мужчину. Настоящего, сильного, честного. Жаль, что сразу не поняла этого и допустила столько ошибок! Если бы можно было вернуться в прошлое и все исправить, если бы мы только могли… Я не жила все это время без тебя. Когда думала, что ты… мне и сейчас сложно произносить это слово. Я проклинала себя, я…

– Не надо, не смей! Ты должна быть счастлива.

– Без тебя? Не могу. Ты ведь вернешься? Вернулся?

Он крепче сжал объятия. Выдохнул и запрокинул голову назад, прикрыв веки.

– Ты ждала?

– Каждый день! Каждый час! И мальчишки скучают по тебе. Кай и Ник. Они часто спрашивают о тебе.

– Я тоже по ним скучал, – отозвался тихо.

– А по мне?

– А по тебе с ума сходил! – Коснулся губами ее губ и замер в нерешительности.

Алиана обняла его за шею, зарылась пальцами в густых волосах и притянула к себе, касаясь сначала ласковым поцелуем, проводя язычком по контурам губ, а затем уже заставляя его самого наращивать накал и все больше млея от страсти в любимых руках, от таких почти забытых ощущений, когда душа парит и забываешь обо всем. Даже о том, что они, взрослые люди, совсем как подростки сейчас целовались на улице.

– Ты же настоящий? – запыхавшись от поцелуя, провела ладонью по его лицу.

– А ты больше не сбежишь? – передразнил в ответ.

– Боюсь, теперь даже выгнать не получится, – улыбнулась Алиана.

Совсем как тогда, в юности, открытой озорной улыбкой.

Сколько лет было потеряно зря, сколько времени упущено. И теперь, стоя в объятиях друг друга, они поняли, что больше не хотят терять ни минуты.

– Ты вернешься на службу?

– Нет. Я и так много лет ей отдал. Хочу посвятить себя семье. Она ведь у нас теперь большая? – провел губами по щеке, обжигая дыханием.

– Мила снова беременна. Еще не знает. А Тамин уже чувствует. И Дэни, их старший, уже большой.

– Родишь мне сына? – огорошил ее вопросом и замолчал, обхватив руками ее лицо, пристально вглядываясь в глаза.

Алиана, будучи полукровкой, унаследовала от миаро долгую продолжительность жизни и без проблем смогла бы родить еще не одного ребенка. Хотя и простые человеческие женщины в ее возрасте спокойно рожали.

– Разве это только от меня зависит? – улыбнулась она нежно.

Двое влюбленных стояли в сумраке летней ночи, сжимая друг друга в объятиях и не могли поверить в свое счастье. Целовались, наслаждались, купались в волнах нахлынувших чувств. Потерянные годы уже не вернуть, но будущее было в их руках.

– Ты выйдешь за меня замуж? – спросил Арон, давая ей минутную передышку, прежде чем без оглядки отпустить прошлое.

– Да! – не думая ни секунды, ответила Алиана.