Глава 12

— Мой папа. Он… он… — Тиана судорожно вздохнула. — Попал в лечебницу.

Я долго смотрел на неё, осмысливая сказанное. Её папа, этот пьяница. Резко выпустил девушку, раздувая ноздри в гневе.

— Значит, Хэнсли тебе ничего не сделал плохого?

— Что? Нет, он передал мне новость, его отец близкий папин друг.

Понимал, ещё как. По телу прошлась болезненная дрожь.

— И что с ним случилось? — впрочем, зачем я спрашиваю? Какое мне дело до этого разгильдяя, который загнал своих дочерей в бедственное положение?

Тиана всхлипнула.

— Он там совсем один.

Я полез в нагрудный карман, выдернув оттуда платок, и швырнул ей.

— Вытрись.

Девушка растерянно моргнула, поймав платок.

— Если хочешь его навестить, могу распорядиться подать карету.

— Правда?

Я стиснул зубы. Никогда бы не сделал этого, но видеть её слёзы невыносимо. Они раздражали и напрягали. Никогда ещё не видел её такой, даже когда она появилась в моей комнате, даже когда я её перетянул сам. Ещё ни разу она не показывала свою уязвимость.

— Собирайся, за тобой придёт Клеменс. Но уложиться должна до обеда.

Тиана перестала плакать, сжав в пальцах платок.

— Спасибо, Ваше Высочество.

Я сердито хмыкнул и, отступив, пошёл прочь. Остановился, как только вышел в другое крыло коридора, понимая, что иду не туда. Софи ждёт в зале для отдыха. Едва не издав грудное рычание, развернулся и пошёл в обратную сторону. Дав Клеменсу распоряжение насчёт де Вир, я направился в зал.

Но тут я замер. На голову будто камень упал. А вдруг это уловка? Я вспомнил о марканах. Что если это ловушка?

Софи, что сидела в кресле, ожидая моего появления, приподнялась, сияя улыбкой, раскрыла губы, намереваясь что-то сказать, и тут же захлопнула, когда я развернулся и направился обратно, задержать Клеменса.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Новость об отце была неожиданной. Я не спала всю ночь, думая о том, как он там, что с ним случилось. Хэнсли не сказал мне подробностей. Не нужно было оставлять папу одного. Я вся извелась. Утром я хотела найти Его Высочество и просить его поехать навестить отца. Но Шенар был слишком занят своими гостьями. Эта блондинка, кажется, её звали Софи де Ар, с кукольными янтарными глазами. Принцу было не до меня, не до моих забот. Но когда он догнал меня в коридоре, я не выдержала и заплакала. Даже не ожидала от себя такого. Но стоило ему спросить, в чём дело, глаза затуманились влагой. Наверное, по большей части, потому что обо мне давно никто не заботился, не спрашивал по первому случаю, что случилось.

Лучше бы он не ходил за мной.

Я шла в свою комнату, не веря, что он позволил мне поехать к отцу. Заглянула в зеркало. Боги, на кого я похожа? Торопливо стёрла слёзы, помахав руками на заплаканные глаза. И как я могла позволить себе такую слабость?

— Доминика, собирайся, поедешь со мной, — велел я вошедшей служанке, делая вид, что сейчас совсем не плакала .

— Слушаюсь, госпожа, — кивнула девушка.

В дверь постучали. Вошёл Клеменс.

— Госпожа, карета подана. Вот портальные пропуска, Его Высочество велел передать.

Я изумлённо приподняла брови. Хотя чему удивляться? Принцу я нужна, и чем быстрее я вернусь, тем лучше для него, ведь мы ещё не начали избавляться от избыточной магии. Представляю, как он злится.

Мужчина сопроводил нас во двор. Я сказала кучеру адрес, где был сейчас мой отец. Клеменс приоткрыл дверцу, помогая забраться в карету, и осторожно захлопнул за мной.

Кучер тронул лошадей.

— Как же всё не вовремя, — прошептала я сквозь зубы, глядя, как за окном мелькнула сумраком арка ворот.

До переправы мы добрались быстро. Небо было совсем безоблачным, солнечный свет падал в оконца и ласкал кожу рук, но мне всё равно было тревожно. Лишь бы с папой всё оказалось хорошо. Почему он попал в лечебницу? Значит, случилось что-то серьёзное. Я отдала пропуск гвардейцу, и мы тронулись дальше, выехав на другой переправе, покатили к городу через длинную зелёную аллею.

Вскоре мы выехали на людную улицу. Показалось здание лечебницы, одноэтажное, утопающее в зелени, с небольшим парком на заднем дворе. Мы с Доминикой вышли из кареты и направились внутрь. Нас встретила помощница лекаря. Завидев меня, она широко улыбнулась, явно думая, что я очень богатая леди, имеющая при себе и служанку. Но Доминика рядом со мной благодаря Рутгету, а карета, которая меня ждёт, принадлежит принцу.

— Добрый день, — начала я. — Скажите, а господин Бальтсар эр Вир находится здесь?

Глаза девушки заметно потухли, а улыбка на круглом с широкими скулами лице медленно слабела.

— Да, госпожа…

— Тиана де Вир, — тут же ответила я. — Я его дочь.

— Да, господин Бальтсар прибыл ещё вчера… господин сломал ногу, — продолжила девушка уже не так радушно, украдкой придирчиво осматривая меня.

— Могу я его видеть?

— Да госпожа. Следуйте за мной.

Велев Доминике оставаться в зале для посетителей, я направилась за лекаркой. Мы шли по светлым коридорам с белыми стенами и с вазами с цветами. Всё-таки во Флиастоне достойные лечебницы, и всё благодаря королю. Хоть традиционное знахарство уступает магическому, но всё же остаётся на должном уровне. Тем более что магов-целителей не каждый мог себе позволить. Мы остановились на пороге одной из палат. Дверей здесь, как и во всех лечебницах, не предусматривалось, а потому папу я заметила сразу.

— Папа! — выдохнула и бросилась к нему.

— Тиана, — он удивился, приподнимаясь на кушетке.

— Лежи, не вставай, — положила ладонь на его плечо.

Лекарка отступила к выходу, а я села подле отца, рассматривая его. Казалось, что не видела вечность, хотя прошло всего четыре дня.

— Как ты узнала, что я тут? — взгляд отца был обеспокоенным и хмурым. Его правая нога была зафиксирована шинами и перемотана бинтами. От Бальтсара пахло виноградным вином. Как обычно. Потом я заметила его слишком блестящие глаза: он уже набрался. Внутри меня всё опустилось.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Господин Хэнсли эр Боклив сказал мне, он прибыл вчера в замок Миберт-Тиль. Как же так получилось, папа?

— Тебе не нужно было приезжать, Тиана, — вдруг заявил он строго. — Ты же знаешь, что лучше нам пока не видеться.

Знаю, конечно, я знаю, из-за проклятого долга.

— Кстати, а куда подевалась Дэми? Я её не видел давно.

Я поджала губы, так горько и плохо мне ещё никогда не было.

— Дэми у своей подруги, Лореты де Имер, я же тебе говорила, — принялась врать я бесцветным голосом, поправляя покрывало.

Отец нахмурился.

— Не помню, чтобы ты мне говорила.

Конечно, он не помнил: я такого не говорила. Я вздохнула. Надеюсь, Его Высочество поторопится её найти. Или хотя бы кузен. Кто-нибудь из них.

За дверью послышался шум, вынуждая меня обернуться.

— Вам что, господа?! — возмутилась лекарка. В коридоре показалась высокая статная фигура.

Сердце подпрыгнуло и лихорадочно застучало: я помнила эти тёмные глаза, налившиеся магмой. Отец приподнялся, сжимая в пальцах простыни. А я подскочила с места и бросилась к окну, прежде чем маркан отшвырнул лекарку прочь и вошёл внутрь.

— Что вы тут делаете? — проговорил отец.

Маркан даже не глянул на него. Он буравил меня красными, как рубины, глазами, смотрел так, будто я его собственность. А потом покинул своё место и быстрым шагом приблизился. Я даже понять ничего не смогла, как оказалась в капкане — он пугал, чужой, огромный. Схватил меня ручищей за локоть и дёрнул за собой.

— Отпустите! — Бальтсар дёрнулся, и тут же его лицо исказило болью, он сполз с кровати, пытаясь остановить, перевернув всю подстилку, но маркан — как бы я ни сопротивлялась — вытолкнул меня из комнаты и потащил по коридору. Конечно, чужеземца никто не смел остановить, да и кому это было по силам?! К тому же, всё было законно, у него с отцом подписанный договор — оплата мною долга Бальтсара эр Вира.

Паника охватила сердце, сковав льдом страха. Если он дотащит меня до портала, то мне конец. Никто меня больше не найдёт. Только кому я была нужна? Да как же маркан узнал, что я здесь?

Я схватилась за свой талисман. И ничего. Он не сработал как тогда. Стало по-настоящему страшно, пальцы чужака вдавливались в предплечья, и тут только я поняла, что его кожа была холодной, как у ящерицы. Дрожь пробрала меня насквозь, обездвижив.

Мы вышли из лечебницы. У входа ждали всадники, но маркан повёл меня к карете и, открыв дверцу, затолкал меня внутрь, запечатав двери. Сердце едва не выпрыгивало, стучало где-то под горлом.

— Эй, откройте!

Карета тронулась с места, а вместе с этим всё внутри меня оборвалось. Я не знаю, сколько мы так ехали. Вцепившись в талисман, я молила о защите. Почему он не работает, не переносит меня?! Я ничего не понимала, ведь я сейчас в такой опасности! И самое ужасное – мы приближались к портальному посту, вот уже показались знаки и башня с воротами. Всадники, что ехали рядом, двинулись вперёд, проходя через ворота. Я зажмурилась, вцепившись в колени, не веря, что сейчас окажусь в Чёрных песках. Нет, это не должно произойти! Вот так просто оказаться в чужих землях, где я стану рабыней. Бессилие задушило в тот миг, когда экипаж вошёл в портальную арку. Меня знакомо тряхнуло, дыхание исчезло из груди, а сердце остановилось и ухнуло куда-то в живот. Меня пробрало зыбкой дрожью, когда карета, проехав вперёд, остановилась.

Ну вот и всё. В голове гудело, пальцы дрожали, так что я сжала их в кулаки. Я попыталась принюхаться: слышала, в Чёрных песках другой воздух, более сухой. Набравшись храбрости, открыла глаза, ожидая, что сейчас дверца откроется, меня скрутят, перекинут, как мешок с зерном, через седло и увезут прочь.

Но всё так же светило солнце, и воздух казался таким же, не изменился. В окне показался чей-то силуэт, а в следующий миг дверца распахнулась, и в проёме появился… Я раскрыла губы и, округлив глаза, уставилась на Его Высочество. Это что, видение? Или я потеряла сознание, и всё это мне мерещится?

— Как? — сорвалось первое с языка.

Принц сердито выдохнул, но я не могла не заметить, что этот выдох нёс и какое-то облегчение.

— Выходи, — велел он совсем по-настоящему, отступил, придерживая для меня дверь.

— Ну шевелись же! — раздражённо бросил он, когда я осталась сидеть на месте.

Я моргнула и медленно сделала то, что было велено. Вылезла из кареты, огляделась. Мы находились около другого поста, в небольшой роще, примыкающей к… Миберт-Тиль? Я не могла поверить глазам. Но марканов не было ни одного, даже вождя.

— Но как? — мои ноги онемели от ошеломления.

Шенар встал передо мной, хлопнув дверцей.

— Я распорядился этим. Поздно подумал, что это ловушка твоего маркана.

— Моего? Ну нет уж, — выпалила я, по-прежнему недоумевая. Посмотрела на принца, который всё ещё был в гневе, будто это всё ему приносило страшные неудобства, я стала для него проблемой. А потом — я даже не ожидала — моё сердце преисполнилось благодарностью. Такой огромной, искрящейся и полной, что то, что я сделала следом, никак от себя не ожидала— подалась вперёд, обнимая мужчину за шею.

— Спасибо, Ваше Высочество, — пролепетала я, чувствуя, как глаза жгут слёзы, понимая, как же сильно я испугалась, осознавая, какой шок испытала.

Принц замер, но и не оттолкнул меня. А следом я ощутила тяжесть мужской ладони на своём затылке. Меня всю обдало жаром и волнением.

— Мне не нужно было тебя отпускать, — сказал он, а потом склонился к моему виску, так что губы оказались возле моего уха. — У нас сделка, ты забыла? И если бы не это, я бы не стал тебя вытаскивать из ямы, куда толкнул тебя твой отец, и разгребать его проблемы.

Это меня отрезвило, как удар по щеке, я вздрогнула и быстро отстранилась.

— Да, конечно, простите, — я отвела взгляд, готовая провалиться сквозь землю. Поправила причёску, скрывая свою растерянность.

И что такое на меня нашло? К моему стыду, в этот миг на нас какими-то весёлыми взглядами пялилась вся королевская охрана. Вот уж интересно, что их могло так позабавить? Я ведь девушка и просто… испугалась.

— Возвращаемся в замок, — скомандовал принц охране.

Шенар кивнул на карету, давая мне понять, чтобы я садилась в неё.

Пригнув голову, я села внутрь экипажа, смотря в окно, как Его хладнокровное Высочество направился к своему коню.

Карета тронулась, продолжая путь. А мне было так стыдно, что я, смежив веки, не открывала их до самого замка. Вот глупая. Какой стыд, боги! Он вовсе не собирался спасать! И из собственной выгоды был вынужден вытащить меня. Но, вместе с тем, я была так счастлива, что маркан остался с носом. Даже усмехнулась, представив его жуткую физиономию в момент, когда он поймёт, что в пески вернулся без своей наживы. Усмехнулась, и в то же время грудь обдало холодом страха. Наверняка он теперь в ярости. А что, если марканский вождь навредит отцу, который остался в лечебнице? Бедный папа, он ведь даже не знает, что со мной всё в порядке. И Доминика осталась там.

Карета остановилась во дворе замка, я не стала дожидаться, пока откроют дверцу. Вышла сама и тут же приблизилась к спешившемуся Шенару. Он посмотрел на меня с мрачностью и прежней холодностью. Ещё бы: я глянула на балконы и террасу, где прогуливались гостьи и сейчас пялились на нас с диким любопытством. Почему мы вернулись вместе? Наверняка лопаются от зависти. Но меня это не должно волновать.

— Что ещё? — поторопил принц, расстёгивая первые петли ворота.

— Доминика, моя служанка, осталась в лечебнице.

— Я пошлю за ней, — шагнул он, собираясь уходить. Не хотелось быть навязчивой, но я непроизвольно ухватила его за запястье и тут же выпустила. Да возьми же себя в руки, Тиана!

— Что? — не выдержал мужчина.

— Мой папа, я боюсь…

Шенар устало возвёл взгляд к небу, будто уже знал, о чём я сейчас хотела просить.

— Я послал к нему охрану.

Сердце встрепенулось и забилось часто. Он и об этом подумал? Недоумение вместе со странно щемящим волнением слились воедино. Но тут же я одёрнула себя: это ведь часть сделки, всё верно, ничего более. Что я себе сейчас придумываю? Ведь придумываю же?

— Что-то ещё? — ветерок, подувший со стороны обрыва, откинул на его глаза несколько серебристых прядей, делая его ещё привлекательнее: эта небрежная красота шла ему.

— Благодарю вас, Ваше Высочество. Это всё, — поторопила себя с ответом.

Шенар, смерив меня холодным взглядом, ничего не ответил и продолжил путь к парадному входу. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как ноги будто утопают в ласковом тёплом море, а меня всю охватывает какое-то странное головокружение.

Заставила себя отвести взгляд и не пялиться на него, скользнула глазами по собравшимся гостьям, направилась ко входу, спеша оказаться поскорее наедине со своими мыслями, чувствуя, как лицо просто пылает. Нужно что-то холодное приложить. Наверняка эти придворные куклы нас сейчас осуждают.