34. Армила

Если и есть рай на земле, если это действительно не сказки, то я точно попала по адресу. Вернее, мне открыли в него ворота. Руки, губы, язык Тамина.

Ооо, последний вообще творил со мной такое, от чего я взлетала в небеса, временно теряя связь с реальностью.

Я знала примерно что происходит между мужчиной и женщиной при близости, я однажды уже участвовала в этом действии, но тогда я не испытывала и половину того, что происходило сейчас. Я словно вся превратилась в желейную массу, и каждое прикосновение миаро волнами удовольствия расходились по телу.

Иногда мне казалось, что я больше не выдержу, разлечусь на молекулы, растворюсь в пространстве. Он вытворял со мной такие вещи, касался самых запретных мест, безошибочно находя чувствительные точки, доводя до безумно-острейших граней запредельного наслаждения.

Дразнил, подводил к черте, заставлял плавиться в его руках и все сильнее ощущать как растет внутри меня, подобно снежному кому, болезненно-сладкое неудовлетворение. Нарастает, множится и требует развязки. Сметая любой стыд.

Откровенно заставляя умолять Тамина не останавливаться, творить со мной все самые развратно-безумные действия, но только не прекращать!

Я умирала несколько раз в его руках, воспаряя к небесам, теряя ощущение реальности, но уже через небольшое время возвращалась на землю со жгучим желанием повторить. И каждый раз удовольствие огненной лавой растекалось по кровеносной системе, доставая до всех потайных уголков.

И, если раньше я боялась момента проникновения, боялась той боли, что сопровождала меня весь прошлый раз, то теперь молила об ощущении наполненности себя им.

Хрипло, закусывая губы до солоноватого вкуса крови во рту:

— Пожалуйста!

— Что? Что пожалуйста? Скажи мне? — прошептал мне в ухо, потираясь каменной плотью о мою изнывающую промежность.

— Возьми меня. Войди! Тебя хочу всего!

И всхлипнуть, задрожать, ощутив резкий толчок внутрь меня. Как горячая волна окатила с ног до головы, как вся моя сущность сжимается вокруг него, такого долгожданного, такого желанного, такого большого и распирающего меня изнутри, впитывает эти соприкосновения самых сокровенных частей тела и жаждет его господства надо мной и внутри меня.

И он дал мне это! Задвигался, заполняя пустоту. С каждым разом словно продвигаясь все глубже, увеличивая амплитуду, входя до упора и тараня так, будто наказывал за что-то.

— Смотри на меня! — приказал и я распахнула глаза, потонув сразу же в плавящейся ртути, что воронкой затянула меня.

Венка на виске вздулась, на лбу выступили капли пота. Взгляд нечеловеческий. В нем смешались все оттенки серого, какие только можно встретить в нашем мире. Навис надо мной такой красивый и опасный одновременно.

Мой!

Пусть всего лишь в эти мгновения, пусть в последний раз, но я вижу как он теряет человеческий облик, как хрипло стонет, двигаясь глубоко во мне и вбивается до черных точек перед глазами, и именно Я причина его одержимости!

Все именно так, как должно быть, все слишком правильно. Он и я. Кого не должно было быть, но Мы есть, и мы вместе. Сейчас, в это мгновение. Ощущение безупречности происходящего. Настолько, что пугает. И завораживает.

Замер на секунду, тяжело дыша. Прикрыл веки, пытаясь выровнять дыхание, прислонившись лбом к моему лбу, а я чувствую как его разрывает изнутри бешеное желание, как едва сдерживается, стиснув зубы и у меня у самой начинает срывать крышу от нетерпения.

Подмахнула бедрами, заерзав под ним. Еще и еще, несмотря на то, что пытается придавить меня весом своего тела.

Закинула ноги ему на поясницу, подавшись вверх и ощутила как под этим углом он болезненно вошел глубже. Боль прострелила вбок и взорвалась яркими пятнами перед глазами, заставив всхлипнуть, а следом цунами судорожных сокращений по телу вперемешку с каким-то неправильным, но таким убийственно-приторным удовольствием.

— Давай! — выдохнула ему в губы. — Сейчас.

И он не выдержал. Сорвался, подобно дикому зверю, зарычал, взяв бешеный темп и выбивая из меня пронзительный крик, когда вселенная посыпалась передо мной, уступая место бесконечности. Когда звезды поплыли под прикрытыми веками и тысячи разрядов разом пронзили каждую нервную клетку, выжимая свой максимум.

Я умерла. Расплавилась. Превратилась в прах. Меня больше нет и я везде.

Это непостижимо, но я в раю…