Глава 28

Мир за пределами комнаты перестал существовать. Растворился в нетерпеливом рычании зверя и совершенно дикой жажде золотых глаз. Буквально запечатав ее губы поцелуем, Дарк опять подхватил на руки и потащил куда-то в сторону. Другая комната. Отлично. И кровать…  Ну, Клэрис!

Стук вырванных пуговиц заглушил ее возмущенный вопль по поводу порчи имущества. Рубашку постигла та же участь. А в следующее мгновение Николь давилась стоном, едва мужчина сжал чувствительную вершинку груди.

Возбуждение вспыхнуло ярким фейерверком, мгновенно вышибая желание ругаться или спорить. С неестественным, почти животным удовольствием Николь царапнула ноготками напряженные  плечи. Наградой стал болезненно сладкий укус. Впечатав ее в кровать, Дарк жестом фокусника избавил их двоих от одежды, и Николь первая приподняла и развела бедра, позволяя широкой ладони нырнуть под поясницу.

— Проклятье… — сдавленный шепот обжог губы. — Я охренеть как соскучился, Карамелька.

И одного лишь прикосновения между ног хватило, чтобы ответное признание вырвалось судорожным вздохом. Коротко ругнувшись, Дарк еще раз провел по чувствительным складочкам, растирая первую влагу. Резко, но все-равно бережно, толкнулся внутрь сразу двумя пальцами.

На мгновение Николь показалось, что от нахлынувшего удовольствия она просто выключится. Потеряет сознание, надышавшись аромата хвои и морской свежести, растает в жарких объятьях, превращаясь в невесомое облачко чистой эйфории…

… но у Дарка были другие планы.

Играючи перевернув ее на живот, он прошелся ладонью от груди до низа живота, запуская по телу широкую волну тепла. Подкинул к себе ближе и впечатал в пах, давая почувствовать между ягодиц свое напряжение.

Николь послушно выгнулась в пояснице, раскрываясь перед жадным взглядом. Нырнула рукой между ног и огладила всей ладонью плотные кожаные мешочки, слегка сжимая и царапая коготками. Оборотень подавился шумным вздохом.

— Ты меня в гроб загонишь, — прошипел, толкаясь ей навстречу, — девочка моя любимая.

Теперь давилась воздухом она. Судорожно пыталась расправить легкие, но сердце вдруг стало слишком большим, а к бушевавшему желанию добавилось пронзительно острое чувство, которому никак не подобрать определение. Счастье, удивление, безумная потребность признаться в ответ и невозможность это сделать.

Впрочем, ей и не дали.

Перехватив под живот, оборотень толкнулся внутрь, и Николь  тихонько охнула, прогибаясь под жадным напором. Толстый ствол медленно растягивал мышцы, она чувствовала каждый дюйм напряженной плоти. Мучительно нежно он вошел внутрь и замер, давая к себе привыкнуть.

— Дарк, — застонала, нетерпеливо поддаваясь навстречу. К черту эту медленную пытку! Она слишком соскучилась по своему оборотню. Горячему, жадному, с которым каждый раз — это дикий коктейль удовольствия на грани, приправленный тягучей лаской.

Темп изменился моментально. Крепко придерживая за бедра, Дарк задвигался размашисто и часто, словно только и ждал ее просьбы. Врывался на всю длину, сжимал ягодицы, ласкал нывшую от предвкушения грудь и насквозь мокрые складочки…

Судорога удовольствия скрутила низ живота позорно быстро. Перед зажмуренными веками полыхнуло первое зарево искр, но взмокшую от пота спину обдало жаром.

— Прости, Карамелька…

Хриплое рычание оборвалось на пронзительной боли между шеей и плечом. Николь вскрикнула, инстинктивно пытаясь сбежать, но волчьи клыки тут же исчезли. И неприятные ощущения тоже. Вместо них по коже расползлось странное онемение. Потянулось вдоль лопатки золотой паутинкой, проникая под напряженные мышцы спины и подбираясь к позвоночнику.

— Ой… — запищала от страха и восторга.

Внутри взорвалось маленькое солнце. Расплескалось по венам кипящим удовольствием, завязывая внизу живота тяжелые узлы подступавшего оргазма. От первой судороги Николь чуть не рухнула на постель, но оборотень крепко держал под бедра. Не давал передышки, и через несколько глубоких толчков она просто не выдержала. Застонала протяжно и сладко, впиваясь пальцами в измятую простыню, а следом содрогнулся и оборотень..

Хлынувшие извне ощущения прошлись по телу вспышками электрического тока. Выкрутили удовольствие на полную яркость и дополнили новыми, совершенно невозможными красками. Сознание разбилось на куски, впуская в себя наслаждение оборотня. Она слышала глухой и частый стук его сердца, хриплость дыхания и чувствовала, как внутри растекаются теплые вязкие капли, мешаясь с ее влагой и наполняя ощущением безграничной принадлежности.

Перед глазами роились золотые искры, и внизу живота пульсировало протяжно и сладко. А Дарк все такой же твёрдый. И тесно очень, совсем как в первый их раз.

Пусть мышцы напоминали теплый студень, но Николь попыталась обернуться. Тщетно! Дарк тут же прижал ее к груди, мешая рассмотреть его. Она видела только жилистые руки с когтями вместо ногтей.

— Подожди немного, — прорычал на ушко.

Еще чего!

— Дарк, пожалуйста, — шепнула сквозь судорожный вздох.

Она очень хотела видеть его настоящего. Пусть даже идеальные черты будут искажены зверем, ну и что? Это ее Дарк!

Смятение мужчины и волка чувствовались слишком хорошо. Даже сладкий дурман, до сих пор круживший голову, не мог их заглушить.

Николь мягко попыталась отстраниться.

— Дарк, — позвала снова.

Требовательно и упрямо. По наитию потянулась к нему телом и мыслями, давая чувствовать собственную уверенность. И мужчина отпустил. Сам ушел в сторону, молчаливо одобряя ее желание.

Развернувшись, Николь все-таки осела на кровать. Беззастенчиво обласкала взглядом не совсем, но по-прежнему человеческое лицо. И это все?! Немного клыков, сглаженная переносица и резкий излом надбровных дуг… Подумаешь!

Дарк недоверчиво хмыкнул. Повел раздавшимися плечами и хотел что-то сказать, но Николь  проворно нырнула в когтистые объятья.

— Ты очень мило переживаешь.

— Я не…

Возмущенную речь заткнул сочный поцелуй. Клыки мешали, но кто будет обращать внимания на такие мелочи?

Дарк осторожно приобнял ее за талию, а через мгновение кожу ласкали человеческие пальцы. Но на самом деле это не важно. Она не собиралась отказывать им обоим в наслаждении близостью, пусть даже оборотень не убрал клыки. Все равно поцелуй — это всего лишь прелюдия… Кажется, она знает, как внести еще немного разнообразия в сногсшибательный секс.

Поцелуй перетек на шею, прошелся вдоль бьющейся синей жилки и обласкал подключичную ямочку. Ах, как жаль, что нет возможности как следует прикусить кожу, оставив на ней свою метку!

Николь скользнула еще ниже, уделяя внимание темному кружочку соска. Мышцы под ее губами дрогнули и напряглись.

— Карамелька… Черт! — зашипел, когда она слегка прихватила зубами. — Ты…

Да, собралась. И нет, не испытывала совершенно никакого отвращения. Николь еще раз слегка сжала зубы, обрывая ненужный сейчас разговор, и перехватила Дарка за руку, сплетая пальцы. Отстранилась всего на мгновение, чтобы молча попросить оборотня сесть на постели.

Мужчина не сопротивлялся. Смена позиции произошла молниеносно, и, очутившись внизу,  Николь чуть не сорвалась на глупое «ого». Так близко и открыто она видела Дарка впервые.

Черт… Как вообще это не причиняло ей  боли? Его казалось так много... Николь осторожно обхватила мокрый от смазки ствол, и пальцы не смогли сомкнуться в кольцо. Очень много.

— Карамелька, — к шипению добавился рык от одного только движения вверх-вниз.

Облизнув пересохшие губы, Николь накрыла поцелуем горячую головку. Странный водянистый привкус растекся по языку, мешаясь с ощущением мужского удовольствия. Дарк вздохнул шумно и быстро. Зарылся пальцами в растрёпанные волосы и подтолкнул чуть вперёд, предлагая взять глубже.

Конечно, она попробовала. Но перед этим не спеша обвела языком тонкую уздечку, наслаждаясь нетерпеливым и умоляющим стоном оборотня.

Дарк хотел этого. Хотел именно такой ласки и сейчас его восторг отзывался под кожей горячими волнами тепла. А понимание уязвимости мужчины кружило голову. И пусть она ничего не умела, и ее ласка была похожа на осторожное и нежное исследование, но рваное дыхание оборотня и мелкая дрожь напряженных мышц живота подсказывали, что все происходящее идеально. Так, как оно должно быть именно в этот момент.

Николь старательно пыталась захватить как можно больше и ужасно боялась причинить боль зубами. Помогала себе рукой, а второй сжимала у основания. Пробовала менять угол наклона и темп, искренне наслаждаясь ответной реакцией, и так увлеклась, что хриплое «Николь» и попытка ее отстранить стали полной неожиданностью. Она даже почти поддалась. Испугалась, что сделала не так, но повторный стон, а еще чуть изменившийся вкус подсказали в чем дело.

Николь усилила напор. Отстранившись, провела языком по всей длине и снова обхватила губами, поднимая глаза вверх.

Кипящий золотом взгляд пробил насквозь раскаленной стрелой. Пальцы на затылке сжались крепче, и тут же в рот хлынул новый вкус. Солоноватый и немного терпкий — Николь не упустила ни капли, наслаждаясь своим мужчиной без малейшей брезгливости.

— Твою ж… — шумно выдохнул Дарк, когда она закончила, напоследок обласкав языком и собирая последние капли. — Иди-ка сюда...

Играючи подхватив на руки, усадил на себя и отблагодарил глубоким поцелуем. Не развратно-пошлым, а долгим и сладким, добавляя бушевавшему внутри урагану эмоций новые — нежные — краски.

— Не думаю, что смогу отпустить тебя сейчас, — пробормотал едва слышно. Огладил спину, прижал ближе к себе, давая почувствовать твердость намерений. Дарк мог больше, чем два раза и даже три. Николь это знала… И не имела ничего против.

Потянувшись вперёд, она крепко обняла любимого за шею. Взъерошила густую щётку волос и потерялась о колючую щеку.

— Только попробуй, — мурлыкнула, легонько виляя бедрами.

Внизу уже тлели угольки будущего пожара. А вокруг талии сжимался капкан мужских объятий. Самый приятный плен на свете. И она им насладится в полной мере.

* * *

Сердце под щекой стучало мерно и гулко. Николь плавно качало на волнах мужского дыхания, а внутри растекался сладкий коктейль из ощущений оборотня. Это было так странно… Она всей сутью чувствовала шедшее извне тепло. Оно проникало прямо в сердце искристым хмелем. Кружило голову, успокаивало, согревало… В нем чувствовалась мягкая забота, легкая, как солнечный лучик, радость, пикантная нотка желания, и что-то еще, безумно приятное. Нежное, но крепкое. Настолько полное и неискоренимое, что хотелось реветь, словно романтичной дурочке. Странно. Она думала, что слезы счастья — это просто красивая ложь.

Николь тихонько вздохнула. Жалела ли она? Нет, ни капли. А еще чертовски сильно не хотела выбираться из уютных объятий, но часы на стене показывали далеко за полночь.

— Это не честно, — прошептала, сильнее стискивая пальцы на мужском плече. — Не хочу никуда идти.

Могла бы не говорить. Дарк тоже не горел желанием прерывать затянувшееся свидание. Николь чувствовала сытую расслабленность мужчины, а еще его зверя…

Волк словно крутился рядом. Поверни голову — и увидишь темно-серого красавца с умным золотым взглядом и пушистым хвостом.

Оборотень запустил руку в растрепанную гриву. Поиграл с длинной прядкой, нежно провел по выемке затылка, от чего  вдоль позвоночника разбежались щекотные мурашки. Николь чуть не застонала от удовольствия.

— Надо, Карамелька, — вздохнул с сожалением. — Больше всего на свете я бы хотел застрять с тобой в постели на месяцок-другой. Но…

— Но мы прилипнем.

Короткий смешок обласкал сердце мягкостью  волчьего меха. Отозвался внутри звенящим теплом и тихой радостью. Дарку очень идет улыбка… Так здорово не только видеть ее, но и чувствовать.

— Без проблем, сладкая. С тобой — без проблем.

Неимоверным усилием воли Николь отцепилась от обнимавшего ее мужчины. Легкий холодок комнаты заставил поморщиться. Под боком оборотня гораздо теплее!

— Мне нужен новый костюм, — вздохнула, разглядывая рваные ошметки на полу. — Что за манера портить вещи?

На плечо лег тяжелый и чуть-чуть колючий подбородок.

— Ты на меня плохо влияешь, — Дарк щекотно потерся носом о ее ухо.

Николь хихикнула. Боже, до чего же милый, когда хочет, почти как волк.

— Какая я нехорошая… Может, запасная одежда есть в шкафу? — обернулась к противоположной стене.

Мужчина встал и, не стесняясь своей наготы, направился туда. Николь заинтересованно подобралась. Нет, ее волновала не одежда, а кое-что другое. Впервые Дарк щеголял перед ней полностью голым. И какая же у него аппетитная подтянутая попка! Черт… а не шлепнуть ли ее разок? В отместку, так сказать.

— Даже не думай, сладкая, — опять хохотнул мужчина. — Верну в тройном размере. Сесть не сможешь.

Николь надулась. Вот ведь… И помечтать нельзя.

— Опять мысли читаешь?

— Еще бы, у меня задница покраснела от такого пристального взгляда.

Дарк распахнул шкаф, вытащил оттуда одежду  и развернулся. Мысли о сочной попке были оставлены до лучших времен.

— Варвар, — выдохнула тихонько.

Судя по состоянию, Дарк был не против повторения недавнего марафона.

Мужчина кокетливо изогнул  бровь и повел плечами, намеренно привлекая взгляд игрой мускулов.

— И тебе это нравится, — так же неторопливо направился к ней. Узкие сильные ступни бесшумно ступали по тонкому ковру.

Николь беззастенчиво любовалась идеальными изгибами фигуры и плавной грациозностью движений. Да, нравилось. И признаться в этом совсем не стыдно.

Дарк присел рядышком и протянул ей платье-сарафан. Не очень по погоде, но климат контроль в авто не даст мерзнуть.

Со вздохом она приняла одежду. Да, надо уходить… Но ведь скоро они снова увидятся? Дарк присел рядом и подтянул поближе, вместе с покрывалом.

— Знаешь, Карамелька, я последнее время очень хотел спросить одну вещь… А на втором свидании замуж зовут?

Николь чуть не подавилась. Однако шустро! Не готова она к таким поворотам на виражах. Но приятно… И дыхание почему-то через раз. Пришлось откашляться.

— А как же узнать друг друга поближе?  Составить план отношений на годик-другой?

 Дарк хмыкнул.

— Мой самый грандиозный план рухнул в то мгновенье, как мне навстречу вышла прекрасная незнакомка в невероятно элегантном и сексуальном платье…

Вообще-то Николь оно казалось проституточным, но хорошо, что Дарк видел иначе.

— … Так что иногда стоит действовать не по плану. Что думаешь?

Что она могла сказать? Плечо согревала метка, а сердце — обаятельная улыбка и блеск золотых глаз.

— Думаю, — прижалась крепче к своему оборотню. — Попытаться всегда можно.