Глава 63

Как ответить на столь откровенное и по-детски непосредственное сватовство, чтобы не обидеть ребёнка, я так и не придумала. Зато стало понятно, почему Аедан себя с волчонком так странно вёл. Наверное, предположил что-то подобное, раз догадался, кто у него отец.

Но вскоре дормеза пошла под уклоном, явно спускаясь с холма, мои мысли вернулись к предстоящему приезду в Этейну. И я, не выдержав, снова приоткрыла окошко, чтобы хоть краем глаза посмотреть на окрестности. Взглядом скользнула по усеянному синими цветами склону, устремилась вдаль, туда где виднелась гряда поросших лесом холмов на фоне ослепительно голубого неба, вьющаяся между этими холмами река и рассыпанные на берегу домики.

Красиво так, что дух захватывает.

Рядом с дормезой на этот раз едут воины Аедана, в том числе и Бранн. Я даже дэйра Граддо замечаю, с которым на протяжении всего пути почти не сталкивалась. И именно его внимательный взгляд вынуждает меня спрятаться назад. Нечего привлекать внимание того, кто меня опознать сможет.

А ещё спустя некоторое время дормеза выравнивается, замедляется. Судя по звукам, под колёсами, кажется, деревяный настил появляется. Решившись ещё раз выглянуть, я понимаю, что теперь мы едем по мосту через ту самую реку.

Стоит её пересечь, как дорога начинает подниматься обратно вверх. Вдоль неё всё чаще начинают встречаться дома, обнесённные заборами дворы, обработанные участки земли. Видимо, Этейна расположена на холме. Далеко впереди раздаются звуки горна, какой-то странный грохот, дормезу снова окружают демоны, и я с толикой неохоты прячусь обратно. Кажется, мы уже близко к городским воротам.

— Ты от кого-то прячешься? — спрашивает, наблюдающий за мной волчонок. Надо же, какой проницательный. Может и ложь чует, как демоны?

— Не совсем. Я просто не хочу, чтобы на меня все смотрели, — стараясь говорить правду, поворачиваюсь к мальчишке.

— Почему? Ты красивая, — с видом ценителя, сообщает мне маленький оборотень. — Отцу точно понравишься. Мне уже нравишься.

Ну вот опять. А парень-то целеустремлённый.

— А ты часто девушек для отца пытаешься сосватать? — прищуриваюсь я, не выдержав.

— Как это, сосватать?

— Ох, неважно, малыш, — качаю головой, невольно начиная улыбаться. Ну вот что с него взять?

— Я не малыш. Я уже мужчина, — гордо вскидывает подбородок волчонок, как раз в тот момент, когда колёса дормезы начинают грохотать по каменной мостовой. — И я бы сам на тебе женился, но мне ещё рано.

— Конечно, мужчина. Уверена, отец тобой очень гордится, — с серьёзным видом киваю я. — А как зовут столь храброго юного волка?

— Не скажу. Это секрет… пока отец не приедет, — тут же насупливается мальчишка, сразу замыкаясь и всем своим видом показывая, что больше ни слова не скажет и никаких секретов не выдаст. Что ж, я, как никто, могу его понять.

Подвигаюсь ближе, заглядываю в голубые глаза и заговорщическим тоном шепчу ему.

— Король Аедан мог бы помочь тебе связаться с отцом. Чтобы тот быстрее тебя нашёл.

Пару минут мальчишка молчит, хмуро переваривая мои слова. А потом упрямо качает головой.

— Мой отец и без демона справится.

— Этот демон тебе жизнь спас, — с лёгкой укоризной напоминаю я.

— Нет. Жизнь мне спасла ты. Я на твой свет бежал.

Так вот, как он мой зов чувствовал.

— Я очень счастлива, если так, но я бы не смогла отбить нападение твоих преследователей. Это сделали демоны под предводительством своего короля. Мы оба живы благодаря ему.

Сама не знаю, зачем пытаюсь доказать что-то упёртому мальчишке. И, судя по всему, у меня не очень это получается, потому что он только губы упрямо сжимает. Видимо, Аедан воспринимается им, как самый серьёзный и сильный соперник за моё внимание, как бы дико это не звучало. Быть объектом детской ревности мне ещё не доводилось.

Но дальше продолжать этот разговор я не пытаюсь. Отчего-то мне кажется, что ответа я от него не добьюсь. Может, у Аедана это лучше получится? А может и не придётся добиваться, если его величество действительно уже догадался, чей это сын.

Остаток пути мы с волчонком молчим, лишь иногда поглядывая друг на друга. Я задумчиво, он хмуро. В магически защищённой дормезе не слышно даже, встречают ли горожане наш кортеж, или нет. Наверняка встречают. Но проверять я не решаюсь.

Но вот дормеза останавливается. И в груди что-то екает предчувствием новых перемен. Кажется, мы приехали. Я снова совершенно не представляю, что меня ждёт. И понимаю, что даже не узнала у Аедана, что мне делать и куда идти, чтобы никому лишнему на глаза не попадаться.

Ох, и печать ещё эта. Как тут спрятаться?

Но не успеваю я накрутить себя новыми страхами-тревогами, как дверца дормезы открывается, являя нашим взорам улыбающегося Бранна.

— Мы на месте, ведьмочка. Его величество велел мне проводить вас с пацанёнком в обход всех этих торжественных столпотворений.

— Ох, спасибо, — с облегчением выдыхаю я. Могла бы и сама догадаться, что Аедан за мной пошлёт кого-то. И рада, что это уже хорошо знакомый мне демон.

— Эй, молчун клыкастый, иди сюда, — заглядывает в дормезу бородач. Подмигивает волчонку. — Хочешь, на шее прокачу? Сможешь потом своим дружкам лохматым рассказывать, что на настоящем демоне ездил. Вот точно все девчонки твои будут. Гарантирую.

В глазах мальчишки вспыхивает настоящий восторг, который он тут же пытается спрятать, нахмурив сурово брови. Но к демону всё равно идёт. И позволяет усадить себя на могучие плечи.

— Давай руку, ведьмочка, — смотрит Бранн уже на меня.

Держась за его ладонь, я выбираюсь наружу, оглядываясь по сторонам. Мы находимся во внутреннем дворе просто огромного дворца. Да и сам двор размерами больше напоминает небольшую площадь с фонтаном посредине, окружённую стенами светлого песочного цвета, башенками, стрельчатыми окнами…

Особых столпотворений я не замечаю. Вообще никого не вижу, кроме воинов и слуг, занимающихся лошадьми и вещами. То ли уже ушли все, то ли нас с волчонком в дормезе сразу привезли туда, где никто лишний не увидит.

Бранн увлекает меня к неприметной двери, спрятанной за полосой цветущих розовых кустов. И вскоре мы втроём уже шагаем огромной галереей.

Демон бросает на меня задумчивый взгляд.

— Зря ты, ведьмочка, решила дальше прятаться. Там сейчас твою принцессу, как невесту младшего Рагра приветствуют. А тебя бы, как будущую королеву, встречали, — замечает преувеличенно ровным тоном.

— Потому и решила, что не хочу этого. И внимания к себе не хочу, — признаюсь тихо. — Я… не знаю, останусь ли здесь. Разве приятно будет вашему королю, если все будут думать, что от него сбежала невеста?

— И это ты зря, ведьмочка. От судьбы всё равно не убежишь, — хмыкает бородач, открывая мне очередную дверь.

— Мне один раз удалось, — пожимаю я плечами, переступая вслед за ним порог, чтобы очутиться в длинном коридоре, укутанном странными подвижными тенями.

— А может то не твоя судьба была? — раздаётся внезапно незнакомый женский голос.

Низко рыкнув что-то неразборчивое, демон заталкивает меня себе за спину и вручает волчонка, закрывая нас обоих собой. А я во все глаза смотрю на выходящую из тени… ведьму. В чёрном платье. Пожилую, с морщинистым лицом, длинной седой косой, переброшенной через плечо, и пронзительным взглядом бледно-голубых, будто светящихся глаз. Завидев её, Бранн, кажется, расслабляется.

— Дэя Кахин, что это вы подкрадываетесь? — интересуется с усмешкой. — Я так могу подумать, что ваше сердце дрогнуло наконец, и вы мне сказать что-то хотите.

— А зачем тебе? Ты свою судьбу уже поймал за хвост и без моей помощи. Теперь, главное, держи крепче, — растягивает губы в лукавой улыбке ведьма.

Идёт к нам. Волчонок, тихо рыча, прижимается ко мне ближе, настороженно наблюдая за старушкой.

Сильная она. Очень сильная.

Я даже не могу понять, светлая, или тёмная. Кажется, это та самая прорицательница, о которой говорил Аедан. Голубые глаза находят меня, заставляя поёжиться от неприятного ощущения, что меня насквозь видят.

— Я за вот этой девочкой пришла, Бранн. Нам с ней посекретничать надо.

— Дэя Кахин, девочку я вам ну никак отдать не могу. Мне король голову за неё оторвёт, — качает головой демон. — Вот если он разрешит, тогда другое дело.

— Не оторвёт, — фыркает ведьма и внезапно сдувает что-то с ладони в лицо Бранну.

Тот вздрагивает всем телом, мотая головой. Чихает пару раз. А старушка приказывает твёрдо.

— Забирай княжича и веди, куда вёл. Королю своему твердолобому скажешь, что его сахарную я завтра верну. Иди.

И Бранн совершенно неожиданно поворачивается ко мне со стеклянным взглядом, хватает упирающегося волчонка за руку и тащит прочь, оставляя меня один на один со старой ведьмой.

— Ну здравствуй, Аминнариэль, — улыбается та мне, когда стихают их шаги и возмущённые крики рвущегося мне на помощь мальчишки.

И у меня сердце в груди замирает от ужаса. Она знает. Знает.

Подходит ближе, смотря на меня с хитрым прищуром, словно мы с ней давно знакомы.

— Наконец-то ты здесь. Пойдём, я должна тебе кое-что отдать.

— Откуда вы знаете меня? — выдыхаю помертвевшими губами.

— Я тебя видела, девочка моя, — стучит пальцем себя по виску. — И ждала, когда можно будет послать за тобой этого упёртого мальчишку. Ишь, сам он себе жену выберет. Теперь небось глотки за тебя вырывать готов.

— Не надо глотки, — мотаю головой.

— Ну это ты уже своему избранному втолковывай. Больно он горячий у тебя. А у нас времени нет тут стоять и языки чесать. Идём, говорю.

Ещё и руку протягивает.

Наверное, это глупо. Но я внезапно начинаю чувствовать, что действительно должна пойти с ней. Словно какое-то внутреннее чутьё толкает взяться за морщинистую ладонь и последовать за старой ведьмой к затянутой тенями нише, откуда она вышла. Я чувствую дыхание Пресветлой на своём челе. И её волю в том, что происходит.