Ольга Шерстобитова
Вакансия для ведьмы
– Шмелева, к начальнику в кабинет! Срочно! – возвестила маленькая записка от секретарши Эллы.
От неожиданности я подпрыгнула и уставилась на листок, который буквально на глазах тлел, а вскоре осыпался пеплом на разложенные бумаги.
Быстро стряхнула его в мусорную корзину, пригладила волосы, поправила белоснежный воротничок на черном строгом ведьминском платье и покосилась на шляпу, висевшую неподалеку. Брать или не брать?
В любой другой раз я бы оставила ее здесь, да только если у тебя начальник – демон, и отданный им приказ сгорает на глазах, ничем хорошим подобный вызов не закончится. А ведьминская остроконечная шляпа… она, между прочим, моими же стараниями, может от сорока семи сглазов уберечь и ста тридцати проклятий даже самого сложного уровня. И не просто все это отразит, а вернет тому, кто направил.
А если рядом окажется еще и метла, в прутья которой вплетены цикличные боевые заклинания, то мне не страшен и отряд демонов. Наверное. На практике проверять пока не приходилось.
Грустно вздохнула и оставила шляпу на прежнем месте, цыкнула на метлу, которая жаждала отправиться следом за хозяйкой, и решительно направилась к Хартшану. А что мне еще оставалось?
Поймала парочку злорадных взглядов от колдуний, мимоходом отправила легкие чесоточные сглазы. Визг и проклятья коллег пропустила мимо ушей.
Айрик, светловолосый голубоглазый эльф и мой единственный друг в этом коллективе, работающий в отделе пропаж артефактов, сочувствующе улыбнулся и нырнул за дверь, направляясь к своему рабочему месту. В разгар дня времени поболтать у нас почти не находилось.
Двое ведьмаков из архива, поддерживающие левитацией гору бумаг, попались мне навстречу буквально сразу, но тут же посторонились и пропустили. У них, видимо, чутье, когда ведьма не в духе, выработалось. Даже не пытаются ехидничать, хотя наверняка знают, куда я направляюсь. Слухи всегда бегут впереди ведьм. А уж в нашей фирме, занимающейся всем понемножку, ведьм было не так уж и много. И о них хоть и боялись сплетничать, все же можем и отомстить, но удержаться не могли.
Элла, одетая в неизменное облегающее алое платье, кажется, шептала какое-то проклятье, уткнувшись в свитки. Разбирала она их с особым остервенением, так что черные кудри, обычно собранные в аккуратный пучок на затылке, разметались по плечам, а шпильки валялись и на полу, и на столе, и даже на стульях для посетителей. Секретарь Хартшана сегодня, однозначно, не в духе. Сразу понятно, откуда у тех ведьмаков из архива, взялось столько бумаг. И через пару часов, судя по настроению Эллы, работы им еще добавится.
На меня она даже глаз не подняла, так увлеклась. Стало быть, дело совсем плохо, раз Элла так рьяно принялась за работу. Обычно она всегда находила возможность поболтать и выпить чашечку кофе в хорошей компании.
В этот момент мне вдруг очень захотелось сорваться с места, добежать до своего стола, подхватить шляпу, метлу и… сбежать. Но мы – ведьмы, существа гордые, отчаянно смелые, сумасшедшие… От того и любят нас неприятности. Мои, судя по всему, находились за дверью, где обитал начальник.
У нас, надо заметить, большая фирма, по оказанию разных услуг. Есть, к примеру, отдел, где занимаются поиском пропавших вещей – от магических артефактов и волшебных книг до древних кладов. Рядом с ним располагается отдел по организации праздников – причем от дней рождений до похорон. Отдел же, к которому была приписана я, занимался выполнением нестандартных заказов.
– Шмелева, проходите. Хватит у дверей стоять, я вас еще пару минут назад почувствовал, – раздался недовольный и немного усталый голос Хартшана, моего начальника.
Элла на мгновение подняла на меня свои чуть раскосые зеленые глаза, а потом снова спешно уткнулась в свитки, начиная сортировку по второму разу.
М-да…
Я вдохнула поглубже, открыла дверь и тут же… попятилась. Неподалеку от моего шефа на подоконнике в обманчиво расслабленной позе сидел Дамир Радмицкий. Не узнать главу магического правопорядка нашего города, о котором ходили едва ли не легенды, все же за какое дело он ни брался, всегда выходил победителем, было невозможно. Широкоплечий, синеглазый, с косой челкой цвета инея, Дамир сводил с ума всю женскую половину Нарихарта. Только я – ведьма, меня красивой внешностью не околдуешь, а вот силу, исходящую от мужчины, я чувствовала еще как.
И если припомнить, что его прошлый визит в нашу фирму закончился арестом пяти ведьмаков и трех вампиров, проводивших какие-то финансовые махинации, а после проверок службой безопасности семнадцать магов уволились по собственному желанию, то надо полагать, мой шеф Дамиру был ой, как не рад.
– Проходите, Шмелева, знакомьтесь. Дамир Радмицкий, глава магического правопорядка. Это Виолетта Шмелева, моя сотрудница из отдела нестандартных заказов.
Мужчина смерил меня весьма откровенным взглядом, и я чуть сощурилась. То же мне, кошак облезлый! Да пусть кто хочет говорит, что когда Дамир Радмицкий обращается в снежного барса, хорош до невозможного. Все равно не поведусь на эту уловку, пусть любопытство хоть съест меня.
– Не нравлюсь? – не удержалась я. – Вы мне тоже. Хотя, сдается, если у вас под глазом чисто случайно окажется синяк, вы будете гораздо симпатичнее.
– Шмелева! – застонал шеф, достал из ящика стола крепкого вина, плеснул в бокал и залпом выпил.
Надо же! Даже у нашего демонюги нервы шалят!
Дамир Радмицкий улыбнулся и так спокойно спросил:
– Это ваша лучшая ведьма, Харт?
– Да. Виолетта колдунья… второй категории, – замялся демон.
Правильно, к первой относятся те немногочисленные ведьмы, чья ворожба творится благодаря силе, черпаемой из любви к суженому. С такими колдуньями проблем меньше, вся вредность уходит на несчастного мужика, которому предназначалось стать парой ведьмы.
Но мне вот интересно, когда это я стала лучшей? Помнится, только вчера снизили премию за неудачно выполненное задание с водяными. Сундук-то со дна их пруда я при помощи магии достала, но при этом испарила половину водоема. И вовсе я не была обязана предупреждать их о наложенных на сокровища древнего мага проклятьях, которые сплетутся с моими чарами и почти высушат пруд! Не было такого в договоре!
Как итог, водяные обрели птичьи крылья, и теперь находятся у целителей до тех пор, пока перья не облетят полностью. Дело могло закончиться и того хуже, не наложи я на них защиту. И нечисть вместо благодарности что сделала? Нажаловалась на меня шефу! Ничего, выберутся эти водяные от целителей, я им напомню о себе еще раз. Отомщу и не помилую.
– Есть сомнения? – не удержалась я от ехидства, начиная жалеть, что не захватила с собой шляпу и метлу.
Дамир Радмицкий просто напрашивался на демонстрацию силы. А у меня в прутике метлы такое чудесное боевое заклинание спрятано, еще ни на ком не опробованное…
– Нет, – спокойно ответил мужчина. – Я заплачу в три раза больше требуемой суммы, если согласитесь подписать со мной договор на выполнение работы. И выплачу премию, равную этой же сумме, если дело закончится успехом.
Я удивленно приподняла брови, сощурилась. Сдается, это первый случай, когда Дамир Радмицкий пришел за помощью ведьмы. Подошла к Хартшану, заглянула в контракт, где как раз был указан размер премии, и подумала, что бежать уже поздно. Зная Дамира, если не соглашусь, все может повернуться… плохо. Очень-очень плохо.
– Я лично буду гарантировать вашу безопасность при выполнении задания, Виолетта.
В его голосе послышались вкрадчивые мягкие нотки, от чего хотелось развернуться и врезать ему еще сильнее. Вместо этого я покосилась на Хартшана, но тот лишь угрюмо смотрел в сторону, думая о чем-то своем.
– Какую работу требуется выполнить ведьме? Я не готова делать ничего противозаконного и…
– Слово главы магического правопорядка, что задание не требует нарушать закон. Мне… действительно, нужна помощь ведьмы.
– И я что, единственная кандидатура? – и при этом зло уставилась на шефа.
У нас работало семнадцать ведьм, среди которых есть по-настоящему сильные, опытные, коварные…
– Отказались все до единой.
Чем дальше, тем интереснее смотрю. И так полагаю, за отрицательный ответ даже ничего мне не сделают, согласие должно быть добровольным.
– Если не нужны деньги, скажите, что хотите взамен.
Похоже, задание особо опасное и неприятное, раз Дамир Радмицкий, никогда не идущий на компромисс, пошел на такие уступки.
Шеф нахмурился, приподнялся, свернул бумаги и вернул главе магического правопорядка, отказывая вместо меня. Сдается, он просто не мог не позвать каждую ведьму и не спросить. И я бы согласилась с решением Хартшана, если бы не одно но…
На бабушку, мою единственную родственницу, так как родители оставили меня на ее попечение, а сами отправились странствовать по свету и про дочку давно забыли, два года назад кто-то наслал сильное проклятие. Оно тянет силы, и всех моих зелий и умений не хватает, чтобы снять его, лишь задержать тьму, забирающую жизнь. И есть лишь один-единственный шанс спасти бабулю – это добавить в целебное зелье цветок алоцвета, растущий у огненных драконьих гор, куда ведьме ход закрыт.
– Цветок алоцвета в качестве платы, – тихо предложила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.
Кажется, Дамир Радмицкий удивился.
– Ну надо же… единственная ведьма, что в качестве платы попросила не ночь с тобой, Дамир, а редкий цветок, – ехидно заметил начальник.
Так вот значит, в чем дело. Он отказывал ведьмам, требующим в качестве платы именно его. И сдается, не силы пожалел, которой поделится во время близости, а просто имеет определенные моральные принципы. Странно для главы магического правопорядка. Странно для оборотня. Странно для Дамира Радмицкого. Но факт остается фактом.
– Если скажете, для чего нужен, Виолетта, и я сочту причину достойной…
– У меня под темным проклятьем бабушка, – выдавила я, решив, что терять уже нечего. – Это единственный шанс…
И замолчала, оборвав предложение. К горлу подкатил ком, в сердце разлилась горечь. Я никогда ни у кого ничего не просила. А сейчас и на собственную гордость ради близкого человека наступила, и почти начала оправдываться…
– Добуду в течение двух часов.
Что? Редкий цветок, который нигде не достать? Невероятно! Нет, определенно этот маг мне нравится. Сдается, даже не будет мучить совесть, когда возьму оплату за непонятное задание. И впервые в жизни сделаю глупость… попробую довериться мужчине, способному решить мою проблему.
– Читайте контракт, подписывайте и собирайтесь.
Я глянула на Дамира Радмицкого. В синих глазах мужчины не отражалось ничего, но мне чудился странный огонек то ли сочувствия, то ли интереса.
– Что с собой брать? – не удержалась я, присаживаясь и забирая из рук шефа документы.
Демон, я была уверена, договор прочитал, подводных камней в нем не имелось, но я никогда не подписывала документы, не ознакомившись с ними.
– Зелья, если есть. Остальное вам выдадут в моем отделе.
Кивнула, утыкаясь в бумаги и пытаясь утихомирить бешено бьющееся сердце. Строчки прыгали перед глазами, надежда спасти бабушку обрела крылья… Сосредоточилась, признаться, с трудом. Начальник и глава магического правопорядка, пока читала договор, о чем-то тихо переговаривались. Не найдя ничего из ряда вон выходящего, уверенно поставила подпись, закрепив ее каплей крови, поднялась и выскользнула из кабинета. Время на сборы ограничено.
Побросала нужные вещи в сумочку, с которой пришла, накинула плащ, надела шляпу и подхватила метлу. Готова! Сотрудники, увлеченные делами, не особо обратили на меня внимание. Я заскочила к Айрику, предупредила о задании, чтобы не волновался, и вернулась в кабинет начальника.
Дамир Радмицкий сверкнул бездонным взглядом, открыл портал, пропуская меня вперед.
– Удачи, Шмелева! – напутствовал Хартшан.
– К черту! – крикнула я.
Несколько минут – и я уже стою посреди большего кабинета, обставленного со вкусом. Посередине комнаты – окно с темно-бордовыми шторами. Слева – стеллажи с папками, расставленные в четком и аккуратном порядке, справа – небольшой столик, на котором стоит кофейник и кружка с недопитым напитком. Под ногами – темно-серый ковер с орнаментом, напоминающим обережную вышивку.
– Рауль, кофе и бутерброды! – распорядился Дамир, который появился следом и успел выглянуть за дверь и отдать приказ, кажется, своему помощнику или секретарю. – Располагайтесь, Виолетта.
Молча поставила сумочку на диванчик, отставила метлу, сняла шляпу и плащ, уставилась на мага.
– За месяц убито три феи. Кто-то, кого я не могу учуять, тянет из них силу и не оставляет улик. Никаких.
Я прикусила губу, села на диванчик, задумалась.
– И поисковые ритуалы не сработали?
– Ни один. Я даже попросил о помощи драконов.
Дамир Радмицкий был серьезен, как никогда.
– И совсем нет зацепок?
– Одна из фей оставалась жива в течение трех суток. Единственное, что твердила «она не могла так поступить», из чего я сделал вывод, что…
– Убийца – женщина и входила в круг друзей кого-то из умерших?
– Что убийца – фея, Виолетта. И нам предстоит ее поймать.
– И я…
Глава магического правопорядка зачем-то набросил на себя три сильнейших защитных заклинания, активировал силовой контур, вплетенный в стены кабинета, а потом сообщил:
– Я собираюсь устроить ловлю на живца. Вы на время накинете маскирующие чары и станете… феей.
Четыре проклятья и семь боевых заклинаний с моей метлы сорвались сами собой, едва я перестала контролировать силу из-за открывшейся перспективы. Все проклятья впитались в защитный контур, усилили его, а боевые заклинания отрекошетило в пол, который пошел трещинами. Метла распушилась, проворно легла в мою руку. Она словно чувствовала, что давно я не была так зла. Шляпа в мгновение ока оказалась на мне, заискрила электрическими разрядами. Я же уставилась на Дамира Радмицкого и так вежливо поинтересовалась:
– Кем я стану?
– Феей, Виолетта, феей.
Две пущенные молнии пробили защитный контур, от чего упала и загорелась штора. Бумаги защитило какое-то неизвестное мне заклинание. Стол, за которым находился Дамир, осыпался пеплом, а кофейник взлетел вверх и, ударившись о потолок, на глазах разрастающийся трещинами, разбился вдребезги. Где-то завыла сирена, возвещая о боевой тревоге, внизу послышался крик, а моя метла распушилась еще больше. И я направилась к магу, намереваясь устроить разборки.
Шаг – и Дамир вдруг мгновенно оборачивается огромным снежным барсом, сшибает меня с ног… Я не успела даже вскрикнуть, когда он снова стал человеком, прижал меня к полу. И подниматься не спешил… Зараза хвостатая… Сильная. И до безрассудства смелая, раз со мной, ведьмой, решил связаться.
И не глаза у него вовсе, а бездна лазурная… В нее можно только рухнуть, даже не надеясь спастись и обрести крылья. Его губы почти на моих, едва ли не касаются, но дыхание согревает теплом, обещанием невозможного… Да я даже все свои проклятья забыла и причину, почему оказалась лежащей на полу, прижатая сильным и горячим мужчиной.
В этот момент дверь в кабинет Дамира рухнула, ворвалась толпа боевых магов, да так и замерла возле порога.
– Шеф? Вас надо спасать или как? – кашлянул кто-то их мужиков. – Или… неужели вы нашли нам ведьму, согласную на замену? Шеф, мы спасены!
– Выйдите, – коротко приказал Дамир, и магов как ветром сдуло.
Даже дверь приставили обратно, а она оказалась крепкой… ее мои заклинания не тронули.
Я же так и лежала, притиснутая мужчиной, ощущая жар его тела, его желание… Облизнула сухие губы, и он хрипло выдохнул:
– Еще раз так сделаешь, и я опробую, каков на вкус твой поцелуй, Виолетта.
Я задышала чаще, выдохнула и пообещала:
– Прокляну.
– Звучит заманчиво, – прокомментировал оборотень, прижимаясь еще сильнее.
Я сдавленно пискнула и снова нервно облизнула губы.
– Смотрю, ведьмам ничего нельзя запрещать. Очень уж вы противоречивые создания. Чем категоричнее запрет, тем непреодолимее желание, да?
– А ты думал, я спокойно среагирую на то, что из меня хотят сделать… фею! Из ведьмы-то? – прорычала я.
– Можешь громить мой кабинет, сколько хочешь. Восстанавливающие чары все вернут в изначальный вид, но облизывать губы и провоцировать меня, не смей, ведьма сумасшедшая! Предупреждал же! – прорычал Дамир и обрушился на меня поцелуем.
Ни нежности, ни жалости… Лишь жар, от которого горят губы, плавится тело и сбивается дыхание. И сила рвется, выплескивается, пока Дамир чуть смирив напор, ласкает меня, опутывает прикосновениями губ, пьет, как колдовской напиток, обещающий невозможное… Ему такому, сильному, уверенному, отчаянно смелому не хочется сопротивляться. Но едва он отпустил, как налетела моя метла и шибанула оборотня молнией.
– Крепкая, зараза, – заметил Дамир, с трудом приходя в себя, но так и не поднимаясь.
– Что ты себя позволяешь? – шикнула я. – Думаешь, тебе все можно и дозволено? Да как ты…
– У тебя от ярости глаза светились, Виолетта. Значит, и от силы пошел бы откат. Поцелуем я снял напряжение. Сейчас поднимемся и…
– Убью! – прохрипела я. – Если еще раз позволишь себе со мной так обращаться…
Дамир вдруг откатился в сторону, сел на корточки и… улыбнулся, от чего желание призвать метлу, опутанную его чарами, только усилилось.
Я поднялась, оправила платье, попыталась привести в порядок волосы. В этот момент раздался стук в дверь, и внесли кофе и бутерброды. Дамир же сунул мне в руки увесистую папку, чтобы ознакомилась с делом о феях, а сам сообщил, что вернется через пару часов.
Так, поедая бутерброды и читая про убийства фей, я и провела время до его возвращения. К этому моменту даже кабинет под действием восстанавливающих чар вернулся в изначальное положение, как оборотень и предупреждал. Я же, осмыслив показания свидетелей, поняла, что Дамир прав. Искать нужно фею.
– Я так полагаю, тебе нужно навестить бабушку? – поинтересовался он, закрыв портал и протягивая мне маленькую сферу с огненным цветком. – Целительское зелье готово и находится у нее, верно понимаю?
Кивнула, как завороженная, смотря на волшебный цветок. Он ведь не только может снять любое проклятие, но и исполнить самое заветное, даже невыполнимое желание. Будь у меня такая возможность, даже не знаю, чтобы я загадала. Встречу с суженым, чтобы не быть одинокой? Она и так однажды в моей жизни случится. Да и что гадать? Я всего лишь хочу спасти бабушку от смерти.
– Виолетта?
– Да. Спасибо, – отозвалась я, выныривая из своих мыслей.
Открылся портал, и мы оказались в аккуратной гостиной. Бабушка, пока крепко держащаяся на ногах и не падающая духом, мешала в котелке очередное зелье и шептала заклинания. Если бы не сверкающий огнем амулет, поддерживающий силы, и не скажешь, что она находится под проклятьем.
– Летта? Во что на этот раз влезла? – не удивилась она моему такому появлению и начала придирчиво рассматривать Дамира Радмицкого.
– Бабуль, давай я тебе потом все объясню, а сейчас… мне нужно доварить целительское зелье и…
– Полагаю, объяснит мне все этот мужчина. И где ты такого красавца нашла? – совершенно не стесняясь Дамира, поинтересовалась она.
– Он – мой временный начальник. Оборотень, кстати. Дамир Радмицкий. Это моя бабушка, леди Арнесса, – представила я их друг другу.
– Рад с вами познакомиться, – галантно поклонился оборотень, ненавязчиво рассматриваю мою бабулю.
Оно и правильно. Характером я пошла в нее, а значит… чревато последствиями наглеть.
– Глава магического правопорядка, значит? – чуть сощурилась бабушка и призвала метлу.
– Ба…
– Ты иди, Летта, делом займись. Не съем я его в самом-то деле.
Зная бабулю, я в этом не сомневалась. Может, хоть она ему синяков наставит?
Но время поджимало. Я поднялась наверх. Сгребла в сумочку, так удачно расширенную заклинанием, все имеющиеся у меня запасы трав, зелий и заготовок для амулетов. Подбежала к фолианту, записала рвущееся из души новое проклятье. И коварно улыбнулась. Это сейчас, согласно пунктам договора, я не могу сделать Дамиру никакой пакости, но с завтрашним рассветом его ничто от моей мести не спасет.
Затем достала флакон с целительским зельем, осторожно вылила его в чашу, опустила огненный волшебный цветок. Он вспыхнул алым, расплескался пламенем, опалил чашу и впитался в снадобье, ставшее прозрачным, как слеза.
Молча спустилась к бабуле и Дамиру, который оказался и живым, и даже не побитым. Взгрустнула.
– Выпей, бабуль. Это зелье снимет проклятье.
– Надеюсь, ты отдала за него не свое сердце, внучка, – тихо ответила она, принимая чашу.
Я не ответила. Еще неясно, что для ведьмы страшнее: стать феей или разочароваться в любви.
Бабушка выпила, глубоко вдохнула… Чистый свет окутал ее, вытягивая черноту, погас. Проклятья больше не существовало.
– Спасибо!
Я крепко ее обняла, напомнив, как сильно люблю. Все еще не осознавая, что проклятья нет, что мы с ней свободны от этой ноши…
– Упустишь этого мужчину, никогда не прощу, – шепнула она так, что услышала только я.
– Ба…
Я выпуталась из ее объятий.
– Будь осторожна! – велела она.
– За ее безопасность отвечаю лично, – заявил молчавший до этого Дамир и открыл портал…
В помещении, где маги готовились к выполнению заданий, нанося нужные чары, если это требовалось, было весьма прохладно. Мне предоставили на выбор несколько нарядов, в которых ходят феи, и я подозрительно долго на них смотрела. Дамир, ждавший за ширмой, кажется начал паниковать.
– Не подходит ни один.
– Размер? – уточнил начальник. – Сейчас принесут другие.
– Дело не в размере. Просто ни одна приличная ведьма не поменяет черное платье на вот это безобразие.
Я выглянула и потрясла эфимерно-голубым нарядом. Дамир нахмурился, явно собрался напомнить о договоре.
– И вообще, я не вижу тут даже обережной вышивки. А все мои наряды – особые.
– Поясни, – велел он, осознав, что дело не только в цвете, размере и ведьминской вредности.
– Если правильно нанести на ткань заклинания, то она отразит и сглаз, и порчу, и даже проклятье. А уж если в нитку вплести магию… цены такой одежде не будет. К тому же, черный цвет лучше всего скрывает магию.
Именно поэтому у меня было черным все. И нижнее белье, и платья, и шляпы, и плащ… С такими-то коллегами на работе, как у меня, да с моим-то чисто ведьминским характером, мне даже алый не грозит. Хотя иногда безумно хочется атласное платье огненно-красного цвета с развивающейся юбкой… Эх, что-то я замечталась. А ведь проблему это не решит. Все феи поголовно одеты в нечто бело-голубое-воздушное, в туфельки на каблучках и драгоценности.
Дамир задумался, потом позвал кого-то и велел принести щепотку волшебной пыли. Зелье превращение, как мы уже выяснили, не срабатывало на ауру, и феи ее могли увидеть. А маскировочные чары на мне совсем не держались. Оставался только этот вариант. Если что-то меня и спасет от разоблачения, то только пыльца фей. Она и ауру подправит и скроет, и черное платье превратит в белоснежное.
Вскоре мешочек с порошком оказался у меня. Я вытряхнула пыль на ладонь, зажмурилась. Четко представила, чего я желаю, подбросила вверх крупицы, закружилась, чтобы серебряная пыль осела ровно. Белоснежное платье с чуть пышной юбкой, подол которой серебрился, сидело идеально. Длиной по щиколотку, с узким лифом, открытыми плечами, руками и спиной. Приподняла ткань, посмотрела на туфельки, сверкнувшие хрусталем. И постаралась не зарычать, когда оглядывалась и рассматривала в напольное зеркало белоснежные волосы и яркие синие глаза вместо моих зеленых.
Ну, оборотень… Я тебя после этого еще долго вспоминать буду и благодарить. Да когда это было, чтобы ведьма выглядела так? Издевательство!
Но времени у нас оставалось и так немного, чтобы начать ругаться. Да и смысл? Свою плату я уже получила, поздно сопротивляться. Уж кто-кто, а я всегда держала свое слово.
Быстро накинула белоснежный плащ, перекинула через плечо сумку, с сожалением потрепала метлу по черенку, записала в фолиант очередное пришедшее в голову проклятье… Мы – ведьмы такие, становимся совсем изобретательными, когда нас загоняют в угол, и, подхватив талмуд, вышла к Дамиру.
Согласно его плану, я должна была до полуночи отвечать на вызовы, что получали феи и выполнять их работу. Оплату могла забрать себе. Но главное, мне предстояло наблюдать за происходящим, быть осторожной и… стараться ни во что не влезть. Несовместимое, нереальное задание для ведьмы, согласна. Убийца не знала, что фея, ставшая последней жертвой, ее выдала и умерла, поэтому Дамир ожидал чего угодно.
Всех фей же в целях безопасности пока переселили в одно из защищенных мест, о котором Дамир мне решил не рассказывать. Да я и не особо интересовалась. Знала, оборотни справятся с их охраной, не поведутся на чары, даже если убийца затесалась как раз-таки там. Дамир, впрочем, заверил, что всех фей проверил, ошибка исключена. Убийца до сих пор на свободе.
– Я буду рядом, Виолетта, – напомнил Дамир, который очень странно на меня косился с того момента, как я появилась в этом фейском безобразии. – Под пологом невидимости. Учуять меня не смогут. Но помочь и защитить…
– Не вмешивайся без необходимости, иначе спугнем, – предупредила я, решив не церемониться с оборотнем.
Хоть и начальник, но если сумел покорить своим обаянием бабулю…
И до чего же хорош! Засмотришься… не налюбуешься…
– Тогда скажи слово «шеф», когда нужно будет вмешаться. Ясно?
– Да.
– Не волнуйся, все под контролем, Виолетта.
Ну да… Это ведь не он приманка. Хотя с Дамиром, как ни странно, я не боялась ничего, чувствуя его силу и защиту. Еще бы от пламени, которое создавал один его взгляд, избавиться, и можно вздохнуть спокойно.
Что вот он со мной сделал? Как разбудил неизведанные чувства одним поцелуем?
– Готова?
– Перемещаемся, – кивнула я и шагнула в воронку портала.
Феи работали в светлом и уютном помещении. И видимо, когда их забрал отдел магического правопорядка, все так и осталось в том виде, что и было. В зале полукруглой формы переливалась арка с всполохами северного сияния. Слева и справа – два больших окна, слегка прикрытые занавесками. Оглянулась, рассматривая столы с бумагами и какими-то искрящимися приборами.
– Держи, – протянул прозрачный кристалл Дамир. – Протягиваешь его над рукой просителя каждый раз, когда нужно выполнить его просьбу. Если остается прозрачным, тебе не солгали. Если камень чернеет, отказывайся исполнять желание. Имеешь полное право.
Хм…
– Работа, на самом деле, проста. В арке появляется адрес, читаешь, запоминаешь, он тут же исчезает. Шагаешь в сияние, оказываешься на нужном месте. Выполнила просьбу или отказала, если кристалл почернел, арка вспыхивает, ты возвращаешься. И снова оказываешься здесь.
– И появляется новый адрес?
– Да. Оплата за услугу будет перемещаться в сундук, – Дамир указал на него, примостившегося возле арки. – Я буду идти следом.
И все бы ничего, но… только сейчас я поняла, насколько сильно попала. Феи очень привередливы и капризны, а еще ни за что и никогда не станут делиться пыльцой, что позволяет исполнять желания. Наверняка Дамир смог выторговывать у них всего лишь щепотку, не больше, иначе нашел бы другой способ поймать убийцу. И теперь мне предстоит выполнять желания, используя только свои зелья. Я-то не фея. Ни капельки! Ведьма я! Настоящая ведьма!
– Постарайся себя не выдать. Контролируй силу и эмоции. Будь… феей.
Дамир, кажется, не понимал, что я начинаю злиться. Я вдохнула поглубже, выдохнула. Фею, значит, ему подавай? Ну что ж, будет тебе, снежный барс, фея. Желания, значит, исполняй? Ну что ж, исполню! Обычно люди желают простых вещей вроде истинной любви, здоровья близким и счастья. С этим вполне справятся мои зелья. Не зря же у меня по ним был высший бал в Академии магии.
Поэтому, я решила не сдаваться. Не на ту напали! Главное, поймать убийцу. Слишком хорошо я знала, чем может подобное обернуться. Маг, выпивший три жизни феи – опасен, пять – почти неуязвим, десять – безумен и бесконтролен.
«Елочанка. Болотный переулок, дом тринадцать. Заказчик: Алевтина Федорова», – вспыхнула надпись в арке и практически сразу исчезла, а проход налился сиянием.
Вдохнула, проверила намотанный на руку кристалл, прижала покрепче сумку с зельями. Дамир щелчком восстановил иллюзию невидимости, и мы шагнули в переход.
Мгновение прошло, не больше, но разноцветное марево исчезло, и я оказалась в ярко освещенной гостиной возле камина.
– Явилась-таки, – послышался ехидный голос.
Я обернулась и уставилась на кикиморку, стоящую неподалеку, одетую в зеленое платье. Черные глаза-бусинки сверкают, крючковатый нос принюхивается, руки скрещены на груди.
По привычке, увидев нечисть, чуть не прокляла.
– Три года добраться до моего заказа ваше начальство не может! – сварливо заметила она.
– Слушаю вас, – выпалила я и попыталась дружелюбно улыбнуться.
– Хочу стать человеком.
Я опешила, глупо моргнула. Потом посмотрела на болтающийся на руке кристалл, помянула бездну и поднесла к раскрытой ладони кикиморки. Камень остался прозрачным, а я поняла, что ждут меня огромные неприятности. Не умею я из нечисти людей делать.
– Ну что, посыпай пыльцой, я готова.
– Так нет ее, – озадачилась я.
Наверное, стоило шагнуть назад и понадеяться, что вернусь, но почему-то оставить кикиморку, которая так отчаянно, я просто это видела и чувствовала, ведь силу не обманешь, верила в невозможное, не могла.
– А зачем тогда явилась? Разбить мою надежду?
Где-то в доме загрохотал гром, огонь в камине вспыхнул ярче, а я ощутила, как Дамир осторожно и незаметно набросил на меня седьмой щит. Через такой и волкодлак не пройдет. Даже с добрыми намерениями.
– Слушай, Алевтина, а зачем ты хочешь стать человеком?
– Так суженый у меня… человек, – ответила кикимора, мгновенно успокаиваясь.
Мне-то что, ведьме, не привыкать к эмоциональности нечисти. Не понаслышке с ней знакома. Это Дамир разнервничался. Впрочем, раз обещал безопасность, слово свое крепко держит.
– Что, совсем никак? И какая ты после этого фея? Обманщица подлая! Губительница светлого! Прохиндейка!
– Прокляну! – рявкнула я, и кикиморка вдруг дернулась и захлопала глазами.
– Ты же фея! – пискнула она. – И я честно очередь на исполнение желания отстояла! И… и…
– Способ стать человеком для тебя есть. Но необходима жертва с твоей стороны и соблюдение одного условия.
– Да где ж я тебе путника, возьму-то? Да его еще и заманить в топь понадобится, – деловито сообщила нечисть, сразу согласившись решить вопрос кардинально.
Дамир, кажется, споткнулся, услышав подобное, поэтому я кашлянула погромче, чтобы скрыть следы его пребывания. С нечистью надо безумно много проработать, тогда и разберешься в ее психологии. Они действуют просто, прямо, не способны на хитроумные, далеко идущие планы, поэтому Хартшан и создал особый отдел в своей фирме.
– Алевтина, неправильно понимаешь. Чтобы стать человеком, тебе необходимо отказаться от магии. Навсегда.
Кикиморка вытаращилась, закрыла глаза, качнулась, а потом кивнула.
– Если совершишь зло, подлость, предательство, снова станешь кикиморой и никогда уже не обернешься человеком. Готова к такому?
– Слушай, а ты точно фея? – не удержалась нечисть, сощуриваясь. – Обычно ведьмы создают зелья, накладывая условия, иначе их магия не срабатывает.
– Ведьмы просто более ответственные, у них есть чему поучиться, – ушла я от ответа, сгорая от желания записать в фолиант еще парочку проклятий.
Сдается, если я все их использую, убийца, благодаря которой я здесь оказалась, к полуночи станет полысевшей прыщавой толстушкой с носом-картошкой, и передвигаться ей придется на лягушачьих лапках, покрытых чешуей.
– Вставай у огня, Алевтина, – велела я, призывая силой особое зелье и нашептывая на него условия.
В конце концов, добровольно лишить кого-то магии любая ведьма может. Правда, в моей практике, подобный случай пока что первый. Отказаться от своих способностей ради чего-то решится не каждый. А Алевтина, хоть и нечисть, а сердце у кикиморы верное да чистое, раз готова ради любви отдать все.
Я взяла чистый бокал, налила в него воды, капнула десять капель зелья.
Кикимора щелкнула пальцами, передо мной показался сверток и тут же исчез в портале, хотя я и думать забыла об оплате. Не для этого я здесь.
Я протянула нечисти бокал с зельем, и она его залпом, не сомневаясь, выпила.
Вокруг нее повалил клубами зеленый пар, почему-то закружились снежинки, и вскоре передо мной оказалась миловидная зеленоглазая девушка. Тонкая, гибкая, улыбающаяся.
– Спасибо! – звонко крикнула она и бросилась открывать дверь, в которую, надо полагать, стучал ее суженый.
Я же шагнула во вспыхнувшую арку.
– Невероятно! – заметил Дамир, скидывая невидимость. – К феям уже и нечисть стала с заказами проситься!
Ну да, это ведьмам не впервой с теми же водяными общаться, феи слишком высокомерны. Они наверняка бы и не пошли к кикиморе, да и помогать бы не стали, тратя волшебную пыльцу.
– И не боишься, что поступила неправильно? – вдруг поинтересовался Дамир, заглядывая в мои глаза.
– Знаешь, о чем больше всего жалеет моя бабушка? – не удержалась я.
– О чем?
– Что так и не решилась выйти замуж за того, кого всем сердцем любила.
– Почему же?
– Он был человеком, Дамир. А с человеком ведьма теряет свою силу, и ее век короток. А нам… нам важно передать магию дальше. Ты, возможно, не поймешь, но…
– Кто бы кроме ведьмы помог кикиморе, да? – тихо спросил он. – Я рад, что не ошибся с выбором, Виолетта. Мне, действительно, предоставили лучшую сотрудницу.
Оборотень очаровательно улыбнулся, и мое несчастное сердце дрогнуло. Ну уж нет! Не хватало только влюбиться в этого наглого, самоуверенного типа!
– Дамир, а зачем убийце понадобилась сила? – поинтересовалась я. – Я бы еще поняла, окажись на месте феи маг или ведьма…
– Бывают случаи, когда светлая фея переходит на сторону тьмы. У нее перестают появляться крылья, а с ними – и волшебная пыльца. Некоторые выдерживают, проживают человеческую жизнь, понимая, что подобное – наказание за обращение к тьме, но есть те, кто желают получить силу любой ценой, становятся безумными. Подобные случаи редки, – заметил оборотень. – Феи всегда поддерживают своих, не дают ступить на неверный путь. Таких убийц, как наша, история насчитывает раз, два и обчелся.
– То есть, все заканчивалось плохо?
– Да. Темная фея выпивала жизнь из всех, кто попадался на пути, одерживаемая лишь жаждой силы. Поэтому… убийцу надо остановить. Если у нас не получится, к рассвету я передам дело королевским магам-дознавателям. Соответствующий приказ уже подписан.
Только что будет, если не справятся и они?
Я прикусила губу, откинула плохие мысли и направилась к сундуку. Интересно, чем же меня отблагодарила кикиморка. Открыла и не поверила своим глазам. Маленький флакон с настоящей живой водой! Охнула, искреннее ее благодаря, а потом переложила ценную вещь в сумку, вчитываясь в следующий вспыхнувший адрес. Дамир все это время молчал, наблюдая за мной и погруженный в свои явно невеселые мысли.
Рывок через арку – и мы оказались в таверне, стены и потолок которой напоминали огненную лаву. Столики крепкие, каменные, сплошь черные. Но если обстановка меня впечатлила, то демоны – рогатые и хвостатые, шумно чокающиеся бокалами, украшенными драгоценными камнями, сразили наповал.
– Уходим, – прошептал Дамир, готовый открыть портал.
Я собралась последовать его совету, но тут… меня заметили.
– Смотри-ка, снова фея! – послышался раскатистый голос одного из демонов.
– Ты, по-моему, перепил Ронт! – рявкнул второй и оглянулся.
Потер глаза, поднялся, подошел ближе и попытался потрогать меня пальцем, чтобы убедиться, мол настоящая.
– Прокляну! – рявкнула я и создала боевую молнию.
Демон отодвинулся и опасно покосился в мою сторону. От Дамира, скрытого невидимостью, буквально несло яростью. Ощущение, что оборотень сейчас сорвется, обернется и пойдет бить демонам морды, причем всем без разбора, становилось все четче. И когда я стала чувствовать его эмоции? Кажется, Дамир утратил над ними контроль. Или нет? А может, показалось? Ведь через мгновения это чувство исчезло.
– Исполнение заказа Аранронта Рашинского и Данара Гарского, – возвестила я, прикидывая, как расспросить их о появившейся до меня феи.
Чутье говорило, это и есть наша убийца.
Все демоны в таверне вдруг замерли, двое уверенно шагнули вперед. Один в два раза выше меня ростом, с увитыми рогами. Второй чуть ниже первого, с рыжими волосами и любопытным взглядом.
– Надо же, и правда фею прислали, – выдал он. – Аранронт Рашинский, – представился учтиво. – Желаю получить арахнидару на блюде.
Знать бы, что это еще такое…
Я поднесла кристалл, который накалился черным.
– Отказано, – выдала спокойно.
– Что?
Демон взревел, из ушей у него пошел пар, а я… пусть и маленькая, но все же ведьма, поэтому заклинание холода сработало моментально, и таверна покрылась ледком. Зря, наверное, сделала. С пару секунд демоны пялились на ледяные стены, потолки и пол. Затем некоторые из них демонстративно перевернули кружки, из которых до этого шел пар, а теперь вывались льдины. Боюсь и представить, что тут в их таверне подавали. И потом все эти клыкастые, рогатые и хвостатые дружно уставились на меня. А я так невинно покосилась на ледяную глыбу, в которую случайно превратила Аранронта, ножкой шаркнула, сощурилась. Ничего, исчезну, оттает.
– Даран Гарский, желание озвучивать будете? – решила я сделать вид, что ничего не произошло, хотя очередную волну ярости от Дамира почувствовала огнем на спине.
– Нет, вечно нам подсунут фею не от мира сего! – раздался голос.
– Да ладно, прошлые четыре сбежали, едва тут оказались. А это ничего, боевая. Замуж за меня не пойдешь? – послышалось неожиданно предложение, и у демона, произнесшего эти слова, сначала неожиданно сломался один рог, а потом второй.
– Прокляну, – машинально отозвалась я, понимая, что терпение Дамира на исходе, и, кажется, он готов даже сорвать операцию, лишь бы утащить меня от демонов.
Согласна, для них ведьмы особо лакомый кусочек.
Но… нам нужна информация об убийце. И поэтому я покосилась на Данара Гарского, который рассматривал меня очень странным взглядом, стрельнула глазками.
– Знаешь, вообще-то я хотел загадать новое оружие, но вот смотрю на тебя…
– И? – угрожающе поинтересовалась я, осознавая, что на ледяном полу в туфельках стоять безумно холодно.
– Хочу танец с феей! – заявил этот хвостатый и рогатый. – Оплата вот!
И отправил в открывшийся портал какой-то объемный мешок.
И вот как он это себе представляет? В полтора раза выше меня же!
Молча поднесла кристалл, поражаясь абсурдности просьбы. Кристалл остался прозрачным. Мне хана. Полная и бесповоротная. Дамир уже был не в ярости, в бешенстве. Я чувствовала это каждой клеточкой, но не понимала происходящего.
– Так, столы сдвинули. Музыку нам! И пол песочком посыпьте, чтобы фея не поскользнулась! – велел Данар.
Да, этот танец я запомню надолго. Пока демоны безропотно выполняли приказ Данара, еще у нескольких демонов отломались рога. Мой оборотень-начальник развлекался вовсю.
Я попросила стакан воды, капнула в него уменьшающего зелья, протянула Данару. Тот выпил, охнул и клыкасто улыбнулся. И едва зазвучала незатейливая медленная мелодия, галантно и вежливо подал мне руку. Круг танца мы прошли под гробовое молчание в окружении демонов. Данар же довольно скалился, а я посматривала на хмурых демонов. Ледяная глыба таяла где-то в углу. Дурдом… Полный.
Обмениваясь любезностями и улыбаясь, осторожно расспрашивала о других сбежавших феях. Выяснила, что одна из них появилась трое суток назад. Стало быть, когда случилось последнее нападение. Выспрашивала у демонов про особый ритуальный кинжал, который ей никто не продал. Слишком странным показалось даже демонам, что столь светлое существо интересовалось подобным оружием. Значит, магии фея, действительно, лишилась и перестала быть собой. И одержима желанием любой ценой вернуть силу.
Пока я размышляла над этим, мелодия замерла, мы остановились. Данар поклонился, мгновенно стал своего роста, а я под рев демонов шагнула в арку. Ух!
Глаза Дамира буквально сверкали яростью, едва мы вернулись.
– Я что тебе велел, Виолетта? – ледяным тоном поинтересовался он. – Уходить от демонов! Или в случае опасности позвать меня и…
– В условия договора не входит пункт «слушаться начальство» во время исполнения работы в качестве феи, – ехидно отозвалась я и попятилась.
От Дамира разве что искры не летели. А потом… он бросился ко мне, сметая ураганом, впечатывая в стену и по-сумасшедшему целуя.
Приложила заклинанием сразу, а затем еще и каблуком на ногу наступила.
– Еще одна подобная выходка, и я разорву контракт! – выпалила зло, понимая, что готова прижаться к этому мужчине, зацеловать до опухших губ, стать его прямо сейчас…
Что со мной? Не приворот же наложили, в самом-то деле!
– А в условия договора не входит пункт «не целовать того, кого нанял», – копируя мое ехидство, заявил Дамир и небрежно поправил инеевого цвета челку.
Кажется, список моих проклятий, приготовленных именно для этого кошака, скоро увеличится раз так в пять. Правда, это не отменяет того, что я его так откровенно и бесстыже хочу.
Вырвалась из его рук, отправилась смотреть, чем расплатились со мной демоны. Открыла мешок, погладила рукоятку одного из мечей. Только в Темном королевстве такие и делают. Закаленные в огне, подстраивающиеся своими свойствами под любого человека. Хороши!
Но полюбоваться ими не получилось, в арке вспыхнул очередной адрес. Дамир рыкнул и обернулся в барса. Мягко ступая, недовольно на меня скалясь и осуждающе посматривая синими глазами, накинул невидимость, не давая возможности даже к себе прикоснуться.
Да больно надо! Кота вон заведу и буду тискать! То же мне… гад пушистый!
А руки так и тянуться, просят потрогать и погладить…
Но времени на разборки сейчас не имелось, поэтому я нырнула в арку, и работа пошла своим чередом. Ничего необычного. Ничего странного. Ничего… Кроме не покидавшего жара от взгляда Дамира. Волна пламени окутывала меня, пронзала насквозь. Хотя через три вызова оборотень все же перестал сердиться, обернулся человеком.
Мне выдалась встреча с двумя ведьмами, которым потребовались редкие корешки, к счастью, обнаружившиеся в моей сумке. Потом – с тремя людьми. Им я подарила целительские зелья. Кикиморе, требовавшей настойку болиголова, отказала. Тем же ответила и юной магичке, когда она попросила сильное приворотное зелье, лишающее воли.
С Дамиром мы больше не спорили и не ругались, но напряжение чувствовалось в воздухе, и мне оно не нравилось. Тут где-то убийца на охоту вышел, а мы разобраться в эмоциях друг друга не можем.
Ближе к вечеру взяли передышку, поели и обсудили произошедшее. Никаких следов феи, кроме той информации, что выспросила я у демона, и к которому Дамир направил сотрудников своего отдела для допроса, ничего узнать не удалось. Казалось, фея затаилась, выжидает…
Выпив бодрящую настойку, посмотрела на сияющую арку с новым адресом. Дамир пошел следом, и вскоре мы оказались посреди выстроенной ледяной крепости, где носились кентавры, играя в снежки. А я в платье с открытыми плечами и туфельках… по снегу-то! Попробовала призвать магию, но та отзывалась совсем неохотно. Сдается, я и вместо огня только огонек-то и создам. Но вдруг взметнулся рой снежинок, укрыл мои плечи, скользнул белоснежной шубкой по спине. Почувствовав, как снег укутал и ноги, приподняла подол, любуясь на красивые, удобные, а главное – теплые сапожки.
– Спасибо, – поблагодарила Дамира за заботу.
От мысли, что этот мужчина всегда рядом, и я чувствую его тепло даже сейчас, когда он не прикасается, щеки невольно залил румянец.
Тем временем маленькие кентавры, носившиеся по ледяной крепости, меня окружили.
– Вы тетя-фея? – не выдержала маленькая курносая девочка с криво заплетенными косичками.
– Да, – невольно улыбнулась в ответ и присела перед ней на корточки. – А ты и есть Лайра?
Она серьезно кивнула, потом обернулась к ребятам, гордо задрала голову и уставилась на кареглазого брюнета, смотревшего на нас во все глаза.
– Вот, Ланс, а ты не верил! А я говорила, фея, исполняющая желания, существует!
Да-да, существует! Где-то там… А ее миссию выполняет весьма изобретательная ведьма.
– А вы правда все-все можете? – поинтересовалась девочка, и я ответила:
– Исполняю только хорошие и добрые желания.
– Тетя фея, помирите наших с Лансом родителей, – попросила она и посмотрела на меня огромными голубыми глазами, полными такой доверчивости, что сердце заполнила волна нежности.
– А из-за чего они поссорились?
– Мой отец думает, будто господин Надир украл у него меч, – хмуро пояснил Ланс, подходя поближе к Лайре.
– А мой не брал! – возмутилась девочка. – И к тому же, у папы метательные ножи пропали. И он тоже думает, будто…
– Их украл мой отец! – закончил Ланс. – Мы пытались сами найти оружие, чтобы вернуть его владельцам и помирить… Но не преуспели.
Ланс оглянулся на кентавров, которые забыли про свою снежную крепость и игрушки и смотрели на нас.
– Помогите нам, фея, – серьезно попросил Ланс. – Мы в долгу не останемся.
Откуда-то вдруг появилась шапка, куда малышня принялась скидывать свои сокровища – от перочинных ножиков до амулетов и мелких монет.
– Сегодня я работаю бесплатно, – выдала, чувствуя, как ком, появившийся в горле, начинает таять.
Наивность и чистота этих детей коснулась самого сердца. Те зашептались, осторожно убрали шапку с сокровищами, уставились на меня. Я попросила Лайру протянуть ладошку, проверила, чтобы кристалл остался прозрачным, и принялась расспрашивать про меч и метательные ножи. И чем дальше думала, тем больше понимала – найти их нереально, если магического следа нет. Попробовала применить заклинания и парочку поисковых зелий, самых сильных, что имелись, но потерпела неудачу.
– Лайра, Ланс, а что если подарить вашим родителям новое оружие вместо прежнего?
– Где ж его взять-то? – удивился мальчик, который и не думал сдаваться.
Да и Лайру крепко держал за руку, подбадривая и оберегая, что невольно вызывало у меня улыбку. Хорошая из них пара получится, когда вырастут. И пусть пока не понимают этого сами, но держаться друг за друга.
– У меня найдется, – подмигнула я.
– Да откуда? – удивился Ланс.
– Ну… я же все-таки фея.
Кажется, скоро и сама в это поверю. Но иногда даже мне, пусть и на чуточку хочется изменить судьбу и попробовать, какого это, открыть душу навстречу истинному волшебству, впустить его в свое сердце. А чисто ведьминский азарт и упрямство всегда позволит довести дело до конца.
Для того чтобы призвать оружие из нужного места, пришлось расчищать площадку от снега и чертить палкой, принесенной кентаврами, пентаграмму, а после вливать в нее силу медленно, почти по капле. Что же она тут так плохо отзывается-то?
Мешок с оружием, оставленным в награду демонами, появился прямо по центру.
Дамир все это время подозрительно молчал и никак не проявлял свое присутствие, хотя я чувствовала на себе его взгляд.
– Ланс, Лайра, чьих родителей навестим первыми? – поинтересовалась я, удерживая плетения.
– Так они оба сейчас на заседании совета, – деловито заметил мальчик. – Наверняка опять ругаются, – добавил, хмурясь.
– Держитесь за меня. Ланс, четко представляй место, куда нужно попасть.
Мальчик серьезно кивнул, вцепился вместе с Лайрой в юбку моего платья, едва я подхватила мешок с оружием. Тяжелый… Ланс прикрыл глаза, сосредотачиваясь, а я улыбнулась и решила напоследок побаловать малышню, потратив каплю силы на создание огромного алого мешка с конфетами. Дети бросились разбирать подарки феи, а мы с двумя кентаврами перенеслись.
Белоснежный зал с массивными темно-зелеными колонами сейчас напоминал место побоища. Валялись перевернутые кресла и стулья, до хрипоты спорили мужчины, размахивая руками, шумно фыркали, а два господина вцепились друг в друга.
Ланс покраснел и опустил взгляд. Мне и так было понятно, что один из них, темноволосый, явно его отец. А второй, с заплетенной гривой рыжих волос, родитель Лайры.
И как мне остановить бушующих кентавров? Способ был один, чисто ведьминский. Окружила нас с ребятами защитным куполом и призвала ледяной ливень.
Кентавры вскрикнули, заоглядывалась, нашли меня глазами, охнули и замерли.
– Вот вроде же взрослые мужчины, а ведете себя так, что даже детям за вас стыдно! – заявила я.
– Ланс, я же запретил тебе общаться с Лайрой! – воскликнул брюнет.
– А я – разрешила, – заметила спокойно. – Или желание феи не имеет для вас значения?
Кентавры запереглядывались, кажется, растерялись, что мне было только на руку.
– Подойдите ко мне, оба. Я хочу положить конец вашей вражде.
Первым выдохнул и шагнул отец Лайры, не решаясь спорить.
– Вытяните руку над кристаллом истины и ответьте, похищали ли вы оружие у отца Ланса?
– Нет, – уверенно ответил кентавр, и кристалл остался прозрачным.
Я заявила, что мужчина не лжет, позвала второго. Тот сверкал карими глазами, но под упрямым взглядом сына, который держал Лайру за руку, сдался. Проверку прошел и он.
Мужчины переглянулись и задали идиотский вопрос:
– И где тогда оружие? Госпожа фея, вы его вернете?
– А вы меня вызывали? В очередь на исполнение желания становились? – не утерпела во мне ведьминская суть.
Кентавры покосились на Ланса и Лайру, которая слегка покраснела под этими взглядами.
– Нет? Нет! А Лайра просила меня только помочь вам помириться.
Искренние виноватые взгляды двух закадычных друзей стали лучшей наградой.
– Но учитывая обстоятельства, я сделаю подарок.
И мешок с пола приподняла, на стол, стоящий в нескольких шагах от меня, опрокинула и высыпала оружие демонов.
– Мой меч! – воскликнул отец Ланса.
– Мои метательные ножи! – поразился отец Лайры.
Мужики начали ощупывать оружие, едва ли не бросились его целовать. Лайра и Ланс с восторгом смотрели на меня.
М-да… Получается, оружие у кентавров украли демоны? Да еще и мне его в качестве оплаты отдали. Пожалуй, в скором времени навещу я этих шарлатанов и… ничто не спасет их от парочки моих сногсшибательных проклятий. Чесотка на хвост, мох на рога и ревматизм на сутки. Пусть им фея, исполняющая желания, потом в кошмарах снится.
Дети бросились к родителям, что-то с восторгом рассказывая, кентавры столпились вокруг, а я… улыбнулась, делая шаг назад, точно зная, что переход уже открылся.
Дамир был хмур, когда мы вышли из арки.
– Ну что опять? – возмутилась я. – Никуда же не лезла!
– Что мне сделать, чтобы ты просила меня о помощи? Да хоть о какой-то! – выпалил он.
Нет, если кто-то скажет, что Дамир Радмицкий обладает невероятной непрошибаемостью, больше не поверю. Со мной он совсем другой, весь на эмоциях, и озадачивает своими странными вопросами все больше и больше с каждым часом.
– Вместо ритуала для создания портала, могла просто сказать, я бы открыл переход. И оружие бы переместил… И… Я же не могу вмешиваться, согласно условиям заклинаний, если ты не назовешь кодовое слово! Сниму ведь его к бездне! Ведьма… Чистая ведьма! Нервы только они и могут так трепать!
Оборотень вдруг часто задышал, выдохнул и сжал виски.
– Тебе плохо?
– А ты готова спасать? – не удержался он и посмотрел так, что сразу стало понятно, каким именно способом его надо спасать.
– Могу сглазить четырехсот двадцатью семью способами или проклясть шестидесятью девятью, – ехидно заметила я.
– Да я уже оказался проклят, когда взял тебя на работу. Причем пожизненно. Но давай поговорим об этом позже.
Он кивком показал на мерцающую арку с очередным адресом. Я пожала плечами и отправилась выполнять заказ.
Это снова был трактир демонов, которым сегодня, с одной стороны повезло, фея переместилась аж дважды, а с другой стороны… от моих проклятий Данара, которого уже отпустили сотрудники моего оборотня, ничего не спасло. Сдается, на всю жизнь запомнит и меня, и мою ворожбу.
Выслушав пожелания трех других демонов, поднесла кристалл к их раскрытым ладоням, отказала всем. Чернота, заполнившая оболочку камня, реально пугала. Мой ответ демонам, разумеется, не понравился. За спиной уже маячил переход, но сбегать я и не думала. Если позволить себе проявить такую слабость, потом до конца жизни репутацию не восстановишь. Очень хотелось призвать метлу, аж зудело все внутри от этого желания, но я переборола искушение.
Кинула в приближающихся и воинственно настроенных демонов зелье, улыбнулась, едва все они застыли на месте. Нет, а чем они думали, пока пытались обидеть меня, маленькую да беззащитную? А потом решила… пакостить, так пакостить по-настоящему, чтобы и в голову не пришло потом кому-то обижать фей!
Призвала воду из ближайшего болота вместе с лягушками, пиявками и кикиморами. Те оторопело посмотрели на меня, сощурились.
Я же сотворила особое заклинание и заперла силу демонов до рассвета, улыбнулась кикиморкам, предвкушая…
– Надо полагать, ты та самая фея, что сделала из Алевтинки человека? – поинтересовалась одна из них.
– Надеюсь, у нее все хорошо? – не удержалась я, искренне переживая за заказчицу.
– Свадьба у нее завтра. Мы все пальцы искололи, занимаясь обережной вышивкой для платья, – возмутилась кикиморка, поглядывая на подруг.
А я удивленно приподняла брови, понимая, что кикиморы никак не вяжутся у меня с обережной вышивкой, о чем им и сообщила.
– Так традиция…
Стараясь не рассмеяться, кивнула.
– А это что ты с рогатыми-то сделала?
– Наказаны, – ехидно сообщила я.
– Надолго? – поинтересовалась одна из кикимор, поглядывая на огромного демона.
– До рассвета. Но… учитывая, что я – добрая фея…
Один из демонов сверкнул глазами в мою сторону так, что будь он не связан моей магией, точно бы таверна вспыхнула, как коробок спичек. На его взгляд, на добрую фею я совсем не походила.
– То заклинание сниму.
Кикиморки охнули.
– Перед свадьбой ведь подругам невесты полагается девичник, верно?
Взмахнула рукой, снимая волшебные путы, шагнула назад, слыша, как рычат демоны и обещают на меня нажаловаться, и снова оказалась в привычном зале.
– Что, даже ругаться не будешь? – поинтересовалась у начальника, который сверкающим взглядом едва ли не испепелял все вокруг.
– Не буду, – ответил он, а потом притиснул к себе и заметил: – Я восхищен тобой ведьма. И боюсь даже предположить, чем закончится наше сотрудничество, если ты раз за разом будешь бросать мне вызов.
– А я бросаю?
– Издеваешься, да? – прорычал он в мои губы, согревая их дыханием, но не касаясь.
Отпустил, отвернулся и глубоко вдохнул.
– У нас на сегодня еще два вызова, а после – отдых. Не думал, что эту фею будет так сложно поймать…
Дамир о чем-то задумался, а затем хитро сощурился и показал на арку.
Шаг в переход – и я снова на месте. Правда, место странное, но учитывая, сколько их было за сегодняшний день, пыльный чердак, заваленный самым разным хламом, меня не особо удивил.
– Думаешь, нам фея поможет?
– А кто еще?
– Да не факт, что она нас услышит, Михей!
– И все я слышу, – заявила спокойно, оглядываясь.
Призраки? Души неупокоенных?
– Покажитесь!
Послышался шепоток, и передо мной появились три небольших рослых мужичка, одетых в льняные рубахи и синие штаны, подпоясанные алыми поясами. Глаза – пронзительные, черные, волосы и бороды соломенного цвета растрепанны.
– Домовые! – поразилась я.
– Ты еще пальцем в нас тыкни и проверь, настоящие ли, – сварливо ответил тот, что стоял посередине. На груди у него висел круглый амулет с черным камнем. – Меня Михей зовут. А это – Над и Рапир, – представил он остальных.
– Алиса, – отозвалась и я. – Слушаю ваше желание.
– Дом нам нужен, фея, иначе умрем мы к рассвету. Ты – наша, стало быть, последняя надежда.
– И чтобы там всегда была возможность заняться уборкой, иначе наша магия тает! – добавил Над.
– И живущие, чтобы не пугались нашего присутствия, не забывали кормить и с нами разговаривать, иначе одичаем, – добавил Рапир, не сводя с меня глаз. – А вообще бы… лучше найти нам ведьму! Уж с ней точно будет нескучно!
– И зелья они варят постоянно, дело и нам всегда найдется, – воодушевленно заявил Над.
А Михей, заметив, что я не отвечаю, торопливо протянул ладонь для проверки, явно боясь отказа. Кристалл предсказуемо остался прозрачным.
– Что, совсем ничем не помочь? – по-своему понял мое молчание Михей, и взгляд его стал тревожным. – Мы, если что и на человека согласны…
– Есть одна идея…
Мне пришлось снова колдовать. Сейчас даже оборотня я не могла просить о помощи, по той простой причине, что это кентавры не заметят его магию, а вот домовые… Освободила место от пыли, начертила пентаграмму, открыла переход… Да, будь у меня метла, все делалось бы гораздо быстрее и проще, но увы… охота на фею продолжалась.
Домовые вцепились в меня, разрывая привязку с домом, и мы переместились в мою лабораторию, что находилась в доме бабушки. Михей вытаращил глаза, покосился на мой вечный беспорядок, довольно хмыкнул.
– Нравится? – не удержалась я.
– Очень! Мы тут такой блеск наведем, госпожа фея, – пообещал он, со взглядом маньяка оглядывая погром.
Домовые – они хоть и малочисленны, но силу черпают, наводя порядок.
– Это чей дом? – поинтересовался Нат.
– Моей бабушки и мой, – тихо ответила я. – Буду рада, если останетесь в нем жить.
Домовые запереглядывались. Михей вдруг поклонился.
– Еда в холодильной камере, на втором этаже имеется свободная комната…
– Да мы разберемся госпожа вед… фея, – быстро сориентировался Михей.
Догадливый какой… и понятливый. Домовые разом поклонились и исчезли, а мы с Дамиром вернулись в офис фей.
– Устала? – поинтересовался он.
– Есть такое. Но там остался последний вызов. Пойдем.
В заснеженном лесу, где мы оказались, было темно, холодно и очень тихо. Я не успела это осознать, как Дамир скинул невидимость и прыгнул в мою сторону, сшибая с ног. Я только и успела увидеть, как в мою сторону летит маленькая черная молния, и уже неподалеку загорелось дерево.
Подскочили мы с Дамиром одновременно, приняли боевые стойки. В нескольких шагах от нас стояла изумительно красивая девушка. Волосы белоснежные, словно переливающиеся атласные нити. Черты лица нежные, хрупкие… Губы – алые, будто цветок розы… Вот только глаза черные, страшные… Нет в них ни света, ни тепла.
Кажется, мы нашли фею, которую так искали.
Нападала она без предупреждения и лишних слов. Магический удар повалил ближайшие деревья, огонь превратил их в пепел. Дамир отразил атаку, пока я плела защиту, и создал купол, оставляя меня снаружи.
Ну не гад ли? Неужели настолько самоуверен, что думает, справится с темной феей сам? Или настолько силен? А может, просто любой ценой хочет уберечь мою жизнь…
– Виолетта, не вмешиваться! – рыкнул Дамир, отражая очередные всполохи магии, активируя одновременно щиты и не давая тому чудовищу, в которое превратилась фея, подобраться ближе.
Мгновенно вспыхнул портал, и он велел:
– Уходи! Живо!
Мотнула головой.
– Не выполнишь приказ, я за себя потом не ручаюсь.
Кивнула, принимая и это.
Дамир зло рыкнул, переход закрылся.
– Не смей даже приближаться к куполу! – велел он и бросился к злодейке, выпуская боевые снаряды. Его противница уворачивалась, била острыми иглами тьмы по защите Дамира, перемещалась ураганом, безумно хохоча… В ней не осталось ничего человеческого.
Все, что я могла, это только смотреть и молиться небесам, чтобы он – этот несносный мужчина всей моей жизни, справился и выжил в бою.
– Это что, изощренная месть, оборотень, да? – прошипела, гадая, как могу подобраться к фее, которая едва не задела Дамира.
Не могу я стоять и просто смотреть! Просто не могу!
Я ведь и проклятия знаю, и сглазы, и зелий у меня с десяток осталось… Фея пронзительно крикнула, выпуская поток тьмы, и я бросилась к куполу. Внутри не было видно уже ничего. Исчез в темном вихре Дамир, сгинуло чудовище… Купол вибрировал. Все же в нем было заперто очень много силы. И в какой-то момент я поняла, что он не выдержит напора, и, если тьма хлынет волной… Об этом было страшно даже думать.
И я коснулась защиты ладонями, чувствуя, как пальцы обжигает магия. Все, что я могла, это просто поддержать купол, который поставил Дамир. И верить. В то, что останется жив. В то, что вернется ко мне. В то, что… метла по этому кошаку плачет. Честное ведьминское! Сила текла, отзывалась, уходила… У меня осталось ее всего ничего, когда тьма за куполом исчезла, будто кто-то собрал ее в флакон, и я отпустила щит, и увидела, как Дамир стоит напротив едва держащейся на ногах феи. Она вдруг вскрикнула, задрожала и осыпалась пеплом.
Справился!
И тут купол исчез, а Дамир упал, как подкошенный. Я оказалась возле него в одно мгновение. Чуть не взвыла, когда увидела на груди алое пятно.
Нет, это вообще, как называется?
Быстро зашептала заклинание, останавливающие время на две минуты. Большую часть моего резерва, конечно, съест, но умереть я мужчине не позволю. Руки дрожали, не слушались. Я вдохнула поглубже, сосредоточилась, вытащила заживляющие и восстанавливающие зелья, пригляделась.
Проклятье, которым поразила убийца Дамира, оказалось мощным и, увы, незнакомым. Мои зелья, как вскоре выяснилось, против него были бессильны. Только самой снимать, надеясь на удачу.
Темные нити, едва подцепила их, обожгли пальцы.
– Гад бессовестный, только вздумай умереть! Я тебя из-за грани достану! Как можно так подставляться?
Злость не придавала сил, но отвлекала от жалости к себе и сомнений. Провозилась я с проклятьем почти час. Потом смазала рану заживляющим и восстанавливающим, достала флакон с живой водой. Ведьмы бы меня не поняли. Никогда. Наверное, феи, маги и люди то же. Отдать бесценное даром, ради едва незнакомых синих глаз… Ну совсем не по-ведьмински. Поднесла флакон с живой водой, вылила Дамиру в рот.
Когда мужчина открыл глаза и зашевелился, я наклонилась и коснулась его губ, чувствуя, как по щекам бегут слезы.
– Поднимайся, Виолетта, тут холодно, – хрипло заметил он.
Я попробовала возмутиться, но меня подхватили на руки, банально заткнули рот поцелуем и шагнули в открывшийся портал, и только потом отпустили. Я с трудом отдышалась, оглядела просторную уютную спальню, обнаружила, что сижу у Дамира на коленях.
– Мне вот интересно, ты хоть когда-нибудь будешь меня слушаться?
Я честно подумала и ответила:
– Нет.
– Виолетта… Переход же открыл специально для тебя, сразу бы уходила! – рявкнул он. – Я же мог не успеть поставить защиту! Да я в жизни ничего так не боялся, как не успеть! И ты вообще зачем сунулась к куполу?
– Все было под контролем.
– Там было опасно! Купол мог вытянуть из тебя всю силу, тьма могла хлынуть… Ты бы умерла, понимаешь ты это или нет?
Я промолчала. Не ждет же он от меня признания, что погибни он там, я бы пошла за ним следом. Билась бы с темной феей, даже понимая, насколько не равны силы. Есть моменты, когда просто надо стоять насмерть и не пускать зло в мир. Есть моменты, когда умирает любимый человек, и ты идешь за ним, потому что все в жизни теряет смысл. А есть моменты, когда первое и второе не отделимы. Но мы – ведьмы, гордые существа. Никогда не признаемся первыми, что любим искренне и горячо.
– Ведьма, зачем? – рыкнул Дамир, прижимая к себе еще крепче.
– Психанула что-то, – честно созналась я.
Ну а что? Весомый аргумент в пользу любых нелогичных поступков ведьмы.
– Сумасшедшая, сумасбродная…
– Прокляну, – пообещала я. – И поколочу метлой, кошак облезлый!
– И ничего я не…
– Ты несносен! Как мог так по-глупому попасться в ее ловушку! А если бы у меня не оказалось живой воды! А если бы…
– Ведьма своего суженого с того конца света вытащит, если захочет. Одним желанием, – заявил Дамир, не сводя с меня глаз.
Бездна нерушимая! Да я тону в них, не желая спасения!
Но все же, опасаясь, что ослышалась, не так поняла, осторожно уточнила:
– Что?
– То.
Я сейчас взвою, добуду метлу и пойду громить его спальню.
– Знаешь, ты не ведьма, ты неприятность ходячая.
– Это я-то? Да ты… ты…
– Если у тебя есть ангел-хранитель, он, наверное, уже седой… А может заикается.
– Но со мной ему точно не скучно, зануда! – вспылила я. – Да и какое тебе дело?
– Хочу занять его место, ведьма. И беречь тебя всю свою жизнь.
– Правда? – шепотом спросила я, разом теряя весь энтузиазм для ссоры, и, кажется, начиная сходить с ума.
Просто Дамир смотрит сверкающими синими глазами, и я таю в его руках.
– Правда, ведьма. Я до одури в тебя влюблен.
– Да когда ты успел? – поразилась я. – Вы же оборотни долго приглядываетесь, ухаживаете… сомневаетесь.
– Будто ведьмы так не поступают, – ехидно хмыкнул Дамир. – Нет, чтобы сразу признать меня своей парой. Весь день нервы трепала.
– Ничего, я и всю жизнь буду трепать, – вспылила я и скрестила руки на груди. – И с чего вдруг я должна была…
– Радость моя, да я твои эмоции стал чувствовать, едва ты зашла в кабинет своего начальника. Сознаюсь честно, у тебя уже тогда не оставалось выбора. Не согласилась бы помочь с феей, предложил бы тебе другую работу. Есть у меня одна вакансия для ведьмы. Чисто моей ведьмы.
Я вытаращилась на оборотня, не веря своим ушам.
– Мне просто необходима еще одна помощница. К тому же… всегда рядом, приглядывать стану, любить…
Глупо моргнула, не понимая, всерьез он это или нет. Дамир встревожился из-за моего молчания, наклонился чуть ближе.
– Я сразу понял, ты – моя пара, но… ты сопротивлялась, когда целовал. Было… неприятно?
В голосе Дамира послышалось невиданное отчаяние. Я глупо захлопала глазами и решила честно сознаться:
– У меня пока не было отношений с мужчинами. Ты – мой первый опыт. Я банально… растерялась.
Дамир взял мое лицо в свои ладони, глаза у него были удивленными-преудивленными, и я вдруг окончательно смутилась.
– Душа моя…
И столько в этих простых словах было тепла, любви и нежности… Я как-то сразу забыла о наших разногласиях, ласково коснулась его губ. Дамир осторожно погладил меня пальцами по щекам и улыбнулся.
– Хочешь, чтобы ухаживал по всем правилам, а потом сделал своей?
– Хочу поменять первый и второй пункты твоего замечательного предложения местами, – уверенно заявила я, чувствуя, как от предвкушения все внутри дрожит.
– Метку ведь поставлю, Виолетта. Навсегда моей будешь, – прохрипел Дамир.
– Прекрасная идея, тем более что оборотни – однолюбы.
– Кто-то ревнует? – поинтересовался он, целуя в кончик губ.
– Кому-то припомнить демонов? – ехидно уточнила я, обнаружив, что его руки забрались под юбку моего платья и гладят мою эм… уже спину. – Может, уже поможешь снять одежду, – не выдержала я, осознав, что мой оборотень умеет обольщать.
– Неужели кто-то впервые попросил меня о помощи?
– А это так важно для тебя?
– Да. Если признаешь за собой право просить хоть о чем-то, тогда признаешь и мою силу. Если нет… в отношениях с парой это очень болезненно, – серьезно пояснил он. – Хотя я понимаю, что ты… эм… самостоятельная и отчаянно смелая, а порой… совсем безрассудная. Ведьма же… И все же…
Я выгнулась в его руках, чуть вскрикнула, когда его губы коснулись моей шеи.
– Дамир, я никогда не сомневалась в твоей силе. Честно. Ты для меня самый лучший на свете. Мое невероятное счастье. Мое снежное пушистое чудо. Мой желанный любимый мужчина. И если ты не снимешь с меня это платье и не поставишь метку, я сама тебя покусаю и напущу на тебя метлу и бабулю. Даже не знаю, что из этого будет страшнее…
Меня весьма провокационно погладили ниже спины, а потом прижались губами к плечу. Укус был чуть болезненным, ныл, но Дамир применил какое-то заклинание и все отрицательные ощущения сошли на нет. А мир наполнился новыми ощущениями и красками. Часть сил оборотня досталась и мне, поэтому зрение стало острее, обоняние – сильнее, а прикосновения острее настолько, что я зло рыкнула и нетерпеливо прижалась к его губам. Пусть уж сделает меня ведьмой первой категории. Давно пора!
– Сладкая моя, доверчивая девочка… – прошептал он, покрывая поцелуями мои плечи и ключицы, разрывая на куски платье и добираясь до нижнего белья.
– Ненаглядный, единственный, суженый… – ответила я, окончательно рухнув в водоворот новых ощущений, целуя неумело, отдавая себя всю до последней капли.
Как-то я слышала, будто люди говорят, что ведьмы лучше всего на свете умеют варить зелья. Но они ошибаются. Я точно знаю. Лучше всего на свете ведьмы умеют любить. Они вкладывают в это чувство свою душу, раскрывают сердце и становятся могущественнее. Ведь любовь – именно та сила, что способна победить любую тьму.
Конец!