Глава 32

Он засиделся допоздна. Ничего, выспится на выходных. Ему срочно надо изучить отчёт, который пару часов назад прислал финансовый директор. Сегодня в его компанию нагрянули аудиторы. Пришлось собирать экстренное совещание в финансовом отделе, выяснять, что могло послужить основанием для этой проверки, нет ли невыполненных обязательств по кредитам и дебиторских задолженностей. Пришлось перенести встречу с потенциальными инвесторами, отвечать на вопросы аудиторов и в итоге остаться без обеда.

Самое неприятное, что слух о нашествии аудиторов мгновенно расползся по деловым кругам, и акции его компании начали стремительно падать в цене — кто-то явно сливал внутреннюю информацию, пришлось обращаться в отдел безопасности. До тендера оставались считанные недели, а Котенков чувствовал, что именно он и есть причина внезапной проверки.

Цифры и строчки из отчета скакали перед уставшими глазами, Михаил уже ничего не понимал из того, что читал. Ему всё-таки лучше вырубить компьютер и пойти спать. Представив, как уютно прижмется к спящей жене, улыбнулся — вряд ли он легко заснёт рядом с ней. При мысли о том, как руки Леры обхватывают его торс, Михаил почувствовал напряжение в паху.

Занавесив шторы в спальне, он скинул с себя одежду и, откинув одеяло, лёг рядом с девушкой. Ненавистная фланелька! Михаил поморщился. Эти ужасные ночные сорочки бесили его, ещё когда он встречался с Ксенией. Лера, слава богу, предпочитала спать без всего. Миша обожал прижимать к себе ее обнаженное тело, наслаждаясь бархатистой кожей жены.

— Валерьянка, — нежно прошептал ей на ухо, слегка прикусил мочку. — Я люблю тебя.

Обхватил ее за талию. Член напрягся в безответном желании. Она спала, тихонечко посапывая и пробуждая в мужчине доселе неведомые ему чувства.

* * *

Михаил удивился, обнаружив утром хозяйничавшую в кухне Леру. Предваряя его вопрос, девушка протянула ему чашку с кофе:

— Как ты любишь. Со сливками.

— Доброе утро, — он прикоснулся губами к её виску, вдыхая такой родной запах. — Сегодня крепкий кофе мне просто необходим. — Посмотрев на часы, наморщил лоб. — Как бы мне хотелось провести с тобой весь день, но это, к сожалению, невозможно — труба зовёт.

Лера кивнула на стол.

— Садись. Завтрак остывает.

Брови Михаила взлетели в удивлении.

— Вот она — семейная жизнь! Обожаю тебя, родная! — На миг обнял ее. — Спасибо.

Пока Миша ел, Лера сидела напротив, обхватив руками чашку с кофе.

— Боюсь, что это первый и последний приём пищи сегодня. До хрена дел навалилось. Представляешь, вчера рухнул в постель и отрубился в течение секунды. Даже не успел стянуть с тебя ночнушку.

Лера удивлённо моргнула.

— Ночнушку? Зачем?

Он улыбнулся.

— Люблю, когда ты голенькая, — заметив как в смущении жена опустила глаза, рассмеялся. — Господи, кто бы знал, что Валерия Самойлова краснеет от любой интимной шутки!

— Прости, — она поднялась из-за стола, стала собирать посуду. — Ты прав. Надо было действительно раньше набираться опыта.

Миша схватил ее за руку, и девушка встретилась с его серьезным взглядом.

— Не говори ерунды. Ты нужна мне именно такая, как есть. И я счастлив, что я у тебя первый. Правда, Лер... — снова поглядев на часы, присвистнул. — Черт, надо поторопиться.

— Много дел?

— Ты даже не представляешь. Грёбанный тендер, акции дешевеют, а тут ещё аудиторская проверка.

— Да? Странно… До этого все шло хорошо, а перед тендером вдруг покатилось под горку...

Миша хмыкнул.

— Так часто бывает в большом бизнесе. Кто-то всегда хочет тебя утопить.

— У тебя проблемы?

— Ну что ты, милая?! Ещё тебе не хватало переживать из-за этого. — Котенков обнял Леру за плечи. — Приеду поздно. Не жди, ложись спать.

Схватив портфель, мужчина выскочил за дверь. Через минуту послышался шум отъезжающей машины. Да, она сделает это. Быть может, она ошибается, но если будет сидеть сложа руки, то будет ещё хуже.

Девушка спустилась вниз. Дверь в кабинет Котенкова была не заперта, и она вошла внутрь, огляделась. Бумаги, над которыми он, видимо, работал вчера, так и остались лежать на столе. Лера отодвинула большое кожаное кресло, села в него. С минуту смотрела перед собой.

Прожив всю жизнь с отцом-бизнесменом, она никогда не позволяла себя входить в его кабинет без разрешения и прекрасно помнила это правило в их семье. Все, что касалось работы, носило гриф секретности. Отец никогда не заводил разговоры о бизнесе за столом или на прогулке, и это стало настолько привычным, что не удивило Леру, когда она поняла, что Котенков придерживается такого же принципа. То, что за завтраком муж в сердцах проговорился о проблемах на работе, встревожило. Ещё рано утром, когда, проснувшись, она лежала и разглядывала черты лица спящего Михаила, поняла, что любит его и будет бороться за него до конца. И никому не отдаст — ни Ксюшке, ни ещё каким-либо бабам, и тем более не даст его в обиду. Лера всматривалась в его слегка подрагивавшие ресницы, хмурую складку на переносице, залёгшие под глазами тени. Он устал. Девушка вспомнила, как мама наставляла ее, говорила, что умная женщина должна быть верной помощницей мужу, помогать ему во всем, не верить сплетням, а слушать своё сердце. А сердце Леры однозначно говорило о том, что она серьезно влюбилась в своего мужа. Нет, не может он крутить шашни на стороне. Мишка все время дома, засыпает и просыпается рядом с ней. А то, что было — на то оно и есть «было», и не должно волновать.

Лера тряхнула головой, отгоняя от себя эти мысли, как стаю комаров, включила компьютер. Котенков изучал биржевые сводки. Приятная дрожь заполняла ее тело, пробиралась в мозг, заставляя нейроны передавать друг другу электрические разряды. Как же давно Лера не давала себе подобную умственную нагрузку! Невероятно, но то, что, казалось, было утеряно в глубинах памяти, внезапно стало выскакивать наружу. Девушка довольно рассмеялась — какое же это приятное чувство! Может, отец был прав, подталкивая ее к занятию бизнесом? Все циферки на мониторе, непонятные обывателю, для Леры имели значение и смысл. Она словно видела, что скрывается за каждой из них. Да, акции дешевеют, но не просто так. Через два дня цена достигнет минимума, и тогда они исчезнут с рынка — их скупят по супернизкой цене и, Лера чувствовала, сделают это в целях захвата предприятия. Об этой опасности Котенкова уже давно должен был предупредить главный юрист компании — Кирилл Зуев. Некомпетентный?

Девушка хмыкнула.

Ну уж нет — Кирилла она знала слишком хорошо. Он умный и прекрасно знает, что делает. Тогда в чем дело? Какую цель он преследует, замалчивая о возможности рейдерства?

Закусив губу, Лера какое-то время сидела, уставившись в стену. Ей просто необходимо поговорить с отцом. Он единственный, кто может помочь.

* * *

Они устроились на лавочке в больничном сквере под большим раскидистым тополем. Сегодня, как по волшебству, выдался погожий день, и солнце, хоть белое и по-осеннему холодное, все-таки давало радостную атмосферу. Тяжёлые серые тучи, набрякшие от переизбытка влаги, теперь бродили где-то на востоке столицы. Лев Степанович помимо своей куртки был заботливо укутан в плед. Лера натянула на себя тёплое пальто и накинула капюшон.

— Не понимаю, почему ты не хочешь прямо рассказать обо всем своему Мишке?

— Пап, я боюсь, что он не воспримет это серьезно, и я упущу момент. К тому же как я объясню, что я знаю про падение акций и все эти цифры? И про эту странную компанию, куда он думает вложить свои средства? Не буду же я признаваться, что рылась в его кабинете.

— Лер, но ведь рано или поздно он все равно об этом узнает. — Лев Степанович пожевал губами, вздохнул.

— Да, но тогда у меня будут все козыри и сохранённая компания, а сейчас он просто поднимет меня на смех. — Лера умоляюще посмотрела на отца. — Пап, ну пожалуйста. Мне надо быть в совете директоров и помешать им. Я ведь не прошу у тебя деньги просто так. Дай мне в кредит.

Лев Степанович махнул рукой, устало прикрыл глаза.

— Ох, дочка, разве в этом дело? Волнуюсь я за тебя.

— Что я не готова? Но ты же сам говорил, что мне пора заниматься бизнесом, говорил, что веришь в меня...

— Нет, Валерия, дело не в этом. Опасные игры ты затеваешь. Наживешь себе врагов.

— Но ведь Миша рядом, да и ты, пап.

— Я был рядом с твоей матерью, но не уберёг ее. Нет, Лера, лучше тебе не лезть в это осиное гнездо.

Девушка вскочила с лавки, топнула ногой.

— Хорошо, придётся идти в банк и приложить все усилия, чтобы мне дали кредит.

— Нет, Лера. Давай, я придумаю что-нибудь. Ну, подключу свою службу безопасности, что ли.

Она покачала головой.

— Ты не понимаешь, пап. Я хочу сама разобраться во всем. Какая к черту из меня бизнес-вумэн, если я буду скрываться за спинами других? Да мне никто никогда ничего не доверит. И Котенков — в первую очередь. Что мне останется делать? Варить щи из крапивы?!

Лев Степанович сунул руку за пазуху, поморщился.

— Да провались оно все пропадом, упрямица. Будь по-твоему, — проворчал. — Чувствую я, что если и помру, то только из-за твоих капризов.

Лера опустилась на скамейку рядом с отцом, обхватила его за шею, прижалась к нему.

— Папочка, милый, спасибо тебе, спасибо! Ты самый-самый лучший!  Завтра же скуплю все, что есть.

Мужчина только тяжело вздохнул, укоризненно качая головой.