Глава 47

Кирилл, очнувшись, обнаружил себя в кухне, притулившимся к стене. На столе стояли две бутылки из-под дешевого бренди — одна пустая, а другая ещё наполовину наполненная. Горел свет, хотя за окном было уже позднее утро.

— Машк, — вяло простонал он, пытаясь приподняться. Ответа не последовало. — Черт...

С трудом поднявшись, Кирилл поплёлся в спальню. Жены нигде не было, зато он обнаружил на тумбочке свой телефон, рьяно мигавший пропущенными сообщениями.

Пару раз уронив, пока пытался поднести телефон ближе к глазам, Кирилл выругался — почти все звонки были от Владлена Озерского. Да что же это такое — даже в выходной день не оставляют в покое!

Бормоча ругательства, Кирилл набрал номер. Вместо Владлена ответила его жена.

— Ну что, уважаемый господин Зуев, наслышаны мы о ваших приключениях. — Кирилл почесал затылок, с трудом соображая, что имеет в виду Элина. — Молчите, дорогой?

— Извините, не совсем понимаю, что вы имеете в виду?

— Не понимаете? Странно, — Озерская коротко рассмеялась. — Может, вам на пальцах объяснить? Где акции? Уже все сроки вышли.

— Совсем скоро все будет, не надо так переживать.

— Я не переживаю, Кирилл. Это вам надо переживать. Последний срок — понедельник, то есть завтра. И, уверяю, вам не поздоровится. — Кирилл хмыкнул, уловив угрозу в интонации женщины. Озерская продолжала: — Вы рискуете, играя с нами в подобные игры. Не верите, спросите эту вашу Валерию Самойлову. В своё время ее отец тоже чересчур заигрался. Рассказать, что произошло?

Кирилл замолчал. Он прекрасно понял, о чем говорила эта женщина. Скрежетнул зубами:

— Все будет сделано. Увидимся завтра вечером.

Он первым отключился. Голова по-прежнему плохо соображала. А ведь и правда, пора перестать расслабляться и заняться делами. Сначала принять душ, привести себя в порядок, а потом обязательно поговорить с Лерой. Хватит уже тянуть кота за хвост, а то и впрямь можно нарваться на крупные неприятности.

* * *

Маша выждала некоторое время, прежде чем отправиться по адресу матери. Она надеялась, что Мишкина жена уже побывала там и навела шороху. Было бы здорово, если она оставит ее брата в покое и уберётся из их семьи навсегда. А с Ксюхой Маша ещё разберётся — будет знать, как шляться по чужим мужьям.

Заглянув в кухню, девушка обнаружила спящего Кирилла. Он как сидел за столом, так и уснул. Поплотнее прикрыв дверь, Маша оставила мужа продолжать наслаждаться объятиями Морфея.

Она уже было подъехала к дому, но увидев выбежавшую из подъезда подругу, успела вовремя притормозить и скрыться за гаражами. Ксюшка была растрепанная, лицо все покрыто красными пятнами, закуталась в пальто, а на ногах... тапочки. Маша прыснула от смеха и уже хотела открыть окно машины и окликнуть подругу — такой у неё был жалкий и растерянный вид, но вспомнила, что это именно то, чего она и хотела добиться. Пусть Ксю помучается. Жадно следила, как подруга, теперь уже бывшая, мечется вдоль проезжей части, пытаясь поймать такси. Какая же смешная и глупая ситуация!

Дверь подъезда снова распахнулась, и оттуда вышла Валерия Котенкова. Маша напряжённо всматривалась в лицо девушки, пытаясь обнаружить на нем следы слез или отчаяния, но оно было непроницаемо. За Лерой следовал мужчина в чёрном — по-видимому, телохранитель. Она села в чёрный внедорожник, охрана в стоявший за ним «Мерс», и уже меньше чем через минуту улица опустела.

Брат открыл на ее звонок сразу, будто ждал у дверей. Маша бросилась к нему, приникла к груди, слезы тотчас же намочили его рубашку.

— Откуда ты-то здесь? — растерянно пробормотал он, отстраняя девушку. — Я думал...

— А, эти дуры уже уехали, можешь быть спокоен.

— Подожди, Маш. Какие дуры? О чем ты?

— Твоя бывшая и настоящая.

— Черт, — Михаил отвернулся, хватаясь за голову.

Маша скинула пальто, повесила на вешалку и, стянув сапожки, прошла в комнату. Усмехнулась, бросив взгляд на разобранную кровать, помятые простыни.

— Я смотрю, ты провёл не плохую ночку с Ксю?

— Откуда ты знаешь, сестрёнка?

Маша рассмеялась.

— Только что видела ее чуть ли не в нижнем белье, бегавшей по морозу. И твою супружницу видела. С охраной. Хороший я ей подарочек сделала.

— Какой подарочек? — встрепенулся Михаил, затем нахмурился, шаря взглядом по ее лицу. — Так ты... ты знала? Это ты сказала Лерке, где я и с кем?

С перекошенным лицом мужчина бросился к Марии.

— Не, Миш, я не стала говорить, что ты здесь с Ксю. — девушка испуганно отпрянула. Ей показалось, что брат вот-вот задушит ее. Она пискнула, заслоняя лицо руками. — А что, почему я должна одна мучиться и страдать, а они радоваться жизни? Ксюшенька твоя с Киркой шолохается, а этот идиот слюной истекает по прелестям твой Леры. Кстати, ты знаешь, что она была невестой моего мужа? — Михаил остолбенел. Маша расхохоталась, глядя на отвисшую челюсть брата. — И то колечко, которое ты купил у Кирилла, когда-то уже было Леркино. Смешно, правда?

— Не смешно, Маш, — он устало вздохнул. — Совсем не смешно. Знаешь, что? Вали-ка ты отсюда. Я жуть как устал.

* * *

Собрание акционеров было назначено на два часа дня. До него Лера решила заехать к своему психологу. Весь вечер воскресенья она готовилась к важному заседанию — проговаривала речьречь, подбирала одежду, представляла, что скажет своему мужу после того, как все присутствующие разойдутся и они останутся один на один. В кожаном портфеле лежала тонкая папка, подписанная ей и её отцом и заверенная семейным адвокатом, в которой все права на управление концерном «Интеройл» передаются Котенкову Михаилу Антоновичу.

Лере казалась, что ещё немного — и она не выдержит, подведут нервы, и у неё случится истерика. Рита могла успокоить ее, привести в чувства, а может, даже провести хоть самый коротенький сеанс гипноза.

Лера вышла из дома. Личники уже поджидали ее у выхода, открыли дверцу машины, передали информацию по рации.

— В офис? — спросил водитель.

— Нет, сначала заедем кое-куда. — Девушка назвала адрес клиники.

Рита не удивилась приходу Леры, хоть та, как обычно, не записалась. Психолог словно ожидала ее.

— Привет, дорогая, — она указала все на то же кресло. — Присаживайся.

Лера быстро прошла, села, уютно подобрав под себя ноги.

— Я вижу, ты торопишься? — Рита улыбнулась.

— Да. Откуда ты знаешь?

— Это моя профессия — замечать все и делать выводы.

— Рит, я боюсь.

Психолог добродушно кивнула:

— Кого на этот раз.

— Господи, всех. Котенкова, Кирилла, этих акционеров, перед которыми я должна буду толкать речь часа через три. А самое главное — себя.

— Ну а себя то что боишься?

— Боюсь, что сорвусь, заистерю, не выдержу до конца и все брошу. — Лера выдохнула, уткнулась лицом в ладони. — С Мишкой поссорилась. Он не знает, но догадывается, что я хочу отобрать его компанию. — Рита подняла брови. — До того как ее отберут другие. Те, на которых работает Кирилл. Но вот здесь, — Лера похлопала по коричневой коже портфеля, который старательно не выпускала из рук, — вот здесь документы, что все в итоге достанется моему мужу.

— Ну так чего же ты боишься?

— Котенкова. Он наверное убьёт меня до того, как узнает правду. Или не захочет выслушать.

— Рано или поздно правда откроется. Сегодня, завтра, послезавтра. Что бы он ни наговорил тебе, Лера, ты должна пропускать мимо ушей. Мужчины плохо владеют разумом, когда они в гневе, и зачастую говорят такое... Он тебя любит.

Лера удивлённо посмотрела на Риту.

— Откуда ты знаешь?

— Если бы он не любил тебя, ты не стала переписывать бизнес на него. А зная тебя, могу с готовностью заявить, что ты не влюбилась бы запросто в какого-то проходимца, не питающего к тебе чувств. Урок с Кириллом ты усвоила отлично.

Лера рассмеялась. На душе как-то стало светлее. Она опустила ноги на пол.

— Ох, Рит, спасибо тебе.

— Погоди, — Рита слегка наклонилась. — Хочу предостеречь тебя. Не нравится мне Кирилл. Что-то он слишком вьётся подле тебя. Он как пиранья — ждёт, когда напасть. Исподтишка.

Лера рассмеялась.

— Учту, — прошла к выходу.

— Удачи, — Рита улыбнулась ей в спину. Молодец, Самойлова Валерия, выкарабкалась из кризиса, из того болота, которое засасывало ее в течение долгих трёх лет.

* * *

Лера растерянно обводила глазами застывшие лица менеджеров и акционеров компании. Уже полчаса она словно на автомате доводила до их сведения все те изменения, которые постигнут корпорацию — детище ее мужа. Она ожидала возмущение, вопросы наперебой, гомон, но в комнате стояла звенящая тишина, и, казалось, пролети муха — ее будет слышно. Но самое странное было то, что Михаил отсутствовал. Сначала Лера подумала, что он опаздывает, потом девушку наполнило раздражение от того, что Котенков нагло игнорирует собрание акционеров, а сейчас она уже не знала что и думать. Он что, не воспринимает ее всерьез? Ей просто необходимо сегодня же передать ему документы, пока Кирилл и эти Озерские не сотворили какую-нибудь пакость.

После полуторачасовой речи, Лера выдохнула, обвела взглядом присутствующих, спросила:

— Если у кого есть вопросы, то я готова на них ответить. — Молчание. Она не могла понять по лицам людей реакцию — согласны они с ее действиями или, наоборот, молчат от недоверия и внутреннего сопротивления. — Ну и отлично. Объявляю собрание законченным, все свободны, можете приступать к делам. Так же хочу поблагодарить за вовремя сделанные отчеты, в ближайшее время я отдельно побеседую с руководителями каждого отдела. Спасибо.

Послышались звуки отодвигаемых стульев, негромкий говор. Лера знала — едва все покинут помещение, там, за дверями, тишина взорвется изумленными, возмущёнными, а может, даже истеричными голосами. Девушка закусила губу. Её обуревало желание набрать номер Котенкова. Почему он не удосужился появиться?

Лере вдруг до дрожи в руках захотелось перенестись в зал Егора и излупить чёртову боксерскую грушу, выпустить раздражение и злость. Плевать, что тренер не велел появляться до окончания беременности. Лера прекрасно себя чувствовала, и даже тошнота почти перестала ее мучить. Кроме того, она в хорошей физической форме, ничего страшного не случилось в прошлый раз, да и в книгах читала, что во время беременности упражнения очень даже полезны.