12

Она преодолела все, что должно было ее уничтожить. (Руми)

Кто знает, что такое утро после "вчерашнего" - тот поймет, что я чувствовала проснувшись. 

Тело ломило, каждая клеточка буквально разрывалась от боли.

События ночи помнились смутно. Местами мелькали яркие вспышки в голове, местами — полный провал.

Зато отчетливо запомнился ректор, что с какой-то незнакомкой светловолосой долго разговаривал, затем крепко обнял и попрощался. Очередная его любовь? Нет, не думаю. Скорее знакомая. Или может подруга...

Опять сама себе все придумала... Да этот любвеобильный гад тут просто звезда. Расточает улыбки налево-направо и все падают к его ногам.

Когда я открыла глаза, то на тумбе в небольшом горшочке стояла лонория. Крупные грозди цветков украшали крепкий стебель. А белоснежные лепестки были щедро, словно взбрызнуты кровью, усыпаны кляксами. Интересно, кто проник в мою комнату пока я мирно спала в своей кроватке? Опять-таки из минусов одиночного проживания.

Наскоро позавтракав кашей с молоком и яблоком я побежала покорять профессора Лафф своим докладом о лонориях. Сил было потрачено много на его написание и я надеялась, что они окупятся. 

- О, — протянула Лафф, увидев меня в обнимку с "цвяточком".

- Доброе утро, — поздоровалась я и села за свое место. Это была первая парта возле преподавателя. Место любимчиков в моей земной школе. 

Планомерно шел расспрос всех, кроме моей скромной персоны. Не понимаю почему, но я была спокойна. Возможно, просто вызовут последней.

Прозвенел звонок, а я так и осталась со своим ожиданием и горшком в обнимку.

- Профессор...

- Зайди ко мне после занятий, а пока оставь свой доклад, я ознакомлюсь.

- Спасибо.

Что за странности? Ну да ладно.

Следующие занятия пролетели незаметно, а я торопилась к профессору.

По пути в коридоре, словно из ниоткуда возник ректор.

- Куда торопимся?

- Отстаивать честь и достоинство сообщения по травологии.

- Занятно, я с тобой тогда.

- Сомневаюсь, что мне нужна Ваша помощь. Это стандартная процедура. Думаю...

- Профессор Лафф просила зайти и меня. Что ты тау учудила, что меня вызывают?

Что происходит?

- Ничего особенного, подготовила доклад по лонориям. Они похожи на наши земные орхидеи и прекрасны. У вас тут что-то типа ритуального цветочка. Делов то.

Он резко затормозил и я по инерции стукнулась об его спину, не успев вовремя остановиться, отставая на шаг позади него. Впечатывание произошло неожиданно, но приятно. Мне вообще нравилось его касаться. Чертовщина какая-то, не хватало мне еще форменного бабника полюбить.

- Что ты сделала? - он в свете лучей солнца, пронизывающих витражные коридорные окна почти сиял. В волосах играли золотинки, а глаза как то по-особенному сверкали.

- Да доклад я сделала, доклад!

- Пошли, — скомандовал мужчина и схватив меня за руку буквально потащил в аудиторию.

Его рука хоть и дарила тепло, но вносила сумятицу в голову Я сделала что-то не так, а что именно не имела никакого понятия.

Лафф встретила нас с тревожной улыбкой на губах. Ее взгляд метнулся на руку ректора, сжимающую мою ладонь. Но она сделала вид, что в этом нет ничего "такого". А в этом реально не было ничего прям уж "такого". Хотя кого я обманываю,  меня за руку вели к директору в последний раз еще в начальной школе за разбитое стекло футбольным мячом.

Растение мирно стояло там, где я его и оставила.

- Вот, — указала женщина, — Вот оно.

Свэл подошёл поближе, но не решался коснуться. Тут уже не выдержала я и стремительно подойдя забрала прямо у них из-под носа свой горшок.

- Что не так? - мой взгляд метал молнии, по крайней мере я в этом была уверена.

- Началось? - спросила Лафф.

Ректор и профессор сделали шаг назад, а мой мир опять пошатнулся, как ночью. Люди стали для меня неясными пятнами. Виски запульсировали и я автоматически потянулась их потереть, выронив при этом растение из рук. Мощные волны подхватили его и поставили обратно на стол, пока я приходила в себя.

- Что это? - скорее раздался стон со стороны, чем мой. Но это была я.

- Это обращение, — заметил ректор и откуда-то в его руке появилось зеркало. Наконец-то!

Как долго я его ждала. Все эти несколько дней я расчесывалась руками и умывалась наугад. Так и не зная поменялся ли мой облик. Мое ли тело. Я видела только то, что черные крашеные волосы были мои, а тут... Зрение пришло в норму и в свои цвета, что хорошо.

Из зеркала на меня смотрела идеальная брюнетка. Это была я, но новая Улучшенная. Идеально ровная кожа, припухлые полные губы (откуда?) Верхняя губа всегда была тонковатой, а тут чудо произошло. Смущали только дырки в щеках. Сквозные.

- Что за черт?!

- Это термочувствительный датчик. Так хищные рептилии, в том числе и наги прощупывают местность на опасности...

- И добычу? - я вспомнила ночной пир какой-то мышью (фу!)

- И ее тоже, — согласно кивнул ректор.

Я продолжила изучение себя. Глаза, словно два изумруда светились и играли на солнце. Вертикальные зрачки пугали до чертиков. Терпеть не могу всех этих ядовитых гадов... теперь я сама такая.

- Мне нужно сесть, кажется, — прошептала я, не выпуская себя из поля зрения зеркала. 

Нужно проверить, что там с языком. Высунув язык и присмотревшись, у меня отлегло от сердца. Ну хоть не раздвоенный.

- Скорее всего тригером послужила встреча с теми двумя... - вспомнила я Каро и второго, не помню, как его там. Фигель, кажется.

- Нет, это он, — Свэл ткнул в цветок, — Ими занимаются только священнослужители наги. У них иммунитет, как и у императорской семьи. Остальных Кровавая лонория сводит с ума своим ароматом, если нет ее глушилок. Хорошо, что здесь везде в аудитории есть растения, в большинстве своем собранные и подавляющие ее, но я и сейчас хочу обратиться. Она отравляет разум и пьянит. Словно просит применить силу. Убить или... ранить.

- Но я не хочу никому причинять вреда. Она не действует?

- Действует, но по своему. Она просто взывает к твоей силе и вытаскивает ее наружу. Вероятно, и у тебя к ней иммунитет. Но мы не знаем так ли это. 

По итогу лонорию у меня изъяли. Но я так и не поняла, почему на других на паре она не действовала, да и мне обращаться в змею не хотелось. Совсем.

Возможно не так страшен черт как его малюют. Для ответов мне нужен был Драгонис, который не шел на зов никак. А зря. Ох, уж и уши я ему бы надрала. Гад паршивый.

Оставался только ректор. Нужно все выложить ему. В этом мире нет других людей, кому бы я могла довериться.

Его кабинет нашелся быстро. Мягкий свет исходил из-под двери, что дарило надежду, что он там. Надеюсь, что один. Мысли о других девушках вызывали повторные приступы пульсаций в голове.

Короткий стук и я уже открываю. Тут все как прежде. Стол, кресло, диванчик, на котором мужчина лежит, прикрыв рукой глаза.

- Ректор... Эй, — несмело зову. 

Мало ли, может спит мужик.

- Что? - он убирает руку, а я вижу точно такие же глаза как у меня.

13

Между ними установились сердечно-инфарктные отношения.

- Так Вы такой же, как и я?

Он улыбнулся той самой очаровательной, но уставшей улыбкой, от которой девичье сердце пускается вскачь.

- Не совсем. Это, — он указал на глаза, — Побочный эффект. И, кстати, присущ всем рептилиям. Я дракон и саламандра. У драконов и нагов глаза имеют вертикальный зрачок. У саламандр — круглый.

- А как такая дикая помесь сочетается в одном человеке? - спросила я, припоминая, что этим меня "наградил" Мотька.

- Я управляю огнем, как дракон и саламандра. Создаю порталы — как саламандра. Но тут я слабенький, конечно. Могу переместиться сам, а могу вызвать и предмет.

Хлоп и в его руках зеркало.

Зачетно.

А я так умею?

- Научите? Мне Драг сказал, что я тройная рептилия. Змея, саламандра и дракон. Мне правда интересно обучиться. Надоело чувствовать себя не в своей тарелке.

- Синдром отличницы? Выбор специализации только в конце семестра.

- Не важно, — отмахнулась я, — Я хочу знать что умею. Другим это дано  с рождения.

Он рассмеялся.

- Есть одна девушка, Алиса, она так долго искала в себе дар, что и не поняла сразу,  что он — это любить. Самый ценный в мире дар.

Любовь... Перед ней короли бессильны. Помню сказки о том, как войны из-за этой самой любви начинались. Столько погибало ради этого состояния. 

- Любить дано не всем.

- Не тебе? - он изогнул вопросительно бровь и стал еще более привлекательным.

- Почему же? Просто сейчас не время. 

Хлоп и ректор уже за моей спиной. Легко касается позвонков пробегая по ним пальцами.

Толпа пищащих от восторга мурашек забегала по телу.

- Нравится?

Ох, что ж ты творишь... Или вытворяешь...

- Я сейчас досчитаю до трёх... И за себя не ручаюсь, — пригрозила я.

- Что же будет? - ехидно прошептал он мне на ухо.

Можно было вывернуться и настучать "по шапке", но отчего-то я оттягивала момент разрыва контакта.

- Надеру уши, — я старалась говорить спокойно, несмотря на ураган чувств внутри, — Раз.

- Мне нравится эта перспектива, — а руки не прекращали касаться спины, задевая какие-то неизвестные струны в душе.

- Не уверена, что и в дальнейшем понравится. Два.

- Я бы поспорил.

- Не советую. Два с половиной.

- Люблю рисковать.

- Три, — выдохнула я разворачиваясь с рукой занесенной для мощной пощечины. 

В миг руку перехватили, а мой "ох" - заглушили и поглотили поцелуем. Буря эмоций снесла все внутренние стопы и вместе с ними и "крышу".

Безумие. Чистое и прекрасное.

Мозг взрывался от восторга, а мурашки отплясывали в танце победителей. Они все-таки на пару с несносным ректором сделали меня и переманили на свою сторону. 

Его губы жгли смешивая нежность и страсть. Манили и клеймили одновременно. Мучительно тягучие и сладкие словно мёд.

Голова шла кругом, а ноги подгибались от блаженства. 

Уж и не вспомнить, как мы оказались в незнакомой и темной комнате. Отвлёкшись на секунду, Валериан махнул рукой и зажглись свечи, являя большую и как оказалось мягкую постель. Эта мысль привела в чувство. 

Нет. Такого не будет. Не сейчас. Не то чтобы я была пуританских взглядов "только после свадьбы", но хотя бы не через неделю после мимолетного знакомства. А как же ухаживания? А как же та самая любовь?

Кажется, мужчина это колебание заметил и отступил на шаг.

- Спи, — выдохнул он шумно, ероша шевелюру, — Добрых снов.

Подул легкий ветерок и пламя свечей заплясало, а когда снова стало светло, то его уже не было. Только я и мягкие белые простыни. Перина словно пух тепло приняла меня в свои объятия. Раздеться я постеснялась. Может он маньяк и позже придет? Но желание ощутить кожей его ложе возобладало и спустя время метаний и размышлений, я в одном белье утонула в грезах и снах.

В такой постели я была готова валяться вечно. Жаль, что все хорошее быстро кончается и во сне ко мне пришел тот кого я совсем не ждала.

- Как тебе мой подарок?

- Ты никогда не умел их выбирать, — усомнилась я в друге.

- Умел, просто ты не ценила. Надеюсь сейчас тебе все по душе.

Он обвел комнату взглядом. Я словно со стороны наблюдала за спящей собой. Мои руки были раскинуты в стороны, волосы сбились, а на губах играла улыбка.

В комнате полыхнуло и появился он. Валериан. Ну все, сейчас он покусится на девичью честь, а я буду не в силах отбиться.

Но мужчина лишь поправил одеяло, натянув до самого подбородка. Поправил прядь волос, перед этим поцеловав ее. Столько нежности и заботы в каждом жесте, что слезы наворачивались на глазах.

- Это и есть мой подарок, — Мотька решил нарушить очарование момента.

- Ты даришь мне ректора?

- Нет, я дарю вам любовь.

Свэл тем временем подошел с другой стороны кровати, будто бы решаясь прилечь рядом или уйти. Судя по складке на лбу, решение было не из легких.

За честь я больше не переживала. Не из таких он.

А он просто взял подушку, протянул руку и погладил меня по щеке.

- Думаешь, он примеряется, чтобы придушить тебя во сне? - как обычно, не вовремя вмешался со своими "пятью копейками" Матвей.

- Нет. Не думаю.

Ректор постоял еще секунду, а затем удалился с подушкой в обнимку.

- Я показал тебе это, чтобы ты меньше "кусалась".  И, конечно же, с  радостью приняла это чувство.

Ох. Зря ты этот разговор начал, сейчас я припомню тебе все косяки...

Но так и не смогла. Потом что Драгонис просто растворился в воздухе, а я угодила обратно в себя.

Сонно приоткрыв глаза, я пощупала место рядом. Подушки и в правду не было на месте. Значит не приснилось.

С этим я разберусь завтра. Как смотреть Свэлу в глаза и как их не вырвать Мотьке я буду решать уже утром. А пока чудесные мягкие и ароматные простыни затягивали меня в свои нежные силки.