ГЛАВА 11

Тот же зал с мраморными колоннами, белоснежный диван, который я уже смогла рассмотреть полностью и арабский принц, уютно расположившийся в самом центре. Глядя в камеру, Хеймдел обращается ко мне на арабском языке, которого я, увы, не понимаю. А ведь на рабочем компьютере я даже не могу отформатировать запись и перевести его речь. Здесь банально нет того редактора, который может справиться с этой задачей. Придётся ждать до вечера. Не мог записать видео на английском! Теперь сиди и мучайся от неизвестности.

Сохранив запись на флэш-карту, я возвращаюсь к нашей переписке и тут же зависаю. Не зная текста полученного послания, мне сложно что-то написать в ответ. Да и времени до конца урока остаётся всё меньше и меньше.

"I'm sorry, but I have to log out of the network. Work..."(Прошу прощения, но я вынуждена выйти из сети. Работа…)– на этот раз предупреждаю я собеседника о своих дальнейших планах, после чего делаю селфи на фоне своего рабочего места и тут же загружаю его на рабочий стол в компьютер.

Слегка редактирую фото через фильтр и отправлю сообщением, после чего выхожу из мессенджера и закрываю браузер. Наверное, нужно было поблагодарить принца за видео. Хотя… Благодарность подождёт. Вот вечером просмотрю его с переводчиком, тогда и отпишусь.

Отведя следующий урок у третьеклассников, вместе с ними отправляюсь в столовую. Передав учеников их классному руководителю, тут же направляюсь через весь зал к «учительскому столу», где меня уже ждёт Горская.

- На первое гороховый суп, поэтому я взяла нам только второе, - пододвигая ко мне тарелку с пловом, произносит подруга. – А на обед предлагаю сгонять в кафешку. Сколько нас продержат на этом совещании ещё не известно, а морить голодом желудок я как-то не намерена.

- Стоп, что за совещание? – не донеся ложку до своего рта, удивлённо переспрашиваю я.

- Так в мессенджере ж написали, в три в «Точке Роста», - уточняет подруга.

- Зашибись! Вернулась домой пораньше… - злобно ворчу я, понимая, что видео я буду смотреть не вечером, а поздним – поздним вечером, даже аппетит пропал.

Заставляю себя поесть, но больше четырёх ложек в меня не лезет. Запиваю плов тёплым компотом и поднимаюсь со своего стула.

- Ты же не доела, - удивлённо сканирует меня Горская, продолжая сидеть за столом.

- Наелась, - бросаю я, ставя свою тарелку на раздаточный поднос. – Ты идёшь?

- У меня ещё половина порции, - она ведёт подбородком в сторону своей полуопустевшей тарелки. – Оставь. Я доем и всё отнесу.

- Тогда я побежала, - аккуратно ставлю на край стола поднос с грязной посудой. – Буду ждать тебя в половине второго на главном входе. Уверена, что к этому времени мой аппетит разыграется не на шутку, - подмигнув на прощание подруге, отхожу от стола.

Бог мой! Как же много лишней работы в работе педагога, да простят меня филологи за тавтологию. Вместо того чтобы проверять тетради и готовиться к завтрашним заданиям я вынуждена участвовать в бесполезной онлайн-конференции. Возможно, для кого-то она и полезна, но только не для учителя английского языка, коим я являюсь. С большого экрана звучит информация, которая, итак, знакома каждому, по крайней мере в нашем педагогическом коллективе. Как по мне, лучше, чем Макаренко, Сухомлинский, Коменский и Выготский ещё никому из современных «деятелей» не удалось «перепрошить» педагогику и психологию так, чтобы она устраивала всех и каждого. Изо дня в день мы всё равно возвращаемся к истокам: проверенным методикам и технологиям. Побуждение, поощрение и наказание – вот «три кита» на которых до сих пор стоит обучение, образование и воспитание. Другой альтернативы попросту не существует. А все эти «западные веяния» лишь убивают годами выстроенную систему образования в России.

Вот скажите мне, пожалуйста, о чём можно вещать третий час подряд на конференции, посвящённой принципам здоровьесбережения в образовательных организациях? И это я не говорю о том, что рабочий день всех учителей закончился чуть больше получаса назад, а у многих, согласно расписанию и того раньше. Или это из разряда стёба о рабовладельчестве: пока солнце на небе, «рабы» должны впахивать в поле. Ну ладно, я со своим полным отсутствием личной жизни, но среди нас много семейных людей.

Кстати, о личном! Обсуждая за обедом с Татьяной предстоящий поход в ресторан, до меня дошло, что кроме строгих платьев и костюмов надеть на выход мне абсолютно нечего. Можно было бы одолжить что-нибудь из гардероба Горской, только вот, боюсь её пятидесятый на моём сорок четвёртом будет смотреться не очень уместно. Заказывать в интернет-магазине бесполезно. За два дня наряд банально не успеет дойти до пункта выдачи. Следовательно, мне необходимо завтра же наведаться в торговый центр за обновкой. Конечно, можно было бы пробежаться и сегодня, да только вряд ли магазины будут ждать завершение этой бесконечно - нудной конференции.

Ближе в восьми я всё же попадаю домой. Первым делом загружаю видео в редакторе и ставлю его на конвертацию. Пока конвертер преобразовывает видео в текст, я плетусь на кухню в поисках еды.

Приготовление ужина занимает чуть меньше двадцати минут. Водрузив на стол тяжёлый поднос с тарелками и стаканом сока, проверяю редактор. Справившись со своей задачей на все сто процентов, программа тут же выдаёт готовый текст на русском языке.

Я видел, как ты смотришь на меня,

Мой ангел, из далёкого мне мира Улыбкою беспечною маня, Глазами, что из чистого сапфира. Хочу услышать, как звенит твой сладкий смех, Слова, как розы - в сердце лепестками... Ах, как же мне украсть тебя у тех, Кто создал эту пропасть между нами!..

Мой бог… Как же это красиво… Забыв про ужин, тут же захожу в браузер и открываю нашу с принцем переписку.

"Thepoemsarebeautiful..."(Стихи прекрасны…)– печатаю я первое сообщение.

"Thank you. They were inspired by your image. You really are a very beautiful girl."(Благодарю.Я был вдохновлён вашим образом. Вы действительно очень красивая девушка)– чувствую, как моё лицо моментально заливает жаром.

"Thank you..."(Спасибо…)– вежливо благодарю за комплимент, после чего залпом опустошаю стакан. Нужно срочно открыть окна, а то в комнате стало невыносимо жарко. Нужно… Но я продолжаю сидеть перед монитором в ожидании следующего сообщения, которое, судя по появившемуся многоточию, в данную секунду строчит мой собеседник.