Глава 22
Я подскакиваю резко. Сердце колотится в груди, и тревога давит сверху. Будто пытается проломить рёбра.
Ой, нет. Это крупная мужская ручища пытается меня в матрас вжать. Не пускает.
Бросаю взгляд в сторону, хотя сердце уже успокаивается. Рецепторы раньше улавливают, что рядом со мной Варвар.
Живой. Спит лицом в подушку. На скуле небольшая царапина. Тянусь к ней, но не получается.
Мужчина так навалился, что даже перевернуться не могу. Ёрзаю, а после тихо зову:
— Вар… Варис, ты спишь?
— Угу.
— Вари-и-ис.
Растягиваю с улыбкой. Пробую, смакую. Хочется имя знать, а не только фамилию. Но и это радует.
А вдруг он бы соврал мне? А что? Мог и соврать, что-то сказануть, чтобы я отстала.
А так… Варис.
И получается я тоже Варис? Мы не обсуждали ничего про документы. Вообще не говорили ни о чём.
Варвара Варис… Примеряюсь, как звучит его фамилия, пока мужчина рядом дрыхнет.
Сложно. Рычаще. Но красиво.
Я сонная. И как будто ещё немного пьяненькая. И мне так хорошо от всего, что происходит сейчас.
Спокойно. Мужчина рядом. И рука его не так сильно давить, если подумать. Хочется в моменте остаться.
— Ой.
Вздыхаю, когда ладонь Вара оживает. Ползёт, находя мою грудь.
— Что такое?!
Подрывается резко. Вроде только голову вскидывает, чтобы обстановку оценить. Но тело уже напрягается, в боевой готовности.
Я пользуюсь моментом, переворачиваюсь набок. Вовремя. Через секунду, убедившись, что угрозы нет — рука падает мне на талию. Снова припечатывает.
— Привет, — прикусываю губу. — Ты меня лапал.
— Имею право, — хмыкает сонно, снова прикрывает глаза. — Спи, кроха.
— Я уже выспалась. Может, я тогда…
— Рядом со мной тогда лежи.
Заявляет бескомпромиссно, вновь засыпая. За секунду. И явно не планирует меня отпускать.
Я говорила, что мужчина со мной что-то неправильное делает? Портит, очень портит.
Потому что мне хочется его… Пнуть! Как раз моё колено к его прижимается. Или стукнуть по плечу каменному.
А что он за меня решает?
А если я пить хочу? Или в туалет? Мало ли! А он… Варис должен понять, что он не может за меня решать.
Но я себя сдерживаю. Я не поощряю насилие ни в каком виде. И ещё… Могу прикоснуться к мужчине.
К царапине, которая манила раньше. Провожу пальчиком по свежей царапине, ощущаю лёгкую припухлость.
Не понимаю, почему мне это так нравится. Трогать его боевые ранения. Просто…
Как маркер, что он выжил. Он всегда выживает.
— И кто кого теперь лапает?
Усмехается нагло, но глаз не открывает. И я этот момент — какой-то непонятной близости — до конца впитываю. Смакую.
Мне очень-очень хорошо.
— Я не лапаю, — бурчу. — Я изучаю степень повреждения.
— Ниже изучай. Хер первым делом проверять надо, кроха.
Я краснею от этой пошлости. А после — ещё больше краской заливаюсь. Потому что Варвар подаётся бёдрами вперёд, демонстративно в меня вжимается.
И я… Я прекрасно чувствую, что у него там всё работает!
— Грубиян! — хмыкаю, пытаясь выбраться из кровати. — Пусти меня.
— Лежи, — припечатывай. — Завязывай крутиться, бляха.
— А у меня утренний ритуал такой. Привыкай.
— С-с-с… Зараза.
Это заставляет меня замереть. Резко. Потому что… Варис только что попытался не материться на меня?
Знаю-знаю, что не меня обзывает. Но всё же… Неприятно слышать, зная, что это из-за меня ругань.
А тут…
— Доброе утро.
Брови Вариса ползут вверх. Для него я максимально нелогичная. Поэтому добиваю.
Тянусь к мужчине, оставляя поцелуй на его щеке. Рядом с царапиной. А после откатываюсь в сторону.
— Ой, — замираю, поднимаясь. — А там был наёмник…
Помню, как готовила ему кофе. И выпила коньяк. Не на брудершафт же, правда? А потом… Сковородку держала?
Ой!
А если я его этой сковородкой избила?!
— Брат мой, — Варис на спину переворачивается. Садиться. — Не наёмник. Ты сама про опасность придумала.
— Он с пистолетом был!
— Для самозащиты. Ты в него сковородкой запустила. Думаю, Таиру было о чём беспокоится.
— А-а-а…
Тяну, покручивая пальцами пуговицу. Неловко становится, что я так поступила. Надеюсь, ничего мужчине не повредила?
Пальцы замирают. Я сжимаю ткань шелковой пижамы, вспоминаю. Я ведь была в рубашке Вариса. Потому что вещи каких-то…
— Все женские шмотки в этом доме — новые. Твои.
Варвар произносит, словно считывая мои мысли. Моя улыбка ещё шире становится. Как хорошо он меня выучил.
Я улетаю в сторону ванной, пока никто меня не остановил. Последние дни были такими ужасными, а сейчас — всё так спокойно.
Утро начинается идеально, и я верю, что весь день будет таким.
Ведь никто не сможет его испортить?
Новое правило этого дома — в душ ходить нельзя. Так и запишу, первым пунктом!
Потому что, когда я возвращаюсь из ванной, Варвар уже хмурый на кухне. Окидывает меня строгим взглядом, продолжает рычать на кого-то по телефону.
Мужчина рывками пьет свой кофе, бросает взгляд в окно. Я инстинктивно обхватываю себя за плечи. Чувствую, что хороших новостей не будет.
И завтрака тоже — холодильник у Варвара пустой. Абсолютно. Даже лимона не завалялось.
— Жду результатов, — рявкает, заканчивая вызов. Поворачивается ко мне. — Теперь ты.
— А я никуда влипнуть не успела, — улыбаюсь, стараясь смягчить настроение мужчины. Не особо получается. — Что?
— Сидишь здесь. Никуда не рыпаешься без приказа. Вернусь вечером.
— Варис…
— Что?
Произносит так грубо, что поджимаю губы от обиды. Я же к нему с теплом, а он…
Бандит очерствелый!
Шумно вдыхаю, но подбирать слова как-то больше не хочется. Он же со мной не церемониться.
— Я была бы благодарна, если бы ты помнил, — делаю глубокий вдох, вжимая пальцы в столешницу. — Что я не твоя подчиненная. И приказы…
— Ты жена, — хмыкает, застегивая манжеты рубашки.
— Именно! Жена — не подчинённая, Варис. А твой партнёр и… Дай сюда.
Закатываю глаза, подходя ближе к мужчине. Перехватываю его запястье, сама цепляю запонки.
Чувствую, как лицо пощипывает от его внимания. Будто кто-то острием проходится, заставляя кожу вспыхивать от опасности.
Я помогаю мужчине застегнуть манжеты. После перехожу на мелкие пуговицы, с сожалением пряча за ткань отменный пресс мужчины.
Вот пресс у него отличный. А характер — гадкий.
— Я же тебя не злила. Сегодня, — добавляю, прикусив губу. — А ты на меня рычишь. Так нельзя. И держать меня взаперти тоже нельзя. У меня есть свои дела.
— Отложишь, — чеканит бескомпромиссно.
— У меня учёба. И семья. Я должна им сообщить, что со мной всё хорошо. Я не могу больше держать их в неизвестности.
— Я сам сообщу, — с кровожадной усмешкой.
— Отцу, да? Ты в очередной раз хочешь ему продемонстрировать, что победил. И скажешь не самые милые вещи.
— А сама не хочешь? Встряхнуть и выбить ответы, чё за херня со свиданкой была? Я не терплю, когда из меня лоха делают.
— Хочу разобраться. Но… У меня мама есть. Брат. Сестра. Они тоже переживают. И никакого отношения к происходящему не имеют. Я должна их успокоить.
Поднимаю взгляд на мужчину. Он смотрит в ответ. Под его хмуростью я сжимаюсь.
Хлопаю ресницами, на мгновения прерывая связь между нами. Потому что тяжелую энергетику сложно выносить.
— Я позвоню им, ладно?
Я поднимаюсь на носочки, чтобы удобнее было. Застегиваю последние пуговицы, поправляю воротник, когда мужчина резко перехватывает мою руку.
— Пожалуйста, — добавляю с нажимом. — Ты должен…
— Я никому нихуя не должен.
— Конечно, ты прав. Я неправильно выразилась. Мне было бы приятно, если бы ты учитывал и мои желания. И потребности.
Бросаю ещё один взгляд из-под опущенных ресниц. Сейчас я всё правильно сказала?
Варвар криво усмехается, хмыкает. Бросает:
— Я был прав. Быстро учишься мужиками крутить.
— Я не учусь крутить, — фыркаю обижено. — Я учусь с тобой разговаривать так, чтобы ты не рычал.
— Хер с тобой. Позвонишь под присмотром Арсена.
— Спасибо!
Всё внутри противится этой благодарности. Я имею право на звонки, я не заключенная какая-то.
Но что-то подсказывает, что сейчас лучше не нарываться. Хрупкий баланс лучше того, чтобы оказаться правой.
Вместо этого целую мужчину в колючую щеку и пытаюсь застегнуть воротник. Но Варвар не позволяет.
— Что ещё? — дуюсь.
— Не путай меня с офисным клерком, кроха, — оставляет верхние пуговицы расстегнутыми, притягивает к себе. — И по нормальному целуй, если уж пошла по этой дорожке.
— Да какой дорожке?! И нормально я поцеловала.
— Дело твоё. Буду целовать я — не сдержусь. Разложу на этом же столе. А раз я опаздываю, то мягким не буду.
— Ты… Ну какой же ты…
Во мне сплошное негодование. Которое быстро тает от близости Варвара. Его хватка крепнет, тело вжимается в себя.
— Поцелуй ещё, Варя, — бурчу себе под нос, хватаясь за плечи мужчины. — Мне нравится, когда ты меня целуешь. Нет, надо сразу грубить.
— Я так и сказал в начале.
Нет, ну нормальный?! Не так оно было!
Но решаю не спорить. Может, у него проблемы такие. Хочет сказать одно, а получается грубость.
Буду представлять, что он мне нежности нашептать хочет.
Я поднимаюсь на носочки, прижимаюсь к горячим губам. Мгновение. Именно столько я наслаждаюсь властью в своих руках.
А после Варвар перехватывает меня. Наматывает мои волосы на кулак, заставляя жалобно пискнуть в губы.
Накидывается с жестким, голодным поцелуем. Терзает мои губы, проникает языком внутрь.
Вжимает поясницей в стол.
— Похер, — подхватывает меня на руки. — Опоздаю.