41

Родители молчат. Такого ответа они точно не ожидали. Да и я сама не понимаю, откуда Варвар узнал, что мне нужно проходить практику.

Может быть, совпало так. Бросил наугад. Но на душе уже становится тревожно. Недоброе предчувствие усиливается.

— Она на юридическом учится, — наконец, замечает мама.

— Знаю, — ровно подтверждает Варвар.

— А вы…

— Я уже отдал распоряжение подготовить все необходимые документы. Лето Настя проведет здесь.

— Практика только на месяц, — выпаливает мама.

— Это минимум, — небрежно заключает Варвар.

— Да, можно дольше, но…

— Не волнуйтесь. Вопрос решен, — отрезает он, давая понять, что обсуждение закончено и дальше говорить нет смысла.

С трудом перевариваю услышанное.

Откуда ему известны подробности насчет моей практики? Про минимальный срок, например?

Ладно, тут еще можно все объяснить случайностью.

Но вот его слова про целое лето.

Это что же, он в самом деле собирается продержать меня взаперти до самого сентября? Почти три месяца. Рядом с ним. В одной спальне.

Осознание буквально оглушает. Пол уходит из-под ног.

Хуже не придумаешь.

Как же круто я попала.

И главное — из этой западни нет выхода. Мне и родителям придется солгать. Хотя они, конечно, поймут. Мои слова про «согласие» не обманут даже Марка, не то что маму и папу. Они все уже понимают.

Только сделать ничего нельзя. Не важно, с кем отец постарается связаться, к кому именно обратиться за помощью. Вряд ли кто-нибудь всерьез рискнет испортить отношения с Варваром, пойти против него хоть в чем-то.

Особенно из-за меня. Тут даже авторитет моего папы не поможет. Он врач от Бога. Не раз вытягивал людей с того света. Проводил самые серьезные и сложные операции.

Однако у Варвара свой авторитет есть. Понятно же, что схлестнуться с ним никто не захочет. Большие проблемы никому не нужны.

— Мы привезем вещи, — говорит отец. — Но сначала должны увидеть Настю.

— Не сегодня, — отрезает Варвар.

— Почему?

— Она занята.

— Чем?

— Практикой.

Опять повисает тишина.

Папа не хочет уезжать. Да и мама тоже. Особенно не увидев меня. Марк на взводе, но сдерживает себя как может. Понимает, что сейчас надо действовать без эмоций.

— Мне нужно уезжать, — заявляет Варвар, раздавив вторую сигарету в пепельнице.

«Вам пора» — говорит весь его вид.

И снова — молчание.

Родители не готовы принимать такие условия, но понимают, что выбора нет. Даже с такого расстояния вижу, как маму начинает трясти.

Папа ее обнимает.

— Мы приедем завтра, — говорит он, наконец. — Утром. И поговорим с нашей дочерью. Или — разговор вообще иначе пойдет.

— Хорошо, — подозрительно легко соглашается Варвар.

Может сложиться впечатление, будто он и правда спешит уехать, поэтому выставляет неожиданных гостей за порог.

Но я-то знаю, что еще совсем недавно никуда он не собирался. Точнее не торопился. Был не прочь задержаться в спальне.

Тут Варвар вдруг поворачивается. Лицом ко мне. Смотрит наверх.

Будто током ударяет. Такое чувство возникает.

И… кажется, мужчина сейчас смотрит прямо на меня. Глаза в глаза. Но это же нереально.

Он не может видеть меня. Оттуда так точно. Иначе бы и родители уже заметили. И вообще…

Отшатываюсь. Смотрю по сторонам.

Слуг поблизости не замечаю. Разумеется, тут везде камеры. По ним можно было бы увидеть, что я нарушила приказ. Вот только пока Варвар общается с моими родителями, он точно бы не успел отсмотреть записи видеонаблюдения. Если поймет, то потом, через время.

Однако решаю не рисковать.

Меня тут чудом никто не поймал. Здесь же повсюду его слуги и охранники. Лучше вернуться обратно.

Помедлив, так и поступаю.

Тревожно оставлять родителей с ним, но понятно, что «острая фаза» беседы миновала. Завтра мне разрешат увидеть семью. Если бы это было иначе, то Варвар вообще не вел бы разговор, ничего не обещал.

Хотя я совсем его не знаю.

Мало ли что ему в голову взбредет?

Все-таки ухожу. Под лихорадочный бой встревоженного сердца возвращаюсь в его комнату. Там забегаю в ванную, плеснув водой в лицо, немного перевожу сбившееся дыхание.

Если что, скажу — умывалась.

Не спешу пока выходить из ванной. Однако долго ждать не приходится. Резкий хлопок двери заставляет вздрогнуть. А тяжелая поступь не оставляет никакого места сомнениям. Варвар заходит в комнату.

Выжидаю. Но понимаю, что бесконечно выжидать не получится.

Закрываю кран. Прислушиваюсь. Похоже, Варвар не пошел в кабинет. Так и задержался в спальне.

Нужно идти. Все равно придется увидеть его.

Пока настраиваюсь. Не могу заставить себя сдвинуться с места, слишком сильнее волнение. А еще опасаюсь выдать, что слышала все.

Кажется, стоит Варвару взглянуть на меня — сразу поймет.

— Долго прятаться будешь? — хриплый голос обжигает.

Оборачиваюсь. Сердце делает болезненный кульбит внутри. Горло будто тугой обруч перехватывает.

Варвар сам настигает. Первым.

А я даже не услышала, как он подошел и встал в дверном проеме, наблюдая за мной.

— Не прячусь, — говорю, дернув плечом.

Хватаюсь за полотенце, вытираю руки, чтобы еще время потянуть.

— Просто умывалась.

Поднимаю взгляд, чтобы посмотреть в зеркало. И сталкиваюсь с его взглядом. Варвар стоит позади, внимательно наблюдает за каждым моим движением, провалившись спиной к дверному косяку.

Поворачиваюсь.

— Мне надо… — начинаю.

— Ты слышала, — мрачно обрывает он.

— Что? — с трудом ворочаю языком, чтобы задать простейший вопрос.

— Все.

Под ребрами холодеет. Вспоминаются его угрожающие слова насчет наказания. Хотя вообще, он не совсем так выразился. Просто сказал, будто порадуется, если нарушу запрет. Но в его радости для меня точно ничего хорошего нет.

Молча смотрю на него. Стараюсь подготовиться к худшему. Хотя бы морально. Однако подготовиться к такому нельзя. Рядом с Варваром всегда будто на грани оказываешься.

— Хорошие у тебя родители, — вдруг заявляет Варвар.

Его фраза ставит в тупик. Таких слов не ожидаю.

А после он резко отталкивается от стены. Уходит. Еще секунда — гулкий хлопок двери заставляет вздрогнуть.

Остаюсь одна. В абсолютной растерянности.