43

Номер мамы помню по памяти. Ей и звоню первой. Как только в динамике раздается ее голос, у меня чуть сердце из груди не выпрыгивает.

В горле ком. Ничего сказать не могу.

— Настя?! — повторяет она громче. — Настенька, не молчи!

Уставшая. Очень. По тону чувствуется. Но это и понятно. Страшно даже представить, как сильно она за меня переживает все прошедшие дни.

— Мам, да я не молчу, — выпаливаю, крепче сжимая мобильный, прочищаю горло. — С моим телефоном возникла проблема. Пришлось его поменять. А номер видишь, как был.

Приходится лгать. Не могу же я рассказать, что Варвар сделал с моим мобильным на самом деле.

Но вряд ли маму такие подробности сейчас волнуют.

— Настя! — восклицает она. — Доча…

Чуть не плачет. А потом — плачет. Все-таки срывается. Да и как тут не сорваться? Я и сама начинаю рыдать.

Мы обмениваемся путанными фразами. И хоть стараюсь успокоиться, и маму успокоить, это едва ли получается сделать.

— Что за история с практикой? — в какой-то момент спрашивает она. — Что вообще происходит?

А у меня нет ответа. Насчет практики узнала одновременно с мамой. Варвар ничего не объяснял, не считал нужным ставить меня в известность.

Судорожно вытираю слезы, смотрю на папку, которую мне передал помощник. Взгляд механически выхватывает название.

— Это охранное агентство, — говорю. — Называется «Магнум».

Роняю пару слов и запинаюсь. Вдруг уже лишнее сболтнула? Варвар не запрещал рассказывать. Но кто знает как он может отреагировать даже на эту мелочь? Уже всего опасаюсь.

— Насть, я не про агентство спрашиваю, — выдает мама, и ее тревога ощущается физически. — Подожди, папа из ванны вышел.

Она зовет отца.

— Иди быстрее! — кричит. — Настя звонит.

— Настя?

От того как сейчас звучит голос папы мое сердце сжимается еще сильнее. И до этого понимала, что родители без меня с ума сходят, но теперь сама слышу, их эмоции чувствую.

Изо всех сил стараюсь сдержать собственные порывы.

Только бы не разрыдаться. Только бы не…

Истерика сейчас точно не нужна.

— Доча, может по камере? — спрашивает мама, и я чувствую, как ее голос дрожит от волнения. — Получится видео-связь включить?

Бросаю взгляд на ближайшее зеркало. Вижу свое отражение, и кажется, показывать сейчас себя не лучшая идея. Слишком замученный вид.

— Завтра, мам, — говорю. — Может утром?

— Хорошо, Насть.

Вскоре мы втроем общаемся по громкой связи.

Разговор получается напряженным и скомканным.

С одной стороны радостно, что наконец, могу пообщаться с близкими, но с другой — ничего ведь толком не сказать. И дело не просто в запрете Варвара. Вообще, не представляю, как сумею рассказать о происходящем. О том, что переживаю тут. Поэтому пробую все пояснить как можно более «обтекаемо». Без деталей.

В первую очередь родители расспрашивают, где нахожусь, действительно ли я в доме Варвара или же он держит меня в другом месте, в каких условиях живу.

А дальше вопросов становится все больше. И все труднее понять, как отвечать, чтобы не выдать ничего лишнего.

«Лишнего» по мнению Варвара.

Возможно, он прослушивает разговор. Если у него свои люди в полиции, то разве проблема «прослушать» телефон? Тем более, тот телефон, который он лично распорядился мне выдать.

Техника и не такое позволяет.

— Я въехала в машину… Байматова, — говорю. — А потом выяснилось, что и вторая машина тоже его. Ну та, на которой Марк приехал.

— Да, Марк это объяснил, — мрачно бросает папа.

Мой парень и подумать не мог чем закончится поездка. Конечно, он поступил легкомысленно, когда взял чужую тачку погонять, выдал авто за машину своего друга. Но даже в самом кошмарном сне Марк не мог представить, как именно все в итоге будет.

Автомобиль Байматова был в полном порядке. Легкую неисправность быстро починили. Вот он и взял машину на вечер, хотел меня впечатлить.

Я и сама поняла, как все было. Теперь же, в разговоре с родителями, лишь окончательно убеждаюсь.

— Настя, скажи, как есть, — вдруг говорит папа и тон его становится гораздо жестче. — Если этот урод тебя обижает. Если он хоть пальцем…

— Пап, все нормально, — очень стараюсь, чтобы голос не задрожал и моя речь никак не выдала меня. — Честно. Байматов просто решил так меня проучить. За аварию на мосту. Забрал к себе. Припугнул. Ну и дальше… эта практика.

Замолкаю, потому что кажется, все звучит уже очень бредово. И скорее еще больше взволнует моих родных.

— Мне выделили отдельную комнату, — стараюсь перевести тему в другое русло. — Сейчас Байматов вообще уехал. А до этого виделись мы редко. Практически не говорили.

Не похоже, что родители верят в ту картину, которую старательно пытаюсь для них изобразить, но я делаю все возможное, чтобы хотя бы немного покоя им дать.

— Вы с Настей говорите? — доносится голос сестренки. — А меня почему не позвали?

Надя начинает возмущаться.

Продолжаем разговор уже все вместе. Под конец напряжение немного спадает. Но общая тревога никуда не делась.

Прощаемся на том, что я обещаю набрать утром. Поговорить по камере, раз со встречей пока не получается.

Забиваю номера родных в телефонную книгу.

У меня хорошая память на цифры. Контакт Марка тоже помню наизусть. Записываю и сохраняю, но пока не звоню.

Откладываю телефон в сторону, испытывая смешанные чувства. Тянет позвонить парню, однако решаю это отложить. Все-таки гораздо важнее связаться с родителями.

Мобильный вибрирует, и я тут же напрягаюсь, подумав, что там может быть очередное сообщение от Варвара. Но нет. Это мама.

Улыбаюсь, читая пару строчек. Отправляю ответ. Ничего серьезного, просто мы часто с ней переписываемся, обмениваемся разными картинками, смешными или милыми.

Правда сейчас кажется, это все было в какой-то совсем другой жизни. В другой реальности.

Однако после разговора с семьей становится легче. А еще, не хочется сильно радоваться, обманываться, но в том, что Варвар дал мне телефон видится и хороший знак.

Странно это. На него не похоже.

Хотя… разве знаю его настолько, чтобы понимать, какие поступки для него характерны, а какие нет?

Он разрешает мне общаться с родителями. И не только. Я же кому угодно могу позвонить. В Интернет зайти, проверить что-нибудь. Меня больше не закрывают от внешнего мира.

От осознания этого дышится свободнее.

+++

Утром я снова говорю с родителями. Как и обещала, по видео.

Не знаю, что именно на меня влияет, но умываясь, смотрю на себя и даже зависаю. Если сравнить с тем, как выглядела вчера или пару дней назад, то просто небо и земля. Будто разные люди.

Наверное, тут все вместе. Общение с родными. Ощущение глотка свободы. А главное — Варвара до сих пор нет. И теперь это больше не волнует настолько сильно, как раньше.

Я же могу говорить с близкими. Это не встреча, но лучше так, чем совсем ничего. Поэтому пускай Варвар решает свои проблемы подольше. Не нужно никуда торопиться.

Правда, меня до сих пор волнует ситуация с Сабиной. Девушка так и не приходит. Вместо нее появляется кто угодно — другие горничные, личный помощник Варвара, который приносит новые документы для практики.

— Это формальность, — заключает он, протягивая очередную папку. — Больше я вас не потревожу.

— Нужно заполнить формы?

— Нет, их есть кому заполнить, — замечает мужчина. — Вам необходимо лишь поставить роспись. Там, где отмечено.

Просматриваю бумаги, делаю, что сказано. И не удерживаюсь от нескольких уточняющих вопросов.

Ответы помощника только подтверждают первоначальную догадку насчет практики.

«Формальность». Он сам это произнес. Моего участия в процессе не требуется. Все уже оформляют так, будто я прошла практику на отлично. И бумаги от моего универа у них есть, что даже ставит в тупик.

— Откуда, — начинаю. — То есть эти формы выдает куратор. А я еще ничего не запрашивала.

Обычно студент находит место, где будет проходить практику, отправляет всю основную информацию куратору: название предприятия, адрес, имя директора. Дальше, через пару дней, приходит ответ со специальными формами, которые студент должен передать руководителю по практике. Однако тут обошлось без меня, без каких-либо дополнительных запросов.

Все формы уже есть. Все практически готово.

Понятно, что практику прохожу «для вида». В той конторе, где якобы должна работать, вряд ли вообще хоть раз появлюсь.

Зачем Варвар решил все это приготовить? Еще и так серьезно взялся за это дело. Помощнику передал необходимые распоряжения.

В то, что этот ужасный человек действительно вдруг решил мне помочь с универом, совсем не верится.

Но и подвоха не вижу. Пока что.

Проходит обед. Ужин. Еще пару раз успеваю созвониться с мамой, немного болтаю с сестрой.

Сабины так и нет.

Ладно. Может не стоит себя дальше накручивать? Может у нее отпуск? Или выходные начались? Да мало ли что.

Телефон вибрирует — и я вздрагиваю всем телом.

Первая мысль — Варвар. Потому как с родными пару минут назад говорила, мы уже пожелали друг другу спокойной ночи. А значит, остается не так много идей насчет того, кто может звонить.

Беру телефон и замираю.

Марк.

Почему-то зависаю. Просто смотрю на мерцающий дисплей, не принимая вызов. До тех пор, пока звонок не обрывается.

Сама не понимаю собственную реакцию.

Это же Марк. Он тоже волнуется. Надо ответить.

Немного помедлив, сама его набираю. Сердце тяжело колотится под ребрами. Наверное, все дело в напряжении, сложно справиться с эмоциями.

— Привет, — роняю, когда Марк принимает вызов.

— Привет, Насть.

— Ты как?

— В порядке, — отрывисто произносит он. — С твоей матерью говорил.

Повисает пауза. Чувствую себя неловко.

— Ты, — начинаем мы одновременно и запинаемся.

Это совпадение вызывает смех, и немного разряжает обстановку.

Первый лед разбит.

— Как твой проект? — стараюсь перейти на что-то нейтральное, поэтому затрагиваю тему идеи, которую мой парень со своими приятелями уже пару месяцев развивает.

У них бизнес в соц сетях. Знаю лишь общие детали. Марк говорил, что как только появятся серьезные результаты, он этим поделится, а сейчас рано хвастаться успехами.

— Нормально, — говорит парень. — Пошло быстрее и лучше, чем думали, так что через месяц должен быть реальный результат.

— Понятно, Костя ответил?

— Вчера написал, нам как раз такого спеца не хватало в команду.

Костя — мой бывший одноклассник. Он увлекался программированием еще со школы. Марк искал надежного человека, и я дала контакт.

Но Костя может неделями не отвечать, увлекается чем-то новым и потом даже не проверяет сообщения.

Разговор идет уже проще. Невольно выдыхаю. И даже как будто расслабляюсь, потому что складывается такое впечатление, будто в прошлое возвращаюсь, где все нормально, никакой угрозы нет.

— Ты прости меня, Насть, — вдруг говорит Марк.

И опять все внутри сжимается.

— Я виноват. Подставил тебя с этой проклятой тачкой. Не знал, кто хозяин. Сам влетел, и тебя зацепило.

— Марк, прекрати, — бормочу, стискивая телефон до дрожи в пальцах. — Ты здесь точно не причем.

— Я не смог ничего сделать, — мрачно чеканит он. — Не защитил тебя.

Никто бы не смог.

Марк обычный парень, а не бандит. Конечно, против такого как Варвар у него не было ни единого шанса.

А у кого был?

— Марк, ты…

— Я это просто так не оставлю, — заявляет он.

Только этого не хватало.

— Пожалуйста, не надо ничего делать, — говорю поспешно. — Очень тебя прошу. Он не тронул меня. Поэтому… без глупостей, Марк, хорошо?

Молчит.

— Не связывайся с ним, — повторяю нервно. — Ты же видишь, что это за человек. Он опасен. Занимается грязными делами. Для такого вообще нет ничего святого.

— Я разберусь, — отрывисто бросает Марк.

И его тон мне совсем не нравится.

— Нет, не надо разбираться, — нервно закусываю губу, расхаживаю по спальне, напрасно пытаясь подавить волнение. — Что мне сделать, чтобы ты отказался от этой дурацкой идеи? Неужели сам не понимаешь, что только псих перейдет дорогу такому…

Застываю на месте. Язык прилипает к нёбу. Остаток фразы забивается в горле, потому что сталкиваюсь лицом к лицу с Варваром.

Он стоит, привалившись спиной к стене. Прямо у входа в комнату. Наблюдает за мной.

Оказывается, настолько увлеклась разговором, что не слышала, как Варвар открыл дверь.

Идиотка.

Так глупо влипнуть.

— Настя? — зовет Марк.

— Извини, позже перезвоню, — выпаливаю и отключаю вызов.

Из динамика слишком хорошо слышно голос моего парня, и теперь опасаюсь, как бы и он ничего лишнего не сказал.

Как давно Варвар здесь? Сколько всего успел услышать?

И хуже всего — что теперь меня ждет?