4. Брат Змей и его проделки

Мастер как будто только пришёл с тренировки – кивнул нам на лавки, а сам мыл руки, и разминал пальцы, и ещё что-то делал. Потом сел, внимательно осмотрел нас троих.

- Рассказывайте, герои. Что накопали?

- Сестра Феникс накопала, - Лео кивнул в мою сторону.

Я попыталась разложить свиток на столе мастера, он не разворачивался, и Лео снова прикреплял его к поверхности.

- И что вам не так в этом договоре? – мастер недоумевал.

- А сейчас сами посмотрите. Во-первых, тут у нас печать с секретом, - я показала мастеру шнурок.

Он взял, явно не ожидая ничего особенного, осмотрел, шевельнул пальцами… и печать знакомо задвоилась. Рассмотрел, брови так и взлетели.

- Так, и это ведь не всё?

- Нет, что вы, - я достала нож, проколола палец, измазала печать, а потом и капнула на лист.

Лист послушно показал знакомые угрозы. Мы были вознаграждены – мастер изумился ещё сильнее. Но не испугался, нет. И то хорошо, а то ведь и я уже пугаться собралась. А мастер человек разумный, разумнее Фоки, и чего попало пугаться не станет.

- Значит, Аль-Джафар. Занимательно.

Ну хоть не боится называть по имени, и то хорошо. Значит, и у нас не всё потеряно. А то когда человек вдвое старше тебя-настоящей начинает дрожать, как овечий хвост – поневоле задумаешься.

- Что за фрукт? Дед… то есть господин Фока не нашёл в себе сил рассказать нам об этом человеке.

- А что он мог бы вам рассказать? – изумился мастер. – Они разве встречались?

- Не знаю, он перепугался самое малое не до смерти, - пожала я плечами.

- Это известный герой Звёздных Дождей, - мастер будто что-то вспоминал. – Но когда он здесь был, то ещё не успел стать не то, что героем, а вообще сколько-нибудь приметным человеком.

- Он ещё и учился здесь? – так, можно сказать, вообще свой.

И чего он выпендривается? Или всё это давно в прошлом?

- Аль-Джафар провёл в Ордене пять лет, - сообщил мастер. – Только давно это было.

Забыл, значит? Память короткая?

- Он ведь родич Ахалиля? – вдруг спросил Годфруа.

- Младший брат, - подтвердил мастер.

Я глянула на Годфруа – а объяснить? Тот улыбнулся.

- Ахалиль Проливной Дождь – эмир Дождей. Ранее независимый, позже – договорившийся с нашим отцом, а теперь снова объявивший о независимости.

- Они ведь не местные, так? – продолжала я допрос.

- А местный тут из нас разве что мастер, - усмехнулся Годфруа. – Наш отец родился на северо-западном побережье Франкии. Предки господина Фоки сидели себе в Адрианополе или где-то рядом. Все Аль-Арры пришли с востока – тесно им там стало, видите ли.

- И ещё ты, - Лео не сводил с меня глаз.

- Да, Ливарио – из древней имперской знати, - подтвердил мастер. – И если верить слухам, то умели договориться с теми силами, которые были здесь главными до всевозможных нашествий.

А это ещё о чём вообще?

- Не хмурься, сестрица, - подмигнул Годфруа. – От тебя никто не ждёт, что ты прямо сейчас пойдёшь в старый храм, что неподалёку от Кастель-аль-Либра, и станешь там договариваться с разными силами. К слову, в душе не ведаю, кому он был посвящён, и кто там может обитать.

- Не помню, - развела я руки с улыбкой, и надеялась, что улыбка вышла не слишком издевательской. – Итак, Аль-Джафар. Младший брат главного Дождя. С чего он взялся угрожать нам с вами? И что он вообще такое, расскажите уже. Пожалуйста, - я вспомнила, что самый осведомлённый здесь человек – это, вообще-то, мастер Кракен.

- Когда мы встретились, он уже был очень талантливым магом, и это при том, что Дожди – все талантливые маги, дети без способностей рождаются у них очень редко. Так вот даже среди Дождей брат Змей выделялся. Он повелевал всеми стихиями, показывал отличные способности к ментальной магии, был первым среди воинов, и ещё умел открывать порталы без артефакта.

- Так тоже бывает? – не удержалась от вопроса я.

- Бывает, - кивнул мастер. – Он отлично добывал сведения и мог в мгновение ока оказаться в нужном месте – если сам бывал там хоть раз.

- Грозный противник, - заметил Лео.

- Да. И разом с тем – мальчишка без царя в голове, что называется, - покачал головой мастер. – Никто ему был не указ, с отцом и старшим братом он повздорил, взял себе в управление Сирру Подгорную и делал там, что хотел. Пробовал границы своего могущества главным образом. Но жить нужно на что-то, и если ты сеньор – то сделай так, чтобы твои владения приносили доход. Однако, об этом брат Змей, точнее – тогда уже Аль-Джафар, знать ничего не желал. Он предпочитал ограбить, отнять, взять по праву сильного и наглого. Сначала отец и брат пытались сдержать его, но потом отступились. И когда он похитил со свадьбы невесту, дочь не последнего человека, хоть и торговца, но весьма состоятельного, и имевшего вход к королю, а девицу потом никто более не видел, то отец той девицы пошёл искать правосудия у графа Ливарио.

- После чего случилось взятие Сирры, - догадалась я.

- Именно так. Сирру отнял у деда Аделардо Ливарио отец Аль-Джафара, молодой эмир, только что прибывший на Устику. И после Дожди всегда отказывались её вернуть – хоть за выкуп, хоть как. А Ливарио тоже не привыкли терять что-либо – их владения держатся в своих границах не первый век. Даже удивлялись – как это Аль-Джавад смог завладеть Сиррой, но – свидетелей не осталось. Вроде бы Аль-Джавад и граф Ливарио выпроводили на закате из замка всех обитателей, и велели не возвращаться до рассвета. А на рассвете их встретил Аль-Джавад, и сообщил, что он победил. Ливарио обнаружился в своих владениях – и никому не рассказал, что с ним было, и как он оказался в своей крепости. Во всяком случае, об этом не узнали, и широко не говорили, не знаю и я. И граф не искал правосудия у кого бы то ни было, ни у эмира Потомков Пророка, ни у только появившихся на Уститке Тигров – а у Дождей было искать бесполезно, как вы понимаете. И вся эта история забылась – до бесчестной выходки Аль-Джафара.

- И Сирру взяли подкупом, - вспомнила я.

- Именно так, - кивнул мастер. – У Аделарда Ливарио были осведомители, были доверенные люди, которые и открыли ворота. Аль-Джафара в тот момент в замке не было, да и вообще о нём уже некоторое время не было никаких сведений – захват готовился долго. И хоть Аделард просто выгнал случившихся в замке Дождей восвояси, и пригрозил, что если кто-нибудь попадётся ему – то он не пощадит, Дожди затаили обиду. Более того, его стали обвинять в исчезновении Аль-Джафара.

- Так, стоп, я запуталась. Когда всё это было? – мне помнилось, что осада Сирры случилась где-то совсем недавно, раз из-за этого Дожди потом напали на Кастель-аль-Либра.

- Аделард отбил Сирру двенадцать лет назад.

- Что? Они там за двенадцать лет обиду не переварили, что ли?

Глупости какие, господи. Столько лет прошло столько воды утекло, и всё ещё неймётся!

- Очевидно, нет. Обе стороны – и Ливарио, и Дожди – знали толк в мести и подготовке ответных ходов.

- И ещё четыре года спустя был подписан этот договор, - я кивнула на лежащий документ.

- Да, и Аль-Джафар приложил к нему руку. Годфруа, ты, конечно же, не помнишь никаких особенных событий, которые случились, когда подписывали тот договор.

- Признаться, нет, - вздохнул король. – Я был тогда в Кастель-аль-Либра, но больше смотрел по сторонам, чем вникал в происходящее.

Сколько принцу лет? Двадцать восемь? А было девятнадцать? Немного, ой, немного.

- И что мы имеем сейчас? – негромко спросил молчавший до того Лео. – Чем может грозить нам это заявление? – он кивнул на стол.

- Вполне возможно, что Аь-Джафар получил известие о том, что документ найден и расколдован. Другое дело, где он сейчас находится и что станет предпринимать? Об этом мы можем только гадать, - заключил мастер. – Давайте поступим так – свиток останется у меня. И если он вдруг появится – то я дам вам знать, мы сядем и поговорим. А пока – сестра Феникс и брат Лео отправляются в трапезную, а после на тренировку, а завтра с утра возвращаются в архив. Вас же, уважаемый Годфруа, я благодарю за визит и за интересные сведения.