I

Выплюнув пассажиров, трансграничный портал схлопнулся, оставив на прощанье за собой облако вязкой взвеси. – Где… мы? – находясь в абсолютной темноте, поперхнувшись смутно знакомой по запаху пылью, испугано прижалась Варя к Роману. – Главное… что не там, где были, – прикрывая рот и нос ладонью, сдавленно ответил Ваненотич. – Ру-га! – выругался где-то совсем рядом Гога. – Гога побудь с Варей. Я осмотрюсь немного, – приказал напарнику Роман, поднимаясь вместе с девушкой с колен. – Руга, – глухо отозвался Гога и, судя по звуку, пополз в их сторону. – Стена какая-то, – шаря в темноте руками, комментировал свои действия Роман. – Это что-то непонятное. Это… Дальше комментировать смысла не было, потому что зажегся свет. Они находились в захламленной строительным и другим бытовым мусором комнатке со стенами из узкого, отдающего стариной, красного кирпича. Под потолком комнатушки из-под густого слоя цементной пыли, тускло светясь желтизной, свисала на густо покрытом паутиной проводе допотопная лампочка. Немного адаптировавшись к занудному свету, Варвара с интересом осмотрелась по сторонам. – Ру…га, падла, – продолжал чертыхаться Гога, барахтаясь в помятых картонных коробках и разорванных бумажных мешках из-под цемента. Роман в это время, упершись одной рукой в замызганный засохшим раствором выключатель, второй усиленно тер глаза. Увидев в стене проем с деревянной, покрытой давно потрескавшимся лаком дверью, Варвара недолго думая, потянула ручку на себя. Противно скрипнув, дверь раскрылась, явив ее взору другую, более просторную комнату. Бесстрашно шагнув вперед, Варвара отправилась шарить руками по стене. Щелкнув выключателем, Гаранина ахнула. Посреди комнаты расположились шикарный кожаный диван и широкий офисный стол, на котором покоился большущий монитор, на экране которого несколько десятков слотов транслировали изображения, окутанных мраком безлюдных городских улиц. У правой от входа стены на полу лежал серебристый, размером с разборный гантельный блин, с голубым отливом диск, а в стене напротив входа зиял темнотой, заваленный гнилыми досками и пустыми стеклянными бутылками проход. – Странно, – задумчиво произнес у нее за спиной Ваненотич. – И вправду. Входной двери нет, – покачала головой девушка. – Дверь здесь не при чем, – присаживаясь на корточки у серебристого блина, почесал у себя под бородой Роман. – Не поняла. – Руга, ру-га, – присаживаясь возле Ваненотича, согласился с ним руганиец. – Может, кто-то объяснит мне, в чем дело! – упершись руками в бока, рассердилась Варвара. – Руга, – подытожил Гога, тыкнув пальцем в диск. Гаранина обиженно засопела, готовясь вот-вот ругнуться матом. – Странно то, – наконец, заметив ее состояние, снизошел до объяснений Роман, – что это, – показал он рукой на серебристый диск, – маяк стационарного трансграничного терминала. – Это я уже поняла, – тут же вернулась в хорошее расположение духа Варвара. – Что тут странного? И так ясно, что ИО использует этот терминал, чтобы таскаться по каким-то своим делам в мой мир. – Маяк в пассивном состоянии. Синий перелив свидетельствует о том, что он полностью заряжен. – И что с того? – Баба, – снисходительно скривился руганиец. – Ах, ты бессовестный! – накинулась на Гогу, вмиг разозлившаяся девушка. – Рот закрой и молчи лучше, грамотей! Скалившийся до этого руганиец, вытянулся и закрыл рот, уставившись виноватыми глазами на Варвару. – Опять эти твои штучки, – прокачал головой Ваненотич. – Сейчас и ты у меня получишь, – шутливо погрозила ему кулаком, резко сменившая гнев на милость Варя. – Объясни мне лучше, в чем дело. – Ну, все. Не злись, – прижав к себе, чмокнул ее в носик мужчина. Наблюдавший за этой сценой руганиец, похабно оскалился и хотел отпустить колкую шуточку, но, повинуясь Варвариному дару, лишь несколько раз подмигнул своему напарнику. – Дело в том, что, судя по заряду маяка, ИО здесь уже очень давно и маяк, благодаря, расположенному где-то рядом экзоэнергетику, восстановил заряд самостоятельно или… ИО вышел в другом портале. – Пр-р-з… – лишенный дара речи, желая привлечь к себе внимание, громко выпустил из себя отработанный воздух Гога. – Ну, говори уже, – оценив находчивость карлика, рассмеялась девушка. – Руга, руруга, баба, ру-га, падла, жрать, – выпалил руганиец и как ни в чем не бывало, занялся осмотром ящиков офисного стола. – Ты прав, – нахмурившись и задумчиво уставившись взглядом в пол, согласился с ним Роман. – То, что Гога хочет есть, я поняла. Что еще? – почувствовав, как ее мужчина напрягся, встревожилась Варя, пытаясь заглянуть ему в глаза. – Мы попали сюда через стационарный терминал, а, следовательно, должны были выйти в этой комнате у маяка, а не в той каморке, – показал на дверь Ваненотич. – Дядя с тростью ушел в портал за пару минут до нас, но, скорее всего, он сюда еще не добрался. – Может, просто, между моим миром и миром Айхе очень большой временной зазор? – выбравшись из объятий Романа, озадачилась решением дилеммы Гаранина. – Я в Центральном мире провела несколько дней, а когда вернулась домой, то оказалось, что меня не было несколько месяцев. – Может быть и так, – растерянно улыбнулся Роман, – только не понятно, почему мы вышли не через терминал, а рядом возле него. Словно использовали отмычку… Гога считает, что мы из-за чего-то попали в пространственно-временной парадокс, а… возможно, и из-за кого-то. – Руга! – скрывшись до пояса в боковой тумбе, подтвердил Гога. В это время до Варвары дошел зловонный, выпущенный на волю руганийцем, дух. – Ой, – почувствовав острый приступ, накатившей тошноты, попыталась закрыть рот руками девушка, и выскочила из комнаты в темный проход. Мучительно выдавив из пустого желудка, что-то слизкое, девушка разогнулась и остолбенела… Комната, из которой она только что вышла – исчезла. Она стояла в темноте, а вокруг нее витали ароматы гнилого дерева, затхлых тряпок и кошачьих экскрементов. – Рома… Ромочка… Ты где? – уперлась руками в стену в то место, где должен был быть проход Варя. Холодная на ощупь стена на ее потуги никак не отреагировала. – Где я? Рома! Гога! Где вы?! – Мэ-у-у-нр-р, – угрожающе, что-то издало у нее за спиной. – «Неужели меня выкинуло из-за того парадокса, про который говорил Рома, в другой мир? Ой, как страшно… Что там такое?», – пронеслось у Варвары в мыслях. Осторожно повернувшись спиной к стене, девушка опустилась на корточки и, вжав голову в плечи, приготовилась встретить опасность лицом к лицу. Несколько секунд она напряженно всматривалась во мрак, ожидая увидеть местных агрессивных аборигенов, пока не привыкла к темноте и не рассмотрела, что откуда-то сбоку пробивается слабый серый свет, в лучах которого на земле шевелилось какое-то лохматое существо. – Мау-у, – недовольно буркнул басом жирный рыжий кот, перестав наводить красоту между задних лап, и скрылся из зоны светового пятна, где-то под грудой досок, раздраженно махнув на прощанье толстым, с Варварину руку хвостом. – Интересно, – протянул, появившийся неожиданно прямо из стены, Ваненотич. – Ой! – подпрыгнула от испуга Варя. – Какая у него сложная зашита, – не обращая внимания на девушку, шарил по стене руками Роман. – С этой стороны стоит блок, а с другой стороны свободный выход. – Чего ты там сидел! Я чуть с ума не сошла от страха! – накинулась на него с кулаками Варя. – Думала, что меня в другой мир выкинуло. – Ну все, все, – обнимая ее, успокаивающе зашептал Роман. –Испугалась, девочка моя? Все хорошо. Я же видел, что тебе ничего не угрожает. Надо было понять, как работает эта контрольная система. –Бессовестный, – прижалась к нему поплотнее Варя, только сейчас ощутив, что из глубины коридора по ногам тянет бодрящим холодком. – Гога, ну что? – крикнул в стену Ваненотич. – Получится отключить блок? В ответ не донеслось ни звука. – Он нас слышит? – на всякий случай еще раз дотронулась до стены ладонью Варя. – Да. Мы же тебя и слышали, и видели. – А, что если сейчас ИО появится здесь? Что будем делать? – Возьму его за шкирку и побеседую с ним по-мужски, – натянуто улыбнулся в темноте Ваненотич. – Вопрос только в том, когда он появится? – Мне холодно, – переминаясь с ноги на ногу, пожаловалась девушка. – Гога, ну что там!? – стукнул ногой в стену Роман. В ответ раздался только гулкий отзвук, свидетельствующий о добротности кирпича из которого была выложена стена. – Пойдем, посмотрим, что там – в конце коридора, – предложила Варвара и, не дождавшись ответа, вывернувшись из рук мужчины, осторожно переступая мусорные завалы, двинулась вглубь прохода. – Подожди! – попытался ее остановить Ваненотич, но наступил в темноте босой ступней на что-то скользкое и чуть не упал в груду какого-то хлама. – Ты где? – бросилась на помощь к любимому девушка и тут же угодила на осколок стекла, который легко пробил тонкую подошву больничного тапочка и весьма ощутимо кольнул ее в пятку. – Я, наверное, ногу пробила. – Пойдем, посмотрим на свет. Мужчина с легкостью оторвал Варю от земли и, подхватив ее на руки, осторожно двинулся в сторону, обильно сочащегося сквозняка. Буквально через несколько метров, упершись в шершавую стену, Ваненотич сделал несколько шагов в бок и оказался в более просторном, подсвеченным, проникающим сквозь маленькие окошки, бледным светом коридоре. Еще несколько шагов и они вышли по маленьким стоптанным ступеням наружу… Они стояли у входа в подвал двухэтажного здания, по самую крышу задрапированного фасадной строительной сеткой, к торцам которого с обеих сторон примыкал двухметровый глухой бетонный забор, с правой стороны которого выглядывали покатые крыши, видимо, аналогичных строений, а слева, надменно поблескивая натертыми стеклянными фасадами, возвышались многоэтажки. В безоблачном темном небе еще отчетливо были видны звезды, но, судя, по набирающему силу аквамариновому оттенку, вот-вот должен был начаться рассвет. – Ха, ха, ха. Дядечка, дайте за пуговицу подержаться, – донесся откуда-то девчачий задорный голос. – Ань…ка, не мешай человеку работать. Нас такси… ждет. Поехали, я тебе дам за дру…гую штуку подержаться, – предложил девушке, судя по голосу, прилично выпивший парень. Не выпуская любимую из рук, Роман двинулся в сторону доносившихся голосов. Миновав, заколоченный щитом вход в подъезд, они обнаружили еле видный из-под фасадной сетки арочный проход. Совершенно забыв про пораненную ступню, Варвара спрыгнула с рук и, не обращая внимания на то, что оставляет за собой смазанные кровавые пятна, первой юркнула между листами сетки. – Варя, – попытался остановить ее Роман, но девушка уже скрылась в арке. Ваненотич поспешил вслед за ней… Они стояли на широкой, сплошь заставленной летними кофейными террасами, улице, разделенной пополам стройным рядом винтажных фонарей, часть из которых горела самым настоящим, живым огнем. В одной стороне улицы, с уже погасшими фонарями, в сторону возвышавшейся вдалеке башне с циферблатом часов, стрелки которых показывали начало шестого, виднелась удаляющаяся в обнимку парочка, а другая сторона улицы, все еще светившаяся мягким, приятным светом, была пустынна. Возле ближайшего к ним фонаря, на прислоненной к основанию лестничке, стоял сухопарый пожилой мужчина в самом настоящем мундире фонарщика девятнадцатого столетия и аккуратно подкручивал колесико газового клапана. Затушив огонь, мужчина бережно протер тряпочкой стекло и, закрыв маленькую дверцу колпака, начал осторожно спускаться вниз. – Ру-га, – возвестил о своем появлении, вынырнувший из-под фасадной сетки, Гога. Спустившийся на землю мужчина, обернулся на звук и на несколько секунд, рассматривая распухшее лицо растрепанной девушки в пижаме, босого, атлетического телосложения бородача в помятых брюках и крупного, очень некрасивого ребенка в ползунках, оторопел. – Ру-ру-га, – протянул фонарщику пачку банкнот руганиец. – Наркоманы, что ли? – вышел из ступора мужчина. – Нет, – ответил Роман. – Блогеры? – подозрительно сощурился фонарщик, осматриваясь по сторонам в поисках скрытой камеры. – Нет, – повторился Ваненотич. – Беженцы? – Да, – взяла инициативу в свои руки Варвара, вовремя закрыв ладошкой рот Роману. – Понятно, – облегченно выдохнул фонарщик. – Я уж подумал, что вы семья наркоманов… Или дураковатые блогеры… Или извращенцы… Или… – Дядечка, а в каком мы городе? – поспешила Гаранина прервать логическую цепочку версий мужчины, все внимательней присматривавшегося к скалившемуся острыми мелкими зубами Гоге. – Что же вы так себя не бережете? Даже не знаете, где вас выкинули? – раздосадовано покачал головой мужчина. – Доверились проводникам-аферистам. Потащились неизвестно куда за светлым будущим. Да еще и ребенка-инвалида за собой потащили. Не нужны вы там, – показал он рукой куда-то себе за спину. – Нет у них там, в Европе, будущего. – Дядечка, где мы? – повторила вопрос Варя. – В Бресте вы, – направляясь с лестницей в сторону горящего фонаря, сердито ответил мужчина и добавил: – Завтра Радуница. Если хотите квартиру снять, то идите к Баурихе. Туда, – показал он в сторону светящихся фонарей, – первый поворот направо, затем сразу налево. Двухэтажный дом с нарисованными птицами на стене. Первый этаж слева от входа. Сколько она запросит не давайте. Обманет. Обязательно поторгуйтесь. Деньги ей не показывайте, пока на квартиру не приведет. – Спасибо, – искренне, от всего сердца, поблагодарила Варвара, поднимающегося по лестнице фонарщика. – Не за что, – грустно вздохнул мужчина, открывая колпак фонаря. – Берегите себя. – Ты, где деньги взял? – беря за руку руганийца словно ребенка, чтобы неожиданно появившиеся из подворотни мужчина с задорно хохотавшей рыжей девушкой, ничего подозрительного не заметили, спросила шепотом Гаранина. – Руга, – горделиво вытащил из-за пазухи еще одну пачку наличных и несколько пластиковых банковских карточек Гога. – Говорит, что в столе нашел, – завороженно наблюдая за действиями фонарщика, перевел Роман – Неужели ИО действительно, еще не было? – задалась вопросом Варя, делая вид, что поправляет ребенку чепчик, потому что поравнявшийся с ними пьяненький мужчина, лицо которого ей почему-то показалось смутно знакомым, как-то уж очень старательно на них таращился. – Ой, какой малыш хорошенький! – пьяно хихикнула рыжая девушка, наклоняясь к руганийцу и протягивая ему леденец на палочке. – Хочешь конфетку? – Жрать! – хищно оскалился Гога и, схватив леденец зубами, перекусил пластиковую палочку, попутно отхватив с указательного пальца рыжей хохотушки часть накладного ногтя. – Девушка, что у вас с ребенком? – обиженно протянула рыжая, разглядывая обгрызенный ноготь. – Только вчера ногти сделала! – Извините, пожалуйста, – виновато улыбнулась Гаранина, увлекая в указанную фонарщиком сторону и чавкающего руганийца, и таращегося на яркие вывески кафешек Ваненотича, – он у нас инвалид. – Же-ня, он мне маникюр испортил, – жалостно заныла девушка, пытаясь повиснуть на шее у своего кавалера. – Ничего страшного. Потом пойдем и сделаем тебе новые ногти, – отстраняясь от тянущейся к ней губами девушке, произнес, мигом протрезвевший, Гречнов. – Иди-ка Катюша туда… к такси и выбери машинку, которая тебе понравится, а я сейчас подойду. – Я не Катюша, я Танюша, – обижено вытянула губы рыжая. – Ушки надо мыть. Я же сказал, что Танюша. Иди Танечка, иди к машинкам. Я быстро, – легонько подтолкнул ее рукой под пятую точку Евгений, провожая взглядом странную троицу. – Я без тебя не пойду. – Иди, иди, – развернул ее в сторону башни с часами Гречнов, – я за угол по-маленькому сбегаю и тебя догоню. – Я тоже хочу писать, – доверительно сообщила девушка. – Терпи. Нечего в центре города попой голой сверкать. Камеры везде. Иди к такси, – направляясь за скрывшейся в переулке троицей, кинул через плечо, досрочно получивший звание подполковника, Гречнов. В это время в подвале двухэтажного дома, где располагался трансграничный терминал, седовласый человек в сером легком кардигане с повязанным темно-синим шарфом поверх шеи и элегантной тростью в руках, закончил смотреть транслируемую из глаз жирного кота трехмерную проекцию, где в конце записи, вслед за Ваненотичем с Варей на руках, спустя минуту вышел из замаскированного модуля с деньгами руганиец. – Непонятно, – присев на корточки, задумчиво произнес ИО, разглядывая на полу несколько пятен крови. – Каким ветром вас сюда занесло? – Ма…у, – выдал закамуфлированный инвивер. ИО повернул набалдашник трости и кончиком, выскочившей из нижней части иглы, дотронулся до кровавого пятна. – Сделай развернутый анализ по генным ресурсам и рибонуклииновой матрице, – приказал он инвиверу, протягивая ему кончик трости. Кот лизнул иглу и улегся на живот. – Как только будет готов результат – дашь мне знать. Пойду-ка я, осмотрюсь по сторонам, – приложив к расцарапанному лицу платок, напоследок произнес ИО, направляясь в сторону выхода во двор.