Глава 38

Следующая атака была моей. Камни и земля новой порцией врезались в грудь демону и отшвырнули его назад. Он пролетел довольно картинно, но каким-то образом умудрился приземлиться на одно колено. – Выделываешься? – крикнула я. – Все для тебя, малышка! – отозвался он. Пару секунд мы, замерев, смотрели друг на друга. Сердце стучало, в висках пульсировало, по ладоням катались волны мурашек, а земля вокруг меня снова задрожала и стала подниматься потоками. При этом волна за моей спиной исчезла. Точнее, возможно, она переместилась следом за этой самой спиной. Но тогда она точно должна была бы схлестнуться с той, что колышется позади Кости. Но додумать мысль на тему многомерных пространств и искаженного времени не успела потому, что Асмодей сорвался с места и ринулся в атаку. Мне не оставалось ничего, как кинуться в ответ. Наверное, мы довольно эффектно смотрелись со стороны – демон с растрепанными черными волосами, блестящими короткими рожками, стройный, накачанный и, вообще-то крайне привлекательный. И я, ведьма, несущаяся на него в остроконечной шляпе, в коротком платье, потому что подол оборван и джинсах, благоразумно пододетых под него. По мере стремительно сближения, мое восприятие все замедлялось. В какой-то момент я перестала замечать мир вокруг. Он ужался до хищно ухмыляющегося лица Асмодея с блестящими газами. То, что он физически сильнее меня, я прекрасно понимала. Он мужчина, тем более, демон. Его массы по умолчанию больше и ее хватит, чтобы снести меня, как кеглю. Но других вариантов ответной атаки не придумала, что, наверное, не слишком умно. Зато эффектно. И, возможно, природа и сейчас придет мне на помощь. Поэтому я продолжала нестись на демона, неумолимо сокращая расстояние между нами. Не знаю, что было бы дальше. Наверное, Асмодей попросту сшиб бы меня, повалил на землю, начал бы… Не знаю, что он бы начал, учитывая разнузданную природу Асмодея и очевидные попытки меня соблазнить. Но природа действительно на помощь пришла. Правда совершенно в иной форме, чем думала. В тот момент, когда демон должен был столкнуться со мной, на него налетела какая-то фигура и снесла в сторону. Я даже охнуть не успела, только защурилась от налетевшего потока ветра, поднявшего очередное облако пыли. Послышались какие-то крики, звуки борьбы, хлопки, удары и разряды. – Какого черта! – От черта слышу! – Я демон! Оба голоса мужские, и оба знакомые. В одном я точно слышу Асмодея, а другого никак не могу признать. Только откашлявшись и дождавшись, когда ржавая пыль осела, я увидела дерущихся. И это меня изумило в конец. Два выдающихся мужских экземпляра потусторонней природы молотили друг друга всеми доступными им способами: в ход шли кулаки, ноги, колени, какие-то пассы, которыми они отшвыривали друг друга на приличные расстояние. Какие-то лианы и лозы, опасно и яростно хлестающие. Потоки лавы, очень локально изливающиеся на противника. Коренья и ветки, вырастающие прямо из земли и готовые схватить и утащить куда-то совсем глубоко… И если первый – Асмодей. То появление второго меня даже смутило, поскольку вторым оказался никто иной, как Дионис. – Убирайся! – орал Асмодей. – Это не твое дело! – А если не уберусь? – весело отозвался Дионис. – Тогда я надеру тебе перья! – У меня нет перьев, – еще веселее и пожимая плечами, сообщил древнегреческий атлет. Его веселый настрой демона очевидно бесил, при этом в этом бешенстве улавливалось нечто такое, что может возникать только у мужчины, дерущегося на глазах у женщины. Как это назвать не знаю, но это нестерпимое желание выглядеть лучше заметно невооруженным глазом. Очередной удар, наклон… Треск раскаленной земли и шипение лавы… – Что, нашла себе парня постарше? – огрызнулся Асмодей, увернувшись от очередного удара, когда получилось бросить на меня взгляд. В этот момент я пробиралась к Косте, который до сих пор отчаянно швыряет трость Церберу, поскольку тот ее исправно приносит, чтобы снова бежать за ней. Это же так интересно! И даже не померила тому, что прочла во взгляде демона. Ревность? Серьезно? Ревнующий демон похоти и блуда – это что-то новенькое. – Ты совсем сдурел? – огрызнулась я и перешла на бег, потому что Костя как раз закинул трость, Цербер убежал следом и сейчас прекрасный момент, чтобы воспользоваться золотой веткой Персефоны. – Ничего подобного, – рявкнул Асмодей, зарядив кулаком в челюсть древнегреческому атлету. – Я очень даже в своем уме! – Да? А похоже нет! – А похоже да! – Ты похитил человека в кредит! Живого! – выпалила я, чувствуя, как силы природы снова поднимаются во мне и готовы атаковать того, кто посмел посягнуть на мою безопасность. Лицо демона, грозное и бешенное, исказилось еще больше, он собрался что-то сказать, но удар шипастой лианы сшиб его с ног и разорвал рукав футболки. Диониса это все, похоже крайне веселило. Вообще происходящее здесь напоминало драку уличных мальчишек из-за девчонки. Правда в действительности камень преткновения, во всяком случае, для меня – Костя. Это он сейчас в полном обалдении, это он бледный, как стена швыряет палку демоническому псу, чтобы выиграть время. И это он каким-то образом сдерживал волну тьмы, которая до сих пор колышется за его спиной. И моя главная задача – вытащить его. А они пускай дерутся, если так хочется. – Костя! – крикнула я. – Надо уходить! Он развернулся, готовый кинуться ко мне, но Асмодей, не успев подняться, метнул в него воздушную волну. – Ну, нет! – хищно прохрипел он, а я с ужасом и будто в замедленном кадре увидела, как Костю оторвало от земли, и он летит спиной в эту темную волну. Показалось, мир остановился. Выпущенные лозы и потоки лавы застыли в движении, дерущиеся замедлились в динамических позах. Летящие друг к другу потоки мощи, крепко сжатые кулаки, бегущий обратно с тростью в зубах Цербер – все это зависло на стоп-кадре. В моем фокусе было лишь одно – неподвижно и одновременно динамично врывающийся в темную массу волны Костя. И я понимала, что не успеваю добежать. Не успеваю схватить его за руку, дернуть назад. Я провалила задание? Не спасла подопечного? Не вытащила? В груди, кажется, все замерло. Еще никогда я не срывала заданий. У меня всегда получалось помочь всем, кто ко мне обращался, если я бралась. А тут – вот. И что теперь? Я даже не знала, что ждет его за этой волной. А потом произошло странное. Волна, тьма, которая должна была поглотить Костю, втянуть в себя, впитать, втянуть, по какой-то причине разошлась при его приближении, будто испугалась. Будто не хотела, чтобы он коснулся ее даже крем своего плаща. Что это? Очередные фокусы Асмодея? Дальше движение снова ускорилось, и Костя уже приземлился на свободную от волны почву. С какой-то странной озадаченностью он зачем-то посмотрел на свои руки, будто видит их впервые, затем поднял взгляд на меня, ища ответа. Но у меня его пока не было. Глянув на Асмодея, который уже поднялся, но замер, так и не выпустив в древнегреческого атлета очередной поток лавы и он так и застыл на полпути, поняла – он изумлен не меньше. – Какого… – наконец выдохнул он. – Ты же должен был… Даже без слов догадалась – Костя должен был провалиться в эту темную субстанцию и полностью погрузиться в нее. Но этого не случилось. И это факт изумил не только меня, но и того, кто все это затеял. – Кажется, – проговорила я задумчиво, – все пошло не по твоему плану. Костя, идем… Но мне снова не удалось добраться до парня. Цербер. Массивный и тяжелый, сбил меня с ног. Два громадных языка обслюнявили всю шляпу, которой я старательно закрывала лицо, а центральная пасть псины настойчиво пихала мне палку, чтобы я снова ее швырнула. – Да ёлки! – выругалась я, тщетно пытаясь столкнуть с себя неподъемную тушу, которая, вероятно, считает себя щенком и вообще хочет на ручки. Вот что простой «апорт» может сделать с животным. При этом рычал он совсем не весело, и я в какой-то момент поняла – псина не играет. Точнее играет, но, наверное, больше как с едой, чем как с хозяином. И открывающиеся перспективы совсем не радовали.