12.3

– Я понял, – блондин, успевший войти после моего приглашения и даже приблизиться, теперь пятился, переводя взгляд с меня на Вейнара. – Ребята, я все понял. Вы двое – опасные маньяки. Да?

– А как же! – я плотоядно улыбнулась. – Но родина вас не забудет!

– Эрик, ты же взрослый маг и не боишься ведьм! – попытался зайти с другой стороны (в том числе и в буквальном смысле – обходя “противника”) герцог. – Нам просто нужен подопытный! Для очень важного эксперимента!

– А если вам что-нибудь отрежет при переносе, я сразу вылечу! – жизнерадостно добавила я, и мой подельник досадливо шикнул.

– Вейнар, я уговорю сестренку сегодня же уехать! – кажется, блондинчик зашел с козырей. Герцог даже приостановился.

Но тут на сцене появилось новое действующее лицо.

– Ух-ха-ха! – здовеще проскрежетало за спиной блондина, и он, шарахнувшись, попал практически в мои гостеприимные объятия – тем не менее, сразу же развернулся и уставился на бабу Тоню.

– Ух ты! – восхищенно протянул он. А Вейнар замер и медленно перевел обвиняющий взгляд на меня. – Некросущность!

– Нормально же общались, – я тоскливо вздохнула. – Баб Тонь, ну я же просила…

Сейчас они вдвоем возьмутся изгонять бабу Тоню. А если в самом деле развеют? Ну неужели у нее совсем нет инстинкта самосохранения? Два мага разом!

– Вы же говорили, что избавились от нее! – герцог заговорил одновременно с бабой Тоней.– И этот – на бабушку! – гневно воскликнула призрачная старушка, вскидывая наизготовку свою боевую сковородку. Я застонала. Она их еще и злит!

– Вейнар, подожди! – приятель оборвал его, продолжая мерить призрак взглядом. – Ты на нее смотрел в магическом спектре? Это же… что-то уникальное!

Герцог нахмурился и тоже уставился на привидение.

– Она же… – недоверчиво протянул он. – Невероятно. Она цельная!

– Эм… – как-то я слегка растерялась. – А могла быть половинкой?

– Вейнар, мы не можем ее просто развеять! – на сей раз одновременно со мной начал наш будущий подопытный. – Такой экземпляр!

– Ты кого экземпляром назвал?! – зловеще прошипела баба Тоня, надвигаясь на мага, но тот только восхищенно прицыкнул.

– Баба Тоня! А ну не провоцировать! – честно, сама не подозревала, что умею так… хм, командирски рычать. Но достали! – Вейнар! Сейчас же объясните, о чем вы говорите!

Ну… объяснили мне все-таки не сразу. Потому что сначала Вейнар вдруг завопил про сковородку. Блондин тоже на эту сковородку уставился – и резко отпрыгнул. А потом баба Тоня немножко погонялась за блондином, этой самой сковородкой размахивая.

…А потом с одной из полок начали сыпаться товары – потому что эти двое не сказать чтобы аккуратничали и очень уж беспокоились о сохранности моего имущества.

И я наконец окончательно рассвирепела. У меня, между прочим, ценный товар! А они тут…

– Стоять всем!! – на этот раз мой голос как будто даже усилился – и зазвучал эхом.

И все действительно замерли.

Объяснения я в конце концов все-таки получила. Не сразу – только когда все успокоились.

– Видите ли, Арина, – косясь на привидение, начал Вейнар. – То, что в народе называют призраками – некросущности – как правило, представляет собой не более чем отпечаток личности. Так случается, когда человек умирает, оставив какое-то незавершенное дело, или его что-то сильно тянет назад – например, кто-то очень любимый, не способный его отпустить. Истинная душа в таких случаях уходит за грань, куда ей и положено, чтобы переродиться в новой жизни. Но остается отпечаток личности, одержимый одной мыслью, желанием, намерением. И даже если это что-то светлое и доброе – скажем, любовь или забота о ребенке – ничего хорошего такой отпечаток живым принести не может. Представьте, например, того же маленького ребенка, вокруг которого постоянно кружит его умершая мама, и видит ее только он. При этом она одержима заботой – как самая безумная из матерей, душащая ребенка своей опекой. Она не отлучается от него ни на секунду и во всем видит для него угрозу… в конце концов ребенок попросту сойдет с ума, если ее не развеять. Еще хуже, если человек умирал с мыслью о мести – призрак начнет мстить без разбора всем живым. Некоторые ведьмы умеют заменять объект одержимости некросущности – чтобы поставить ее себе на службу. Это очень темное колдовство, и призрак по-прежнему не несет в себе ничего хорошего живущим. Я полагал, что вы…

– Но ваша сущность – цельная! – вмешался блондин. – У них всегда предельно простая энергетическая структура, отпечаток всегда состоит из одного желания или намерения… а здесь… цельная личность!

– Ее энергетическая структура почти соответствует структуре живого, – кивнул Вейнар. – Я бы даже предположил, что она действительно… разумна.

– Поумнее некоторых! – тут же возмутилась “сущность”.

– Баба Тоня! – предостерегающе оборвала ее я. – Вот сейчас помолчите!

– А ты мне рот-то не затыкай! Ишь!

– А еще у нее сковородка! – с прежним восторгом вмешался блондин – кажется, Вейнар называл его Эриком. – У нее вообще структура ни на что не похожа!

– А со сковородкой-то что? – нахмурилась я.

– Хорошая сковородка, чугунная, – баба Тоня пожала плечами.

– Магический атрибут у некросущности! – Эрик наставительно поднял палец. – Что противоречит всякому здравому смыслу!

Ну, в том, что сковородка у бабы Тони непростая, я давно не сомневалась.

Но эксперименты ставить мы тут вообще-то не над призраком собрались! И нечего от моего проекта отвлекаться!