Глава 19

Я знал, что для нее важно.

Для любой матери прежде всего важны дети. И пока несся сюда, сделал несколько звонков. Договорился с Диким. Перевел денег кому нужно. Поднял охрану в Султанате по тревоге.

И в том числе позвонил тете домой. Попросил прислать голосовое от Тимофея. Чтобы дать Василисе послушать сразу.

Чтобы ей стало легче.

Потому что я не хочу, чтобы она волновалась. Я хочу, чтобы она была счастливой. И я ее такой сделаю, даже если она будет сопротивляться.

Но сладкая все равно заревела.

Завыла тихонечко в руках Заура.

– Прекрати скулить! – прикрикнул он на нее.

Ух, блядь…

Меня повело. Плечи застыли от психа. Но я сдержался. Не надо сейчас резких движений, ведь она под прицелом.

«Три минуты подлета».

Я прочитал три слова в сообщении мельком. Три минуты! Пиздец как долго, когда твою женщину держит какой-то отморозок.

Успокаивало одно.

На Василисе не было ни крови, ни синяков. И одежда в относительном порядке. Значит, не тронули. Значит, может быть, я их и не поубиваю нахрен толпой.

Во всяком случае не сейчас.

Не при ней.

– Ты за своей подстилкой приехал, племянник? – Заур улыбался.

– Я ж не ты, – я пожал плечами и навалился поясницей на машину сзади. – У меня подстилок нет. Я чистоплотный.

Василиса всхлипнула еще громче.

Заставила яйца сжаться в фасолинки. Потерпи, сладкая. Совсем чуть-чуть. Нам с тобой нужны козыри. Чтобы эта тварь больше никогда даже в твою сторону не посмотрела больше.

– Ты весь в своего папашу, выродок!

– Тем и горжусь. Хоть не в тебя, – я хмыкнул.

Ухо уловило знакомый стрекот.

Слава Аллаху!

С начинающего по-вечернему бледнеть неба плавно спускались три дрона. Больших, мощных. В знакомой каждому расцветке. И гудели они все громче и громче.

Охрана любимого дядюшки заозиралась.

– Чо за херня? – он тоже не понимал, что происходит.

А вот я просто расплылся в улыбке.

– Тебя подвели твоя наглость, Заур, и незнание современных реалий, – я оттолкнулся от машины и выпрямился. – Твои урки схватили Василису прямо посреди улицы. Только мы ведь не в горах, прикинь? Весь город увешан камерами. А это, – я ткнул пальцем в один их зависших над нами дронов, – ментовское наблюдение. В реальном времени. Можешь помахать им лапкой. Они будут рады такому клиенту. Хочешь?

Выражение лица его было непередаваемым.

Даже сахарок плакать перестала. Тоже растерялась. Вытерла нос рукой, как ребенок. И я помрачнел.

На запястьях краснели следы от пут.

Сука…

Я поставил для себя еще один крестик напротив имени дядьки. А вот Васёну я прямо отсюда же в больницу повезу.

– Все записи уже у ментов, Заур. И сейчас они нас прекрасно видят. И едут за тобой. У меня много друзей, поверь. Если ты хоть пальцем сейчас шевельнешь – ты сядешь, не отходя от кассы. Всех касается! – я обвел взглядом четырех его охранников. – Так что у тебя и твоих ублюдков есть только двадцать четыре часа, чтобы убраться в то очко, откуда вы вылезли.

– Ты так родину свою называешь? – бешено взорвался дядька.

– Родина там, где тебя защищают, а не там, где пытаются наебать при каждом удобном случае! Сахарок мой, иди ко мне. Кто дернется – имейте в виду, вас видят. Срок будет обеспечен.

Она испуганно обернулась на Заура.

А я смотрел на всех сразу. И пальцы на рукоятке пистолета сжались. Они же отморозки. Кто их знает. Я сделал все, что мог. Даже если бы я пригнал сюда автобус с ОМОНом, она все равно могла бы пострадать.

А вот так, поставив их на выстойку…

Должно получиться. Да, рискованно. Но я сделал ставку на то, что они слишком оборзели. Значит, реально новички. Привыкли делать так, как там, в аулах. Без страха.

А все новое и непонятное этот самый страх порождает.

Жужжащий над головой дрон с лампочками пугает сильнее, чем выстрел или такой же, как ты, человек.

– Иди ко мне, давай, – я протянул ей руку.

Сжал челюсти.

Давай, сладкая. Нельзя останавливаться. Нельзя давать время на раздумья. Шевели своими ножками красивыми.

Она послушалась. Пошла.

Один шаг. Другой.

Соступила на землю с крыльца и снова обернулась на Заура. Он смотрел на нее так, словно у него саму жизнь отбирали. Но не шевелился.

Я все рассчитал правильно.

А Василиса вдруг бросилась бежать. Влетела ко мне в объятия жарким телом. Прижалась, спрятала голову на груди. Затряслась, хотя сдерживалась, как могла.

Первая реакция.

Инстинктивная.

Но такая дорогая для меня. Даже под ложечкой засосало от зависти к самому себе. Всегда бы так, сладкая. Всегда бы так…

– В машину, сахар, – я поцеловал ее в висок. – Садись и закрой дверь. Быстро.

Я бы из рук ее не выпускал, но мы сейчас на мушке оба.

И кто знает, вдруг кто-то из этих придурков не сдержится?

Она послушалась. Отскочила, оббежала машину, и я услышал громкий хлопок двери. Вот и славно. Стекла в моем танке бронированные, не достанут, если что.

– Мы уезжаем, Заур. Не забывай про двадцать четыре часа. Я отслежу вас всех, даю слово. Если не свалишь – тебя и твоих шакалов заберут за похищение. И я костьми лягу, чтобы огреб ты по полной. Прощай.

Я спокойно сел за руль.

Василиса лежала на заднем сиденье. Сжалась в комочек, закрыла голову руками и рыдала через силу. Рвала меня на части своей горечью.

Но я заставил себя положить руки на руль.

Врубил заднюю передачу и развернулся. Из-под колес запылило. Все четко. Дикий свое дело знает, с ментами он в контакте. А прощать я никого не собирался. К утру у меня будет информация обо всех, кто сейчас с Зауром работает.

А потом от меня она уйдет в горы.

И там их не простят. Похитить женщину можно только в одном случае – если ты собираешься взять ее в жены. Как нормальный человек. А вот так, подвернув опасности еще и ребенка… Да этих ублюдков порвут просто.

И вот это будет для них больнее.

Они же так радеют за традиции, за свои кланы…

Ну, а если не смогут уложиться в сутки… Я предупреждал.

– Как ты нашел, – Василиса захлебывалась плачем. – Как ты нашел Тима? Он точно дома?

– Не я нашел, – от ее «дома» окатило теплом. Даже ступни закололо от удовольствия. – Диляра нашла. Сам еще не знаю как. Доедем – расскажет.

– Ди… Кто? – сахарок резко выпрямилась.

Посмотрела на меня в зеркало.

Как будто удавить хотела прямо сейчас. Вай, огонь какой!

Горю-ю, женщина!

– Твоя невеста с моим сыном? Ты совсем охренел?!

– Ц-ц-ц! Ну, какая невеста, сладкая. Какая, нахрен, невеста? Я ж женат!