Глава 15. Князь

– Эх, добра у тебя много! Да колесо скрипит. Может, чуток облегчишь? Выкладывай тут. А мы посторожим! – усмехнулся рыжий.

– Берите, что вам нужно, – произнесла василиса, стиснув зубы. Чем дольше они разговаривали, тем труднее было держать морок.

– Гляди-ка! Сапоги какие! Ай-да, купец! – шарили руками в воздухе молодцы. – Гляди, какой кафтан! Небось с Зеленого Посада везешь?

– Приятно иметь дело с идиотами. И ведь чем хорош морок? Каждый видит в нем то, что хочет! – вздохнул филин на ухо василисе. – Интересно, что будет, когда они поймут, что это был морок?

– Будет им урок, – прошептала василиса. И тут же громко спросила. – Ну что? Могу проезжать?

– Езжай! – махнули василисе, неся в руках воздух. В двух руках, причем! – Поладили мы твое колесо! Теперь точно до дома дотянешь!

– Скрип, скрип! – орал филин прямо на ухо. – Скрип, скрип!

– Ты что делаешь? – спросила василиса, оборачиваясь.

– Изображаю телегу! Для конспирации! – рассмеялся филин.

Василиса застыла на месте, глядя на высокие красивые терема, на десятки людей, который сновали туда- сюда.

– Ничего себе! – удивилась она, чувствуя, что ей страшно. Она шла медленно, осматриваясь по сторонам. Люди не глазели на нее, как в деревне. И это было странным.

– Да плевать им на тебя! У них вон, своих дел по горло! Кому самовар продать надо, кому бубликов купить! У кого крыша прохудилась, а кто на выпивку деньгу клянчит. Вот тебе и Посад! – ухнул на ухо филин.

Вокруг все было таким пестрым и шумным, что василиса вертела головой направо и налево. Красные платки с узорами, синие платки с цветами, сапоги, бублики, караваи.

– Покупайте кафтан! – хрипло кричал мужик. – Не пыльный, не ношеный! В сундук сложенный! Одна заплатка! Да на спине латка! Отдам за три рублика, чтоб детям на бублики!

– А ну недорого купите творога! – кричала баба рядом.

– Сапоги кирзовые! Почти новые! – пытался перекричать ее усатый мужик, размахивая сапогами. – Землю три года топтали! Такого повидали!

– Вот, а были бы деньги, то хоть бублик купили бы! А то я что? Не слышу, как у тебя в животе урчит? – усмехнулся филин, опустив голову. – Так, это у тебя или у меня?

– Забирайте! Почти даром! – крикнул продавец, у которого на шее висел короб с такими же петушками. – Эй, девицы – красавицы! Леденец не нравится? А что? Губы будут сладкими, чтобы целоваться украдкой!

В лицо василисе ткнули связкой леденцов – петушков, от чего она отшатнулась.

– Ах, леденцы – бубенцы! Подаришь девице – никуда не денется! Покупайте сладости – девичьи радости! – усмехался бородатый, басовитый продавец.

От его девушки краснели и прятали лица.

Филин внезапно слетел с ее плеча.

– Стой, ты куда? – перепугалась она не на шутку. – Филин!

Ей стало страшно, когда она поняла, что осталась одна посреди торговой площади, где толпилось столько людей.

Липкий страх заставил ее поежиться. Никогда она в жизни не видела такого. Это тебе не лес, где каждый шорох что-то да значит. Тут стоял гул, свист, веселье.

– На людях осторожней будь! За кошелем следи, молча иди! На свист не откликайся! В драки не ввязывайся! – вспоминала она наставления ягини. – А будут задирать, иди, куда шла. Сами отвяжутся.

И тут василиса увидела, как возле продавца мелькнула фигура. Она была выше других, поэтому и привлекла ее внимание. Темные кудри с серебристым отливом, широкие плечи, дорогой кафтан цвета болотной тины. Только вот лица она не видала.

– Покупай травы! От всякой отравы! От сестер – лихоманок помогают! Здоровье улучшают! – крикнула на ухо какая-то баба, размахивая пучком трав.

Василиса обернулась, видя целое разнотравье на лотке. Был там и зверобой, и цикорий, и бессмертник…

Стоило ей обернуться к продавцу леденцов, как вдруг она увидела, что там толпятся одни девки. Незнакомец куда-то исчез.

– Подставляй руки, голодающая! – усмехнулся голос сверху. Василиса подставила руки, а в них высыпались леденцы и бублики. Стальной наплечник поскребли когти.

– Откуда? – удивилась она, рассматривая нарядные леденцы и бублики.

– Гуманитарная помощь голодающим василисам, – прокашлялся филин. – Ну, ешь давай! Или будем искать укромный уголок?

Василиса шла, разинув рот, как вдруг увидела столпотворение вокруг одного продавца. Пестрая толпа разбирала товары, а продавец подсчитывал барыши.

– Гляди, это же черт! – ужаснулась василиса, присматриваясь к продавцу. – Он же не еду продает! А червяков и жуков! Нужно его прогнать!

– Ой, да ладно! Ничего ты не понимаешь в гастрономических предпочтениях! Смотри, как уплетают! А это – протеины, между прочим. Куда полезней, чем сахар, – протянул филин, пока василиса смотрела на ярмарку навьим взглядом. И правда, на месте продавца стоял рогатый черт, вокруг которого толпились люди.

– Проте… что? – переспросила она, глядя на то, как бойко идет торговля у черта.

– Сотни мух не ошибаются, короче! – прыснул филин, видя с каким азартом толпа опустошает его прилавок. – Не нравятся червяки? Ты просто не умеешь их готовить! Все полезно, что в рот пролезло! Это называется «Кухня народов Нави».

Косясь недобрым взглядом, василиса стала обходить покупателей. Черт заметил ее и замер. Василиса сжала посох крепче, понимая, что сейчас придется сражаться…

– Ну, вот скажи мне, – послышался голос филина. Он ухнул прямо ей в ухо, заставив подскочить от неожиданности. – Оно тебе надо?

Василиса безотрывно смотрела на черта. Даже в человечьем обличье казалось, что у него горят глаза. Правда, никто этого не замечал. Его тянули за рукав добротной рубахи, тыкали пальцем в товар.

– Ну убьешь ты его? И что? Драка прямо на площади на потеху публике? – скептически заметил филин. – Ну порвешь ты платье! Ну изваляют тебя вон в той луже! Как к князю завалимся? А так живет себе, бедненький, торгует помаленьку. Другие и не так людей обманывают! Хоть и не нечисть вовсе! Пойдем, пойдем!

Черт провожал василису взглядом. Сквозь морок человеческого лица были видны рожки на лбу и пятачок вместо носа.

– Мы что? За каждой мелкой нечистью бросаться будем? Может, он еще и налоги платит! А мы тут градообразующее предприятие развалим, – нес какую-то несусветную чушь филин, а василиса вздохнула.

– Ладно, – нехотя выдала она, идя своей дорогой.

– Ну правильно! До князя нужно чистенькой дойти! – прокашлялся филин.

– Так, куда идти? – спросила василиса, потерявшись на секунду в толпе.

– В самый высокий терем! – усмехнулся филин, кивнув в сторону терема, который возвышался над Посадом.

Они прошли мимо бревенчатых стен, которые трусливо облепили домишки, прижавшись друг к другу, словно воробьи на ветке.

– Помни, вежливо! – заметил филин, когда возле разукрашенных врат не вырисовались фигуры в алых кафтанах.

– Пропустите! Я – василиса! – произнесла василиса, как ее учила ягиня. Два огромных бородатых мужика, похожих на двух братьев уставились на нее сверху вниз.

– А? – переглянулись молодцы.

– Понятно, – нахохлился филин. – До буквы «в» мы еще не дошли.

– Василиса? – спросили мужики, переглядываясь. – Князь велел никого не пускать! Так что иди, василиса, своей дорогой. А лучше подальше да пока не стемнело! Зверь у нас объявился! По ночам рыщет!

– А что за зверь такой? – спросила василиса, видя закрытую дверь в терем.

– А кто ж его знает! – пожали плечами стражники. – Кто-то видал, что огромный, как медведь! Да разве можно слухам верить! На части разрывает! Как темнеть начинает, все по домам разбредаются, ставни заколачивают да двери закрывают!

– Неужто прямо в Посаде рыщет? – удивилась василиса, осматриваясь по сторонам. – Тогда мне точно нужно к князю! Что за князь-то такой! Зверь рыщет, а он в палатах отсиживается!

– Эх, девка! Шла бы ты! – покачали головами стражники. – А вон, темнеет уже! Мы-то в караульной отсидимся, а тебе бы ночлег найти! Поспрашивай людей добрых, может, кто и согласиться!

– Я к князю на службу пришла! Меня ягиня послала! – спорила василиса.

– Ну что? Пустим ее? – переглянулись стражники. – Может, и правда подсобит!

Огромные двери распахнулись, а василиса вошла в терем. Он был расписан узорами, от чего казался таким ярким и светлым.

– К кому? Чего надобно? – высыпала навстречу стража.

– К князю! Новая василиса я! – звонко ответила василиса, ударив в пол посохом.

– Ой, не признали! Князя оповестим! Авось примет! – переглянулись хозяева, пока василиса рассматривала рисунки.

– Ляпота! – прокашлялся филин. – Гляди, какой змий горыныч!

– Это не змий! Это же цветочек, – нахмурилась василиса, повернув голову. В узкие окна княжеского терема бил золотистый свет заката.

– Все по домам! – кричал зычный голос на улице. – Все по домам! Ставни заколотить, двери закрыть!

Василиса выглянула, видя, как по рыночной площади ходят красные кафтаны. Торговцы спешно собирают прилавки, а люди спешат по домам.

– Все по домам! – нараспев кричал зычный голос. Где-то неподалеку оглушающе звонко ударил колокол, да так, что, казалось, сам пол под ногами загудел.

– Иди! – грубовато окликнули василису, которая тут же направилась в открытые двери. На деревянном резном троне сидел темноволосый князь. Он был молод, но ранняя седина уже посеребрила его виски. Между бровей князя была глубокая морщина, а сам он был бледным и сидел, положив голову на руку, унизанную перстнями.

– Чего хочешь? – спросил князь, поглаживая бороду и глядя в окно.

– На службу к тебе поступить! Ягиня прислала! – произнесла василиса.

– Зарплата-а-а-а…. – напомнил филин. – Зарпла-а-та-а-а-а!

– Слыхала, что в посаде творится? – спросил князь. – Зверь у нас объявился. Лютый. Никого не щадит. По ночам рыщет. Иногда в избы врывается. Семьями вырезает.

Князь нахмурил брови, глядя на закатные лучи.

– Ну что? Еще служить хочется? – вздохнул он, а василиса видела, как сверкает княжеский меч.

– Служить – не голову сложить! – заметил филин. – Это я о чем? Ах да! Зарпла-а-а-ата-а-а-а!

– Работенки у нас достаточно! – вздохнул князь. – То домовой у кого расшалиться, аж вещи из дому в окна вылетают. То кикимора заведется, покоя не дает! То бис какой девку огуляет! То лешачок дите в лес уведет.

Василиса стояла и кивала. Наконец-то она на службе, как и говорила ягиня.

«Ничего, опыту поднаберешься быстро!», – успокаивала ягиня, пока василиса вздыхала. Не хотелось ей расставаться с лесной избушкой. Да обратно дороги нет. Вон уже другие василисы подрастают. На пятки наступают.

«А что? Не холодно, не голодно! Князь верно платит!», – расчесывала ей косы ягиня старинным черным гребнем. – «Так что место теплое, сытое… Да не реви ты!».

А она ревела. Словно замуж выдают!

– А что по поводу той василисы? – спросила внезапно василиса, оглядывая красоту княжеского терема. – Долго ли она у вас служила?

– Не долго, – буркнул князь, а солнце исчезло за горизонтом. По палатам забегала челядь, зажигая свечи. В свете сальных свечей лицо князя казалось восковым.

– Ну все, иди! Князю отдохнуть надобно! – гаркнули на василису со спины. – Иди, покои тебе покажем. Будешь при княжьем дворец жить, князю Всеславу Могучему службу несети.

Василиса пожала плечами, а ее повели в покои. Филин недовольно ухал, вертелся и красноречиво вздыхал.

– Вот, покои твои будут! – отворили со скрипом тяжелую дверь. Василиса смотрела на чистенькую горницу, расписанную, как и весь княжий дворец. Посреди стояла прялка, чуть поодаль массивный сундук, а там, дальше столик, стульчик и кровать.

– И дверь запри! У нас тут все двери на ночь запирают! – буркнул мужик в красном кафтане, а его тяжелые шаги стихли в конце коридора.

– А что? Воруют? Да? – нагло спросил филин, вертя головой вокруг. – Докатились, что в княжеском тереме двери на ночь запирают? У нас воровать только девственность и меня! Не знаю, как девственность, но я живым не дамся!

– Тише, расшумелся, – прошептала Василиса, осматривая сундук. Он бы пустым и открытым.

– Все сперли, – кручинился филин, слетая с плеча и усаживаясь на прялку. – Усе уже украдено до нас.

– А может и не клали! – возразила василиса, рассматривая красивый сундук.

– А у нас и богатства нет, чтобы в сундук класть! – зевнул филин, облюбовав прялку. – Так, здесь сплю я!

– Здесь что-то не так, – заметила василиса, кончиками пальцев касаясь резной спинки кровати, похожей на ладью. – Что-то не так с князем… Видал, как он побледнел, словно ему нездоровится, когда я про василису речь завела?