Глава 1. Мое начало отпуска... отпускает
- Езжай уже быстрее. Билетики не забыла?
Моя «почти свекровь» любила использовать уменьшительно-ласкательные слова. Рядом у нее жили «соседушки», ела она «вкусняшечки», укрывалась «одеяльцем». А двадцать семь лет назад произвела на свет «сладенького пупсика», который таковым ухитрился остаться в ее глазах до сих пор.
- Точно брала билеты, - ответила я, а сама полезла в еще вчера собранную сумку, чтобы проверить. Вот что за дурацкий характер? Знаю же, что положила, но проверяю. На всякий случай…
Кинула взгляд на список.
Подарки родителям. Сумка – вот. Коробка с электрорезкой – ох, и вынесла же я мозг продавцу вопросом: «На чем можно перемолоть ведро овощей? Насадки есть? Крепкие?» Ну, вот как объяснить человеку, что у родителей на юге любой рецепт начинается с записи: «Возьми ведро…» Например, помидоров. Отцу я лекарств прикупила – тут они дешевле. Положила… Ага…
Я окинула взглядом свои вещи, выдохнула. Вроде бы все. Я предпочитала делать все заранее, поэтому сегодня после ночного дежурства осталось только заскочить на пару минут за сумкой и можно в дорогу. С Алисой Альбертовной мы простились вежливо, но без особого тепла. Она часто подъезжала к нам с Пашей, так же как сейчас – внезапно, без всякого предупреждения. Заглядывала в шкафы, проверяла холодильник. Аккуратненько, не грубо, как кот на лапках. Якобы не желая обидеть. А потом тихонько бухтела сыну, наставляя его и одновременно песоча меня.
Обнаружить ее в квартире с утра радости не доставило, слишком быстро она запихивала мне в руки поклажу и разворачивала на выход прямо в коридоре, скорее всего опять настроилась порыться в вещах. Я хмыкнула, но не стала сопротивляться. Последнее дело ссориться перед дорогой.
Пока спускалась в лифте, размышляла, что вот за пять лет меня все происходящее в личной жизни уже конкретно так поддастало. Жизнь в запасной квартире его родителей, месте, которое они считали своим и постоянно проверяли, контролируя нас как неразумных детей. И нежелание дорогого и любимого вылететь из семейного гнезда, пойти работать на приличную зарплату, а не числиться в контроле своего папы «личным помощником», официально получая копейки. Зато раз в месяц Алиса Альбертовна передавала своему пупсику конверт с парой-тройкой пятитысячных купюр и со вздохом сообщала мне: «Это такая благородная ноша, такой родительский крест».
Хорошо не крестик. Я фыркнула.
Наше с Павлом зыбкое семейное положение – столько лет вместе, а до сих пор не женаты, было моим личным «крестиком». Особенно учитывая постоянные намеки свекрови, что наши отношения – только ради московской прописки, потому как понаехали. На что Павел молчал, зато потом горячечно и нежно шептал о том, как любит, как старается укрепиться в фирме отца и нужно «еще немного потерпеть», а пока – я молодец, трудолюбивая, стараюсь вместе с ним на благо будущей семьи. А я… мечтала, как у нас будет все чудесно в будущем.
Как говорит моя подруга Ида: «Белка в колесе тоже о чем-то мечтает». Интересно, мои пару недель отдыха у родителей будут считаться спрыгиванием с колеса?
На поезд я успела сильно заранее, фырча и отдуваясь - в июле было невозможно жарко – затащила свою тяжеленную сумку. И в который раз пообещала себе, что в следующий раз, обязательно в следующий, поеду к родителям налегке!
Закидывая вещи в багажный отсек наверху, я пыхтела, вытирая пот, все-таки некоторое количество набранных килограммов в последние годы явно были лишними. А впереди еще разносолы отчего дома. Эх. Ну и ладно, пара недель погоды в моем весе уже не сделает. Буду отсыпаться и есть лакомства из детства. Я промурлыкала про себя папино любимое: «Ехали цыгане – не догонишь… И пели они песню – не споешь…» С предвкушением посмотрела на уже выложенное постельное белье. Вот сейчас, как только поезд тронется, я разложусь. Высплюсь во всех позах. Вот это счастье! Вот это мечта!
На работе в последнюю неделю перед моим отпуском творился ад и цыганочка с выносом. Платная пафосная клиника, и у всех к лету, как нарочно – проблемы с позвоночником. И больно пациентам, и страшно. Никто не хочет оперироваться – и смотрят на меня, невролога, как на сказочного Айболита. Ждут, что я чудо им сотворю. Ну, капельницы распишу – и все пройдет. А потом гневаются, если не получается… Если учесть ночные дежурства в отделении хирургии позвоночника на полставки для подработки, нагрузка становилась изматывающей. А что делать – деньги нужны. Их же все время не хватает!
Телефон звякнул, и я улыбнулась. Паша. Из-за работы проводить у него не получилось, зато не забывает. Я нажала на кнопку. И улыбка медленно сползла с лица, уши внезапно заложило как при резком взлете. Не может быть, просто не может быть и все.
Сообщение в WhatsApp я перечитала несколько раз, с трудом веря глазам.
«Лапа, нам придется расстаться. Ты перестала быть моим идеалом. Это очень тяжело, и я больше не могу с этим смириться. Твои вещи курьер уже принес в вагон, он только что отзвонил. Ты останешься светлым кусочком прошлого в моей памяти. Прощай».
Замотала головой, пытаясь прогнать пятнышки, пляшущие перед глазами. Кусочком? Перестала быть идеалом? Что это? Глупый розыгрыш? Наверняка…
На мои отчаянные попытки дозвониться никто не отвечал. Ни гражданский муж, ни его родители. Наконец, телефон звякнул еще раз. Я вздохнула с облегчение: ну, конечно, прикол. Идиотский. Теперь будет извиняться. Ну, погоди, я запомню.
И прочла:
«Вещи собрала моя мама. Не благодари, она всегда к тебе хорошо относилась и готова помогать даже сейчас. Лапа, я много старался, чтобы сделать из тебя столичную штучку. Это не получилось, но не вини себя, ты просто такая, это природа. Может быть останешься у родителей?».
Вот почему Алиса Альбертовна так настойчиво выпроваживала меня утром, пока я из прихожей забирала сумку. А мой Паша… даже не пришел. Неужели так боялся, что я скандал устрою, откажусь выезжать?
После практически бессонной ночи голова плохо соображала, я потерла лицо руками. Происходящее казалось кошмарным сном, близкий человек меня бросил, как старую тряпку. Вычеркнул, пренебрежительно и брезгливо, даже не захотев увидеться. Неужели я недостойна хотя бы небольшого разговора глаза в глаза?
- Василиса Петровна Ивлева? Ваш чемодан, - мужчина с бейджиком транспортной фирмы втянул в купе огромный старый чемодан. Скорее всего Пашина мама выделила его из своих запасов, от души.
Как во сне, я показала паспорт, заглянула внутрь, оттянув молнию. Да, мои вещи. И без сил опустилась на полку. В купе заходили и выходили, но я не обращала внимание. Жизнь от души отвесила мне подзатыльник. И сейчас я не понимала, то ли упаду от него носом в пыль, то ли ускорю шаг.
Поезд тронулся.