Глава 20

Князев Василевс

Находясь в разлуке, образ Василисы не покидал мои мысли. Зная день выписки, я с нетерпением считал часы до встречи с девушкой. План-перехват зародился сам собой. Подъехав к дому, в котором проживала рыжеволосая колдунья, я тут же направился к её подъезду. На моё счастье, один из жильцов распахнул двери, торопливо выходя вслед за своим питомцем. Схватившись за дверную ручку, я смело юркнул внутрь. Дело оставалось за малым — отыскать квартиру. К чему я, собственно, и приступил, не теряя драгоценного времени.

— Кто там? — пропищал детский голосок из-за толстого дверного полотна.

— Здравствуй, а Василиса Огнева случайно не проживает в этой квартире? — стараясь говорить погромче, пробасил я.

— Мама… — услышал я глухой удаляющийся крик малышки.

Неожиданное озарение полыхнуло в моем сознании: “А, что если у Василисы есть ребёнок?”. Ведь по сути я практически ничего не знал о девушке. Ну, кроме того, что она второй месяц являлась преподавателем — аспирантом на моем факультете. По моим расчетам в двадцать три года можно преспокойно быть мамой четырехлетнего ребенка, о чем свидетельствовал опыт моей собственной матери. Гадать дольше мне не пришлось, так как входная дверь в квартиру радушно отворилась, явив перед моим взором худенькую женщину с малышкой на руках.

— Вам кого? — тихо поинтересовалась хозяйка квартиры.

— Простите, я разыскиваю Огневу Василисы Прокофьевну, — тут же повторился я. — Может быть, вы знаете такую? Красивая девушка с огненно-рыжими волосами.

— Хм… Рыженькая девушка? — словно пытаясь что-то вспомнить, женщина свела брови на переносице. — Кажется, я видела её пару раз, но это было давно. С месяц назад.

— А в какой квартире она проживает, вы случайно не знаете? — с надеждой в голосе промолвил я.

— Нет, молодой человек. Я мало кого знаю из соседей.

Поблагодарив женщину за какую — никакую, но помощь, я попрощался с ней и, в надежде на чудо, двинулся к следующей двери. Увы, чуда не произошло. И уже в третий раз грозные хозяева квартир грозились вызвать полицию, если я не покину их подъезд. Поднявшись на второй этаж, я в пятый раз занёс руку для удара по дверной металлической глади.

Каково же было моё удивление, когда дверь мне открыла та, что на протяжении нескольких ночей тревожила мой сон своим навязчивым появлением.

— Ты? — на лице девушки застыло неподдельное удивление.

— Я, — радуясь словно ребёнок в новогоднюю ночь, искренне улыбнулся я.

— Но… Как ты меня нашёл? — слегка опешив от происходящего, поинтересовалась Василиса.

— Забыла? Я подвозил тебя до самого подъезда. Отыскать нужную квартиру тоже не составило труда…

Поведав девушке о своих “злоключениях”, я беспрепятственно вошел не только в квартиру, но и в её доверие. А после того, как решил проблему с ужином, который смог тут же заказать с доставкой на дом, так вообще почувствовал себя рыцарем в сияющих доспехах.

— Извини, надеюсь я не отвлек тебя от чего-то важного? — с опозданием поинтересовался я

— Нет. — качнув головой, успокоила она меня. — Хотя… Если честно, я хотела принять душ.

— Могу составить компанию. Спинку потру. — ляпнул я то, что вертелось на моём языке.

— Спасибо, но я как-нибудь сама. — тут же отбрила она меня.

— Как знаешь, моё дело предложить. — осторожно ретировался я, боясь испортить шаткое доверие между нами.

Мне не хотелось пугать девушку своей настойчивостью. Именно с ней, меня тянуло на романтику. Сейчас я как никогда понимал, что своим напором мог ненароком оттолкнуть её от себя. Но то, как она смотрела на меня пробивало брешь в моей броне.

— Василиса, с тобой все в порядке? — глядя в её бездонные омуты прохрипел я осипшим голосом, осторожно приближаясь к ней. — Василиса Прокофьевна, вы меня пугаете?

Собрав всю свою волю в кулак, я сдерживал своих “демонов” из последних сил. Находясь от девушки в опасной близости, старался держать себя в руках и не слететь с катушек от сладостного запаха желанного тела.

— У тебя астма? — хрипло произнес я, вглядываясь в темно — зеленые глаза девушки.

— Ага… и, кажется, тахикардия… — еле слышно ответила Василиса, облизнув свои пухлые губы маленьким язычком.

Вся моя выдержка разбилась, точно хрупкое стекло, осыпаясь осколками благоразумия к нашим ногам.

— Знаешь, у меня, кажется тоже, — рвано выдохнул я, приближаясь на всех парах к точке невозврата. — Но я знаю одно верное народное средство избавления от этого недуга.

Её губы словно магнит манили меня к себе. Справляться со своим желанием уже не было сил. Действуя на одних инстинктах, я притянул девушку к себе и атаковал её губы требовательным поцелуем.

Сметая все преграды на своём пути, мой язык ворвался в горячий рот девушки. Делясь одним дыханием на двоих, мы упивались сладостью нашего первого поцелуя. Плавно пройдясь по спине Василисы, мои руки двинулись вверх, зарываясь в густых рыжих волосах. Положив одну их своих ладоней на её затылок, я словно отрезал девушке все пути к отступлению. Получив желаемое, мой язык вовсю хозяйствовал во рту Василисы. Когда с её нежный губ сорвался глухой стон, я понял что мой “стоп-кран” начисто сорвало.

Ещё никогда в жизни я не испытывал такого дикого желания ни к одной представительнице женского пола. Не разрывая поцелуя, я обхватил свободной ладонью девичью талию и припечатал девушку к себе. В паху ныло от нестерпимого желания. Но стоило мне стать чуть настойчивее, как я тут же почувствовал неожиданный отпор.

Ослабив хватку, я попытался вновь взять все свои чувства и эмоции под контроль. Разорвав поцелуй, девушка резко отступила назад. Я смотрел на неё, боясь пошелохнуться. На её щеках горел яркий румянец, глаза блестели от желания точно звёзды в ночи, а губы припухли от нашего жаркого поцелуя. Василиса точно боролась сама с собой. Пытаясь восстановить дыхание, она не сводила своих глаз с моего лица.

— Я… — сипло выдохнула она. — Я хочу… хочу чтобы ты… — договорить фразу ей не позволил громкий стук в дверь.

— Это наш ужин, — прохрипел я. — Я открою?

Молча кивнув, Василиса отошла в сторону, пропуская меня вперед. Открывая дверь, я искренне радовался небольшой передышке, что помешала девушке выпроводить меня восвояси. А в том, что она этого хотела, я не сомневался. Вот только радость моя была слегка поспешной. Стоило мне только открыть входную дверь, как от неё не осталось и следа.

— Василий Петрович? — нарочно добавив в голосе громкости, воскликнул я. — Какими судьбами?

— Я, так понимаю, теми же, что и ты, — спокойно произнес отец, переступая порог квартиры Огневой. — Не помешаю?

— Помешаешь, — тут же оскалился я. — Но, когда тебя это останавливало…

Моя последняя фраза была брошена на чистом автомате и, конечно же, вполголоса, но судя по выражению лица мужчины, я был услышан. Причём услышан был не только своим отцом, но и хозяйкой квартиры, которая в эту самую секунду стояла в дверном проходе и плавно переводила свой взор с меня на Филатова и обратно. Словесные пикировки с моим стариком в последнее время стали для меня чем-то обыденным, вот только, одно дело, когда споры происходили за закрытыми дверями, и совсем другое — при свидетелях.

— Василий Петрович, — нарушила слегка затянувшееся молчание Василиса. — Вы по делу или просто проведать заскочили?

— И то, и другое, и третье… — натянув дежурную улыбку, вымолвил Филатов.

— Тогда, прошу на кухню, — взмахнув рукой в направлении нужной комнаты, выдохнула девушка. — Мы как раз собирались пить чай.

Проследовав следом за ними, я был вынужден вновь вернуться в коридор, так как во входную дверь снова постучали. На этот раз моя догадка подтвердилась. За дверью меня ждал доставщик еды. Расписавшись в бланках о получении заказа и расплатившись за доставку, я запер дверь и проследовал на кухню.

— Кушать подано! — громко произнёс я, привлекая взгляды присутствующих. — Итак, у нас в меню: салат “Цезарь” с курицей, котлеты по-киевски с гарниром из отварного картофеля, лазанья по-итальянски и, если я ничего не путаю, оливье со свежим огурцом.

— Так быстро? — удивилась Василиса. — Неужели, двадцать минут пролетели так быстро?

— Нет, просто я воспользовался маленькой хитростью, — ухмыльнулся я, видя растерянность на лице девушки. — Прямо за углом твоего дома расположилась замечательная кафешка. Эти блюда всегда находятся в наличии и пользуются популярностью у посетителей этого заведения. В свежести продуктов можешь не сомневаться. Знаю не понаслышке, что приготовлено все было максимум с час назад, поэтому и заказал именно эти блюда с доставкой на дом. Ах, да! Ничего жирного, соленого, острого и жареного, включая котлеты. Повар запекал их в духовом шкафу.

— Браво! — воскликнул Филатов со своего места. — Снимаю шляпу. Впервые вижу, чтобы ты подходил к делу со всей ответственностью.

— Это сарказм? Или грозный декан впервые за четыре года оценил мои способности по достоинству? — съязвил я в ответ.

— Брейк! — строго возмутилась Огнева. — Оставьте свои семейные разборки до приезда домой. А в гостях, попрошу вести себя прилично.

Упоминание словосочетания “семейные разборки” резануло мой слух. Не сговариваясь с отцом, мы тут же переглянулись. О том, кем мы приходились друг другу в стенах нашего университета знали немногие. Неужели кто-то проболтался? Или же я вновь вырвал фразу из контекста?

— Так, что вас привело ко мне, Василий Петрович? — сменив гнев на милость, обратилась Василиса к Филатову. — И, как вы узнали мой адрес?

— Узнать ваш адрес не составило труда. Он указан в вашем личном деле, — откровенно признался тот. — А приехал я сугубо по личным соображениям. Во-первых, хотел своими глазами удостовериться, что вашему здоровью больше ничего не угрожает. А, во-вторых, как ваш куратор, решил лично сообщить приятнейшую новость. — перед тем, как продолжить, он выдержал небольшую паузу, фокусируя все внимание на себе. — С понедельника у вас начинаются курсы повышения квалификации.

— Вы, серьёзно? — удивленно переспросила Василиса.

— Абсолютно, — с невозмутимым видом выдал декан. — В понедельник с утра, вы едете в Можайск сроком на неделю. Проживание в местной гостинице и трехразовое питание уже оплачено.

— Я еду одна? — прозвучал тихий девичий голос.

— Да, — тут же отозвался мужчина. — Но если представится возможность, в конце учёбы к вам присоединится ещё один наш сотрудник.

Ещё одно исчезновение Василисы с горизонта моей жизни категорически не вписывалось в мои дальнейшие планы. За тот месяц, что Огнева провела вдали от меня, я осознал одну простую истину: девушка запала мне в душу, чего не удавалось ранее ни одной из представительниц прекрасного пола. Но я прекрасно понимал, что работа для Василисы Прокофьевны стояла на первом месте.

— Василий Петрович, — обратился я к отцу, присаживаясь за стол напротив него. — А вы не думали, что после болезни нашему молодому преподавателю противопоказаны такие радикальные изменения? Не говоря уже о студентах, которые с нетерпением ждут возвращения любимого педагога.

— Отнюдь, — спокойно ответил Филатов. — Уверен, Василиса Прокофьевна не только извлечет пользу из предстоящей учебы, но и без лишних негативных последствий вновь вольется в обыденность трудовых будней. А, что касается студентов, одну недельку без своего любимого педагога они уж как-нибудь переживут.

— Не спорю, — тут же отреагировал я на его слова. — Беспокойство вызывает сама поездка. Неужели не нашлось ничего поближе? В Москве предостаточно экономических ВУЗов. Но вы почему-то решили отправить Василису Прокофьевну именно в Можайск.

— А может быть, уже хватит говорить обо мне в моем присутствии? — укоризненно произнесла Василиса, обращаясь сразу к нам обоим. — Я пока ещё в состоянии сама решить, что для меня лучше. Василий Петрович абсолютно прав, и предстоящие курсы повышения квалификации для меня станут действительно замечательным подспорьем в моей профессиональной деятельности. И мне абсолютно всё равно на какой из площадок будут они проходить. Неделя в Можайске, в Питере, да хоть в Новосибирске — по сути ничего не меняет.

Гневная тирада от Огневой слегка изменила мое отношение к создавшейся ситуации. А ведь и правда, чего это я завелся? Ну съездит она в этот Можайск на неделю. Не останется же она там навсегда? Вернётся, и я вновь смогу возобновить свои ухаживания за девушкой. А еще лучше, если я самостоятельно отвезу Василису туда и заберу обратно. План действия возник в моем сознании сам собой, стоило лишь пораскинуть мозгами.

— Согласен, — резко изменив полярность своего отношения к предстоящей разлуке, воскликнул я. — Человек должен совершенствоваться вне зависимости от каких-либо сопутствующих факторов и обстоятельств. И лично меня радует то, что курсы будут проходить не в Питере и, тем более, не в Новосибирске. Василиса, надеюсь ты не будешь против, если я отвезу тебя в Можайск?

— А как же твоя учеба? — удивленно поинтересовалась Огнева, плавно переводя взгляд своих зеленых глаз с меня на Филатова и обратно.

— Об этом можешь даже не думать, — широко улыбнулся я девушке. — Пропущу один день. Вернусь и все нагоню, в крайнем случае перепишу у однокурсников. Главное, что наше непосредственное “начальство” будет в курсе о моем вынужденном отсутствии на занятиях.

Мой взгляд плавно перекочевал с Василисы на отца. Лицо мужчины в данную секунду не выражало никаких эмоций. Но я был уверен, мое решение сопровождать Огневу не было воспринято Филатовым должным образом. Что-то подсказывало, будь на то его воля, он бы с радостью отговорил меня от поездки, скорее даже запретил столь явное самовольничество.

— Василевс прав, — неожиданно выдал он, чем еще больше удивил меня. — Будет правильнее, если он сопроводит вас, Василиса, до места назначения. В вашем состоянии было бы опасно путешествовать в одиночестве. Тем более после перенесенной операции. Но, как я уже говорил, чуть позже к вам присоединится ещё один сотрудник нашего университета. Обратно в Москву вы сможете вернуться уже вдвоем.

— Спасибо, конечно, — вновь взяла слово девушка. — Но…

— Никаких “но”, — прервал я её на полуслове. — Для меня будет за радость отвезти тебя. Или ты имеешь что-то против моего общества?

— Если это так, — тут же подключился отец. — То я смело могу предложить замену.

— Даже так? — удивленно изогнув свои идеальные брови, выдохнула Василисы. — И, позвольте узнать, кто же этот кандидат на замену? Уж, не вы ли?

— Думаете, не справлюсь? — с хищной улыбкой на губах, он подался немного вперед, сокращая расстояние между собой и Огневой.

В темных глазах отца читался явный интерес к девушке, чего я не замечал ранее. Или же не хотел замечать. Осознание действительности полоснуло грудину неприятным холодом. Неужели у Филатова возникли чувства к рыжеволосой нимфе? Если это действительно так, то настала пора действовать решительнее.

— Я отвезу Василису сам, — не дал ответить Огневой на заданный отцом вопрос, решительно поставив жирную точку в обсуждении. — И если вы не против, я бы уже поужинал, с утра ничего не ел.

— Ой! Прости, совсем вылетело из головы, — забыв о спорах и обстоятельствах предстоящей командировки, Василиса вновь вернулась к роли “радушной хозяйки”. — Василий Петрович, надеюсь, вы составите нам с Василевсом компанию?

— Конечно, — радостно согласился тот.

Ну, и кто бы сомневался! Может быть и к лучшему, что Василиса уедет из Москвы на целую неделю. Как говорится: “С глаз долой, из сердца вон”… Или же, это очередной тонко продуманный ход моего отца? В том, каким талантливым стратегом по сути являлся Филатов, я смог убедиться на собственном опыте.