Глава 32

Глава 32

Дом мистера Ичена мы покинули ещё до рассвета, когда невидимый художник серыми мазками лишь только начал стирать чернильную, вязкую темноту ночи. Пробираясь по безлюдным улочкам Лурда, нагруженные снедью, сменной одеждой и необходимыми вещами для длительного путешествия. Я время от времени поглядывала на сосредоточенного Кеннета, так и не придумав, как и когда рассказать мужчине. кто он на самом деле. И наверное, в сотый раз тяжело вздохнув, ускорила шаг, чтобы пореже заглядываться на задумчивого мужа.

До развилки, ведущей из прибрежного городка, и узкой накатанной дороги в город Сорг, идти было недолго. Стараясь держаться не слишком близко к домам, я широким шагом продвигалась всё дальше от ставших мне семьёй: заботливой Верины, смешливой малышки Мей, грозного и важного Рори и серьёзного мистера Ичена.

— Нам повернуть лучше здесь, — прервал мои тягостные мысли Кеннет, едва касаясь моего плеча, призывая сбавить скорость, — на этой улице ночью небезопасно.

— Хорошо, — кивнула, украдкой покосившись на мужа, вспомнила наш тяжёлый и очень странный разговор. Толком не объясняя почему и зачем, я попросила Кеннета уйти ночью со мной. Муж долго буравил меня своим пронзительным взглядом, отчего зябкие мурашки неоднократно пробежались торжественным парадом по моей спине. После, едва заметно кивнув, принялся довольно умело собирать скарб в поход. Поинтересовавшись у мужа, откуда такие познания в сборе необходимых вещей, получила в ответ короткое: «Знаю». Настаивать и расспрашивать более не стала, напомнив себе, что и я многое скрываю и не договариваю. Решила, что по дороге в Вистерию у нас будет полно времени узнать друг друга получше, присоединилась к торопливому сбору. И спустя час, попрощавшись с мистером Иченом, взяв с него обещание, что он непременно скажет Верине, Мей и Рори о том, как я их люблю, вышли из уютного домика.

— Сейчас будем проходить таверну, держись ближе ко мне, — едва слышно проговорил Кеннет, вновь прерывая мои воспоминания.

— Ты здесь ходил ночью? — не удержалась я, но всё же послушно подошла к мужу, — не думала, что лекари бродят по ночам.

— Всякое случалось, — буркнул мужчина, настороженно осматриваясь. Но в этот раз нам повезло, кроме спящего возле деревянной бочки пьяницы, у крыльца трактира мы никого не встретили и благополучно прошли эту небезопасную улицу.

— Нам надо отойти от Лурда подальше и днём укрыться в лесу, — проговорила, огибая небольшую лужу, в которой отражался жёлтым светом уличный фонарь, — лучше не идти по дороге, так нас быстро заметят.

— Ты так и не сказала, почему ночью? И от кого мы скрываемся?

— Скажу, обещаю, вот уйдём…

— Тьяна! — предостерегающе выкрикнул Кеннет, с силой дёрнув меня за руку, уводя с пути набросившегося на нас грабителя, который, видимо, скрывался в тени фонаря. Невысокий, на редкость свирепого и отталкивающего вида мужчина, тотчас оскалился, выставляя напоказ редкие жёлтые зубы, вытаскивая из-за спины дубинку.

— Чёрт! Откуда он выполз? Днём их не видно, — зло бросила, перекидывая мешок с одеждой за спину, быстро огляделась.

— Встань за спину! Предупреди, если появится ещё один.

— Ладно, — коротко ответила, молниеносным движением выдернув из ножен кинжал, краем глаз наблюдая за движущимися по кругу Кеннетом и грабителем, всматривалась в тёмные углы подворотни.

Не знаю, в какой момент это случилось, то ли когда я пытливо вглядывалась в угол за домом, где мне показалось, кто-то скрывался, то ли когда я кинулась к фонарю, за которым мелькнула тёмная тень. Испуганно вздрогнув от раздавшегося приглушённого стона, на мгновение задохнувшись от страха, тотчас почувствовав, как сердце пропустило тревожный удар. С громким облегчением выдохнула, увидев сползающее на землю тело грабителя и его безжизненный взгляд, устремлённый в сереющее небо.

— Таких нельзя щадить, — ровным голосом проговорил Кеннет, тщательно вытирая об одежду поверженного врага свой нож, спросил, — ты как?

— Нормально, — слегка заторможено кивнула, старательно отводя взгляд от распростёртого на каменной мостовой тела, проговорила, — надо торопиться и покинуть город до наступления рассвета.

— Идём, — согласно кивнул муж, пристально на меня посмотрев, пытаясь что-то во мне разглядеть, но я хранила на лице полную невозмутимость. Аккуратно обойдя грабителя, махнув рукой в сторону виднеющегося леса, возле которого и заканчивался Лурд, проговорила, — поспешим.

— Хм… я думал, ты будешь напугана и только помешаешь мне, — вполголоса протянул Кеннет, криво усмехаясь, — однажды, когда я сопровождал мистера Квилба и его внучку в Мэрлет, Герти визжала, как… когда на нас напали разбойники, и только мешала своим визгом.

— Как вам удалось отбиться?

— Квилб откупился, — усмехнулся Кеннет, подав мне руку, помогая перебраться через глубокую яму, полную грязной воды, — глупо вступать в бой с заведомо большим числом противника.

— Ну да, никто слагать легенды о безумной отваге не будет.

— Верно, — согласился Кеннет, чуть помедлив, добавил, — скоро выйдем к нищим кварталам, не отходи далеко и спрячь свой нож, он их только раззадорит.

— Хм… — удивлённо пробормотала, покосившись на всезнайку мужа, который столько знает о неблагополучных районах и проживающих в них людях, проговорила, — убрала.

— Хорошо, — снисходительно улыбнулся мужчина, на миг снова став его высочеством. Выровняв свой шаг, держась от меня на расстоянии вытянутой руки, уверенно вёл меня по петляющим, узким улочкам. Вдоль старых, полуразвалившихся, в пятнах плесени домов, в которых ютились нищие жильцы.

— Мистер Квилб приезжает сюда раз в месяц, — заговорил Кеннет, разрушая своим бархатным голосом гнетущую тишину, — помогает людям, тем, кто не может оплатить услуги лекаря. Смотреть на играющих в пыли полуголодных детей, их матерей с загнанным взглядом, на отцов, с насупленным видом спешащих на работу — страшно. Прачки, гладильщицы, сапожники, портные, занимаются своим ремеслом тут же, в жилых комнатах, чуланах, на чердаках. Здесь скрываются от констеблей мелкие воришки, нищие и прочий разбойный люд.

— Ты в этом месте часто бывал, — отметила я, невольно поёжившись от тона, которым говорил Кеннет.

— Нет, — криво усмехнулся его высочество, — пары раз достаточно, чтобы увидеть ужас, в котором живут эти люди.

— Хм… в твоих руках это всё изменить, — едва слышно пробормотала, покосившись на Кеннета, но мужчина был погружен в своим тягостные раздумья и не услышал меня.

Наконец, эти улицы закончились, их сменили небольшие огороды, крохотные домики из старого тёса или наспех сколоченные из жердей и обитые обломками рассохшейся фанеры с облупившейся краской и усыпанные лишаями плесени. Вслед за этим показались поля, зелёные, жёлтые, чёрные, над которыми кружила стайка крикливых птиц. Потом появилась таверна с ровной лужайкой и парой клумб, на которых радужными оттенками пестрели махровые головки цветов. Таверна была новенькой, свежевыкрашена синей краской, выделяясь на фоне зелени ярким пятном. За таверной шли луга с копнами сена, после снова поля. Среди рапсового моря, местами, словно стража, высились, с разлапистыми ветками, деревья.

Свежесть утра, щебет разноголосых птиц, колеблемая ветром трава, пёстрые полевые цветы и множество тончайших запахов и звуков, плывущих в воздухе - всё это бодрило и умиротворяло. Оглянувшись на простиравшийся перед нами прибрежный городок Лурд, лукаво улыбнувшись мужу, ринулась вперёд, стремясь скорее уйти подальше от погруженного в дремоту города…

Дом мистера Ичена

Улочки Лурда