Глава 18

— Это господин Кауч, следовательно по нашему делу, — спешит вмешаться адвокат.

Рэм тоже поднимается на ноги, Аксель готов к броску.

— Неужели долизались до этого места, господин Кауч? — жёстко усмехается Сания, приходя в себя.

Теперь смотрит на него с вызовом. Взгляд мужчины загорается совершенно диким огнём.

— Как там Эстель? — с грубым наслаждением растягивает слова мужчина.

Она не видит, как за ней переглядываются Аксель с Рэмом. Настрой меняется мгновенно, она почти кидается на следователя, почти взрывается, но Рэм удерживает её за плечи, забирая выброс энергии на себя.

— Мы не будем с вами работать, — Аксель встаёт перед мужчиной, загораживая девушку.

— Я тебя уничтожу, — рычит Сания, пытаясь освободиться.

Мужчина усмехается.

— Я буду тебя ждать, — подмигивает ей и выходит.

Дверь закрывается и в комнате повисает напряженная тишина.

— Сания? — окликает её Аксель.

Ему не нравится все произошедшее здесь, он зол. Но ещё больше ему не нравится остекленевший взгляд девушки.

Сани сбрасывает со своих плеч руки Рэма и отходить окну, не обращая внимания на вопросы. Она их просто не слышит.

До того, как стать следователем, Горн Кауч был главным по делам беспризорников. Его называли «дьяволом», его боялись, им пугали непослушных детей. И для этого были все основания.

Потому что он был безжалостным маньяком, затесавшемся в министерстве и дающим волю своей ненормальности на никому ненужных беспризорниках. Из его дома, куда попадали ребята после ареста, не выходил никто.

Он выбирал их. Приходил на участок и перед ним в шеренгу выстраивали детей. Выбирал красивых девочек. Симпатичных мальчиков. И все. Больше их никто не видел.

Сание и Эстель бежать удалось. Чисто на силе и упорстве Сании. Но слишком большой ценой. Просто неподъемной.

— Сани!!! Сания!!! Всевидящий! Сания!

В застывший мозг врывается крик и плач Вал.

Что?

Отрывает взгляд от окна и видит Акселя, который тянет к ней руку с полупрозрачным экраном видеозвонка.

— Вал?

Валери обливается слезами. Она в ужасе, в истерике бьётся в сильных руках Грокка.

— Сани! Ты как? Он тебе ничего не сделал?!

— Вал! Со мной все в порядке!

«Ты зачем ей позвонил?» — гневно смотрит на Акселя.

— Сани! Не ходи одна, слышишь?! Всевидящий, Сани…

— Акс! Головой отвечаешь за девочку! — перебивает Грокк, понимая, что Вал так просто не успокоится и сильнее прижимает ее к себе, — чтобы сегодня же пришли домой!

И выключается.

— Зачем ты ей позвонил? — накидывается на парня.

— Кто такой Горн Кауч? — вмешивается Рэм.

— Следователь, — отвечает, гневно смотря на северянина, — раньше главный по делам беспризорников, — девушка опускается на диванчик.

— Что он мог тебе сделать? — на этот раз Аксель.

Сания криво ухмыляется.

— Меньше знаешь — крепче спишь.

Тот хмурится, но понимает, что вопросы задавать сейчас бесполезно.

В комнату входит обеспокоенный мужчина в сопровождении адвоката.

— Прошу простить нас за ситуацию! Мы не знали, что вы…что у вас…

— Давайте скорее приступим к делу, — перебивает Рэм.

— Да, да, конечно…

Мужчина суетится, выкладывая на столик рядом с диванчиком бумаги, ручки, записывающие устройства.

— Мисс Вилагзерт…

Девушка сидит на краешке дивана, облокотив локти на колени и спрятав лицо в ладонях.

— А? — поднимает голову.

Ей задают вопросы строго по листочку. Она отвечает на них отрешенно и совершенно без эмоций. Словно встретить ехидну — в порядке вещей.

Когда приходит время прощаться, Рэм просит её вернуться на учёбу.

— Я не могу сейчас, — пожимает девушка плечами, — Надин и Трит ещё не вернулись и дом без защиты я больше не оставлю.

— Но ведь там Грокк? — ректор смотрит на Акселя и получает подтверждающий кивок.

— Грокк… — вздыхает Сания, — Надин не доверяет Грокку. Они скоро должны вернуться и я поговорю с ней об этом.

— Хорошо.

Рэм тепло обнимает девушку на прощание, пытаясь хоть немного растопить то напряжение, которое ещё в ней чувствуется. Расцепляет объятья и большим пальцем «рисует» улыбку на её лице, подтягивая уголок губы кверху. Сани хмыкает, как кошка трется щекой о его ладонь и уходит. Мужчина поворачивает голову и встречается взглядом с мрачным Акселем. Тёмные брови сведены, челюсть напряжена, но он ничего не говорит. Просто кивает головой на прощание и выходит следом.

— А что по поводу Альбы? — нагоняет мистера Дюррея Сания.

Адвокат рукой приглашает их в скрытый закоулок.

— Вы знали, что ехидны считаются уже давно вымершими, мисс Вилагзерт?

— Дюррей, — предупреждает Аксель.

— Ехидны считаются вымершими же много лет, — тут же исправляется мужчина. Даже тон меняет на более мягкий, — Альба одна из последних представительниц своего рода. Слабая и перевоплощаться может только в полнолуние. Пик его, кстати, вчера и был. Она была убеждена, что их с господином Балтишоком дети будут сильными и смогут продолжить её род.

— Обалдеть, — выдыхает Сания.

— Именно, мисс. Её взяли под стражу и она на контроле. Если есть ещё кто-то, через неё их смогут найти. Вар Аксель, мисс, — прощается с ними и уходит.

Они остаются вдвоём.

— Нет, ты представляешь как она… — пытается заполнить неловкое молчание, но тут же замолкает, когда парень приближается к ней.

— Сани…

Она отступает, выставляет руку вперёд и тут же делает вид, будто собиралась заправить ею волосы за ухо.

— Нет… — просит она.

— Почему? — Аксель делает ещё шаг, прижимает девушку к стене, уперев руки по обе стороны от неё.

От её близости становится жарко, все мышцы напрягаются и желание поцеловать её губы становится просто нестерпимым.

Особенно после того, как она ластилась к ректору.

— Просто нет.

Аксель вздрагивает, когда она касается его вытянутой руки прохладной ладошкой и проскальзывает снизу в попытке сбежать. Ловит за талию и прижимает к себе спиной обеими руками.

— Давай поговорим. Не убегай, — шепчет Аксель, сходя с ума от ощущения её тела.

Она ещё более тоненькая, чем кажется. Еще более хрупкая — сожми чуть сильнее и сломается. Хочется обнять со всех сторон, зацеловать, защитить, кормить, разговаривать, засыпать вместе и вместе просыпаться, дышать ею каждое утро и каждую ночь…

За своим наваждением не замечает, как напряжена девушка.

— Нам не о чем разговаривать, Аксель. Ты наследник, я беспризорница. Пусти.

— У нас это не имеет значения, Сани, — сердце бьется сильно, гулко.

В густоте волос находит нежное местечко за ушком и целует туда. И тут же в голове вспыхивает красным «Ошибка!».

Да блин!

Девушка сильно вздрагивает и шумно втягивает воздух. Впивается пальцами в его руки и выталкивает из себя:

— Аксель. Пусти.

Парень разжимает руки.

— Сани, что…

Но девушка уже уходит прочь, не оборачиваясь. Не бежит, что хорошо, но шаг напряжённый, что плохо.

Оба злы.

Друг на друга.

На себя.

У Сании злость твёрдым комом оседает в животе. За столько лет и до сих пор не отпустило! Это жуткое ощущение, когда не знаешь, куда придётся следующее прикосновение!

Чёртов ублюдок!!!

Она вихрем вносится в дом и сразу же уходит на лестницу, хлопая дверью комнаты, никого не замечая.

— Сан! — кричит ей Вал и спешит следом.

Заходит Аксель и встречается с обескураженным взглядом Грокка.

— Непросто? — усмехается тот.

Парень только качает головой. «Не спрашивай» — говорит весь его вид. Встает, облокотившись об стену так, чтобы видеть её комнату.

— Да, брат. Задачка, — хлопает по-отечески по плечу Грокк и ухмыляется.

Хочет сказать что-то ещё, но его перекрывает крик Вал.

— Сэм! Она сбежала!!! Свяжись с Арком, пусть присмотрят за домом Кауча.