Глава 7
Вот так-так! Я сошла с ума! Какая досада! Потрясши головой и поморгав для надёжности, я поняла, что это не сон, и мой слух меня не обманывает. Перед тем, как снова приложить кружку к двери, долго собиралась с духом, опасаясь снова услышать, как любят друг друга эти двое.
- То же мне, Ланистеры, блин! – с досадой прошептала я, подползая ближе к двери.
Оказалось, что Тобиас с Аделиной уже были в состоянии беседовать и разговор снова был о моей скромной персоне. Беседа шла о том, как лучше меня укокошить. Уф! Я немного выдохнула – ещё бы одного сеанса любви я бы просто не пережила. Так о чём там речь?
- У бабки-травницы кониум боле не покупай! – деловито и уже более спокойно говорила Аделаида – Видать, не такой уж он и ядовитый, как она нам хвалилась!
- Ну, либо дозу стоило давать побольше, покушать-то моя супруга любит! – засмеялся Тобиас.
Я невольно закрыла лицо руками и прислонилась к стене. Да нет, болиголов действительно очень ядовит! Тут вам травница не солгала. И шансов остаться в живых у несчастной толстушки не было от слова «совсем». Впрочем, пора взять себя в руки. Если мне не суждено погибнуть в ближайшее время от отравления, то от чего же ещё? Я взяла себя в руки и вернулась к процессу подслушивания.
- … думаю, ты права, милая! Жаль только, что моя супруга столь редко выходит из дома. Всех друзей, тех, что были у моей курицы, она растеряла за последнее время. Но я обещаю, что обязательно что-то придумаю. Есть у меня одна мысль! А сейчас иди ко мне, моя преступница! Хочу наказать тебя за покушение на убийство!
Я едва успела оползти от двери. Полагаю, что ничего более стоящего мне уже не услышать сегодня. Огарком моей свечи я посветила себе дорогу назад, стараясь смотреть себе под ноги и не сломать шею в темноте. Я невольно хмыкнула – будет очень смешно, если эти двое строят грандиозные планы по моему убийству, а я умру, споткнувшись на лестнице.
Я снова задумчиво осмотрела по сторонам. О, нет! Оказывается, что всё это время я находилась не в левом крыле дома, а в правом. Так что совсем не под дверью собственных комнат я просидела столько времени. Я усмехнулась, заходя на «свою жилплощадь». Зато, как плодотворно провела время! Спать больше не хотелось, да и как тут уснуть? В моей торбочке оставалось немного еды, которую я утянула из харчевни, но аппетита тоже не наблюдалось.
Что ж, будем искать плюсы – мои платья стали мне слегка свободны в талии, ещё немного такой жизни, и я смогу увидеть свои колени! Я громко рассмеялась. Затем смех перешёл в рыдания. Я выла в голос, громко, выплакивая весь ужас, который скопился у меня за время моей «новой жизни». Я рыдала, жалея себя, своих родителей, и всё то, чего я лишилась после смерти…
Сколько я пролежала на постели – я не знаю. Внезапно ко мне пришло осознание, которое давно должно было меня посетить – если я всё-таки осталась в живых, значит, это кому-нибудь нужно! И сдаваться просто так я не собираюсь.
- Мы ещё повоюем! Я же дочь Бориса Климова, а не босяка какого-нибудь!
После этого жизнеутверждающего понимания я встала, высморкалась в найденный платок и легла спать. Скоро рассвет и меня ждёт новый день!
«Лишь бы он не стал для меня последним»! – успела подумать я, прежде, чем заснуть.
Однако, утро началось для меня всё с того же шуршания возле камина, и я проснулась с улыбкой – всё таки хорошо, что есть на свете неизменные вещи! Мальчишка-истопник больше не пугался меня, как раньше, Агата – тоже. Она помогла мне одеться в одно утренних платьев. Я вздохнула, осматривая себя в зеркало – я вчера поняла, когда мы бродили по рынку, что носить розовое, с оборками, с бантиками – это далеко не писк моды, а всего лишь личное понятие красоты Катерины.
Но, раз другой одежды у меня нет, будем принимать эту.
- Госпожа Катерина, уважаемый лекарь просил не забыть про те капли, которые вы должны принимать постоянно – напомнила мне Агата, которая пыжилась, пытаясь застегнуть на моей спине многочисленные пуговицы платья.
Ага, можно подумать, я про такое способна забыть! Если бы не от усилия дорогого супруга, так и от этой отравы Катерина бы точно окочурилась рано или поздно! Что ж, если я хорошо припоминаю услышанное, то врача должны были скоро уволить, как не справляющегося с возложенными на него обязанностями.
Я решительно не понимала, что сделать для того, чтобы он не продолжал травить людей этой «успокойкой» с содержанием опия.
- Вы спуститесь вниз для завтрака, госпожа? – осторожно спросила горничная – Вы сегодня чудесно выглядите.
И как только её язык повернулся сказать такое? Я отлично видела в зеркало уставшую тётку с заплывшими от рыданий глазами и с бьющейся жилкой на носу.
- Думаю, что да, Агата – вздохнула я и отвернулась от зеркала – напомни мне, пожалуйста, чьи покои расположены в правом крыле так же, как мои?
- Госпожи Аделаиды! – ответила, присев, Агата.
Кто бы сомневался? И я потопала вниз. Сегодня моё появление сочли ожидаемым, и приборов за накрытым к завтраку столом было три. Тобик лучезарно улыбнулся при моём появлении, подскочил и засуетился, помогая мне присесть. У него на лице так же были следы бессонной ночи, но не такие сильные, как я предполагала. За своими мыслями я упустила нить разговора, и сейчас он стоял возле меня вопросительным знаком.
В малую столовую впорхнула, свежа, аки майская роза, Аделаида. Я хмыкнула, осматривая её хорошенькое личико. Что ж, судя по всему, наказанием за попытку убийства была не смертная казнь, да и сама «наказанная» не выказывала явного недовольства по поводу учиняемой над нею расправы.
Теперь-то воспоминания о прошлой ночи вызывали во мне непроизвольную улыбку. Я обернулась к супругу. Что он мне там говорил?
- Дорогая Катерина, ты так давно нигде не бывала. Как ты смотришь на то, чтобы посетить несколько магазинов в Манеже? – Тобиас был сама любезность, накладывая мне вторую тарелку еды. Конечно, на завтрак же все так едят, как молотобойцы.
- Пожалуй, буду вынуждена отказаться, возлюбленный супруг! Не чувствую себя достаточно окрепшей для этого! – вежливо отказалась я, выгребая из-под жареной картошки омлет, который изначально там был.
И тут же поняла, что я что-то перемудрила со своим отказом, поскольку эти двое переглянулись между собой. Согласиться, что ли? А то, мало ли, чего они придумают в следующий раз? Я с сожалением смотрела на их взволнованные лица и пожала плечами. Ну, ладно, зато никто меня не может обвинить в том, что я не пыталась остановить Тобиаса от этого опрометчивого поступка – лишить меня жизни.
- Хотя, ты, знаешь, поездка по магазинам – это то, что мне нужно. Развеюсь немного. Ты с нами, Аделаида?
Та отрицательно покачала головой. Оно и верно – не всегда прогулка на лошадях полезна для здоровья.
Решив, что нечего откладывать дело в долгий ящик, после завтрака мы быстро собрались для прогулки. Я очень нервничала и откладывала её, как могла. А когда спустилась вниз, поняла, что ещё минута – и супруг не станет заморачиваться с несчастным случаем – до такой степени он был напряжён.
- Катерина, я уже заждался. Ты ещё не слишком окрепла, и я предлагаю тебе поехать в коляске, а сам буду верхом.
После того, когда мы приехали в Манеж, я поняла, почему башмачник не сразу согласился меня обслужить – его товар разительно отличался от того, что был выставлен в сверкающих витринах местных маленьких магазинчиков. Супруг молча насуплено брёл рядом со мной, а я внимательно осматривала предлагаемый товар, чувствуя себя Киркоровым в ЦУМе.
Во время наших блужданий по магазинам к Тобику подошёл молодой человек характерной наружности, весь подвижный, словно ртуть. Несмотря на то, что он был одет точно так же, как и большинство господ, медленно прогуливающихся под ручку со своими спутницами, чувствовалось, что он тут не для развлечений.
Быстро осмотревшись по сторонам, он вальяжно подошёл к нам. Супруг был явно не рад компании своего знакомого, во всяком случае, он даже не попытался проявить вежливость и познакомить меня с ним. Я сослалась на огромную нужду посетить соседний магазин, и технично ушла. Так что сейчас я имела роскошную возможность видеть и слышать всё, что говорил тот нервный гражданин, встав у зеркальной витрины какой-то лавки.
- Должок за тобой, Тобиас! – развязно сообщил товарищ моего супруга.
Я прищурилась – таких людей я за свою короткую жизнь насмотрелась вполне достаточно, на мой взгляд. Они могли появляться в самых неожиданных местах и подойти с требованием выплаты долга, реального или вымышленного – неважно. Причём, ранее напыщенные маменькины сынки, просто обеспеченные молодые люди и наследники известных фамилий – они все, как один, робели перед этими вымогателями, и клялись, что сейчас, через час, завтра (нужное подчеркнуть) деньги будут полностью отданы кредитору. Собственно, как и сейчас. Тобиас что-то блеял, я прислушалась, он утверждал, что деньги будут, и совсем скоро… Надо же, мой супруг планирует в ближайшее время разбогатеть! Что? Мне пришлось немного отвлечься на продавца лавки, в которую я забрела. Да, конечно, мне всё очень нравиться! У вас отличный товар! Я возьму всё предложенное!
Пока радостный продавец унёсся паковать то, что я выбрала, я дала себе обещание при случае посмотреть, что именно я приобрела, и снова уставилась в витрину. И тут же едва удержалась от проклятия – неожиданного знакомого больше не было, а Тобик растерянно оглядывался. Вероятно, в поисках дражайшей половины.
Я вздохнула и побрела к двери. Следом за мной выскочил счастливый продавец и заверил нас, что всё непременно доставят к нам домой в целостности и сохранности и попросил адрес доставки, и оплату. Судя по тому, как сморщился Тобик, она была существенной. Двадцать пять ауресов? Я мысленно присвистнула и гордо посмотрела на супруга. Мол, да, я такая, я могу.
- Решила немного обновить гардероб! Надеюсь, ты не против этого? – с вызовом поинтересовалась я.
- Ну что ты, милая! Всё только для тебя – неуверенно улыбаясь, ответил он.
Невольно, я обернулась. Над дверью, из которой я вышла, висела большая вывеска: «Цветущий сад»! По мере того, как мы продвигались в сторону выхода из Манежа, Тобиас нервничал всё больше и больше. Так, кажется, час «икс» близится! Но умирать сегодня я не собираюсь, даже несмотря на то, что этим прискорбным обстоятельством я могу принести некий дискомфорт своей половине.
Едва мы дошли до выхода, как потенциальный вдовец мне заявил, что сопровождать меня не сможет – дела возникли срочные! Я печально покивала, глядя в бегающие глаза своего благоверного, думая о том, что наёмному убийце платить будет необязательно. Вот интересно, что со мной произойдёт по пути домой? Лошади внезапно понесут из-за колючки в попоне? Или лопнет ось на раме коляски? Нападение преступников я отмела – это было бы проблематично в городе, полном людей и транспорта. Значит, скорее второе…
- Очень жаль, что ты не будешь меня сопровождать в поездке домой, дорогой! Мне тебя будет очень не хватать! – я нежно обняла супруга и поцеловала в щёку.
Чувствовалась, что он был очень растроган таким выражением любви, по крайней мере, бормотал нечто невразумительное о том, как сожалеет о том, что не сможет поехать со мной. Мы попрощались, и он вскочил на лошадь, я стояла, помахивая ему вслед платочком. После того, как он скрылся из вида, я высморкалась в этот же платок и повернулась к нашему возчику:
- Опусти немного верх коляски – пусть проветрится внутри, я сюда-то ехала, едва не задохнулась! Что ты там делаешь? Хвою какую палишь? – после чего нервно закинула внутрь свои покупки – Я возьму наёмного возчика, а ты поезжай домой!
Возничий испуганно снял шапку. Стал бормотать слова оправдания и обещания всё исправить, после чего торопливо поехал. Я осталась смотреть ему вслед – издалека было видно, что в коляске никого нет. После чего устало опустилась на скамейку – ну, что ж. Хотя бы теперь мой кучер в безопасности, если коляска будет пустой, вряд ли она сломается от небольшого подпила.