Глава 47

Как и обещала Светлане, я встретилась с новым директором завода. Мы поговорили и пришли к заключению, что сможем найти общий язык и совместно принимать решения. Худой мир лучше доброй ссоры. Если каждый инвестор будет тянуть одеяло на себя, ничего путного не получится.

Все связи с семьей бывшего мужа оборвались с продажей акций. Больше нас ничего не связывало. До меня доходили смутные слухи, что у Светланы есть очередной мужчина, которого она содержит. Он молод, красив, сексуален. Светлана везде водит его с собой, демонстрируя знакомым, как демонстрируют модную собачку. Он не возражает, а Светлана вполне счастлива. Что думает по этому поводу Элла Борисовна я не интересовалась.

Что ж, привлекательный альфонс-красавец лучше мужа-изменника. От него по крайней мере знаешь, чего ожидать.

Горин предложил мне занять место Плетнева и стать одним из его заместителей. Я подозревала, что он хочет держать меня поближе к себе как второго владельца крупного пакета акций. Вполне разумный ход с его стороны.

Приняла его предложение, уволилась с прежней работы и целиком погрузилась в жизнь завода. Начальник договорного отдела Матвей Алексеевич Игонин стал моим главным консультантом. Он толково и доступно объяснял непонятные проблемы, давал ценные советы. Через некоторое время он занял место второго зама — я порекомендовала его Горину на освободившуюся должность. Матвей Алексеевич — умный и опытный специалист, да еще и поддерживающий меня.

Жизнь с Ильей кое-чему научила меня. И главное — никому не доверять полностью. Я анализировала рекомендации Матвея Алексеевича, порой не соглашалась с ними. Но его помощь во многих вопросах бесценна.

Под руководством Горина производство завода расширялось на глазах. Возможно, так было бы и при Илье, но теперь этого никто не узнает. Акции хорошо росли в цене, хотя проценты с них капали небольшие. На достойную жизнь зарплаты и процентов мне с Варей хватало с лихвой.

Александр принял мое решение стать замдиректора с пониманием. Даже если поначалу и не одобрял, вида не подал. Он всегда подчеркивал: моя жизнь — это моя жизнь, и никто не в праве диктовать мне свои условия. Именно за это я и ценю Кирсанова. Не просто ценю, а люблю.

Мой роман с Александром начался неожиданно и стремительно. Может, я поступила легкомысленно, но ни секунды не пожалела об этом.

Очень скоро отношения перешли на другой уровень — все стало серьезно. И хотя я не торопилась связывать себя вторым браком, Александр стал для меня главным мужчиной.

Не печать в паспорте роднит людей. Она дает иллюзию стабильности, а иллюзиями я сыта по горло.

Прошел год, как я взяла Варю из дома малютки. Совершенно неожиданно я поняла, что беременна. За кружащимися вокруг меня событиями я как-то забыла, что моя бесплодность связана с генетической несовместимостью с Ильей. Я смирилась, что у меня не может быть детей. Но чудо снова случилось: врач подтвердила — у меня и Александра будет ребенок.

Однажды Кирсанов пришел ко мне с большим букетом алых роз. Я сразу поняла, что он хочет сказать. Варя смотрела то на Александра, то на роскошный букет широко открытыми глазами.

— Ты что, забыл? — спросила она Кирсанова, подойдя к нему и дергая за рукав. — У нас нет дня рождения.

— Я разве никогда не прихожу с цветами? — присел перед ней на корточки Александр.

— Те другие. Тоже красивые, но не такие. А эти такие… — Варя задумалась, посмотрела на меня. — Особенные, да, мама?

— Да, — кивнула я.

— Я хочу, чтобы твоя мама вышла за меня замуж, — Кирсанов обнял Варю, прижал к себе. — Ты не против?

— Нет! — замотала головой Варя. — Это здорово!

Александр все так же сидел передо мной на корточках, обнимая Варю. Протянул мне букет.

— Сейчас, — он поднялся, держа Варюшку на руках. — Прости, кольцо забыл… — поставил Варю на пол, полез в нагрудный карман. — Все у меня наперекосяк, прости, — кинул на меня короткий взгляд, неловко достал коробочку, и не открывая, протянул мне. — Я очень люблю тебя и Варю. И малыша, который родится.

Я взяла коробочку, открыла и ахнула. На алом бархате лежала белая луна. Я узнала ее по кратерам и горам. В самом большом кратере сверкал бриллиант.

— Выйдешь за меня? — Кирсанов забрал коробочку, вынул из нее кольцо и надел мне на палец. Луна была большой и закрывала всю фалангу.

Слезы счастья вдруг подступили к горлу. Глупая, и чего я боялась?

— Конечно, — обняла я Кирсанова. — Я так тебя люблю!

— И я, — Варя обняла нас обоих за ноги. — Ты теперь всегда будешь с нами? — снова дернула она Кирсанова за рукав и затараторила: — А мы все где теперь жить будем? Тут? Или у тебя, или в деревне? Или где? Я хочу в деревне, так коты, и куры. Там интересно. И маленькому понравится, когда он родится.

— Решим, — пообещала я ей, погладив по рыжим кудряшкам.

В положенный срок я родила девочку. Теперь у нас с Александром две дочери — Варя и Ксения.

В чудеса я верила только в детстве, потом перестала. За повседневностью так легко забыть о них. Но, как оказалось, жизнь полна неожиданных поворотов. За крутыми виражами судьбы могут скрываться счастье и радость, а не только горькие разочарования. Надо верить в лучшее несмотря ни на что, и чудо обязательно произойдет.