Глава 6

— Тут либо пан, либо пропал, — говорил мне артефактор, когда предложил этот план. Вчера вечером мы проговорили в гостиной до самой ночи. — Королева сама обманута мужем, ей может не понравиться, что вы обманули своего, но она, как всякая женщина, любопытна. И ей нужны союзники, в том числе и наш общий друг, ведь если его оправдают, то признают победителем. А это новый титул, связи, деньги. Земли, в конце концов, которые он может из благодарности преподнести короне в дар.

— Я знаю, как обставить дело, чтобы не оскорбить королеву.

Вот и пригодились часы, проведённые за чтением исторических любовных романов!

— Скажу, что мой покойный муж не мог иметь детей, а чтобы не лишиться наследства, попросил сюзерена об услуге. Слышала, такое в древности было возможно.

Хоть бы здесь тоже был такой обычай!

Артефактор пристально посмотрел на меня и кивнул. Помолчал, так что я сама решилась ответить на тот вопрос:

— Вижу, вы хотели спросить. Нет, это на самом деле не так. Алиса не дочь Крейгена.

— Удивительное сходство. И она полудракон.

Оставалось лишь развести руками. Про Ристера я откровенничать не собиралась. Как и про другой мир. Здесь это могло навредить мне и дочери.

Вот и сейчас я подметила у королевы такой же взгляд. Сомневающийся.

— Сходство между вашей дочерью и милордом Вильсентом разительно. И это заметили многие.

— Уверяю вас, ваше величество, что мы с милордом не виделись после той единственной ночи, которую провели вместе с разрешения моего покойного супруга. И не писали друг другу писем. Для нас обоих святость уз брака неоспорима.

Это я прибавила специально, чтобы королева не подумала, будто я одобряю поведение фаворитки её мужа.

Королева замолчала и дала мне знать, чтобы я тоже не произносила ни звука.

— Тогда получается, что милорд Вильсент будет лишён счастья обрести семью в тот самый момент, когда оно стало так близко, — в уголках красивого рта королевы залегли глубокие складки.

Любой женщине по нраву истории любви и верности, а свою я приукрасила стократно. Рассказала о годах томления вдали друг от друга, о том, что мы выждали срок траура, и о том, что я долго отказывала Крейгену в сближении, пока он не доказал серьёзность своих намерений.

Королева стала сочувствовать мне. Я для неё больше не ещё одна попрошайка, ищущая милости из корысти.

— Я постараюсь замолвить за вас слово перед королём, но вы понимаете, сейчас я сама в опале. Всем правит партия госпожи Россел.

Она произнесла имя соперницы с усталостью обреченной терпеть, и всё же по глазам было заметно, что настоять на своём будет ей приятно. Это как щёлкнуть любовницу мужа по носу, который, как я слышала, та суёт в политические дела.

— А теперь поспешите, миледи, вам предстоит увидеться с тем, кто так дорог вашему сердцу. И дочь пусть увидит отца, хотя и не знает, кем он ей приходится. Я напишу письмо, а вы передадите его лично начальнику стражи в замке Бродячих псов. Мне не посмеют перечить.

Не обращая внимания на мои слова благодарности, вполне искренние, королева прошла к столику и написала пару строк на бумаге, которую тут же свернула трубочкой и запечатала сургучом со своей именной печатью. Передала мне, едва красный воск застыл.

— Мы ещё увидимся, миледи. Я буду рада оказать вам помощь. И берегите любовь, поверьте, она так скоротечна! — вздохнула королева на прощание, когда я склонилась, чтобы поцеловать её унизанную драгоценными перстнями руку.

В приёмной уже ждала меня госпожа Ульсен, державшая Алису за руку.

— Мы поедем к дяде Крейгену, — шепнула я дочери, и она чуть не запрыгала от радости.

— А потом все вместе домой?

— Посмотрим, Лиса, не будем торопиться.

У нашего экипажа уже поджидал Драйзен Лезинг. Артефактор выглядел настоящим джентльменом, одетым с иголочки, в его руке была прогулочная трость, но по лицу драконьего друга я увидела, что дела наши плохи.

— У меня две новости, — начал он, как в плохом анекдоте. — Плохая и хорошая. Хорошая в том, что я подал документы о признании вас природной ведьмой, и претензий к вам со стороны Министерства незаконной магии нет.

Можно выдохнуть, меня не арестуют.

— А плохая?

Я крепче сжала руку дочери, будто предчувствовала, что её могут вырвать.

Драйзен скользнул взглядом по Лисе, и моё сердце упало в пятки. Я пообещала себе, стиснув зубы, что не позволю никому причинить Лисе вред.

— Алисию хочет видеть лично госпожа Россел. Фаворитка его величества.