Глава 35

И я не стала отказываться от возможного счастья. Встречалась с Антоном, мы много гуляли, общались. С ним было очень интересно и, хотя о себе он почти ничего не рассказывал, но различные истории из жизни театра рассказывал так, что я не могла сдержать улыбки. Впрочем, улыбка не сходила с моего лица почти все время, пока мы были вместе. – У тебя есть братья или сестры? - все же завела я разговор о семье. – Да, младшие брат и сестра, Эдуард и Аллирия, - ответил он с какой-то грустью. - Я их очень давно не видел и переживаю за них. – Вы не общаетесь? - удивилась я. – Нет, к сожалению, у нас нет такой возможности, - сказал Антон. – Почему? - еще больше удивилась я. В наше время найти возможность хотя бы обменяться письмами можно почти по всему миру. Но Антон не стал ничего объяснять и перевел тему. Новый Год мы встречали втроем: я, тетя Нина и Антон. Натка уехала к родне, а у Антона в этом городе, как он сказал, кроме нас никого и не было. Вскоре после того, как мы выпили шампанского под бой курантов, тетя Нина объявила, что она уже не в том возрасте, чтобы не спать всю ночь, и ушла в свою комнату. Мы остались вдвоем. Переместились в мою комнату с бутылкой шампанского и тазиком мандаринов, устроились удобно на моем диване и смотрели с ноутбука какую-то новогоднюю комедию. Антон смотрел в экран с интересом, а я… я смотрела на него. Любовалась его пронзительно-синими глазами, его красивым лицом. Мой взгляд опустился на его губы и… Наверное, это шампанское ударило мне в голову, потому что я не сдержалась, потянулась к нему и коснулась его губ своими губами. Мужчина замер. Его глаза внимательно смотрели в мои глаза, а его губы вдруг ответили мне. Сперва мягко и нежно, как-то несмело и осторожно. А потом он опустил одну ладонь на мой затылок, а другой притянул меня к себе за плечи и углубил свой поцелуй. Он уже целовал меня жадно и напористо, а я тонула в ощущениях, отдаваясь целиком и полностью своим чувствам. – Лена, - прошептал он, - сладкая моя, желанная! Что же ты творишь со мной! Антон покрывал поцелуями мое лицо, шею и я сходила с ума от желания, вплетая пальцы в его распущенные волосы. Мне хотелось большего, я желала принадлежать ему вся, без остатка. Но он не торопился переходить черту. Тогда я сама дрожащими от волнения пальцами начала лихорадочно пытаться расстегнуть мелкие пуговки на его рубашке. Пальцы не слушались и пуговки никак не хотели расстегиваться. А Антон вместо того, чтобы помочь мне в этом нелегком деле, вдруг положил ладонь на мои внезапно заледеневшие пальцы и покачал головой. – Не надо, - прошептал он, целуя мои пальцы. – Почему? - с обидой в голосе спросила я. Меня накрыло понимание: он не хочет меня! Он воспринимает меня просто как друга. Или не может? Что не так во мне? А как же его слова о том, что я желанная? Антон притянул меня к своей груди и заговорил: – Рано или поздно настанет такой момент, когда я должен буду покинуть… э… этот город. Мне нужно будет уехать очень далеко. – Домой? - спросила я, даже не представляя, где может быть его дом. – Да, - кивнул он головой. - У меня там обязанности, которыми я просто не могу пренебречь. Сейчас их, скорее всего, пытаются возложить на моего брата. Но он не справится. Это не в его характере. От меня слишком многое зависит. – И мы никогда больше с тобой не увидимся? - спросила я самое главное. – Скорее всего - нет, - ответил он и его ответ словно лезвием прошелся по моему сердцу, доставляя безумную боль. А потом он продолжил: – Мне с самого начала не нужно было все это затевать. Я не должен был сближаться с тобой. Но меня тянуло к тебе с безумной силой. И я не смог остановиться. Если сейчас мы перейдем эту грань, я не смогу от тебя отказаться. – Так не отказывайся! - отчаянно воскликнула я. Антон взял в ладони мое лицо и заглянул мне в глаза. – Прости, - шептал он, покрывая поцелуями мое лицо, собирая губами слезы, которые вдруг хлынули из моих глаз. Ну вот как так? Стоит мне влюбиться до потери тапочек, как обязательно что-нибудь окажется против этой моей любви! Я еще долго плакала на его плече, а Антон крепко прижимал меня к своей груди, гладя мою спину, касаясь пальцами моего лица. Под утро мы так и уснули - в одежде, в обнимку. Утром Антон ушел, а я все лежала, поливая и без того мокрую подушку слезами. – Хватит реветь! - услышала я голос Юки. Он сидел уже в виде вполне основательного белого пушистого кота на моей кровати. – Юки, вот что со мной не так? - задала я ему вопрос, который меня мучал больше всего. – А тебе он никого не напоминает? - вопросом на вопрос ответил мне кот. – Э… - я задумалась. Нет, я точно его раньше никогда не видела. Ну разве что в день падения в театре. Хотя было в нем что-то знакомое. Может и напоминает, но кого? – Не знаю… - с сомнением ответила я фамильяру. - А что? – Да так, неважно, - почему-то не стал продолжать эту тему кот. Мы продолжали встречаться с Антоном. Не могли не встречаться: нас безумно тянуло друг к другу. Но больше мы не шутили и не смеялись, а лишь подолгу гуляли вместе, крепко держась за руки. Однажды, окончательно закоченев на улице, зашли погреться в первое же попавшееся кафе. Я крепко сжимала в руках чашку с горячим глинтвейном, и, видимо, слегка опьянев от тепла и напитка, решилась все же сказать мужчине: – Антон, может быть, ты все же останешься тут? – Я бы очень хотел остаться с тобой, но.. понимаешь, я очень нужен Ардании! - воскликнул он, и тут же, сообразив, что ляпнул лишнее, исправился. - Я нужен своей семье! – Ч-ч-что?... - ошарашенно выпучила я на него глаза. И только теперь в моей голове начал складываться пазл.