Глава 62

Стараниями Таниты через час, когда Антуан зашел за мной, я была уже готова и в принципе даже довольна тем, как я выгляжу. Девушка умудрилась подобрать мне платье, которое смотрелось отлично и при этом не было вычурным. Прическа вполне соответствовала моему статусу и случаю, а макияж подчеркивал мои глаза, делая их выразительнее. Я уцепилась за подставленный мне Антуаном локоть и в столовую мы вошли, как самая настоящая пара. – А вот и они! - радостно воскликнул король. - Позвольте представить вам невесту моего сына, леди Лену Ольери! Я растерянно огляделась по сторонам и поняла, что помимо королевской семьи тут были еще люди. Чьи-то лица были мне смутно знакомы по балам, на которых я присутствовала в образе герцогини Грандье, чьи-то были незнакомы. Впрочем, одно знакомое лицо среди гостей я увидела: тут находился мой отец, лорд Джейсон Ольери. Рядом с ним, держась за его локоть, стояла и настороженно разглядывала меня красивая женщина лет тридцати пяти. Я разглядывала мачеху (а в том, что это была она, я не сомневалась) с не меньшей настороженностью и любопытством. Слишком долго пялиться друг на друга нам не дали: Антуан отвел меня к той части стола, где сидела его семья, и помог мне устроиться за столом между ним и его сестрой Аллирией. Я взглянула на стол. уставленный самыми изысканными блюдами, и вдруг осознала, насколько же я голодна. Последние сутки выдались настолько нервными. что мне кусок в горло не лез, хотя в лесном домике меня не раз пытались накормить. И вот только теперь, когда я, наконец, успокоилась насчет Антуана, голод проснулся. Пришлось вспомнить про манеры и этикет и постараться есть как можно сдержанней, не набрасываясь на еду так, словно я прибыла с голодного края. Король почти весь ужин о чем-то негромко разговаривал с сидящим рядом с ним незнакомым мне мужчиной. Королева поглядывала на окружающих и, как только ее взгляд касался меня, она улыбалась мне мягкой и приветливой улыбкой. Я улыбалась ей в ответ: было ощущение, будто у нас есть какой-то общий секрет. Аллирия, чуть склонившись ко мне, прошептала: – Я так рада, что в нашу семью входишь именно ты, а не эта двуличная Алисия! Я смутилась, а принцесса продолжила: – И я никогда не забуду того, что ты спасла меня! – Я лишь помогла вам покинуть монастырь, Ваше Высочество! - попыталась возражать я. – Вот я и говорю, спасла меня! - уверенно ответила девушка. - Кстати, давай уже на “ты”. И зови меня просто Лирой, как зовут меня все домашние. Мы ведь теперь почти сестры! – Хорошо, - улыбнулась я. - Мне очень приятно, что у меня появилась такая сестра. Я подняла голову и увидела, что длинный стол, предназначенный человек на тридцать, заполнен гостями и почти все они с любопытством разглядывают меня. Вот интересно, если в малой столовой столько народу помещается, на сколько человек рассчитана большая столовая? Но спросить об этом я никого не успела: Антуан вдруг негромко сказал: – Простите, моя невеста очень устала после трудного дня и я бы хотел проводить ее в покои, чтобы она, наконец, смогла отдохнуть. На самом деле он был абсолютно прав: я действительно очень устала и просто мечтала побыть в одиночестве. А лучше - наедине с ним. Я со смущенной улыбкой поднялась из-за стола и мы с принцем покинули столовую. – Спасибо! - прошептала я ему, когда мы вышли. - Я и правда валюсь с ног от усталости. Правда, я хотела бы поближе познакомиться с мачехой, которая тоже присутствовала на этом ужине. Но думаю, что это еще успеется. – На самом деле я сам мечтал поскорее сбежать с этого ужина, - ответил Антуан. - Устал зверски. При этом чувствую себя сжатой пружиной. Вся эта ситуация изрядно потрепала мне нервы. Я взглянула на него: жених мой и правда выглядел настолько измотанным и уставшим, что черты его лица заострились, под глазами залегли тени и весь он был крайне напряженным. Тем временем мы подошли к двери в мои покои. Антуан склонился ко мне и нежно поцеловал: – Спокойной ночи! - пожелал он мне. – Спокойной ночи! - ответила я и прошла к себе. Танита помогла мне подготовиться ко сну, я надела очень симпатичную голубую шелковую ночнушку и, стоило служанке уйти, забралась под одеяло. Я закрыла глаза, но сон не шел: перед глазами было измученное уставшее лицо Антуана. Повертевшись с бока на бок, я встала и подошла к дверце, которая, по словам жениха, вела в его спальню. Решив для себя, что я лишь одним глазком гляну, как он там, я слегка приоткрыла дверь. При слабом свете ночника я увидела любимого мужчину. Он, похоже, только что принял душ и из одежды на нем было лишь полотенце, прикрывающее его бедра. Другим полотенцем он вытирал свои длинные, чуть вьющиеся волосы. Подняв глаза и увидев меня, он вдруг улыбнулся: – Миленькая ночнушка! Голубой шелк мало что скрывал и даже, пожалуй, подчеркивал мои формы. Взгляд Антуана вдруг потемнел: – Иди ко мне, - вмиг охрипшим голосом прошептал он. Меня звать дважды не пришлось. Я в один миг преодолела несколько разделяющих нас метров и прижалась к мокрому телу мужчины. Наши тела разделяли лишь тонкая ткань ночнушки и полотенце на его бедрах. Положив руку мне на затылок, Антуан впился в мои губы жадным поцелуем. И был его поцелуй так сладок и упоителен, что я тут же забыла про все на свете, отвечая ему не менее жарко. Когда же он вдруг оторвался от меня, я чуть не взвыла от разочарования. – Лена, - вдруг прошептал он. - Я сегодня не в силах держать себя в руках. Еще немного и я не смогу остановиться. Я ведь не железный и до безумия хочу тебя! – Я тоже! - ответила я и потянулась за очередным поцелуем. Антуан судорожно вздохнул и снова впился губами в мои. Голубой шелк соскользнул с моих плеч на пол, а вслед за ним туда же потеплело и полотенце. Мы полностью отдались этому сладкому безумию.