Глава 64

– Я.. я не знала, что она - принцесса, - сбивчиво оправдывалась Иолания. Я лишь хмыкнула: значит, если не принцесса, то можно издеваться? Потом женщина вдруг встрепенулась: – Да и нет ее у нас, вашей принцессы! Вам навра… вас ввели в заблуждение! Она сурово посмотрела на лорда Кранча. А быстро она взяла себя в руки! Если бы не первая реакция, можно было бы даже поверить в то, что и не было у нее никакой принцессы. И не держали в подвале никого. Вот только… Я подняла вуаль, открывая лицо. Настоятельница удивленно выпучилась на меня: – Ты? Так это ты помогла ей сбежать? И сама сбежала! Но как? – Как вы обращаетесь к моей невесте?! - возмущенно взревел Антуан. - Мне кажется, тут все понятно! Настоятельницу арестовать! По остальным обитателям монастыря будем проводить тщательную проверку! Последние слова были адресованы уже сопровождавшим нас стражникам. – Угер? - вдруг раздался хрипловатый удивленный голос. От толпы вышедших во двор монахинь отделилась худая сгорбленная фигурка и старая женщина со шрамом во все лицо, хромая, подошла к арестованному лорду Кранчу и воззрилась на него: – Угер, это ты? – Ты кто такая, старуха? Я тебя не знаю! - возопил толстяк. – Значит, не знаешь? А ведь я столько лет была тебе верной женой! А потом ты решил заменить меня на молодую и сплавил сюда, - сказала женщина. – Терия? - удивленно воскликнул лорд Кранч. А я вспомнила, что когда-то давно, еще орчанке Лене Терия рассказывала, что была она некогда леди Кранч. Так вот откуда еще мне была знакома эта фамилия! – Так лорд Кранч - двоеженец?! - удивленно прошептал за моей спиной один стражник другому. - Он же всегда так ратовал за семейные ценности, вопил про мораль, требовал отправлять на каторгу всех неверных жен! Я усмехнулась, подумав о том, что, похоже, в любом мире больше всего о семейных ценностях кричат те, кто использует эти ценности исключительно в своих личных целях. Например, для политической карьеры. В этот момент за воротами монастыря раздался сигнал магиката. – Это маги прибыли, - пояснил Антуан и велел впустить магикат на монастырскую территорию. – Маги? - удивленно спросила я. - Зачем? Из прибывшего магиката вышли трое мужчин, в одном из которых я узнала техномага Серхио Сидори, а в другом - моего деда, лорда Ронхальда Ольери. – Будем допрашивать монашек с помощью артефакта, определяющего, говорит человек правду или лжет. Ну а невинных надо будет освободить от их украшений, - принц кивнул на браслет, красующийся на руке Терии, как и на руках всех остальных обитательниц монастыря, за исключением Иолании. Пока маги делали свою работу, мы с Антуаном и несколькими стражниками обошли монастырь. Я показывала им укромные уголки, которые смогла изучить еще тогда, когда в первый раз попала в этот монастырь. В некоторых из них обнаружились и церберши настоятельницы, которые, почуяв, что запахло жареным, постарались спрятаться. Юки помогал мне, проникая в закрытые помещения и проверяя, нет ли там кого-нибудь. Прошли мы и в подвал. В нескольких закрытых на замки камерах обнаружили истощенных, избитых и замученных узниц. Кого-то определил сюда муж, желающий избавиться от неугодной жены, кого-то родственники, а кто-то просто случайно попал в монастырь, как я когда-то. Если тех, кто тихо терпел произвол настоятельницы, эксплуатировали нещадно, то тех, кто не хотел мириться со своим положением, запирали в подвале. Похоже, меня в образе орчанки ждала та же участь, если бы я еще хоть немного задержалась тут. Когда мы в своем магикате возвращались во дворец, Антуан озадаченно молчал. – Знаешь, я даже не подозревал, что там все настолько запущено, - удрученно сказал он. – Вообще я не против религии, - сказала я. - Порой религия очень помогает людям, да и священнослужители бывают искренне верующими и отдающими всего себя во благо человечества. Но находятся ведь и те, что используют религию в свою пользу, наживаются на верующих, творят беспредел. Потом я встрепенулась: – Слушай, ну неужели так долго все это сохранялось в тайне? Неужели никто не интересовался, что с их близкими, никто не жаловался? Принц же пожал плечами: – Я так подозреваю, что были и жалобы, но этот монастырь находился под прикрытием таких влиятельных людей, как лорд Кранч. Я так подозреваю, что и первый советник ко всему этому имеет отношение. Сейчас это дело будут тщательно расследовать и я лично планирую держать руку на пульсе, контролируя это расследование. – Надо думать, лорд Истред почувствовал себя совсем уж безнаказанным, раз решился украсть Аллирию, - задумчиво пробурчала я. Антуан горестно вздохнул: – Да уж, как только я исчез, совсем беспредел начался. Хотя безобразия в этом монастыре уже много лет продолжались. Думаю, Иолания действительно понятия не имела, что держит в своем подвале принцессу. Трусовата она для такого. Вот и не стал лорд Кранч ставить ее в известность, чтобы глупостей не наделала. – И что теперь? Ты ее оправдаешь? - возмущенно спросила я. – Боже упаси! - усмехнулся Антуан. - У нее и без этого грешков хватит не на одну каторгу. А потом он как-то хитро взглянул на меня и произнес: – Давай, пока больше не будем о плохом! Иди лучше ко мне! И он притянул меня к себе, усадив на колени и впившись в мои губы умопомрачительным поцелуем, который заставил нас забыть на время обо всем на свете.