10

Елена

Смотрю на себя в зеркало гардеробной и недовольно качаю головой. Сегодня кошмары были ярче, и мне удалось поспать от силы всего пару часов. Если бы не макияж, я бы выглядела чересчур уставшей для той, кто спит до обеда.

Поправляю пучок на затылке и платье, надеваю элегантные серьги и обручальное кольцо. Забавно, я думала, Сандро не станет его носить, но вот уже как три года он свое не снимает.

Порой я вообще не понимаю своего мужа.

Натянув черные туфли-лодочки, беру сумку и на ходу печатаю ответ Каре. Судя по всему, «Порок» попал на страницы одного крупного журнала. Пока читаю статью, спускаюсь вниз в столовую.

Прорыв года.

Лучшее шоу в городе.

Взгляд цепляется за отдельные слова, и в груди расцветает тепло. Это я сделала. Я построила. Не как дочь Карлоса Эспасито и уж точно не как жена Сандро Ломбарди. Я сделала это как Елена.

На периферии замечаю движение и резко вскидываю голову.

— Твою мать. — выдыхаю, прикладывая руку к бешено колотящемуся сердцу.

Сандро сидит во главе стола в этом своем идеальном костюме-тройке.

Зеленые глаза обращены ко мне, одна бровь удивлено выгибается, когда он говорит:

— Никогда раньше не слышал, чтобы ты ругалась.

— Т-ты напугал меня. — возьми себя нахрен в руки. — Что ты здесь делаешь?

Теперь уголки его губ слегка подрагивают.

— Я здесь живу, Елена. Разве ты не знала?

Ох, ну шутник.

— Не знала, что тебе не чужд сарказм, это точно. — выпаливаю прежде, чем успеваю себя остановить.

Он моргает, а у меня, кажется, случается микроинсульт. Щеки заливает паническая краска, но я каким-то чудом успеваю быстро реабилитироваться:

— Я имела в виду, — прочищаю горло. — Почему ты здесь в такой поздний час?

Бросаю взгляд на часы на своем запястье. Да, сейчас чуть больше одиннадцати. Обычно Сандро в семь уже на работе. У него довольно четкий распорядок дня, настолько, что я даже не проверяю камеры по утрам. Он никогда не меняет свои планы вот так спонтанно.

Что, нахрен, происходит?

— Что-то случилось? — добавляю с беспокойством в голосе, пока он продолжает изучать меня с довольно странным выражением лица.

— Просто я вчера поздно лег.

Ага, хрень эта собачья. Не имеет значения, во сколько он ложится, встает он всегда в 5:30, после занимается в зале, завтракает и сваливает. Так что, повторюсь. Какого. Хрена?

— О. — все, что могу выдавить из себя, размышляя над тем, не стоит ли по-тихому уйти, позавтракаю позже, это явно какая-то ловушка. — В таком случае, я…

Успеваю сделать лишь шаг в сторону выхода, как он произносит, склонив голову набок:

— Ты разве не спустилась позавтракать? — указывает на тарелку омлета, которую мне уже поставили.

— Да, но не хочу тебе мешать.

— Кто сказал, что ты мешаешь?

Просто позволь мне уйти!

— Мы ведь никогда этого не делали.

— Чего не делали? Не завтракали? — в его зеленых глазах вспыхивает что-то вроде веселья.

Прекрасно, хотя бы один из нас наслаждается происходящим.

— Вместе. — поясняю. — Мы никогда не завтракали вместе.

Он слегка хмурится.

— Тебе это не нравится? Что мы едим по отдельности?

Что?

— Я… — скажи что-нибудь, Елена, давай. — Я уже привыкла.

— Но ты не любишь есть одна?

Почему он вообще об этом спрашивает? Какая ему разница?

Не ведись. Он что-то задумал, просто бросает пыль в глаза, чтобы ты опустила свои барьеры. Он всегда так делает.

— Я выросла в большой семье, — вспоминаю шумные завтраки за огромным столом в особняке Эспасито. — Так что нет, я не особо люблю есть в одиночестве. Но как уже сказала, я привыкла.

Он что-то обдумывает, а потом кивает будто сам себе и указывает на свободный стул справа от себя. Черт, прощай мои попытки слиться.

— Садись. — произносит он довольно приказным тоном, но тут же смягчается. — Позавтракай со мной, Елена.

Merda.

Когда он вот так произносит мое имя, я становлюсь гребаной амебой. Нужно быть начеку. Нельзя позволить его чарам влиять на меня. Ни в коем случае.

Я сажусь за стол и кладу свою сумочку на стул рядом, попутно пряча там телефон. В столовой никого, хотя обычно кто-то из прислуги всегда остается на всякий случай.

Черт, я точно по уши в дерьме, раз он решил, что нас никто не должен услышать.

Делаю пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться и взять ситуацию под контроль. Мне уже известно то, чего не знает он.

Я на пару шагов впереди.

Я справлюсь.

— Ты всегда так поздно встаешь? — спрашивает он, наливая мне кофе в чашку.

Остается лишь гадать, спросил ли он о моих питьевых привычках у прислуги или же просто настолько наблюдателен. Мне вот спрашивать не придется, я и так знаю, что он всегда пьет американо с одной ложкой сахара.

— Спасибо, — делаю глоток и отвечаю на его вопрос. — Да, у меня частая бессонница и порой удается заснуть только под утро.

Сандро хмурится, будто незнание такой мелочи обо мне доставляет ему дискомфорт.

— И давно у тебя бессонница?

Принимаюсь за свой омлет, стараясь не смотреть ему в глаза, но от меня не ускользает тот факт, что свой завтрак он давно съел. Перед ним только полупустая чашка и какие-то бумаги.

— С пятнадцати лет. — отвечаю, даже не пытаясь лгать.

Во-первых, потому что это не секрет.

А во-вторых, с моим мужем всегда лучше говорить больше правды, потому что только в таком случае, ложь с легкостью проскочит мимо.

— Хм. У этого есть причина?

Вилка на мгновение замирает у моего рта, но я все же отправляю ее в рот и поднимаю глаза на своего мужа.

— Да, есть. — говорю прямо и добавляю чуть тише. — Но я не хочу об этом говорить.

— Почему?

— Потому что мы не настолько близки.

— Ты моя жена.

— А ты мой муж. — бросаю взгляд на его обручальное кольцо. — Но что это меняет?

Откинувшись на спинку своего стула, он раздумывает над моими словами какое-то время, а затем выдает:

— Ты не счастлива в этом браке. — утверждение, не вопрос.

Я опускаю глаза в тарелку.

— Мое счастье не имеет значения.

— А что имеет?

— Безопасность.

— Значит, ты чувствуешь себя здесь в безопасности?

Я киваю.

— Да, вполне.

— Хорошо. — кажется, в его голосе появляется нечто похожее на удовлетворение. — И ты больше меня не боишься.

Мое тело снова едва не замирает от его слов, но я буквально приказываю себе оставаться расслабленной и невозмутимой. Он все это время считал, что я его боюсь? Серьезно?

— Я знаю, что ты не причинишь мне вреда. — тихо произношу.

По-крайней мере, физически.

Сандро никогда не вредит женщинам и чаще всего относится к ним с уважением. А в случаях, когда не может относиться с уважением, просто игнорирует.

— Так и есть.

Снова киваю и возвращаюсь к своему завтраку. Разрезаю булочку, чтобы намазать на нее клубничный джем, и жду, когда мой муж начнет задавать те вопросы, которые его на самом деле волнуют.

В кои-то веки Сандро Ломбарди меня не разочаровывает.

— Давно хотел спросить. — произносит он как бы невзначай. — Твой отец переписал весь легальный бизнес на твоих сестер. Зачем он это сделал?

Зеленые глаза внимательно следят за моей реакцией, но я просто кладу нож на тарелку и прежде чем откусить от своего бутерброда, отвечаю совершенно невозмутимым тоном:

— Он не доверял никому из своих капо.

Нет смысла лгать. Яма для меня уже вырыта, все, что от меня сейчас требуется — это не закопать в ней себя. Сандро не должен почувствовать во мне угрозы.

— Тебе ли не знать, какого это. — говорю я мягким, даже нежным голосом, входя в роль «понимающей» жены.

— О чем ты?

— Если тебе в спину полетит нож, разве кто-то из твоих капо его остановит? — на моем лице искренняя обеспокоенность за его жизнь. В конце концов, если с Сандро что-то случится, я потеряю очень многое.

Он не отвечает, но это и не требуется, потому что мы оба знаем ответ на мой вопрос.

— Что насчет твоей сестры? — спрашивает едва ли не дружелюбным тоном, тем самым, который всегда использует с чужаками. — Доминика доверяет своим капо?

Ох, он хорош. Очень хорош. Мне приходится подавить улыбку.

Пожимаю плечами и делаю глоток кофе.

— Понятия не имею.

Его плечи тут же напрягаются.

— Ты знала, что она босс.

Киваю.

— Да, она сказала мне на похоронах.

— И ты решила это скрыть.

— Ты не спрашивал. Тебя не особо интересовали ни моя семья, ни дела Короны.

На это ему нечего ответить, ведь мы оба знаем, что я права. Я была рядом с ним целых три года, но он ни разу даже не попытался узнать что-то о бизнесе моего отца.

— Я спрашиваю сейчас. Что ты можешь рассказать мне о своих сестрах?

Из горла вырывается невеселый смех, и я качаю головой.

— Ты хочешь знать их слабые места? Куда лучше всего ударить, верно?

Наши взгляды сталкиваются, и на этот раз я не отвожу свой.

— Прости, но ты и без меня сможешь это выяснить. — особенно учитывая, что у него свой гребаный шпион в Короне. — Я верна тем, кто верен мне.

Что-то в его глазах резко меняется, и мое сердце пропускает удар. Сглотнув, я отворачиваюсь и тянусь за сумкой. Думаю, на этом можно закончить…

Его рука вдруг оказывается на моем горле. Сандро разворачивает мое лицо к себе, и вот мы уже так близко друг к другу, что я чувствую его дыхание на своих губах. Сердце на мгновение замирает, а потом разгоняется так, что мне начинает не хватать воздуха.

— Ты Ломбарди, Елена. — произносит он, поглаживая пальцем мой бешеный пульс. — И верна ты должна быть только мне. Capito? (Итал. «Понятно?»)

Мои губы приоткрываются, и его взгляд тут же соскальзывает вниз.

— Sì. — отвечаю едва различимым шепотом, но он не убирает руку.

Нет. Этот ублюдок вдруг делает то, чего я совсем не ожидаю.

Его большой палец начинает скользить по моей челюсти и… губам. Он же не собирается меня целовать, верно? Он просто… изучает меня, да?

Где-то в столовой раздается кашель, и я вздрагиваю. Однако Сандро даже тогда не отпускает меня и продолжает смотреть так, словно я какой-то диковинный предмет.

— Прошу прощения. — звучит холодный профессиональный голос Катарины. — Сандро, у тебя встреча через полчаса.

Только тогда сукин сын наконец-то убирает руку с моего горла, я оборачиваюсь и замечаю еще одного человека рядом с Катариной.

— Босс. — кивает Фабио Сандро и поворачивается ко мне. — Синьора, машина готова, как вы и просили.

— Уже иду.

Мы с Сандро одновременно поднимаемся со своих мест, и я стараюсь не смотреть в его сторону. Ни когда его рука опускается на мою поясницу, пока мы спускаемся в гараж, ни даже когда он вместо Фабио вдруг решает открыть мне дверь гребаной машины.

Стоит ли упоминать, что до сегодняшнего дня мой мужни разу так не делал?

Я забираюсь на заднее сидение своего "Лексуса" и только в тот момент позволяю себе взглянуть на соседнюю машину. Сандро вместе с Катариной садятся в "Майбах" и после пропускают нас на выезде с территории.

Спустя несколько минут, когда особняк остается далеко позади, Фабио находит мой взгляд в зеркале заднего вида и спрашивает:

— Какого хрена я только что увидел?

— Кажется… — снова прокручиваю в голове все случившееся.

Не может же быть, чтобы он… Нет. Вряд ли. Но иначе я никак не могу объяснить его странное поведение.

— Думаю, Сандро приревновал меня.

— Что? К кому?

На моих губах появляется улыбка.

— К моим сестрам.