12

Сандро

Я стою в своем офисе, глядя в окно, которое выходит на озеро Мичиган, чудесная панорама, всегда меня успокаивает, но все, что сейчас вижу перед собой — это то, как приоткрываются губы Елены в момент, когда беру ее за горло.

— Клуб принадлежит некой Жаклин Дебуа. — продолжает Виктор за моей спиной, и я моргаю, возвращаясь в реальность.

Француженка. Прямо как и сказал Вико.

— Ее след обрывается в Риме пять лет назад. Либо она тогда сменила имя…

— Либо оно фальшивое.

Я этого не вижу, но уверен Виктор кивает.

— Что насчет здания?

— Владелец мужчина по имени Ричард Гибенс, по документам в данный момент проживает во Австралии. В продаже здания не заинтересован. Я связывался с ним утром.

Merda.

Мои брови сходятся на переносице, и я оборачиваюсь к столу.

— Связывался как?

— Через электронную почту.

— Звонить не пробовал?

— Пробовал, но звонки либо переключались на голосовую, либо вообще не проходили.

— Хм. — чуть ослабляю галстук и сажусь в кресло. — Что-то еще на него удалось накопать?

— Да, основные документы, пара фотографий в сети, в целом, обычный мужчина средних лет, есть собака по кличке Гав.

— Охренеть, какая важная информация, Виктор.

С совершенно каменным выражением лица он пожимает плечами и пальцем поправляет очки на носу.

— Ты спросил.

— Как давно он владеет зданием?

— Шесть лет.

Что-то в этом не дает мне покоя, но не пойму что именно.

— Что случилось с прежним владельцем?

— Инфаркт.

Все слишком идеально.

Эта Жаклин явно из нашего мира, если верить словам Вико. Ей прекрасно известно о ситуации в городе, да еще и минимум два трупа прежде посещали ее клуб. Казалось бы, он просто популярный, и это могло быть обычным совпадением. Вот только я не верю в подобные совпадения.

Беру ручку со стола и начинаю перекатывать ее между пальцами.

Предположим, что Жаклин убила эту невероятную четверку. Двое наших, один русский и один из местной элиты. Если это было сделано, чтобы развязать войну, то какая от этого выгода ей? Вико сказал, она намерена оставаться в нейтральной зоне и просто существовать. Возможно, иногда дружить и с нами, и с Братвой, предоставлять нам информацию. В таком случае, война ей не выгодна. И вряд ли у нее есть своя мини армия, способная разделаться с обоими кланами и захватить Чикаго. Только если…

За ней не стоит кто-то побольше.

Этерно?

Корона?

Картель?

Триада?

Блядь.

Такое чувство, будто что-то на самой поверхности, но я этого, нахрен, не замечаю.

Бросаю ручку на стол и стискиваю переносицу двумя пальцами.

— Что с Еленой? Она общается с сестрами?

Виктор качает головой, нажимая что-то в своем планшете.

— Она практически ни с кем не общается. Чаще всего ей пишет только Джулия и иногда Карла. Например, сегодня они договорились вместе пойти в СПА. Еще есть сообщения от Катарины, она информирует ее о мероприятиях. — он листает что-то и добавляет. — В последний раз ее мать и младшая сестра Бьянка писали ей за месяц до похорон.

— О чем говорили?

Вместо того, чтобы ответить, он вдруг передает мне планшет. В переписке с матерью ничего интересного, но вот с Бьянкой…

Она прикрепляла разного рода картинки плачущих людей к своим сообщениям:

День 845, твоя вагина все еще не знакома с членом Ломбарди.

День 847, ставлю на то, что у него большой.

День 867, в этот Новый год я загадала, чтобы твоя киска наконец познала его волшебную палочку.

День 882, дорогой дневник, надеюсь, моя сестра будет меньше читать библию и больше смотреть порно, а если ей не нравится его смотреть, она всегда может его почитать. Аминь.

День 899, вот тебе уже двадцать два, а ты все еще ничего не знаешь о 69, я скорблю вместе с тобой.

На все сообщения Елена либо отвечала смайликами, либо игнорировала. Последнее пришло в день смерти Карлоса Эспасито.

День 901, отец застрелился. что там по члену Сандро?

Бьянка Эспасито определенно точно не имеет фильтра.

Возвращаю планшет Виктору и снова поправляю галстук.

— Как видишь, они с ней контакт больше не поддерживают.

Я верна тем, кто верен мне.

Ее семья фактически отреклась от нее из-за какого-то гребаного договора о мире.

— Только если она не купила себе другой телефон, но с ее расписанием едва ли это возможно.

— Продолжай. — откидываюсь в кресле, и Виктор снова утыкается в планшет.

— Четыре раза в неделю она посещает СПА-комплекс недалеко отсюда, иногда одна, иногда с Джулией или Карлой, с ними же обедает в одном из наших заведений. Каждое воскресенье ходит в церковь Святого Антония. Пару раз в неделю ездит по магазинам и стабильно раз в месяц посещает театр.

Я хмурюсь.

— Одна?

Он кивает.

— Что смотрит?

— Балет. — отвечает и добавляет. — Повсюду с ней ходит либо Фабио, либо Леон, отследить нетрудно. Но могу спросить, в чем именно ты ее подозреваешь?

— Если бы только я сам знал. — произношу сквозь зубы. — Ладно, ты свободен.

Виктор кивает и на выходе сталкивается со своей сестрой Катариной. Стуча каблуками, она проходит в офис и озвучивает мое дальнейшее расписание. Я рассеяно киваю, пытаясь понять, что именно подсказывает мне чутье. Оно редко ошибается. И сейчас все внутри меня буквально вопит:

Елена.

Елена.

Елена.

Елена.

Да, она определенно играет и на публике, и со мной. Притворяется той, кем по сути не является. Я вижу это в том, как она порой сдерживается, дабы не ляпнуть лишнего, как стискивает гребаную вилку, подавляя гнев и возбуждается, когда кто-то берет ее за горло…

— Сандро?

Я моргаю и поднимаю к ней взгляд. Катарина подходит ближе и встает прямо передо мной, внимательно изучая мое лицо.

— Кажется, ты напряжен. — произносит, положив свой рабочий планшет намой стол. — Хочешь, помогу расслабиться?

Одной рукой она раздвигает мне ноги и плавно опускается на колени в ожидании моей реакции.

— У нас еще есть время до следующей встречи. — тянется к пряжке моего ремня и вскидывает на меня свои серые глаза, ища подтверждение.

Вот, что мне в ней нравится. Всегда нравилось. Простота и прозрачность, гребаная прямолинейность.

Я киваю.

И впервые за три года, когда мне отсасывает Катарина, я думаю о своей жене.

Я верна тем, кто верен мне.