Глава 8. Битва огня и света

    От посторонних глаз их скрывала плотная штора, отделяющая проход из гостиной в спальню. Будучи в инвалидной коляске Дракон не жаловал двери, поэтому в его личных покоях их не было. Теперь-то двери, наверное, поставят, но пока Дракону было не до дизайна. Его беспокоили проблемы поважнее.

    Еву и Вику как преступниц окружали конвоиры-фурии. Рома при виде Вики рванулся вперед, но Алекс его удержал. Не время геройствовать. Соваться в комнату полную фурий, курфюрстов и где присутствует сам Красный Дракон подобно самоубийству. И девушкам не помогут, и сами пропадут.

   Асмодей не обманул. Алекс до сих пор не верил в это, но демон провел их в Дом и спрятал. Он же помог им попасть в личные покои Дракона. Произошло это случайно. По плану они должны были забрать девушек из комнаты, где их держали. Они как раз направлялись туда, когда Асмодею приказали в срочном порядке явиться к Дракону. Так Алекс и Рома попали в спальню Дракона, одновременно угодив в первые ряды спектакля.

  Рано или поздно это должно было случиться – Дракон узнал о Свете. Его гнев прокатился по комнате подобно цунами. Все вздрогнули, включая парней за шторой.

    — Зачем ты мне нужна такая? Что прикажешь делать с этим твоим Светом? — вопил Дракон, и Алекс не на шутку испугался, что он прибьет Еву. Разорвет прямо на его глазах голыми руками. Он сам был готов броситься на выручку, раскрыв их с Ромой местонахождение.

    Настал черед Ромы проявлять благоразумие. Он удержал Алекса, и правильно сделал. Дракон не стал марать руки. Или сыграла роль его слабость к пыткам. В любом случае, он решил, что быстрая смерть для девушек будет легким наказанием, и велел отвести их в подвал.

   Ева была растерянна и напугана. Когда ее уводили, она бросила полный разочарования взгляд на Асмодея. Похоже, до последнего надеялась, что он на ее стороне. Жаль, у Алекса не было возможности подать ей знак. Не пришлось бы переживать весь этот ужас.

   Дракон еще долго кричал им вслед, а когда успокоился, отправился размять крылья. Это было очень кстати. Едва Дракон покинул свои покои, как за Алексом и Ромой явился Асмодей. Втроем они спустились в подвал. Им следовало поторопиться, пока каратели не приступили к пыткам.

   Асмодей выдал парням балахоны, чтобы замаскировались под фурий. Он учел прошлые ошибки и на запястье каждому наложил свою татуировку. Последнее оказалось кстати – на входе в подвал их проверили. Алекс волновался, что Рома их выдаст, ударившись в панику, но для первого посещения ада он держался молодцом. Только заметил, когда они ступили в открытый Асмодеем портал, что на душе у него словно волки воют. Алекс его успокоил, заявив, что это нормально. Ад высасывает из людей радость. К этому сложно привыкнуть.

  Асмодей постарался на славу, спроваживая Андраса. В его присутствии нечего было думать освободить девушек. После ухода брата Асмодей затеял с Евой беседу. Алексу не терпелось снять девушку с крюка, но он ждал дозволения демона. Они четко договорились – действовать только по его сигналу. Слишком многое сейчас зависело от Асмодея. Алекс боялся ему перечить.

  — Ты рад тому, как все сложилось? — спросила Ева у демона.

  Алекс различил горечь в ее голосе. Она так верила Асмодею. Каково ей осознавать свою ошибку?

  — Мое мнение не имеет значение, недотрога, — Асмодей сделал вид, что собирается уходить. —  К тому же кто сказал, что все закончилось?

  Эта фраза была сигналом. В следующую секунду Асмодей ударом ребра ладони снес голову близстоящему карателю. Алекс и подумать не мог, что демон похоти так искусен в драке. И так силен. А с виду девица в костюме.

   Вслед за Асмодеем они с Ромой набросились на карателей. У них был неплохой шанс одержать верх, не кинься пес на выручку хозяевам.

    — Снимайте девчонок с крюков, — крикнул им Асмодей. — С ними я как-нибудь разберусь.

  Алекс метнулся к Еве, а Рома к Вике. Путаясь в длинных рукавах балахона, Алекс развязал Еве руки, стараясь не касаться оголенных участков кожи. Едва он справился с узлом, как она повалилась на него, точно мешок с картошкой.

  — Прости, — Ева силилась встать, — все тело затекло.

  Он помог ей подняться. Рядом Вика уже разминала плечи, возвращая рукам чувствительность.

  — Надо убираться отсюда, — Алекс дернулся в сторону лестницы.

  — Не так быстро, — остановила его Вика. — Сперва запечатаем адские врата.

  Все, включая Еву и Асмодея, который к этому времени разделался с карателями, уставились на нее.

  — Я ожидал услышать нечто подобное от Евы, — сказал Алекс, — но не от тебя. С каких пор ты печешься о судьбе мира?

  — Причем тут мир? — удивилась Вика. — Пока есть хоть малюсенький шанс открыть врата, Дракон не оставит нас в покое.

  — Дракон будет мстить, — предупредил Асмодей.

  — Нам не привыкать, — беспечно махнула рукой Вика и первой пошла в противоположную от лестницы сторону. Туда, где находились врата.

   Рома двинулся следом, Алекс за ними, Ева с Асмодеем задержались, и Алекс услышал, как она шепнула демону:

  — Спасибо. Мне стыдно, что я усомнилась в тебе.

  — Как ты могла подумать, что я брошу тебя, недотрога? После всего, что между нами.

   Алекс стиснул зубы от досады. Можно подумать, Асмодей спасал ее в одиночку. Его она не поблагодарила. Впрочем, он уже привык, что она не обращает на него внимание.

   К вратам бежали так, словно за ними гнались все демоны ада. Строго говоря, так и было. Каратели, их верные псы, фурии – все бросились в погоню. Под ногами хлюпало, с потолками капала вода, сзади доносился топот преследователей. Все это не способствовало хорошему настроению, но Алекс все равно чувствовал себя прекрасно. Давно он не ощущал такого драйва. Близость Евы будила в нем жажду жизни и действий.

   Впереди показались врата. Тоннель под Домом вел прямо к ним и заканчивался тупиком. Плохая новость. Запечатав врата, они одновременно запечатают себя наедине со всей сворой, что идет по их следам. «Это конец», — внезапно осознал Алекс. Но страха не было. Кровь бурлила от адреналина, и он занял позицию на подступах к вратам, чтобы дать Еве время закрыть их навечно.

   Плечом к плечу рядом с ним встали Рома и Вика. Война улыбнулась Алексу уголком губ. Она тоже все поняла. Смерть ее пугала не больше, чем его. Они с рождения жили с ней рука об руку, а потому научились игнорировать.

   Алекс не видел, что творится у него за спиной. Он был слишком занят, сдерживая натиск демонов. У первого же убитого фурии он забрал меч и теперь сражался не голыми руками. Но противник превосходил числом в сотни раз. К тому же раны уже не затягивались сами собой. Вместе с Тьмой они потеряли способность к регенерации.

   Лишь бы Ева успела. Вот единственное, о чем он думал. Выиграть еще пару минут для нее. Она обязательно справится. Она сильная. Тьма и Свет лишь налет, то ли дело она сама. Ее надежда на лучшее, когда все, казалось бы, потеряно. Вера в людей и демонов, в их хорошую сторону, которую им самим подчас трудно найти. Ее терпеливость и сострадание. Все это делало ее уникальной. Алекс был рад, что ему довелось узнать ее. Благодаря ей его жизнь не прошла впустую.

   Сзади вспыхнул свет. Алекс не столько увидел, сколько ощущал спиной его обжигающее воздействие. Закричали каратели, псы заметались в поисках убежища. Фурии, не выдержав Света, кинулись врассыпную. Алекс глазом моргнуть не успел, как противники разбежались. Остался только один.

  Лучше сразиться с армией фурий, чем с ним одним, но выбирать не приходилось. Алекс поднял меч на уровень груди, готовясь к схватке. Вика и Рома встали по бокам. Они были ранены. Особенно досталось Роме. Но никто не отступил. Да и некуда было.

  Сзади раздался хлопок. Он эхом пронесся по тоннелю, и Дом содрогнулся. Алекс почувствовал его дрожь даже будучи глубоко под ним. Казалось, весь ад бьется в конвульсиях.

  — Ей удалось, — шепнула ему Вика. — Она справилась.

  — Я в ней не сомневался, — произнес Рома, вытирая кровь с губ.

  — Как и я, — кивнул Алекс.

   Он надвигался. Шел вразвалочку, словно не драться собрался, а гулял. Алекс бросился на него первым, замахнулся мечом, но не достиг цели. Красный Дракон отбросил его взмахом руки, даже не касаясь. Волна воздуха ударила Алекса в грудь, и он отлетел к стене. Следом за ним полетели Вика и Рома.

  От удара сознание помутилось. Тело потеряло чувствительность, стало чужим. Алекс хотел, но не мог встать. Единственное, что было ему доступно – он мог наблюдать за тем, как Дракон подходит к Еве. В этот момент она показалась Алексу особенно хрупкой. На две головы ниже Дракона, худенькая как стебелек, с огромными напуганными глазами – она стояла и ждала его приближения.

     Он начал менять личину. Что она могла противопоставить ящеру размером с многоэтажку? Разве что Свет…

  Они схлестнулись Огонь и Свет. Оба яркие, пышущие жаром. Их схватка походила на пламенный танец. Стены и потолок стонали и осыпались. Пол покрывался рытвинами. Зной стоял как в жерле вулкана. Ничего толком нельзя было понять, кроме одного – Дракон чертовски силен.

   Но и Свет не прост. Он жалил Дракона подобно пчеле. Точечные удары причиняли боль, но были далеки от того, чтобы свалить махину.

  К Алексу вернулась способность двигать, и он, не раздумывая, бросился на помощь. Вика была тут как тут. Прежде чем ввязаться в схватку, она вырубила Рому ударом в висок. Это была чистой воды забота. Она спасала Рому, как умела. Он еще поблагодарит ее за это, если, конечно, они выживут.

   В первую же секунду Алекс обжег руки так, что не смог удержать меч. Он его бросил и, голыми руками схватив крыло Дракона, потянул на себя.

  То ли из-за упорства Алекса, то ли по другой причине Дракон снова сменил личину, приняв человеческий облик. Крыло в руках Алекса растворилось. Он по инерции еще тянул воздух на себя, из-за чего потерял равновесие. Дракон обрел свободу передвижений и устремился к Еве. Пока Алекс поднимался, пока догонял Дракона, пока сигналил Вике о помощи, драгоценное время было упущено.

   Дракон добрался до Евы. Его кулак был нацелен ей в грудь. От столкновения ребра Евы должны были превратиться в труху. Одним могучим ударом Дракон был способен добраться до ее сердца и вырвать его из груди. Еву ждала страшная и мучительная смерть. Но когда дело касалось этой девушки, правила летели к чертям, и Дракону это предстояло узнать.

     Кулак Дракона ударил Еву в грудь, но словно натолкнулся на невидимую стену. Ударная волна обернулась против него. Усиленная Светом, она сбила Дракона с ног, провезла по полу и вонзилась в него подобно копью.

   Дракон еще хрипло дышал, но было ясно, что он уже не встанет. Это поняли все, включая курфюрстов, которые все это время наблюдали за дракой со стороны. Из темноты один за другим выныривали фурии, каратели и демоны-тени. Спешили лично поглазеть на гибель повелителя всея ада. На их лицах читалось недоумение и страх. Они не могли поверить, что Красный Дракон убит. И вместе с тем задумывались о своей бренности: если можно уничтожить такого, как он, то что говорить о них.

   Но Алексу было плевать на всех, кроме Евы. Он видел, как она упала, сбитая той же волной, что и Дракон. И хотя Еве досталось всего лишь эхо, она тоже пострадала.

   Девушка лежала неподвижно, и волосы закрывали ей лицо. Алексу следовало подойти к ней. Он знал это, но не мог сделать ни шагу. В ушах по-прежнему звучал ее крик. То, как внезапно он оборвался, не предвещало хорошего.

   Из ступора его вывела Вика.

   — Помоги ей, — она толкнула его в бок, — а я приведу в чувство Рому.

   Действуя на автопилоте, Алекс присел на колени подле Евы. Его руки дрожали, когда он убирал волосы с ее лица. Никогда ему не было так страшно. Он был в ужасе от того, что может увидеть. До спазмов в желудке он боялся заглянуть в ее открытые мертвые глаза.

   Он зажмурился, чтобы не видеть. Но рано или поздно все-таки пришлось бы взглянуть ей в лицо. Алекс напомнил себе, что он – всадник по имени Смерть. Он сталкивался со смертью чаще, чем кто-либо. Ему ли не знать, как она естественна и по-своему прекрасна? И все же есть разница, когда ты отбираешь жизни или когда у тебя отбирают дорогую тебе жизнь.

   Глаза Евы были закрыты. Это подарило ему надежду, и он кинулся искать пульс у нее на шее. Сейчас он дотрагивался до нее без последствий. Дурной знак. Пусть бы она обжигала его Светом, лишь бы была в порядке. Он готов никогда ее не касаться, если это вернет ее к жизни.

  Пульс Алекс не нащупал.