Глава 47-2.

- Поскольку я активно участвую в расследовании и являюсь одним из свидетелей, мне присылают материалы, по крайней мере те данные, которыми Служба контроля может поделиться. Ну а те, которыми не может, присылает мой знакомый, - усмехнулся он. - Пока все идет неплохо, доказательная база собрана обширная, выявлено огромное количество разумных, которые были тесно связаны с синдикатом, и среди них много высокопоставленных персон. Многие уже начали говорить, чтобы выторговать себе хоть какое-то послабление наказания. Скандал уже разразился немаленький, а грядет еще больший.

- А что Шейшен?

- А Шейшен лежит в анабиозе на самом нижнем уровне центрального комплекса Службы Галактического контроля и наказаний, чтобы не мог сбежать или навредить себе. Все равно этот шингарец отказывался говорить, и никакие методы на него не действовали, даже медикаментозные. Туда, где его сейчас содержат, никто пробраться не сможет, тем более умыкнуть его оттуда в таком состоянии. Там охрана похлеще, чем у главы Галактического совета.

- Значит, скоро все закончится?

- Насчет скоро я не уверен, но тебя как ключевого свидетеля будут вызывать непосредственно в суд, когда заслушают все остальные показания.

- Как же я хочу, чтобы все это побыстрее закончилось, - вздохнула я. - Надоело прятаться и постоянно ожидать нападения.

- Понимаю. Я тоже очень жду, когда мы сможем вернуться к нормальной жизни… Знаешь, может, сейчас и не лучшее время, но я хотел бы…

В этот момент раздался стук в дверь.

- Лейра Айрис, лейр Шейарден, ужин уже накрыт, - сообщил нам помощник хозяина дома.

- Идем, у генерала строго с основными приемами пищи, - я взяла карнарианца за руку и пошла следом за работником. - Меня он каждый раз силой вытаскивал из лаборатории или заставлял съесть все, что приносил слуга прямо на рабочее место, и никакие доводы насчет того, что сейчас идет важный процесс, его не интересовали, - усмехнулась я.

За ужином картина не изменилась. Дайн обхаживал Лилит, частенько поддевая и подзуживая ее, а она либо игнорировала его, либо устраивала ему очередную выволочку. Оба притихли, когда Шейд начал рассказывать о расследовании и о том, как идет подготовка к судебному процессу века.

Надеюсь, эти двое гениев поймут наконец-то, что у них, кроме парности, еще и много общих интересов, особенно что касается сферы айти-технологий. Как только перестанут идти на поводу у своих эмоций, цапаться по любому поводу, включат наконец критическое мышление и начнут доверять друг другу.

Лилит хорошая девушка, и очень умная. А Дайну ведь тоже многое пришлось пережить, он пострадал от ложного обвинения и до сих пор в бегах. Они оба пострадали от чужой алчности и нечистоплотности, и на самом деле у них гораздо больше общего, чем думает Лилит, просто пока не хочет видеть этого. Она напоминает мне маленького ребенка, который демонстративно закрывает уши и начинает петь песенку, чтобы не слышать, что ему говорят.

- Уверен, они разберутся, - шепнул мне Шейд, увидев, как задумчиво я на них смотрела, пока думала об этих двоих.

Вернувшись в комнату, мы немного посидели на террасе, попросив помощника принести местное шипучее вино. А когда градус напряжения возрос настолько, что я уже сама готова была тащить Шейда в постель, карнарианец, словно прочувствовав мое состояние, просто подхватила меня на руки и понес в кровать.

Это была сумасшедшая ночь после долгой разлуки. Мы любили друг друга отчаянно, как в последний раз, не выпускали из объятий до самого утра, снова и снова погружаясь в пучину страсти. И остановились только когда оба выбились из сил.

- Вот так я хочу проводить каждую ночь рядом с тобой, - счастливо выдохнул Шейд, целуя меня в кончик носа.

- Ты меня сейчас напугать решил или предупредить? - весело фыркнула я. - Если каждую ночь устраивать такие марафоны, то я недолго протяну.

- Ладно, тогда, так уж и быть, тогда через ночь. И основную часть работы по этой части я возьму на себя. Так согласна?

- Озабоченный! - хихикнула я и улеглась ему на грудь, а через несколько минут уплыла в сон, чувствуя себя довольной, счастливой, окруженной заботой и в безопасности.

И эти ощущения мне безумно нравились.