Глава 53.

Нда, называется, почувствуй себя звездой.

По прилету на Цефадис, куда перенесли заседание суда, нас окружили таким количеством охраны, что любая звезда обзавидуется! Наверное, так охраняли только глав Федерации и правительств отдельных планет.

Дом, в котором нас разместили, был больше похож на крепость. К тому же даже в сад нам нельзя было выходить, ни шага за пределы стен.

Такая безопасность была понятна и обоснована, но все равно морально было тяжело.

Начало заседания я смотрела в трансляции по одному из главных каналов. Ее вели в режиме нон-стоп в рабочее время. Допросы свидетелей и обвиняемых, выступления экспертов, криминалистов, следователей…

Шейда и Лилит вызвали на второй день. Моя же очередь подошла только на третий.

В большом зале было не протолкнуться из-за высокопоставленной публики, в том числе политиков и юридических представителей разного ранга от рас, населяющих планеты обжитого космоса, и, конечно, охраны и журналистов. Представителям прессы было разрешено снимать только на ручные камеры, присутствие дронов запретили в целях безопасности.

Мое появление было встречено возбужденным гулом. А после того, как я села на место свидетеля, начался настоящий ад. Мне пришлось вспоминать и рассказывать в подробностях все, через что пришлось пройти. Но не это оказалось самым сложным.

Потом начался допрос, который вел защитник обвиняемых, и этот адвокат задавал каверзные вопросы, перекручивал все события и ситуации так, что иногда мне хотелось надавать ему оплеух и расцарапать физиономию.

Он старался представить меня и пособницей тех, кто якобы на самом деле возглавляет синдикат, и любовницей Шейшена, которая просто решила ему отомстить за то, что он отказался работать на синдикат, когда я это ему предложила. Упирал на то, что суд надо мной, а потом и моя мнимая смерть были нужны для того, чтобы я могла исчезнуть и спокойно продолжить работу над веществами из репаллии и амидеры, потому что я должна была получить большой процент и по итогу огромную прибыль от их реализации по всей галактике.

В итоге допрос ключевого свидетеля превратился в фарс, но у стороны обвинения было столько улик и свидетельств, что вина обвиняемых была безоговорочно доказана, как ни старались их юристы перевернуть все с ног на голову.

Когда меня отпустили, я чувствовала себя как выжатый лимон. Оставаться в зале суда, естественно, не пожелала. Мы с Шейдом сразу же улетели обратно в предоставленный нам дом-бункер и уже там дожидались вердикта главного прокурора и собранной юридической комиссии из представителей всех ключевых планет Федераций.

Я даже не стала смотреть трансляцию по головизору, вместо этого постаралась отвлечься, занять мозг чем-нибудь простым и банальным, а именно видеоиграми. В итоге почти до самого конца заседания мы с мужем резались в стрелялки, строили города и завоевывали жизненное пространство в виртуальной реальности.

- Шейд, сейчас будут объявлять вердикт, - заглянул в гостиную Дайн, следом зашла и моя подруга.

Поставив игру на паузу, мы переключили экран на канал с трансляцией из зала суда.

Вчетвером с Лилит и Дайном смотрели, как председательствующий зачитывает длинный список пунктов обвинения и приговор, как яростно вскидывается Шейшен на словах «приговаривается к смертной казни» и отчаянно бросаются на прутья энергетической решетки некоторые из его ближайших пособников.

Вся верхушка синдиката была приговорена к высшей мере наказания, с более мелкими сошками будут разбираться позже, но скорее всего им светит пожизненное заключение на планетах-рудниках.

Я же все это время думала об одном - ни среди свидетелей, ни среди обвиняемых не было Риайга. А ведь он работал вместе с Шейшеном, да и моем деле принял непосредственное участие. Что с ним? Сотрудничал, и ему удалось договориться со следствием?

А может, он тоже не по своей воле участвовал во всем этом, или его шантажировали? Тогда сэйльх все равно должен быть среди свидетелей, но его выступления я не видела.

Странно все это.

Ладно, не буду думать о другом мужчине, какие бы чувства он у меня ни вызывал. Теперь у меня есть муж, которого я люблю и ценю. А прошлое пусть остается в прошлом.