Глава 42

Мышкина норка

— Милая моя, я бы рада всех созвать, — Алевтина Петровна, как умела только она одна, виртуозно и без прелюдий сменила приветливое щебетание на деловой тон, — но Аглая уехала по делам и вернется только через месяц, а Марьяна закрылась в своем доме на озере и планирует задержаться там надолго.

— Помещица доморощенная! — пошутила Марго.

— Она у нас мадама с приданым, — хмыкнула собеседница. — Поэтому тебе придется довольствоваться моей скромной персоной, Лизой и твоей драгоценной Агатой. Кстати, она недавно вспоминала о тебе.

— А уж как я ее вспоминала, — в памяти сразу же всплыло недоуменное лицо гадалки из того, чужого временно витка.

Алевтина Петровна относилась к одним из самых проницательных женщин в окружении Марго, поэтому сразу уловила крайнее напряжение в голосе девушки. Юлить она не привыкла и задала вопрос в лоб:

— Что-то случилось? Пора бить тревогу?

— Позавчера надо было, — краткий, но совершенно понятный для обеих ответ шокировал Алевтину Петровну.

— Даже так, — задумчиво протянула она. — Через сколько тебя ждать?

— А за сколько вы всех соберете?

— Считай, что я уже приступила. Как я понимаю, время не ждет?

— Вы даже не представляете, насколько! Буду через 2 часа.

— Мы ждем тебя, милая.

Уж в ком, а в Алевтине Петровне Марго была уверена. Раз сказала, что соберет, значит ровно через 2 часа названные персоны в полном составе будут сидеть в зале переговоров.

Эта хрупкая женщина, заняв должность главы Совета и всего здешнего сообщества по совместительству, в считанные дни устроила там такую масштабную чистку рядов, что даже бывалые посвященные невольно прониклись к ней не просто уважением, а настоящим страхом. Шаг за шагом распутывая вместе с Марго заговор бывшего главы и своими собственными глазами наблюдая битву с Тьмой, она четко поняла одно — чужие амбиции способны привести мир на грань катастрофы столь же легко, как и вдеть нитку в иголку. Поэтому она тщательно проверяла каждого сотрудника организации, не моргнув глазом, увольняя любого, не вызывающего доверия человека. Только пару недель назад она немного выдохнула — первые сложности были позади и можно было уже спокойно выстраивать планы на долгосрок. И вот тревожная кнопка нажата.

— Доброе утро, Лучик.

От невеселых дум Марго оторвал бодрый голос Егора. Она подняла голову и, не удержавшись, расхохоталась в голос — он стоял на дорожке, ведущей к веранде, в кухонном фартуке, под которым из одежды были всего лишь джинсовые шорты, поигрывая мускулами и подмигивая поочередно то одним, то другим глазом. В руках он держал две большие тарелки, от которых, наверное, даже до соседей долетал сводящий с ума аромат.

— Омлет? — принюхалась Марго и облизнулась. — Мммм, с беконом и даже грибочками!

— Обижаешь, — Егор наклонился, чтобы поцеловать ее, и поставил тарелки на стол, занимающий треть свободного пространства веранды, — тут еще секретный ингредиент.

— Сыр?

— Он самый. Тебе по дружбе самая большая порция, — шепнул он на ухо с видом заговорщика. — Еще раз доброе утро, сейчас кофе принесу.

Марго улыбнулась и набросилась на еду, с мужем ей все-таки повезло! Во время завтрака она коротко ввела его в курс дела и, предвосхищая возможные возражения, рапортовала:

— Ни во что не полезу. Только посмотрю книгу. Все подробно расскажу вечером. Тем более мне действительно без твоей логики будет сложно сдвинуться дальше.

— Лиса, — буркнул Егор, — вот точно такая же, как твой огненный хвостатый. Научилась, хитрюга. Ладно уж, закинем Луку бабушке, тебя к посвященным, а я клиенту. Потом к тебе. Может быть вместе, что и нароем.

— Спасибо. Я одеваться! — Марго послала ему воздушный поцелуй и бросилась в дом.

Время тикало, поэтому долго выбирать наряды не приходилось. Она сняла с вешалки светлый хлопковый комбинезон с открытыми плечами, достала салатовые босоножки на толстом, устойчивом каблуке и, помедлив секунду, повязала на голову зеленую бандану. Вид получился немного пиратский-залихватский, но этим ее подруг не удивишь! Сумка, солнечные очки и она полностью готова.

Как и планировалось, ровно через 2 часа она заходила в двери переговорной.

— Марго, как я рада тебя видеть, — кинулась обниматься Агата. — Я уж думала, что после всего ты у нас в лучшем случае к зиме появишься.

— Если честно, я и не планировала. Как говорится в одной фразе «она была такой популярной, что неприятности ходили за ней по пятам», — Марго искренно расцеловала подругу, замечая, насколько ей к лицу это лето.

Агата загорела, умело подчеркнув приятно-золотистый оттенок кожи свободным льняным сарафаном кофейного цвета. Свою природную красоту она выгодно выделила легким макияжем и забрала роскошные волосы в высокий хвост, чтобы не было так жарко. Насмотреться друг на друга им не дала Алевтина Петровна, немного бесцеремонно оттерев Агату и по-матерински прижав Марго к своей груди, затянутой в бежевый пиджак.

— Девочка моя, безмерно рада тебя видеть! Хотя признаюсь, была бы более рада, если бы мы встретились в каком-нибудь «сиропном» летнем кафе и болтали без умолку о мужчинах, новостях и моде. Но! — она продемонстрировала указующий перст. — Долг зовет!

— Я бы тоже поболтала с вами просто так, — призналась Марго и покосилась на пристроившуюся в кресле Мышку, — но у меня просто-таки информационная бомба и она, к сожалению, уже разорвалась, а мы и не заметили. Теперь в приоритетных задачах — собрать осколки и определить, какой «снаряд» рванул и ждать ли нам еще таких «подарков» в ближайшее время.

Девочки удивленно смотрели на нее, подбирая в голове уточняющие вопросы, но Марго продолжила, не дав им выдохнуть:

— Все расскажу, но сперва у меня вопрос к Лизе, — та встрепенулась и подняла на девушку светлые глазенки, увеличенные в несколько раз толстыми линзами очков. — Где находится отдел ненадлежащих книг?

Если бы Мышка могла еще больше округлить глаза, она бы это сделала.

— Откуда ты знаешь про этот отдел? Им обычно никто из наших не интересуется.

— А у нас есть такой отдел? — Агата перевела вопрошающий взгляд на Алевтину Петровну.

— Есть, если мне не изменяет память, а она мне еще пока не изменяет, — женщина поправила, как всегда безупречное, каре и повернулась к растерянной Мышке.

— Лизок, когда у нас там были последние поступления?

— Лет пять назад, — силилась вспомнить девушка. — Вы же знаете, что туда попадают сказки разные.

— Ты именно об этом отделе и об этих книгах? — Алевтина Петровна села в кресло и махнула рукой. — Да, сядьте вы уже, в конце концов. Как неродные — замерли, насторожились и ртом воздух хватаете. Если Марго решила с этого начать, значит так нужно. Так мы тебя правильно поняли, милая?

— Да, я об этих книгах. Лиза, мне нужна примерно вот такая книга, — она показала руками размер домашнего фотоальбома, который для сравнения упоминал Славик. — На обложке нет надписи, но внутри выпуклые знаки, которые хорошо прощупываются. Точнее сказать не могу.

— И не надо, — просияла Лиза. — Я поняла, о чем ты! Сейчас сбегаю.

Она вихрем вылетела из переговорной, оставив всех остальных в полном молчании. Разговаривать пока не хотелось. Марго напряженно ждала книгу — все ее мысли крутились вокруг этого ценного фолианта. Алевтина Петровна прикидывала масштаб грядущей катастрофы и уровень готовности к ней. А Агата… Агата изо всех сил пыталась подавить неминуемое предчувствие беды, уже накрывающей их своим темным крылом.

Они так и не перекинулись ни одним словом, когда в двери влетела запыхавшаяся Мышка. Она раскраснелась и никак не могла восстановить дыхание, но бережно прижимала к груди огромный фолиант в переплете, напоминающем шелк.

— Вот она, — Лиза водрузила книгу на стол и провела по обложке ладонью, демонстрируя выпуклости обступившим ее женщинам. — Все, как ты и сказала, вроде ничего не заметно, а погладишь и, будто что-то оживает! Вот, под пальцами ощущается. Даже теплом отдает что ли…

Добавила она озадаченно и посмотрела на Марго, ожидая объяснений. Та молча подошла поближе и положила обе ладони на обложку. Тепло защекотало, а под обложкой что-то заворочалось, то и дело ударяясь о чувствительную кожу. Это было настолько удивительное и одновременно приятное ощущение, что Марго даже не успела испугаться. Девочки в нетерпении топтались рядом, дожидаясь результата. К их радости, долго ждать не пришлось. Примерно через 5 минут шевеления замедлились и вскоре вовсе затихли. Марго отняла руки от обложки и услышала за спиной изумленные возгласы девчонок — с обложки яркими зелеными глазищами на нее смотрела с хорошо узнаваемого портрета… она сама!