Глава 37. Справиться нельзя отступить

На ватных ногах Марго спустилась по лестнице и села в машину. Выстуженный салон встретил весьма чувствительным минусом и это быстро привело ее в чувство. В первую очередь завести мотор, включить печку и музыку. А вот теперь можно и подумать! Но как ни крути в голове полученную информацию, в одиночку переварить ее и сложить в нечто понятное не выходило. В поисках ответа пальцы потянулись к висящему на шее кулону и крепко сжались вокруг него — привычное тепло мгновенно проникло в каждую клеточку тела, успокоило и вернуло способность ясно мыслить.

— Привет, — улыбающаяся на переднем сиденье Настасья смотрелась в машине настолько чужеродно, что Марго невольно расхохоталась.

— Никак не могу привыкнуть к твоему эпичному появлению. Скажи, а мы не можем тебе подобрать более современный наряд?

— Нет, — Прародительница обиженно наморщила носик. — Новые слова, термины, знания людские и высших сил мне доступны, как ты видишь. А вот сменить одежду не выходит.

— Ладно, ладно, не сердись! Я ведь не со зла. В принципе и в рубахе твоей неплохо, еще пара месяцев и я ее даже замечать перестану.

— А я и не серчаю. Чего серчать на дитя неразумное? Разве проучить, чтобы не расходилось и нос не задирало, — Настасья с улыбкой крутанула пальцем в воздухе и прямо с потолка на Марго посыпались огромные пушистые хлопья снега. Они слегка зависали над головой, а потом, как в ускоренной съемке, обрушивались вниз, послушно складываясь в пышные сугробы на девичьих коленях.

— Ты бы еще ледяной дождь мне устроила! — снежинки сидели как приклеенные и категорически отказывались стряхиваться на автомобильный коврик.

— Пожалуйста, любое пожелание, — палец вновь начал выводить затейливую фигуру.

— Нет, нет! Я же пошутила, — взвизгнула Марго, повиснув на руке Прародительницы. — Заморозишь подопечную, потом веки вечные расстраиваться будешь. Да еще перед высшими силами отчитываться придется.

— Что верно, то верно. Но вот не ведомо мне, доколе смогу дюжить перед искусом провести воспитательные мероприятия, — Настасья изо всех сил сдерживалась, чтобы не рассмеяться. — Чего звала-то? Думаю, не для того, чтобы о моде вашей лясы точить.

— Правильно думаешь. Я спросить хотела — это правда?

Марго задала вопрос с ходу в полной уверенности, что он будет понят. И не ошиблась — ответ прозвучал прямо и без обиняков:

— Истинная правда.

— Не переспрашиваешь, не уточняешь. Значит следила за мной, — прищуренные глаза метали гром и молнии.

— Не разумеешь ты! Не слежу, а приглядываю. Это моя прямая обязанность, высшими силами даденная, и которую я выполняю, признай, очень достойно. И если я буду приходить только по приглашению или зову, то вряд ли сумею тебя сохранить. Ты была в смятении, напугана и удивлена — вот я и явилась убедиться, что опасности тебе нет. И, конечно, услыхала весь ваш разговор.

— Так значит все до единого слова правда, — помрачнела девушка.

— Как есть все, — убедительный кивок головы не оставлял сомнений.

— И что теперь делать?

— Жить. Делать то же, что и раньше. А там… там видно будет.

— Но ведь пророчество… — почти жалобно пробормотала Марго. — Мне бы с Советом расхлебаться, а тут очередная «радость».

— Ты не одна. Я всегда рядом, Агата опять же, да и Егора со счетов не скинешь! Ты ему сейчас позвони и поведай обо всем.

— Потом, дома, — попытка отмахнуться от разговора натолкнулась на железный аргумент Прародительницы.

— Он первый должен знать, он не просто твой муж. Он — Хранитель. Без понимания происходящего, он допустит ошибку. Непростительную и роковую в нашем случае. Все, я исчезаю. Попробую узнать еще что-нибудь об этом пророчестве. Будь умницей.

Марго с тяжким вздохом кивнула и набрала знакомый номер. Уже через полчаса бросивший все дела Егор влетел в ресторан. Он быстро поцеловал жену, окинул ее внимательным взглядом, оценивая состояние, и коротко бросил, садясь за столик:

— Рассказывай.

— Даже не знаю, с чего начать. У нас новые и весьма противоречивые вводные.

****************

Книга с силой захлопнулась — Марго боролась с диким желанием садануть ею об стену. Ох, уже давно не испытывала такой обжигающей ярости! Нет. Нет. И еще раз нет! Она себе такую жизнь не выбирала! Еще раз раскрыла фолиант на нужной странице и пробежалась по строчкам — вдруг внизу все-таки есть та самая упущенная по невнимательности сносочка. Но… сегодня был явно не тот день.

— И что это значит? — требовательный тон, как и сам вопрос был гадалкой проигнорирован. — Агата, не делай вид, что ты меня не слышишь! Этот не тот случай! Мне нужны ответы. Прямо сейчас.

Настойчивости Марго было не занимать, поэтому она планировала покинуть эту гостеприимную квартиру только с четким пониманием происходящего и хотя бы приблизительным планом действий. Резко вскочив с пола, она встала напротив все еще сидящей в позе зародыша Агаты.

— Так, я иду варить кофе. Вернусь через минут 10, и мы поговорим. У тебя есть время прийти в себя и подумать.

Внутри все бурлило сильнее, чем ароматное варево в турке. Сила металась в девичьем теле и требовала немедленного выхода наружу. Марго чертыхнулась, почувствовав уже знакомое покалывание в кончиках пальцев и огляделась — если она сейчас что-нибудь не вытворит, то просто взорвется.

— Ну, давай же, давай.

В сторону полетела кастрюля, ненужные сейчас печеньки, миксер и какие-то стеклянные банки с крупами. За творящимся беспределом из-под стола во все глаза наблюдал ошарашенный кот. Он и так не особо любил эту наглую рыжую особу, постоянно приходящую к ним с хозяйкой, а сейчас и подавно. Громить квартиру раннее никому не дозволялось!

— Вот оно! Сойдет, — Марго радостно выудила из морозилки тушку курицы, тут же полетевшую в раковину, и протянула в ее сторону обе руки раскрытыми ладонями. На кончиках пальцев сначала образовалось мягкое свечение, в доли секунд обернувшееся ярко-оранжевым потоком, с силой ударившим прямо в замороженное мясо. Вскоре по кухне поплыл приятный аромат поджаренной куриной корочки, от которого кот принялся нервно постукивать хвостом по полу, одновременно издавая привлекающее внимание мяуканье. — Все, можно возвращаться к нашим делам.

Девушка встряхнула ладонями и лукаво подмигнула коту:

— Голодный, разбойник? Не нервничай, тебе тоже кусочек перепадет. Сейчас только приведем в чувство твою хозяйку.

Агата уже сидела за своим рабочим столом. Марго отметила неестественно прямую спину и аккуратно собранные волосы. Насколько она знала наставницу, им предстоял довольно сложный разговор. Чашки с кофе заняли свои места на столе, собеседницы удобно устроились в креслах и внимательно посмотрели друг на друга.

— В чем смысл этого пророчества?

— Читай, — Агата устало кивнула на фолиант, небрежно брошенный на край стола.

— Я дважды прочитала — чушь какая-то.

— Читай вслух — будем разбираться вместе. Здесь нужно думать.

Марго с большой осторожностью, как ядовитую змею, взяла книгу двумя пальчиками:

«И придет в один из дней Сила, равной которой еще не видели люди. Напитает, успокоит, раздаст по заслугам. И обратит сосуд Силы в Ведающую, притянув в поле свое Знание и Оберег. Растревожится Светом источаемым Тьма тысячелетняя — поднимется и обрушится на род людской, обернувшись горем великим для всего живого и погибелью, от которых нет спасания ни в одном из Миров»

На последних словах голос дрогнул, выдав глубокое волнение. Огненно-рыжая прядь упала на лицо и сквозь нее на Агату, задумчиво водящую по столу пальцем, требовательно уставились зеленые как крыжовник глазищи:

— Ну?

— Получается, что ты не просто наследница Силы, а Ведающая. В истории сохранились лишь обрывочные сведения о таких людях, но я не стала бы доверять всему написанному.

— Откуда такое недоверие?

— Считай, что это опыт, замешанный на интуиции, — Агата пожала плечами. — Но если серьезно, то Ведающие своей уникальностью сродни сказочным Единорогам или Жар-птицам. Они не стремились раскрывать окружающим свои способности, но рано или поздно им все же приходилось проявляться — для сохранения вселенского равновесия в противовес Силе всегда пробуждалась Тьма, которой предстояло дать отпор. Такие времена сопровождались ужасающими разрушениями и люди называли их темными. Они приносили с собой кровавые войны и смертельные эпидемии, приводили к исчезновению с лица земли целых цивилизаций. Оставшиеся в живых вряд ли могли действовать рассудочно и придумывали бесконечные небылицы с мельчайшими крупицами драгоценной истины.

— Чем же так сильно выделяются Ведающие?

— Для них нет невозможного, — тихий ответ набатом разорвался в ушах Марго.

— Ты хочешь сказать…

— Да, именно это я и хочу сказать — Ведающим подвластны стихии, время и пространство. Их возможности безграничны! Но чем сильнее очередная Ведающая, тем с более страшной Тьмой она столкнется.

— По Сеньке и шапка дается, — отметила шепотом будто про себя.

— Можно и так сказать, — согласилась гадалка, — но меня не это беспокоит. Пророчество оно не обо всех предыдущих Ведающих — оно именно о тебе!

Агата ожидала шквала вопросов, но собеседница только выжидающе смотрела на нее, буквально прожигая взглядом, от которого невозможно было что-то утаить. Вся ее поза выражала невысказанную обреченность — плечи опустились от неожиданной тяжести предстоящей миссии, костяшки на плотно собранных в кулаки пальцах побелели, от лица отхлынула кровь. Агате захотелось отложить этот разговор и просто обнять эту хрупкую девочку, вынужденную разгребать то, о чем она даже не имела представление. Но времени на сантименты не было:

— Дело в том, что в течение веков Совет никому не оставлял возможности владеть полной Силой. Ты это хорошо знаешь, впрочем. А в пророчестве говорится о Силе, которой не было до сих пор, а значит о тебе. К тому же Хранитель и Зрящий связаны с тобой узами, в том числе и кровными. А это делает всех вас во много раз сильнее. Ни в одной из книг мне подобный расклад не встречался! И потому на твою безграничную Силу поднимется Тьма ужасающей мощи…

— А точнее?

— Да, не знаю я точнее! — Агата в сердцах стукнула кулаком по столу. — Я хочу тебе помочь понять, но впервые вообще ничего не знаю. И даже подумать не могу, с чем нам предстоит столкнуться.

— Не нам, а мне.

— Нет, нам, — повторила с нажимом. — Неужели ты считаешь, что я, Аглая или Марьяна в стороне стоять будем? Хорошо же ты о нас думаешь!

Впервые за все время разговора Марго вскинула голову и с радостным воплем бросилась обнимать Агату.

— Спасибо тебе. Что-то я совсем расклеилась от новостей. С детства впадаю в ступор, когда не понимаю суть происходящего.

— Тише ты, ураган, задушишь — смущенная наставница едва вырвалась из цепких и на удивление сильных рук. — Давай-ка на сегодня закончим. Тебе переварить все нужно, мне тоже подумать не мешает. Девчонкам позвоню — сообща какой-то путь действий наметим. А ты домой, отдыхать!

Последние слова прозвучали практически как приказ, но Марго не стала спорить. Она устало кивнула и вдруг на выходе из комнаты обернулась, сверкнув глазищами:

— Агатушка, как нам сразу в голову не пришло! Ты же гадалка, давай попробуем карты разложить на мое будущее.

— А ведь может сработать, — наставница засуетилась, доставая колоду.

Она жестом приказала девушке сесть и взяв в руки карты, на бесконечные несколько минут погрузилась в некое подобие транса. Глаза затуманились, а руки проворно одну за другой выкладывали на стол картинки. Со стороны они казались калейдоскопом с полным отсутствием смысла, но Марго не теряла надежды. Она вытянула шею, обратившись в слух, и в итоге не выдержав, выпалила:

— Ну что там?

— Шшш, — раздраженно прошипела Агата. — Скорая какая! Молчи.

Она склонилась над столом, полностью сосредоточившись на раскладе. Периодически медленно водила руками над той или иной картой и беззвучно шевелила губами, проговаривая что-то одной ей известное.

Марго боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть идущий поток. Секунды медленно капали, превращаясь в не менее тягучие минуты. Примерно через полчаса Агата со злостью сбросила карты со стола:

— Нет, ничего не получается. Ничего не вижу — пустота и темнота. Каждая карта сама по себе, ни о чем не говорит и никак не связана с остальными. Прости, идея была отличная, но… там наверху свой план на наше будущее.

— Ничего, — разочарование на лице скрыть не удалось. — Спасибо, я поеду. Позвони, если будут новости.

Уже у порога Агата с нежностью обняла свою ученицу, прошептав на прощанье на ушко «Ты сильная. Ты даже сама не представляешь, насколько ты сильная».

****************

Марго закончила и принялась ковырять любимый салат с ростбифом, который успели принести еще до начала разговора.

— Ну что ты, милая, — Егор перегнулся через стол и погладил жену по щеке, — все не так страшно.

В ответ она совсем по-детски насупилась, обиженно хлюпнула носом и вдруг, наплевав на все приличия, разревелась в голос. Дернувшаяся было к столу официантка, остановилась, увидев помотавшего головой мужчину. Она тактично отошла к стойке и шепотом попросила свою коллегу держаться подальше от той части зала. Пусть разберутся сами — ни к чему встревать в отношения гостей.

Егор пересел поближе, загородив жену от возможных любопытных глаз, и крепко обнял. Он хорошо ее знал — сейчас она выплеснет накопившееся напряжение, лучезарно улыбнется и будет готова к поискам решения. Всхлипывания постепенно затихали, из-под руки показался сначала зеленый глаз, а следом за ним раскрасневшийся и опухший нос.

— Ух, ты моя плакса, — Егор чмокнул ее в губы и взял расстроенное личико в свои ладони. — Запомни, я рядом и для нас нет ничего невозможно.

— Ты думаешь, что у нас получится? — Марго жадно вглядывалась в любимые глаза, напитываясь окутывающей ее энергией.

— У нас есть только один вариант — справиться! Нельзя отступить!