Глава 2

— Надвигается буря. Сейчас хлынет, — раздались со всех сторон голоса. Тавир натянул поводья приструнив взбесившегося коня.

Марсу слез с козел, и я быстро его перехватила вглядываясь в почерневшее от тяжёлых туч небо что низко стелились к земле.

— В такой ураган не встанешь на ночь в горах, — проговорил возничий Гайтан, — совсем недалеко за переправой небольшое селение с постоялыми дворами.

— Тогда, поторопимся, — объявил всем Грорс, а я только в ответ кивнула. Нас точно смоет селью, если мы останемся под небом.

Ледяной порыв ветра, почти сбил с ног, я поспешила посадить Марсу в карету, сама села рядом захлопнув дверцу. Лошадь беспокойно всхрапнув тронулась с места сразу же. Не успели тронуться с места по тонкой крыше забарабанили тяжёлые капли. Надо же как потемнело разом, хоть уже был вечер, сейчас казалось, что ночь. Я прижала Марсу к себе, а тот хоть и делал вид что не боится, вжался в меня сильнее, смотря распахнутыми глазами в крышу кареты. Оглушительные раскаты раз за разом обрушивались на нас, вынуждая крепко выругаться воинов, гром встряхивал землю и всю карету, так что внутренности все сжимались. Марсу зажимал уши, а я молилась Светлой Матери чтобы скорее добраться до места. Судя по грохоту ливня и лай собак, мы достигли селения уже скоро, выехав на тракт. Собрав все ценные и необходимые вещи что могли бы нам пригодиться внутри дома, вышли из кареты прикрываясь добротным плащом, который я отыскала в мешках, что выдал нам на пользование Амгерр, стояли под сильным потоком ожидая. Я только видела, как замелькали огни ламп, слышала громкий крикливый голоса хозяина двора что переговаривал с Грорсом.

— Сюда! — указала хозяин дома, наконец махнув в сторону крыльца, мы с Марсу чвакая по грязи побежали к дому, где нас ждала одна из служанок. Молодая рыжеволосая девушка в полосатом платье и зелёным переднике. Намокли конечно изрядно, но уже скоро служанка провела нас в жилую часть дома. Держась в стороне полного люда зала. Здесь пахло хлебным, квасом и копчёностями, витал среди полнившихся постояльцами чад, от коптившегося на углях тушки молодого кабана. Мой взгляд бегло скользнуть по незнакомым лицам успев зацепится за один столик который стоял как бы отдельно от других. За ним сидела сгорбленная старушка в лохмотьях, на лицо надвинута какая тряпка, так что я не разглядела её лица, передней стояла чашка с каким-то варевом и кружка. Видимо она была здесь частой гостьей, может какая-нибудь бродяжка или нищенка, но старуха вдруг подняла голову, когда мы проходили мимо, и клянусь Светлой повела носом улавливая чужой запах. Я быстро отвернулась, утягивая за собой брата, но по плечам так и скользнул липкий озноб от внимания пришелицы.

О посетительнице я быстро забыла, когда мы поднялись по лестнице наверх. Здесь было куда тише и спокойнее. Служанка отворила ключом дверь, открыв нам одну из комнат находившуюся почти в конце коридора, впустила нас внутрь.

— Вам что-нибудь нужно, госпожа? — услужливо спросила.

Я невольно смутилась, что ко мне обращаются подобным образом. Да и как иначе, когда со мной целая дюжина воинов.

— Для начала, горячей воды для купания, — поспешила с ответом, вздрагивая от очередного раската, хоть под крышей он не так ощутимо ударял.

А искупаться бы не мешало, как-никак три дня в пути.

Служанка ушла, закрыв дверь. Марсу отправился осматривать помещение. Несмотря на то что только что пережили, он быстро переключился, проходя мимо кроватей, на которых уже лежали свёртки перин и чистой постели, да и пахло приятно, каким-то травами. Двор оказался достойным, всё опрятно и чисто, мебель почти новая. Стряхнув с плаща капли, повесила на спинку стула, сбросив с плеч и сумку. И пока мы располагались, служанка натаскала всё для купания поставив на доски лохань с помощью другой помощницы. Заплатив ей за старания, попросила принести ужин. Сегодня была готова запечённая, в овощном маринаде, утка.

Искупав Марсу и накормив, уложила его в разобранную постель. Он уснул почти сразу. Оторвав взгляд от разрумянившихся щёк, глянула в окно. Ливень продолжал хлестать. Верно зарядил на всю ночь. Укрыв брата одеялом, заткнув его за бока перины, склонилась.

— Сладких снов, родной, — поцеловав брата в тёплую щёчку, отошла от постели.

Оставив гореть одну лампу, распустила влажную косу. Заперев на засов дверь, стянула с себя и верхнюю одежду, налив новой воды в лохань погрузилась в неё по грудь блаженно прикрыв веки, откидывая голову на край. Боги, как же хорошо. Но не успела я расслабиться, как в голову полезли разные мысли. Как же теперь мне избавится от попечительства Тавира? Наконец-то ко мне начали приходить здравое понимание. Мне лучше быть одной, ведь многие могут прознать где я, и раз уж за мной охотятся, то не хотелось подвергать опасности мать и сестру Тавира, и Хавира, в том числе. Так что разумней будет отказаться от предложения.

Намылив волосы и как следует прополоскав их, вылезла из кадки. Почувствовала себя как заново родившейся. Кожа порозовела и размягчилась, а усталость и тяжесть пути ушли вместе с водой. Замотавшись в полотно, взяла гребень, как в дверь кто-то тихо постучал. Я вздрогнула, схватившись за ткань, выронив гребень, уставилась на запертую створку. Может служанка пришла убраться и забрать посуду? Только слишком вкрадчивый был стук. Подняв гребень с пола, отложив его в сторону, сжимая ткань на груди, на цыпочках подкралась к двери, прислушиваясь. Но ничего, конечно, не услышала.

— Кто там? — спросила тихонько, чтобы не беспокоить маленького, так сладко спящего, брата.

С той стороны последовало молчание, а я обернулась, взглядом находя на столе нож. Все воины сейчас, верно, внизу, пропускают по одной или уже третьей кружки хмеля, отогреваясь от ливня. Нужно было всё же поселить Тавира рядом. Ну вот, при первой опасности я сразу вспоминаю о воине!

Страх нарастал, а тишина глушила. Не могло же мне послышаться! Проверив засов, я попятилась было, как с той стороны раздался низкий сиплый голос.

— Тебе нужна помощь, а у меня есть кое-что полезное для тебя, — это была определённо та старуха, хоть не слышала её голоса, но внутреннее чутьё не обманывало. Сжала подрагивающие в лёгком, но всё же испуге, пальцы в кулаки.

— Мне ничего не нужно. Доброй ночи, — отчеканила и поняла, что зря, нужно было претвориться спящей, не отвечать и тогда бродяжка бы отстала сама, но видно Тёмный дух меня за язык дёрнул!

— Я могу мно-о-огое о тебе сказать... Рождённая в грозу, — протянула и следом замаялась хрипло, так что по коже плеч мороз прошёлся. — За тобой гонятся, и я знаю кто.

Сердце пропустило удар и пустилось в безумный галоп. Даже обернулась будто и в самом деле кто-то дышит позади.

— Если захочешь меня слушать, спускайся вниз. Я буду ждать тебя, — я кожей почувствовала, как старуха едко усмехнулась, перестав клокотать. Да и обычная ли старуха, если знает о том, чего не знает никто в этом захолустье?!

Я ничего не ответила, охваченная замешательством. Прильнула к двери ухом, затаив дыхание, слышала удаляющиеся шаркающие шаги, которые стихли где-то у лестницы. Отпрянула, шумно выдохнув унимая сердцебиение, молясь Светлой Матери что незнакомка всё же ушла.

Вернулась к столику подобрав гребень, принялась расчёсываться, пытаясь расслабиться. Но не выходило. Что она может знать? Наверняка заметив пришлых, просто хочет выпросить монеты. Всего лишь. Но слова о том, что за мной гонятся и значит знает кто, не выходили из головы. Что с того, если я спущусь? В самом деле, чего мне бояться, если рядом надёжные люди готовые защитить меня, стоит только позвать? Я глянула на сладко спящего брата. Он устал сегодня изрядно и вряд ли проснётся до самого утра, да я и ненадолго. Только узнаю, что может мне сказать эта бродяжка.

Решившись я скинула с себя полотно, облачилась в сорочку, сверху надев платье, торопливо собрала ещё влажные волосы в косу. Помощь мне и в самом деле нужна. Очень нужна и глупо хотя бы не узнать, что я ошибаюсь и старухе нужны были всего пару медяков, которыми я ещё недавно так дорожила. На них можно было купить краюху хлеба и кружку молока для Марсу! Но вдруг, если она и в самом деле скажет что-то важное? Любопытство взяло верх.

Взяв необходимое, я тихонько притворила дверь, заперев замок на ключ, который выдала мне служанка на время постоя, пустилась к лестнице.

Внизу так же было шумно, даже ещё больше. В основном столы занимали мужчины, но и женщин оказалось достаточно, и сразу было видно, что это путники, так же попавшие под ливень, как и наш отряд. Старуху я нашла на прежнем месте, будто она и не покидала его, а мне вдруг подурнело — уж не привиделось ли всё? И со мной никто не разговаривал там, наверху. А может это морок? Или колдовство? Страх всё же сжал рёбра и я, уже надумала вернуться, унести ноги подальше от незнакомки, запереться в комнате и лечь спать, но внутреннее чутью толкнуло меня вперёд, не позволяя отступить и бежать.

Стиснула зубы, набравшись храбрости, вышла из тени. Мне просто необходимо узнать, что она хочет мне сказать!

Приблизившись к ней, села напротив гостьи. Вглядываясь в тень лица что скрывала тряпка, видела только кончик длинного носа и вялые морщинистые губы. Непонятно улыбается она или сердито поджала синюшные губы? Но я кожей чувствовала, как её взгляд, цепко вонзился в меня. Кровь зашумела, сливаясь с общим гулом в питейной.

— Вы звали меня, — начала я, кладя локти на стол.

— Скорее ты звала, — усмехнулась бродяжка, опустила нос, помешав ложкой варево, взяв крепко узловатой, давно лишённой гибкости и вся в коричневых пятнах, рукой.

— Ты, кажется, что-то путаешь? — зря я пришла, она просто сумасшедшая, а я послушала.

— Ничего я не путаю, — отмахнулась старуха, поднеся ко рту ложку супа, отхлебнула. — Предупредить хочу, чтоб бежала ты, оторвалась от своих провожатых и бежала, сегодня же ночью, а лучше сейчас.

Я передёрнула плечами. Перевела взгляд за спину бродяжки, вглядываясь через духоту на постояльцев и поймала хмурого Грорса и весёлого раскрасневшегося Тавира, они не заметили меня и переговаривались о чём-то с остальными воинами, к тому же сидели далеко, прямо возле подавальни за широким стол, вокруг них суетились служанки, они хихикали и взвизгивали, когда кто-нибудь из мужчин щупал одну из девок.

— Ударила гроза, как чудовище решил пойти за тобой, — вдруг произнесла старуха, перехватывая моё внимание.

А вот теперь мне стало по-настоящему дурно.

— Кто-о? Мортон Ам..? — и тут же зажала язык за зубами — едва не проговорилась!

— Я тебе всё сказала, — отрезала старуха без эмоций.

Чудовищем мог быть только один человек, это Мортон Амгерр. Но как же так?! От мысли о нём сердце застучало под рёбрами тяжелей. Он ведь обещал отпустить? Или всё это был обман, и он решил мне дать лишь мнимую свободу, и нашёл предлог последовать за мной? Я скрипнула зубами от досады и злости, так что хотелось грохнуть по столу кулаком, но тогда я точно бы привлекла на себя лишнее внимание.

«Ладно, Грез, теперь нужно думать, что делать?» Глянула вновь на Тавира поджала губы, вернула взгляд на провидицу, что продолжала хлебать из миски суп, будто меня и не было рядом. А может и в самом деле меня сейчас никто не видит, может она наложила какое-то заклятие? Морок?

— Как я сейчас могу уйти, со мной мой маленький брат, а дороги развезло? — обратилась к ней, поддаваясь вперёд.

— Ты привыкла так считать и принимаешь неправду за правду. А ведь тебе говорил он, чтобы мальчишка остался. Теперь тебе будет тяжелее. Сама виновата, — протараторила провидица, бросив ложку в опустевшую миску, обтерла обмусоленным рукавом рот, потянулась за наполненной каким-то отваром кружкой.

Да что она несёт такое? Какая ещё "неправда"? Я начинала всё больше злиться. Старуха, отпив из кружки, застыла, уставившись на меня в упор.

— Ты ещё здесь? Чего расселась, собирай свои вещички и улепётывай, а я, так и быть, постараюсь скрыть твои следы.

Я вздрогнула, схватившись за узелок на поясе, вытащила пару монет.

— Возьми, — протянула по столу осторожно, чтобы никто из постояльцев что сидели поблизости не видел.

— Оставь себе, они тебе пригодятся больше, — брезгливо скривила рот, тряхнув седыми космами, будто я ей змей подаю, а не плату.

Сжав монеты в кулаке, выпрямилась.

— Беги, — грозно бросила старуха, подстегнув, и я не стала больше задерживаться, подскочила как ошпаренная с места.

Оглядываясь на королевских воинов, попятилась в тень, развернулась и пустилась обратно в комнату.

Отомкнув замок, ворвалась внутрь торопливо запираясь, будто за мной сам Тёмный дух гонится. Прислонилась спиной к створке. Отдышавшись, раскрыла глаза.

Марсу спал, мерно дыша и даже не шелохнулся, когда я вошла. Светлые Боги и что теперь делать? Выходит, Мортон, не сдержал обещание. Только что произошло, если Амгерр бросается в погоню к самой границе? В голове не укладывалось, мысли тяжёлым илом наплывали друг на друга и смешивались. Нет, рисковать я не могла, вновь попасть в его руки — смерти подобно, тогда мне точно не ждать свободы. Он вновь заберёт у меня брата и на этот раз, наверняка.

— Не допущу, — прошипела сквозь зубы оттолкнувшись от створки направилась к вещам.

Я собралась за долю мгновения, уложив все вещи обратно в сумку, одела спящего Марсу. Он и в самом деле сильно устал, что не захотел просыпаться даже, только в полудрёме раскрывал ресницы, позволяя себя одеть. И как Амгерр хотел отдать его на обучение, я не понимала. Чудовище он и есть чудовище.

Закутав брата в плащ, взяла его на руки, так что он положил голову мне на плечо, продолжал спать. Выскользнула в полутёмный коридор, осматриваясь, чтобы не встретить никого из служанок. Мужские голоса что раздались поблизости, когда я спустилась вниз, заставили меня вжаться в стену. Двое постояльцев вывернули из питейного зала и пройдя переход, они, не обратив на меня никакого внимания, вышли в дверь. По влажному сквозняку я поняла, что выход вёл на внутренний двор, пошла вслед за ними. Выпорхнув на крыльцо, я взмолила Светлой в благодарности — ливень стих и теперь с неба падали редкие капли, которые сразу попали мне на лицо и скользнули за ворот льдом.

Минув двор, заставленный повозками и каретами, прокрались через хлева, где фыркали лошади и благо никого из конюшенных я не встретила, свободно выскользнула в ворота, и, оказалась на дороге. Прихватив удобнее Марсу, укрывая плотнее его от мороси, пошла по накатанной тракту в неизвестном направлении. Главное уйти подальше и держаться реки, а там набреду на какую-нибудь деревушку. Наверняка внутри большого селения их множество.

— Грез, куда мы? — проснулся Марсу.

— Нам нужно уходить родной, — прошептала я ему в висок, прижавшись губами.

Нам не первый раз приходилось скрываться, и брат смолк, только крепче обхватил мою шею, и я знала, как он насупился в грусти. Конечно, он уже привык к воинам и у меня сердце сжалось, как ему сейчас тоскливо расставаться с ними.

— Всё будет хорошо, — прошептала я, утешительно держась края обочины.