Глава 30. Печать змеи

Фана осела на пол. Жизнь остановила свое движение для девушки. В ее мире больше не существовало коротких каштановых волос и зеленых глаз любимого мужчины. Фобос сверху внизу смотрел на сломленную девушку. Ему нужны были в данный момент помощники, а не слабые девочки.

— Итак, — Кларисса встряхнула шикарной шевелюрой, — нам нужны союзники.

— Предполагаю, что на нашей стороне могут оказаться Марианелла и… — Фобос сделал небольшую паузу, разрываясь между смешанными чувствами. Эмоции, испытываемые к Марии, были настоящими?

— Деймос, — закончила фразу Кларисса, уверенности принцессе было не занимать.

Это была борьба не на жизнь, а на смерть, ибо наследный принц являлся еще той нелегкой задачкой. Кому, как не бывшей (а она таковой была?) возлюбленной, а также близкой подругой всех принцев Четырех Королевств не знать Магнуса.

— Фана, милая моя, мы с тобой не в лучших отношениях, но предлагаю отложить военные действия и сойтись на временном перемирии, — Кларисса присела на корточки возле упавшей духом магички.

— Нет, мне не за что бороться, мой Грей умер, — Фана всхлипнула, опуская голову ближе к полу.

— Значит пришло время возмездия, — Кларисса положила ладонь на плечо Фаны и с усилием сжала, — Грея убил Магнус.

— Магнус? — девушка вскинула голову. — Ха, ты разыгрываешь меня.

Фана презирала Клариссу за напыщенность и чрезмерное величие к своей персоне, но лгуньей принцесса никогда не была, за что заслужила давным-давно каплю уважения. Фана шмыгнула носом.

— Магнус убил Аннет, — добавила золотоволосая красавица, — и убил Грея.

— Аннет? Ты себя слышишь? — Фана презрительно фыркнула, поглаживая мышек, которые кольцом осели возле нее.

— Фобос видел трупы, — опираясь на единственного свидетеля промолвила Кларисса, с отвращением поглядывая в сторону грызунов.

— Как можно верить маньяку-насильнику, — осуждающе протянула Фана, все еще презрительно фыркая.

Шестеренки уверенно крутились в голове девушки, анализируя ситуацию. Марианелла провела всю ночь вне стен комнаты, а по пришествию объяснила отсутствие и арест Деймоса, которого утащила королевская стража. Сейчас же Кларисса с Фобосом делились шокирующей ситуацией, якобы Аннет и Грея убил Магнус. Если Деймос спал всю ночь с Мари, то каким образом он улизнул с постели, не разбудив при этом до чертиков чуткую герцогиню?

— Вижу озарение, — ухмыльнулся Фобос, — я больше не маньяк-насильник?

— Ситуация была, не оправдан, но у меня в комнате сидит Мари, а Деймоса взяли под стражу, — собравшись по кусочкам произнесла Фана.

Она пообещала себе, как следует оплакать смерть любимого Грея, а сейчас Фана собиралась отомстить по полной программе за все гребанные грехи Магнуса.

— Я позову Мари, отморозок, — Фана обратилась к мышкам, нашептывая каждой найти, как можно скорее подругу и привести в комнату Клариссы.

— Королева крысиного королевства, — принцесса закатила глаза, натянув на лицо безупречную доброжелательную улыбку.

— Завидуй молча, — съязвила Фана.

*****

Деймос сидел в камере, выслушивая капанье воды со стен темницы. Он не мог двинуться с места, придерживая голову Марианеллы. На лице девушки застыла улыбка. Когда темный маг выберется от сюда, то вырежет всю королевскую семью до единого человека, захватит мир, возродит Темную Империю и будет править в одиночестве, если сейчас не поднимется и не разорвет глотки всему сущему.

Деймос позволял обходиться с собою как попало, ведь черноволосый был темным магом, способным иссушить остальных и повести за собою армию. Гнев постепенно возрастал в душе Деймоса, парализуя светлые эмоции. Ладони сжались в кулаки, являя миру черноту на кончиках пальцев в виде заостренных когтей. Из черных волос вылезли длинные, заостренные демонические рога.

— Ты не можешь умереть, — с болью в голосе процедил Деймос.

Он впился губами в безжизненные уста девушки, даря последний поцелуй отчаяния, горя и скорби. Деймос не успел сделать Мари счастливой, не мог позволить ей умереть, не здесь и не сейчас. Она, пожертвовала собой ради него – судьбу которого и не знала вовсе.

Исписанная тыльная сторона ладони отвлекла Деймоса от жарких поцелуев. На красивом золотом переплете появилась черная метка в виде змеи.

Марианелла вздохнула, скатившись с рук темного мага, чувствуя такой прилив энергии, который не ощущала ни в той жизни, не в этой. И была она баба-огонь, настоящая, останавливающая демона на скаку, забегающая в темницы темные и борющаяся со злом во всем зле!

— Ах да, это ты, темный маг, которому не сдалась такая же темная ведьма, потому что она очерняет твою чернейшую репутацию в глазах других, — саркастично подмигнула Мари застывшему Деймосу. — Ладно-ладно, умереть не вышло, к великому сожалению для тебя.

Деймос мгновенно сгреб в охапку, пикнувшую Марианеллу, прижал к себе и осыпал все, до чего мог добраться поцелуями. Ведьма даже как-то упала в шоковое состояние от такого напора и явной биполярочке.

— Ану убрал губехи свои, тьфу ты! — отпиралась руками от лица Деймоса ожившая Мари, в прямом смысле этого слова.

— Ишь чего захотела, ведьма, с демоном удумала спорить? — темный маг знал много языков, но выбрал язык фактов.

А факт был в том, что я правда была ведьмой, иначе, как объяснить, что Деймос вернул меня к жизни? Второй же факт, более очевидный, темный маг каким-то образом превратился в самого настоящего, живого, мать его, демона! Марианелла потянулась ручками к привлекательным рогам Деймоса.

— Соблазняешь? — шепнул ласково темный маг, впиваясь в шею непрошенными поцелуями, заставляя Марианеллу улетать на небеса.

— Никак нет, товарищ демон, между нами сугубо партнерские отношения, основанные на контракте, — отрицательно покачала головой Мари, вглядываясь в обозленные глаза темного демона.

Перегнула ли девушка палку? Возможно. Была ли она этому рада? Не уверена, но Деймос обязан прочувствовать кузькину мать на собственной шкуре, а то больно сделали, а по заслугам не получили. Не порядок, нарушаем.

— Контракт значит? Ну, если контракт на твою душу, то…

Стоп-стоп-стоп, когда это Мари успела продать, упаси боже, душу самому настоящему, живому с офигенным торсом, мягкими, чувственными губами… Забылась.

— Не правда, — протянула неверующе Марианелла, а тараканы в голове воспевали серенады.

— Видишь ли, у демонов иначе любовь-морковь обстоит, — начал оправдываться Деймос, — мы с тобой помолвились, помнишь?

— Помнишь, — смущено пролепетала девушка, вспоминая жаркие поцелуи.

— А помнишь подтверждение этому счастливому событию парные тату? — Деймос указал на тыльную сторону ладони когтистым пальцем.

— Помнишь… — абсолютно запутавшись ответила Мари.

— Вот этот знак означает, — он указал на черную змею, — что наши души созданы друг для друга.

Марианелла кивнула. Без меня значит, меня женили, а спросить забыли? Мари печально вздохнула, вспоминая, что она тут не о змейках поговорить пришла, а вызволять парня из тюрьмы.

— А волшебные слова?

— Я тебя люблю, ведьмочка, — прошептал эдакий соблазнитель, еще ушко, зараза, прикусил зачем-то.

— А мир спасать пойдем, дорогой? — с улыбкой произнесла Мари, чмокнув в щеку Деймоса.

— Не забудь добавить в список наших дел мои извинения и твое признание.

Мари и сказать слова не успела, как оказалась захваченная в плен крепких ладоней до синяков, сжимающих бедра и напористых губ, завладевших ртом девушки. Деймос посадил Мари на себя, а та обхватила ногами талию демона. Они неистово целовались, пока темница погружалась во вздохи и стоны. Деймос забирался когтистыми руками под легкое черное платье Мари, посылая волны электрических разрядов вниз живота.

Мари поглаживала новую для себя эрогенную зону темного мага – рога, но быстро спустилась руками на плечи парня, неистово ласкавшим шею девушки. Ей пришлось откинуть голову назад, раскрывая большую площадь для наслаждения.

Деймос оставлял кровавые подтеки и тут же зализывал их, сминая округлые бедра Мари. Темный маг задел кружевные трусики коготком и очертил контур, заставляя Мари томно выдохнуть.

Девушка впилась губами, лаская языком жесткие губы Деймоса. Она почувствовала, как темный маг спускается свободной рукой к животику Мари, поглаживая его, затем поднимается выше и сжимает округлое полушарие груди. Герцогиня застонала в поцелуе.

— Пи? — Марианелла с трудом отлипла от Деймоса и повернула голову в сторону источника звука.

— Надеюсь это срочно, иначе мне придется зажарить тебя на костре, — многообещающе улыбнулся демон.

— Пи, пи-пи, пи! — запикала мышка, явно нецензурно выражаясь.

— Ближе к делу, иначе…— Деймос поморщился и материализовал пламя в руках.

— Пи! Пи-пи, пи, — грызун, судя по всему, согласился на условия, а Мари, наблюдая данную картину считала, что минимум сходит с ума.

— Фана? — удивленно вскинул бровь Деймос.

— Пи, пи-пи, пи-пи!

— Магнус убил Грейсона и Аннет?

Марианелла выпала в осадок, как было при химической реакции на уроке, давным-давно, в школе. Деймос разговаривал с мышкой, при этом делал вид, что ведет активный, равноправный и вполне правдивый диалог. Герцогиня не первый раз задумывается о том, что попала в дом для душевнобольных и происходящее плод больного воображения Марии.

Крепкие, обжигающие руки демона, лежавшие в несколько неприличном месте, ласкали полушария с затвердевшими вершинками. Мари убрала шаловливые ручки, на что Деймос удрученно вздохнул, посматривая на мышку со скорбью.

— Жарить хомячка запрещается, — улыбнувшись и поправив достаточно нескромный наряд (ага, после многочисленному трещанию ткани, удивительно, что ЭТО вообще напоминало платье, каким и было).

— Пи!

— Мы слушаем-слушаем, — закатил глаза демон, явно не привыкший видеть мышку или хомячка (запутаться очень просто, глядя на пушистое создание), как важного посыльного.

— Пи… пи, — трагично завершила речь норушка.

Грация, грация! Какая душещипательная история, а конец-то разрывает сердца зрителей, они поднимаются с громкими овациями!

— Постой, Магнус убил Грея? Аннет? — мозг на время отключился, поэтому сказанная Деймосом фраза окончательно прибыла на место доставки.

— И видели это Кларисса под руку с Фобосом, — многозначительно сделал паузу демон.

— Бедная Фана, — Мари покачала головой, а глаза предательски защипало, в который раз! — Она так любит Грея…