Глава 34. В объятиях тьмы

Чертило охамел. Нет, ну надо быть полным придурком, чтобы такое сморозить. Марианелла знала, что защита ее жизни, конечно, превыше собственного счастья демона (по его скромному мнению), но она-то была счастлива с ним. Сейчас герцогиня расскажет, какое у него должно быть собственное мнение.

— Я думаю, что ты должен знать, — девушка начала спектакль, — хотела сказать тебе это лично…

Деймос клюнул наживку и обернулся к Мари.

— Я ухожу к Магнусу, — смело произнесла она, ухмыляясь, — ведьма всякому пригодится.

Сделав низкий реверанс, под ошалевший взгляд и бурю аплодисментов от тараканов в голове, а также мышек где-то в недрах академии, Марианелла направилась к выходу. Да не успела она пройти и пары шагов, как уже была прижата к стене Деймосом. Темный маг буровил взглядом черных, но только наполовину, глаз.

— Ты моя, ве-дь-ма, — низким басом с хрипотцой, по слогам произнес демон.

— Твоя-твоя, — согласна закивала герцогиня, успокаивающе поглаживая по вылезшим рогам Деймоса. — Что за хрень с тобой творится?

Темный маг взял себя в руки и убрал излишки, выдавающие его демоническую сущность. Он поднял в воздух Марианеллу и уселся на кресло, стоявшее возле камина. И снова они пришли к тому, с чего начали.

— Не все демоны темные маги, это огромная редкость, — тяжело произнес Деймос, перебирая в руках розовые пряди.

— Я уже давно поняла, что у меня особый экземпляр, — она указала на тыльную сторону ладони, где красовалась змейка.

— И это тоже, — кивнул демон, поморщившись, — тьма желает завладеть мною, но самое ужасное – она мечтает поглотить тебя.

— И что…— в горле Марианеллы пересохло, —… что опасного в этом?

Н-да, конечно, она бы не нашла засекреченной информации от самой госпожи тьмы в каком-то стандартном учебнике, предоставленный академией.

— Тьма забирает все: воспоминания, эмоции, характер, чувства, — перечислял Деймос, разглаживая пальцами межбровную морщинку Мари. — Оставляя бесформенную оболочку, где существует темная душа, не принадлежавшая тебе.

— Очевидно, что в темном демоне присутствует и магия такая же, но каким образом она хочет завладеть мною? — Марианелла не ас в магических совладениях душой и телом, но и дурой не была, ведь мага пленить не так-то просто.

Иначе светлые маги давным-давно числились в рядах красной книги, как те, кто боролся да побороть, мощи не хватило.

— Она уже в тебе, — Деймос коснулся проворной черной змейки, которая затаилась в сплетении помолвочном, как на тыльной стороне руки темного мага, так и в том же месте у Марианеллы. Девушка вздрогнула от электрических ударов, поразившее место прикосновения.

— Вот так просто? — вдруг напряженно прошептала она, сглотнув.

Ситуация казалось абсурдной, ведь герцогиня отнюдь не желала быть чьим-то носителем тьмы или, чего хуже – проводником! Хотя, Мари еще точно не решила, насколько одно трагичнее второго. Проверять как-то не хотелось, знаете ли… Это ж ни грипп, ни ветрянка, а… Темная магия, едрить ее за ногу.

— Но не моя, — успокоил ее маг, овладев трепещущей шее Марианеллы. А трепетать было чему, да только сложно фильтровалось девушкой тот всепоглощающий коктейль эмоций, взявший разум.

Она прерывисто дышала, пытаясь сосредоточиться на словах Деймоса, но мысли ускользали, словно песок сквозь ладони рук. Герцогине давалось это с трудом, особенно когда демон ловко снимал бретельки лифа, обнажая сочную грудь Мари.

— Стоять, — ведьма закрыла ладонью рот Деймоса, который уже стремился обласкать округлые полушария, — о какой тьме тогда идет речь?

— Хо, я думал ты знаешь, — демон вальяжно развалился в кресле, откидываясь на его спинку.

Конечно! Любой маг, будь он светлым или темным, взглянув на Марианеллу мог с точностью, да наоборот сказать, что максимум, чем владела герцогиня, так это фразами за триста, которыми раскидывалась направо… потом налево и прямо в морду!

Кинуть хотелось прямо сейчас, но Мари сдержала внезапный порыв.

— О чем ты? — взяв последний работающие извилины в руки, Мари прокашлялась и подтянула упавший лиф, дабы не искушать саму себя вернуться к начатому Деймосом делу.

— Ты ведьма, — ухмыльнулся темный маг.

Нет, Мари уже привыкла к своему характеру, острому языку и саркастичным шуткам. Она даже смирилась с тем, что неожиданно перешагнула от поглотительницы стихий до статуса «осторожно, ведьма», но чтоб у Деймоса поворачивался язык так просто оскорблять любимую женщину (а в этом ей нужно убедиться на сто процентов, ведь биполярное состояние демона уже порядком пугало герцогиню). Хотя, воспримем, как комплимент, че б нет…

— Знаю, и эта ведьма может поджечь твою хитрую задницу, чтобы ты излагался точнее, что имеешь в виду, — мило улыбнулась Марианелла, стреляя глазками.

— М-м-м, сладостный флирт от ведьмочки… — темный маг так и прильнул к пухлым губам Мари, которые она неоднократно покусывала.

— К делу, демон, — прикусив губу Деймоса, прошипела возбужденная герцогиня.

— Род Ворс специализируется на целительстве, — начал подводить к главной теме он, — откуда же могла взяться ведьма?

А и правда. Мари как-то особо не задумывалась об этом, как и о том, каким образом, аргументами и словами будет оправдываться перед ректором академии и деканом факультета за прогулы нескольких пар. Голова была забита спасениями, интригами, скандалами да расследованиями, куда уж запихнуть овладевание магическими искусствами? Некуда! Вот и Марианелле пришлось жертвовать важными знаниями.

— Хороший вопрос, — протянула Мари, разглядывая полумесяц.

— Ведьмы, откровенно говоря, не могут быть светлыми магами, — низкий бас сладостно достиг ушей герцогини.

— Ты хочешь сказать, что я такая же, как и ты? — а вот это уже было интересно.

— Поэтому тебе не было больно, когда я касался тебя, — голос Деймоса завибрировал и даже воздух стал невыносимо тяжелым после сказанной фразы.

— Целители не могут быть темными, ведьма не может быть светлой, каким образом вообще в семье могла родиться я, да еще и с таким арсеналом? — Мари легла на грудь Деймоса, проходя подушечками пальцев по черной хлопковой рубашке.

— Я прочитал, — темный маг кивнул в сторону любовного романа, — что в роде Ворс издавна рождались ведьмы по женской линии, а целители по мужской.

— Ты это узнал в любовном романе? — саркастично переспросила Марианелла.

Деймос изогнул бровь и взмахнул рукой, поднимая в воздух книгу. Несколько поворотов по своей оси преобразовали книгу в «Древние рода». Как удобно! А она, лошара последняя, думала, что парень читает, как должны вести себя главные герои с дамами сердца. Почерпнул бы чего полезного… И на что жаловалась Мари! Мужчина уже пересекал черту всех мечтаний и влажных фантазий женщин…

— Стой-стой, как это? — голос Марианеллы дрогнул. — Разве возможно такое смешение крови темных и светлых, не бывает каких-либо проблем?

— Передо мной сейчас сидит ярое доказательство того, что смешиваться можно, — в голосе Деймоса послышались нотки хрипотцы, — нужно…

— Мама и бабушка не имеют магических сил, — вдумчиво оповестила герцогиня, выуживая из памяти короткие эпизоды из жизни. — Как же…

Деймос заметно побледнел и впился руками в подлокотники. Марианелла затихла, медленно сползая с напряженного демона. Чернота равномерно распределялась по рукам темного мага и заполняла радужку глаза. Что же происходит, мать вашу? Мари крутила головой и металась по комнате в поисках чего-либо, способного вернуть в первоначальное состояние Деймоса.

Мужчина утробно зарычал. Марианелла испугано ойкнула, озираясь на кресло, где секундой раннее сидел мужчина, напоминающий простыню. Герцогиня попятилась, отступая к спасительным дверям. Ситуация не предвещала ничего хорошего, как и давящая тишина. Книга. Мари срочно требовалась книга с описанием всего, что разнюхивали когда-либо о темных магах, иначе останутся воспоминания о герцогине или чего хлеще – мокрый след.

Растеряв былую уверенность, Мари трясущими руками обхватила ручку двери и со всей присущей силой надавила на нее, рванув дверь на себя. Железная махина жалобно скрипнула и закрылась перед носом розоволосой ведьмы. Доигралась…

— Пять, — Мари испуганно взглянула на демона и едва не заорала от ужаса.

На нее смотрели черные голодные глаза темного мага. Он тяжело дышал и сдерживался из последних сил, о чем свидетельствовали капельки пота, стекающие со лба. Мари вжалась спиной в холодную дверь, ощущая лицом жар, подобный дымящей печке.

Почему он сказал «пять»? Марианелла перебирала сотни ситуаций, где применялась считалочка, но вспомнить игры с тьмой, способствующей летальному исходу даже для темного мага, было непросто, она бы даже сказала совсем уж затруднительно.

В который раз герцогиню пробило озаренье и недавняя шутка с салочками до ванной комнаты. Так Деймос частично соображает, раз смог выдавить из себя цифру, вполне логичную при закрытии двери.

По факту, ладно, предположительно Марианелле ничего не будет от темневшей тьмы, ведь она и сама владеет толикой (или какая там вообще часть у ведьм) магии.

Герцогиня выдохнула, решительно положив ладони на удивленного демона. Он-то в душе не удивился, чему активно верила Мари, а вот тьма порядком оторопела.

— Деймос, — прошептала губами девушка, подзывая мага.

Он боролся с захватчицей, но Марианелла знала, что обязана помочь демону сейчас, ибо самостоятельно справлялся он с треском. Девушка прикрыла глаза и инстинктивно потянулась своей тьмой к той, что разрасталась по телу наследного принца подземного царства.

Немой вопрос волной сметал уверенность Мари, но та пообещала выстоять до конца ради Деймоса. Даже не ради себя. Она осознавала, что никогда не хотела бы ощутить боль потери близкого человека. Герцогиня однажды потеряла все…

Тьма обожгла Марианеллу и она зашипела, чувствуя руки Деймоса на шее и талии. Ее и раньше пугала безграничная силища мага, но, чтобы Мари ощущала истязающую душевную боль при прикосновениях демона – это впервые. Тьма опускала гордость герцогини в собственные силы и макала лицом в лужу.

— Нет уж-ш-ш, дорогая, — подобно змее зашипела Мари, распахнув глаза и впилась в губы Деймоса, демонстрируя тьмушке особую связь демона.

Она-то понимала, что связь между нею и Деймосом была достаточно крепка. Он же демон, черт его за ногу. Демоны питают слабость к тем, к кому испытывают чувства ни сколько сексуального характера, сколько романтического. И если верить глазам темного мага, а не биполярным словам, то…

Чернота в глазах рассеялась и Мари увидела своего родного человека. Она оторвалась от страстного поцелуя, травмирующем чувствительные губы герцогини и вцепилась объятиями в Деймоса.

— Не смей, не смей отдаваться ей, — злостно и в то же время, всхлипывая, сказала Марианелла.

— Никогда, — пообещал демон.