Глава 11
Зачем бегать под холодным дождем, когда можно поддерживать форму, занимаясь танцами, — часто говорила Эрин. — Есть такая старинная мудрость: «Хочешь жить весело — танцуй».
После третьего гудка Витька ответил. Владимир мысленно взмолился, чтоб брат больше не злился.
— Да?
— Привет, извини за мое поведение, более детальное и искреннее раскаяние при личной встрече. Вить, помощь нужна…
— Ок, при встрече тоже выскажу все, что думаю о твоей вчерашней выходке. Что случилось?
— Сможешь посоветовать юриста по семейному праву и продажи совместного имущества, если такие есть?
— Ну, не скажу, что совсем такие, но я тебя понял. Что случилось? Зачем тебе в такое девять утра субботы?
— Объясню при встрече, родители уже проснулись?
— Отец уже уехал, у них сегодня собрание важное. Мама читает купленные тобой романы. Ты это серьезно? Ты ей их купил? Еще и десять за раз? Это же даже литературой назвать язык не поворачивается! Она меня упрашивала я не поддался…
— Ну прости, ты же знаешь, я не могу ей ни в чем отказать, когда она обижается, а тут и я со своим побегом и ночевками у Насти. Но сейчас речь не об этом, можешь маме трубку дать?
— А позвонить ей, не? Меня гонять обязательно? — проворчал Колдун, явно только вылезая из-под одеяла.
— С меня причитается, Вить — надо.
— Что случилось?
Судя по звуку, брат босыми пятками топал по паркету в комнату родителей. Нарочно громко, чтоб старшему было стыдно, от этого Владимир улыбнулся.
— Настя съезжает с квартиры. Совсем, — на другом конце присвистнули.
— Ок, потом спрошу. Мам, у Вовки вопрос жизни и смерти. Нет, тапки не хочу, и так хорошо. Мам!
Последовала возня, кажется, брат забрался на кровать с ногами, лишь бы от него отстали. После небольшой заминки, наконец, в динамике прозвучал голос матери:
— Что случилось, милый?
— Мам, доброе утро, ты говорила квартира на Московской сейчас не сдается. Все еще в силе?
— Да, я же ремонт хотела делать, а из-за больницы даже не начала.
— Отлично, сделаем тебе ремонт, можно я у тебя ее снимать буду?
— Что за ерунда? Ты съезжать надумал? Не дам!
— Ма! Нет, но надо, очень надо! Мам, дай Витьке ключи, прошу, я все потом объясню. Мам, я тебе бумажных романов еще куплю, только прошу — дай малому ключи от квартиры.
— Да что случилось? — спросила обеспокоенная мать, тут же по бормотанию на фоне брат сдал причину. — О, конечно, сейчас передам. А, может, ее к нам?
— Мам, еще раз говорю, мы не встречаемся. Спасибо, я все объясню вечером, ты лучшая мама на свете!
— Не подлизывайся, я хочу внуков!
— Мам! — Владимир засмеялся. — Верни трубку братцу, что секреты хранить не умеет.
— Хорошо, жду свои книги и детальный доклад о случившимся, — сказала она, впрочем, тут ж добавив: — И внуков! Внуков жду больше!
— Мам! — возмутился Инквизитор, но в динамике уже звучал смех Колдуна. — А ты ржешь чего, с тебя будто не требуют?
— Еще как требуют! У нас уже есть расписанные варианты имен внуков. Ладно, что еще? Куда тебе ключи привезти?
— К Насте, мы пока здесь собираем вещи. Еще не помешаешь ты с машиной.
— А сам? Я и машину могу одолжить, отец точно не будет против, особенно если ты пообещаешь ему внуков…
— Витька!
— Молчу, но про машину серьезно.
— Нет, спасибо, не сегодня, русские дороги еще не для меня. За сколько собраться сможешь?
— Дай хотя бы часа полтора, садюга. В полдвенадцатого точно будем, может и раньше. Давай, я Инну будить, собираемся и едем.
— Хорошо ждем.
* * *
Когда он вернулся в комнату, Инна уже не спала и собиралась.
— Как могу понять, мир? — спросила, улыбаясь, его невеста.
— Мир. Ему помощь нужна, собираемся и едем, а то я от любопытства с ума сойду.
— А что случилось?
— Аська съезжает с квартиры.
— Зачем?
— Вот я и хочу знать, я даже готов завтрак пропустить…
— Я тебе сейчас пропущу! Собирайся, я пока все приготовлю, — скомандовала Инна, его мелкий домашний диктатор.
Виктор засмеялся и притянул к себе девушку.
— Так точно, мой генерал!
— Так, товарищ главнокомандующий, — нечего мне тут! — в решении проблем и распоряжении семейного бюджета… Но тут мы еще посмотрим… А так же просто весомое слово за тобой, как главы семьи. Но, милый, что касается питания и чистоты в доме, будь любезен слушаться. Все понятно? — серьезно заявила Ведьма, деловито поправляя его волосы, что после сна явно торчали во все стороны.
Ну как с ней спорить?
— Так точно. Все, собираемся и — вперед, мы же быстро-быстро соберемся, правда?
Ему действительно не терпелось узнать подробности. Да и что говорить — он безумно скучал без брата. Все же была у них зависимость друг от друга. Это не было ни хорошо, ни плохо. Это факт.
— Правда, — наигранно закатила глаза Инна и рассмеялась, тут же поцеловав. — Все, бегом тогда собирайся, я готовить.
— Так точно, мой генерал, — засмеялся Колдун, целуя девушку, прежде чем выпустить из объятий.
И, естественно, за генерала почти сразу получил подушкой, на что не ответить он не мог. Военные подушечные действия заняли еще полчаса. Может, он и торопился, но ради таких моментов, мог бросить все. К тому же его ждет не самый приятный вечер и надо набраться сил.
* * *
— Леонов, я не знаю, что брать, — обреченно сказала Настя, сидя среди кучи коробок и вещей.
— Все бери, если что — потом выкинем или продадим. В зависимости от того, как тебе больше нравиться, — сказал Владимир, что как раз успел упаковать книги из второго книжного шкафа в комнате девушки.
Не их домашняя библиотека, конечно, но книг у подруги было немало. С тем, что половина, или даже больше, — фэнтези, научная фантастика и детективы, — а классиков среди этого буйства литературы очень мало, — он смирился еще в первые годы знакомства. Не самое страшное, особенно если учесть, что классику она с удовольствием таскала у него.
— Вов, а ты уверен, вообще? Это же…
— Так, Малышева, не возбухай, а собирай свои вещи! Или за тебя это сделаю я. Все ясно?
— Вов… — рыжая попыталась возразить, но Инквизитор сделал шаг к ней и одним движением поставил на ноги, заставляя смотреть в глаза.
— Значит так: первое, ты съезжаешь отсюда сегодня и точка. Я не хочу видеть, как ты страдаешь и мучаешься из-за этой женщины…
— Но она моя мать… — попыталась возразить, но под его взглядом замолчала.
— Второе, ты будешь жить в одной из маминых квартир. Поверь, район там хороший, тебе понравится. Квартира шикарна.
— Но платить…
— Цыц! Тебе слова не давали, платить буду я — не парься. Третье, мы продаем эту квартиру и ищем тебе новую. Где и какую, решим по ходу, ясно? — дождавшись кивка, он продолжил. — Четвертое, собирай все. Мало коробок — сейчас еще позвоним, привезут. Про машины и грузчиков не волнуйся, со всем разберусь и оплачу, главное — соберись. Это тоже ясно? — опять кивок. — Отлично и пятое, сейчас приедут Витька и Инна, будут нам помогать. Так что — не киснем и не сомневаемся. Мы с тобой, и бросать тебя никто не собирается, усекла?
— Ты псих, Леонов, — наконец, слабо улыбнулась девушка, отчего Владимир засмеялся и притянул к себе, поцеловал.
Черт со всем остальным — она его, и в обиду он ее не даст.
— Зато твой личный ручной псих. И сейчас в твоем пользовании, и на все согласный, так что лови момент, Малышева. Разрешаю.
— Ох, дошутишься, Леонов, — по-доброму улыбнулась Рысь, доверчиво прильнув к парню.
— А я не шучу, не все же тебе быть моим рыцарем без страха и упрека. Моя очередь и, как-никак, обязанность.
— Из тебя рыцарь так себе, знаешь ли, — не замедлила вставить шпильку подруга.
— Какой уж есть, — вздохнул в ответ. — Все, не отвлекаемся, собираемся.
Сказал и сам бессовестно поцеловал девушку, чувствуя все большую потребность в ней.
Как это объяснить, он не знал. Любовью их отношения назвать сложно. Они скорее друзья, хорошие друзья. Вот только Витька прав — друзей не целуют, и тем более не спят с ними.
Тогда, что это, черт возьми, за отношения, и как быть ему в этом случае?
Настойчивый звонок в дверь прервал все тяготы невеселых мыслей и заставил отпустить Рысь, чувствуя при этом сожаление и негодование.
— Нет, надо что-то с этим делать, — сам себе проговорил Инквизитор, когда Настя ушла открывать дверь.
* * *
Инна сидела с чашкой чая на диване, который еще не успели вынести приехавшие грузчики, смотря на творящийся беспредел. Инквизитор, явно не был тихим мальчиком, как его расписывала Ольга Петровна. А какую революцию он затеял в доме Насти — впечатляло.
Организовать переезд за три часа, да он гений внезапности!
— Так, Вить, будь другом, поезжай туда. Все выгрузят обратно — отправляй, — руководил Владимир, успевая указывать грузчикам, что выносить следующее.
— Старший, наглеешь, — улыбнулся Колдун, помогая Насте заматывать скотчем очередную коробку.
— Так, малой! А ну, руки в ноги и вперед! Вам там простор, заодно потренируетесь в расстановке мебели, скоро самим переезжать.
— Аська, усмири моего брата! Чего он командует?
Девушка, пожала плечами, мол, твой брат, я причем?.
— Так, а ну, не жаловаться! Настя, быстрее. Еще в кухне и ванной не все собрали. Ну, не спим.
— Леонов, хорош командовать, помогай! — и в парня полетел моток скотча, что тот ловко подхватил и как ни в чем не бывало сам стал заклеивать коробки.
Инна тяжело вздохнула, с тоской посмотрев на чай. Ей тут решительно делать было нечего, поднимать тяжелое ей запретили.
Запретили бы и Насте, только как хозяйка вещей, она не согласилась с этим и вовсю лезла помогать, хватая коробки, за что тут же получала от братьев, но позиций не сдавала.
Да и надо отдать ей должное, собиралась она быстро, сама бы Ведьма точно потратила на такое не один день, если не неделю или месяц. Да для нее даже просто взять и спонтанно собраться — невозможно, привычка все взвешивать и анализировать брала верх во всем и всегда. За что над ней всегда подшучивала мама.
— …А ну, не дурить!
Пока она погрузилась в свои мысли, Настя и Виктор успели устроить бой маркерами, которыми до этого подписывали коробки. Инквизитор по этому поводу возмущался, но сам при этом еле сдерживал смех.
Во всем этом дурдоме Инна чувствовала себя лишней. Особенно от того, что этих троих связывали такие теплые отношения — становилось завидно.
— Ин, угомони моего брата! А то он совсем обнаглел, — возмутился Владимир, повторяя слова Колдуна.
Вот уж точно, братья! Теперь она видела общее в мужчинах. Только сейчас верила, они похожи — непосредственностью и живым нравом.
— Так, а ну мою жену не втягивать! Аська, давай этому зануде усы нарисуем!
— А давай, — тут же согласилась, Настя и хищно улыбнулась. — Ты хватай, я рисую.
И начала наступать на Инквизитора. Виктор уже оказался рядом и готов был поймать, только эффект внезапности пропал, и старший брат уже проявлял чудеса скорости.
— Вы не посмеете!
— Еще как посмеем! — засмеялся Витька. — Чтоб не командовал!
— Нет, не посмеете.
— Посмеем, посмеем, — подтвердила Рысь.
Как они умудрялись бегать среди коробок и ничего не сносить — оставалось загадкой. Но у них получалось. Пока Владимир, которого уже окружали, не бросился к Инне, прячась за ее спиной, как за единственным спасением.
— Инна, спаси! Я все, что хочешь сделаю, спаси! — взмолился грозный распорядитель переезда.
— Хм, а если конкретнее? — улыбнулась Ведьма, придумывая желание.
— Все, что захочешь, только спаси!
— Так нечестно! — возмутился Витя.
— Все честно! — тут же парировал Инквизитор.
— Ах, так! Ин, я обижусь, на кровать не пущу! — строго сказал Колдун.
— Уверен? — Инна позволила себе торжественно улыбнуться — слабая какая-то угроза. — А я тут хотела показать обновление гардероба: красивое такое, кружевное… — Виктор замер и пару раз моргнул, явно обдумывая услышанное.
— Эй! Не смей капитулировать! — возмутилась Настя запуская в младшего близнеца скотч.
Но Колдун ловко увернулся и снаряд прилетел по вошедшему грузчику, рослому парню весьма немаленькой комплекции, что отреагировал весьма спокойно. Как видно, и не такое видел.
— Что следующее нести? — спросил работник, осматривая коробки и оставшуюся мебель.
Лишь на мгновение в комнате повисла тишина и под недоумевающие взгляды парня сменилась смехом.
* * *
Обшарпанный подъезд в доме исторического центра встретил запахом кошек и плесени. Виктор брезгливо поморщился и поднялся на третий этаж. Из десяти кнопок звонков он с трудом нашел ту, где гвоздем нацарапано две буквы «БГ».
Сам хозяин кнопки считал весьма остроумным, но на взгляд Колдуна, это было глупо.
Нажав на кнопку, Колдун тут же брезгливо попытался вытереть руку о джинсы — на пальцах осталось неприятное ощущения грязи и жира. Прошло около минуты, прежде чем за облупившейся деревянной дверью послышались шаркающие шаги и повернулся засов хиленького замка.
В проеме, освещенный тусклым светом лампочки, на площадке стоял сам БГ.
— Удивил, Колдун, не ожидал, — делая приглашающий жест, сказал мужчина в заляпанной футболке и семейниках со Спанч бобом, и при этом в шерстяных носках.
Ну да, зачем брюки если и так сойдет? Скрыть отвращение удалось с трудом, с его привитым чувством собственного достоинства и педантичности во внешности, такое юрист не прощал ни себе, ни другим.
— Обстоятельства, — как можно спокойнее ответил Виктор, не уверенно шагная в темноту коридора.
Гость тут же ощутил запах старых вещей, спирта, грязи и все тех же кошек. Под ногами отвратительно заскрипели половицы. Когда глаза привыкли к полумраку, взору предстал захламленный коридор с узким проходом, посреди которого светились два зеленых огонька. Как видно, та самая причина запаха в квартире.
На фоне не совсем чистого пола, — что было заметно даже в такой темноте, — меховой комок выглядел скорее монстром в заброшенном доме.
Особенно если поднять глаза на обвалившуюся штукатурку и свисающую проводку. Как здесь, вообще, жить можно? После такого осматривать всю квартиру даже желания не возникало. Хотелось сбежать и сжечь всю одежду, а самому забраться в душ и смыть всю эту мерзость.
— Да уж, явно недружеские чувства, — усмехнулся хозяин коммуналки. — Ты проходи, проходи. Извини, что темно — лампочка опять перегорела, я из принципа покупать новые не хочу, не моя очередь. Могу предложить чай, если желаешь.
— Давай обойдемся без этого. Сам понимаешь.
Чай? Да он издевается, в такой-то обстановке еще и есть!
— Ну да, куда уж благородному пить чай с такой челядью, как я… Машка, брысь! — прогнал БГ кошку.
Та, грозно зарычав, от чего сходства с монстром стало больше, шмыгнула прочь.
— Очень смешно, Гам, — шутку Виктор не оценил. — Прынц ты наш. И вообще, дело не в этом, меня жена ждет, — воспользовавшись моментом, что хозяин пошел вперед гостя, Колдун поморщился от отвращения, стараясь дышать реже и ртом.
Ботинки противно чавкали, то и дело, прилипая к грязному полу. Они тут слышали о графике дежурств, уборке и Мистере Пропере? Как можно жить в таких условиях? Как Гамлет тут живет? Ненормальный! К черту штукатурку и проводку, но грязь! Нет, однокласснику, конечно, всегда было наплевать на условия жизни, но это уже чересчур.
— Жена? У тебя?
Мужчина даже замер, чтоб повернуться, отчего Виктор чуть на него не налетел. Едва успел затормозить, брезгливо, отдергивая руки от всего вокруг.
— Я проспал и судный день и страшный суд?
— Очень смешно, — фыркнул парень, понимая какую славу смог заслужить среди друзей и знакомых, хотя БГ и прикалывался.
— Да, ладно! Но вериться с трудом, — хохотнул хозяин, открывая дверь в свою комнату.
В разрухе подъезда и квартиры, она казалась чем-то потусторонним. Подвесные потолки, хорошие обои, пластиковые окна на фасаде — как ему удалось это согласовать, непонятно, но за ценой вопрос у БГ никогда не стоял.
Весьма недешевая мебель и техника. Сооруженный второй ярус, где находилась кровать. Во всей обстановке сам хозяин терялся.
Виктор еще раз посмотрел на одноклассника. Перед ним стоял подкачанный мужчина, с весьма нелепыми очками на красивом, хоть и небритом третий день, аристократичном лице. Волосы торчали во все стороны, да и прикид: в трусах и носках.
Трудно было соотнести эту нелепость с тем, кем на самом деле являлся БГ — полное имя которого звучало как Богданов Гамлет Иосифович.
Гамлет никогда не был образцовым мальчиком и совесть его никогда не грызла. Но уму позавидовали бы и ученые. В сочетании с деловой хваткой и семейным влиянием, это порождало гремучую смесь.
По этой причине мальчик с шекспировским именем очень быстро нашел себя среди сильных мира сего — сначала в пределах школы, потом района, затем и города. Сейчас, может, и еще больше расширил круг своих «друзей-клиентов».
Насколько знали они с Владимиром, у БГ было что-то типа фирмы по предоставлению «услуг». Не считая ночного клуба. Не был Гамлет бедным, даже без поддержки именитого отца.
«Услуги» в его прайсе далеко не дешевые, весьма разнообразные и не всегда законные — с позиции очень хорошо знающего закон. Но зная Гама, он все препятствия с легкостью обходил.
Комната в коммуналке была больше капризом, или же прихотью, ибо оказавшись в ней, закрадывались сомнения, в адекватности одноклассника.
— Рассказывай, в чем проблема. Слышал, ты должность неплохую получил в компании.
— Отлично, про мою карьеру ты навел справки, а про свадьбу нет. Теряешь хватку?
— Да кто в здравом уме поверит, что ты женишься? Ладно — не суть. В чем проблема?
— Помнишь блондинку, Вика, она еще к одному из твоих клиентов клеилась.
— Фигуристая такая? А то не помнить, мне тоже от нее перепало, — Виктор поморщился от отвращения, как БГ-то с ней угораздило связаться. — Да, брось, не брезгуй, делов-то! Ты же не на ней женишься, надеюсь?
— Естественно, нет. Но вот она создает проблемы.
— Игнорируй, ты это умеешь. Чего решил ко мне обратиться?
— Она угрожает, и уже не только мне. Я хотел бы это проигнорировать, но сам понимаешь — она может.
— Ух, как ты попал, — хохотнул БГ, усаживаясь в компьютерное кресло, при этом жестом приглашая Колдуна на диван.
— Поможешь?
— А собственно, что ты хочешь? Я конечно, наведу справки, где смогу. Попрошу ребят припугнуть…
— Гам, реально нужна помощь. Если с Инной что случится — я не переживу.
— Ладно, Колдун, я все понимаю, но я не какой-то там криминальный авторитет.
— Я не прошу тебя ничего противозаконного, я прошу защиты. Твои «друзья» это могут обеспечить.
— За кого ты меня держишь? — наигранно возмутился хозяин.
— Гам, я серьезно.
— Ладно, выдохни, — великодушно махнул рукой БГ. — Помогу, притом эта большегрудая, давно на «особом» счету у «моих». Больно девочка зарвалась в последнее время. Планку повысила, цены взлетели. Не то чтобы «мои» не могут себе это позволить, но сам понимаешь — отдавать огромные деньги за некачественный товар, еще и б/у, мало кто будет.
Виктор мысленно выругался, и в душе даже появилась жалость к надоедливой блондинке. Сравнение с товаром, еще и б/у — явно не в ее пользу.
— Твою ненаглядную тоже немного поохраняем. Да и тебя, как понимаю, тоже.
— Что тебе для этого надо? И что должен я?
— Надо немного. Информацию о твоей жене, — на последнем слове БГ хохотнул. — А должен — забудь, я возвращаю долг, и так давненько это надо было сделать, но ты же гордый, пока не прижмет — не придешь. Все, забей, все организую, может, чай? У меня еще торт есть.
— Благодарю, но это лишнее. Сам понимаешь, да и вообще — друзья из нас и в школе были не очень, особенно без Вовки.
— Ну, тоже мне вспомнил! Ну подрались пару раз, ну, вызывали нас к директору, какая мелочь!
— Чай все равно не буду, уж извини, и вообще оденься ты уже, — усмехнулся Колдун, вспоминая те драки и походы к директору.
А ведь не скучно было, если подумать. Только вот сам Гамлет как вызывал, так и вызывает у него стойкую антипатию за свою неряшливость, сколько бы лет ни проходило. Да и странный он, как говорили еще в школе. Таким был и будет. Хотя от этого не переставал быть другом. Другом, что очень любил выводить из себя других.
— Ну, как знаешь, тебя приятно так выводить, — хохотнул хозяин комнаты и тут же забрался в джинсы. — Ты расскажи мне еще кое-что…
* * *
— Вот ты и привел домой Аську, — не удержался от подколки младший.
Они сидели на кухне, пока девушки обсуждали свои вопросы. Владимир вздохнул, день выдался сумасшедшим. Перевезти вещи оказалось не столь трудно, а вот навести порядок после переезда — сложнее.
Чай хотелось заменить чем покрепче, но даже пива дома не было. Отец был ярым противником алкоголя — в любое время, кроме праздников. Так что если и имелось что из спиртного — скорее спрятано у него в кабинете в баре. Еще была мамина коллекция вин, но хранилась под замком — от кого, братья никогда не понимали, но не спорили.
— Заткнись уже, сам знаю, — отмахнулся Инквизитор и посмотрел на Виктора. — Как Гам?
— Да как всегда, — покривился его не в меру брезгливый брат. — Как он там живет? Антисанитария полная!
— Он не ты. С его наплевательством ко всему, что не заставляет думать или не приносит денег, он и в подвале жил бы. Если можно было создать там условия.
— Не понимаю.
— И не понимай, оно тебе надо? Так что он сказал?
— Поможет, Вика и им уже надоела.
Если учесть, что девушка решила пойти путем угроз, вполне логично, что Колдун обратиться к бывшему однокласснику.
— Даже не удивляюсь — она и святому надоест. Я-то чем помочь могу тебе? Мне как-то все неудобно, за всю эту историю…
— Лучше бы за характер извинялся. История — черт с ней! Помутнее рассудка у всех бывают. А ты получил за характер, какого лешего упирался и дерзил? Вот надо было?
— Ну, прости, сам знаешь, характер у меня такой.
— Меняй!
— И не подумаю! Чего командуешь? Совсем осмелел? Кто тут старший?
— Ой, ой, смотрите, кто заговорил! — передразнил Виктор и засмеялся.
Как же не хватало этого смеха!
— Ладно, проехали, — улыбнулся Владимир. — С юристом подскажешь?
— Да без проблем! Завтра к ней скатаемся, она давно в гости звала, я все не мог вырваться.
— Только не говори, что твоя бывшая любовница! Вот не надо мне этого счастья!
— Да за кого ты меня держишь? Ей сорок давно, муж и дети: сын и дочь немногим младше нас. Мой куратор с первого курса, мировая тетка. Столько раз меня из передряг вытягивала, я и со счета сбился!
— Ого, я думал это просто тетя Ира была, а не юрист. Ты-то как ее симпатии и приглашения в гости добился?
— Очень смешно! Детишек ее не раз из неприятностей вытягивал. Где надо, дергал за ниточки, чтоб их не трогали. Баш на баш. У нее, кстати, своя фирма, она меня все к себе звала, но я предпочел свою нынешнюю работу.
— Да кто бы сомневался! Так, про агента придется говорить с мамой, — Инквизитор закатил глаза, представляя себе эту битву не на жизнь, а насмерть.
— Не боись. Есть один, я через него квартиру искал и оформлял. Грамотный и надежный — мне Сергеевич его контакты дал, его хороший знакомый и грамотный специалист.
— Блин, братец, ты становишься большой шишкой с кучей полезных знакомств. Сейчас женишься, дети. Все, исчезнет совсем оболтус, а мне что прикажешь делать? Тоже взрослеть и жениться? Я не хочу, да и не на ком.
— Вон — Аська, — махнул рукой близнец. — Чем не устраивает?
— Ты опять? У нас с ней не такие отношения. Да и заставь ее еще за меня замуж выйти, да мы вам тут третью мировую в миниатюре закатим. То ты нас не знаешь!
— Знаю, поэтому и предлагаю. Ладно, пошли уже смотреть, что наши девочки творят. Вдруг нам уже объявили войну, за то, что мы тут засиделись.
— Ну, ну, помню, что кому-то обещали сегодня «обновки» показать, так и скажи не терпится, — засмеялся Владимир.
— А ты не завидуй так явно, свою проси, — показал язык младший, вызывая новый приступ смеха.
Может и не повзрослеет он после свадьбы, а все остальное — видимость.
* * *
Настя прошлась по его комнате, разглядывая фотографии и какие-то сувениры на полках. Ей явно было не по себе. Да, у Владимира дома она ночевала нечасто, и обычно никого не было. А тут — все семейство в сборе, да и мама не упустила случая спросить, когда они поженятся.
— Не устаю удивляться твоей семье, она замечательная, — с тоской сказала Настя, крутя в руках статуэтку дракона, подаренную на двадцатилетие одногруппниками.
— Но безумная. Насть, не расстраивайся, все у тебя будет, — он подошел и обнял девушку, вновь ощущая тепло в груди и потребность быть рядом. — Все наладится, хорошо? Я рядом.
— Надолго? Ты же вернешься обратно в Берлин, и что тогда?
— Хочешь заберу с собой? Нашла проблему!
— Как кого? Брось, я не жена тебе и быть ею не собираюсь — больно хлопотно.
— Дождешься Малышева, утащу в ЗАГС. Хлопотно ей! Нашла причину. Радуйся, пока можешь!
— Повторяешься, Леонов, — хмыкнула девушка. — Давай спать, сумасшедший сегодня был день. Ты меня удивил.
— Надеюсь, в хорошем смысле?
— Да, ты и правда можешь быть принцем на белом коне.
— А можно все-таки без коня? Я как-то больше за железных и белый не люблю.
— Но вот видишь, — усмехнулась Рысь, — ты мне про ЗАГС, а сам до идеала не дотягиваешь. Да и где это видано принц с сережкой-черепом? Совсем беспредел.
— Так, а по чьей милости у меня вообще ухо проколото? И кто эту сережку мне дарил? Вот сниму и выкину!
— Я тебе сейчас выкину! Не сметь! Сказала — носить, значит носить, понял?
— Так! Что за диктатура? Девочка, ты не наглеешь?
— Еще чего, это вы сударь наглеете.
— Ах так? — Инквизитор рассмеялся и, подхватив девушку на руки, потащил на кровать, отчего та тихо пискнула. — Ну все, сама напросилась, — бросил Рысь на кровать и почти тут же начал щекотать. — Я тут наглею, понимаешь ли.
Потом наказание переросло в возню и бой подушками. Когда они, наконец, успокоились, часы на телефоне показывали два ночи, а они лежали на так и не расплавленной кровати, крепко обнимая друг друга.
— Вов, я тебя люблю, — тихо проговорила Настя, проваливаясь в сон, Владимир улыбнулся и, легко коснувшись губами ее лба, ответил тишине комнаты.
— Я тоже тебя люблю, — сон пришел быстро, а вместе с ним ощущение правильности всего происходящего.
* * *
— Я рада, что вы помирились, — Инна сидела на кровати с честно добытой в библиотеке отца книге.
— Мы не умеем с ним ссориться, это был рекорд, что мы не разговаривали. В прошлый раз сдались на второй день.
— Вот и хорошо. Мне жаль, что я стала причиной ссоры.
— Инна, — Виктор посмотрел на монитор и без сожаления перебрался к невесте. — Ты не виновата, у него просто отвратительный характер. И это тому виной, что ему понравилась — заметь не полюбил, а понравилась! — ибо он любит только Аську. А это давно диагноз неизлечимой болезни, только этого парочка не понимает. Так вот, что ты ему понравилась, мне это даже льстит, да ревную, но все равно льстит. Так, а что ты взяла почитать? — он деловито посмотрел на обложку — Джек Лондон, неплохо. — О, почитаешь мне? — и тут же поудобнее устроился, обнимая девушку.
— Сам же неплохо умеешь.
— Я это я! Но я люблю, когда ты мне читаешь или что-то рассказываешь.
— Хорошо, — Ведьма улыбнулась, открыла книгу и начала тихо читать. — «Прихрамывая, они спустились к речке, и один раз тот, что шел впереди, зашатался, споткнувшись посреди каменной россыпи. Оба устали и выбились из сил, и лица их выражали терпеливую покорность — след долгих лишений…»[2]
* * *
Стена освобожденных от вещей коробок возвышалась посреди комнаты. Настя, что-то бормоча под нос, почти пинками пыталась закрыть ящики комода, ломящиеся от одежды, скиданной тяп-ляп.
— Хозяюшка ты моя, пошли есть, — добро засмеялся Владимир после минутного наблюдения войны девушки и ящика.
— Хватит стебаться, — психанула Рысь и запустила в него первой попавшейся вещью из ящика.
Инквизитор ловко перехватил атаку, тем самым получив трофейный лифчик.
— О, это мне? Польщен, буду беречь, — театрально продемонстрировал и прижал к груди пойманный предмет гардероба.
— Блин, Леонов, отдай! — подскочила на ноги Настя и попыталась вернуть опрометчиво брошенное белье.
— Э, нет, нет, сама мне подарила! — он поднял руку вверх и рыжей девушке пришлось подпрыгивать в попытках дотянуться.
— Вовка, ну верни!
— А что взамен? — хитро улыбнулся Инквизитор.
— Р-р-р, а что ты хочешь?
— О, какой замечательный вопрос, — он засмеялся и свободной рукой притянул ее к себе. — Наверное, тебя.
— Очень смешно! Ты перетрудился Леонов, верни и пошли есть.
— А, может, нет, Малышева. Тебе-то откуда знать?
— А то я тебя не знаю! Затеял переполох, теперь у меня вся жизнь вверх тормашками. Ну поскандалила бы она и опять свалила, тоже мне проблема! Не впервой, вот зачем было вот это? — она вырвалась и обвела комнату руками. — Реально, Вовка, мне от этого страшно.
— Я сказал — я с тобой, что не так?
Владимир закатил глаза. Пятый раз за три часа. Это невыносимо. Она явно решила его довести.
— Ты уедешь, и что тогда?
— Так, Малышева, дай мне паспорт, сейчас же, — ну все, она напросилась.
— С какой стати?
— С такой! Ты едешь со мной, значит, пойдем оформлять все документы. А так как тебя не устраивает просто ехать со мной, поедешь сначала в ЗАГС.
— Ты с ума сошел? С чего это?
— С того это! Давай паспорт.
— И не мечтай! Тоже мне — благодетель нашелся!
— Малышева, дай паспорт, — требовательно повторил он.
— Леонов, нет.
— Я сказал, тебя не спрашивают — ты ноешь сильно много. Значит, надо.
— Я не ною!
— А что делаешь?
— Ты мою жизнь с ног на голову поставил!
— Вот и предлагаю взять всю ответственность на себя.
— Да пошел ты!
— О, я тоже тебя люблю. (3303c)
— Ненормальный!
— Какой есть, — кивнул он. — Все, быстро есть! Зря, что ли, курьер с ног сбивался, чтоб нам это принести?
С этими словами он подтолкнул девушку в сторону кухни. Тем самым ставя точку в напрасном споре.