Глава 38

Сволочь. Хотелось крикнуть это прямо ему в лицо. Но в горле все настолько пересохло, что оттуда вырывалось лишь свистящее дыхание. Я лихорадочно скользила глазами по залу в поисках выхода. Его не было. Ни окон, ни других дверей, ничего. Сзади, практически за моей спиной, раздался рев, и горячее дыхание коснулось шеи.

Рефлекторно я отшатнулась вглубь зала, падая и краем глаза замечая огромную, просто нереально большую кошку в два человеческих роста.

— Беонар, фу! — рявкнул маг, махнул рукой, и каменная дверь отрезала чудовищного зверя от меня. — Иллидия, дорогая моя, располагайтесь, чувствуйте себя как дома в моем скромном убежище.

Я попыталась встать, но ни ноги, ни руки после долгого изматывающего бега не слушались. Поэтому только отползла к стенке и прижалась к ней спиной. Казалось, все мое тело стало одним сплошным биением сердца: оно стучало в груди, ушах, даже кончиках пальцев.

— Ну-ну, — не скрывая довольной улыбки, Арол обошел стол, на котором стояли какие-то колбы, пузырьки и книги. — Не стоит так сильно пугаться. Да и на диванчике сидеть в разы удобнее.

Он указал на диван, обитый красным бархатом у стены рядом со мной. Все помещение было отделано в красных тонах. Бордовые стены, стол, стулья, комод и огромные книжные шкафы из красного дерева, а у дальней от меня стены — огромная, королевских размеров кровать с винного цвета бархатным балдахином с золотыми кисточками.

По стенам висели подсвечники с магическими свечами. Их свет отражался от зеркального потолка и тонул в абсолютно черной матовой поверхности гранитного пола.

Какая вульгарность.

— Привыкай, Иллидия, — он присел на краешек стола и сложил руки на груди. — Обживайся. Ближайший год ты отсюда точно не выйдешь.

От этих слов внутри все будто оборвалось, к горлу подступила тошнота. Я не понимала его. Какой ему от меня прок? Силы выдающейся нет. Вряд ли мои навыки по артефакторике настолько были важны и нужны ему.

— Что тебе от меня нужно? — процедила я, с трудом выдавливая слова.

— Сущая мелочь, — небрежно бросил он. — Ребенок.

Я думала, что мне до этого было страшно? Я преувеличивала. Страшно стало теперь, под его черным взглядом, в котором была похоть. Этот взгляд скользил по моему телу, заставляя волосы подниматься дыбом от ужаса и понимания того, что меня ждет.

— Ты не притронешься ко мне и пальцем, — прошипела я.

Я судорожно пыталась понять, что же мне делать. Бежать было некуда. Отбиваться… Ну даже если бы я смогла по благословению богов отбиться от мага, то мне отсюда было не выбраться. Единственная дверь отделяет меня от жуткого кошака, который слушается только мага.

Где же ты, Эдгарн? Ты обещал, что теперь найдешь меня где угодно!

— Ты сейчас так говоришь, милая Илли, — Арол сделал акцент на последних сновах. Он… знал. Он читал письма! — У меня есть поистине волшебный чай, тебе понравится. И после чая тоже понравится.

— Эдгарн тебя на мелкие клочки разорвет, ты же знаешь это, — я, наконец, смогла встать, но все так же вжималась в стену.

— Ох, мне страшно! А ты правда думаешь, что ты с моим ребенком в брюхе ему нужна будешь? Да его зверь тебя близко к себе не подпустит потом! — его противный смех раскатился по всей комнате.

— Почему именно я? — пытаясь сдержать дрожь в руках, я прижала ладони к стене.

Было холодно. Леденящий ужас пробирался под кожу и растекался по венам. Я никак не могла поверить в реальность происходящего. И неотвратимость.

— Ты так и не прочитала летописи, — покачал головой маг. — А там ведь все рассказано. Даже про меня запись была. Ну, косвенно, конечно.

Он развернулся, чтобы зайти за стол, и на миг обернулся. Перед глазами всплыла картинка из сна. Бородач, мужчина в красном плаще и беловолосый юноша. Этот странный, полубезумный блеск глаз… Арол!

— Это был ты! — шокировано выдохнула я.

Это было мое прошлое. Мой отец и чужие люди, которые принесли разрушения и смерть. Отец отказал им в чем-то, что они просили, и люди нарушили договор…

— Это был я и мой учитель. Твой отец не захотел отдать одну из женщин в жены Магистру, — что-то смешивая, Арол медленно рассказывал, приоткрывая для меня прошлое моей семьи. — Тогда он пришел с теми, кто забрал всех, даже девочек. Для себя, для удовольствий. Эх, не понимали они ценности ваших женщин.

Я прижала кулак ко рту. В голове всплывали кошмарные картинки того дня. Крики боли и страха, запах гари и крови.

— Только суалийкам боги ниспослали благословение усиливать в детях отцовскую силу, — мечтательно произнес маг.

— Так ты поэтому за мной таскался?

Его лицо искривилось в противной усмешке.

— Я очень, очень долго тебя искал. Видишь ли, моя магия несколько специфична. Все мои пять жён умирали во время беременности. Их просто съела моя сила, — он развел руками, и колба выпала из его рук и разбилась.

Маг осклабился и прервался только на совершенно неприличное ругательство, а потом продолжил рассказ, начав заново смешивать жидкости.

— Мне нужна была именно суалийская женщина — они устойчивы к развивающейся внутри них силе. Но вот беда, к тому моменту, как я это понял, их больше не оставалось. Так все думали, — он приподнял уголки губ, будто делился со мной своей самой сокровенной, очень важной тайной. — Но я-то понял, что тогда маленькую девочку-дочку вождя не нашли.

Я зажмурилась. Обжигающие капли, катившиеся по щекам, скапливались в уголках губ и оставались на них соленым вкусом. Но как же было горько… Я слушала, получая ответы на вопросы, окружавшие меня всю мою жизнь, не прерывала мага. Но отчаянно думала о том, что если столько лет боги хранили меня, то, может, и сейчас я смогу найти выход.

Рука с меткой горела жаром, но этой боли было далеко до той, что пылала в груди.

— Я нашел тебя в колледже для одаренных детей, — снова погрузился в воспоминания Арол. — С каким трудом мне удалось устроиться туда ассистентом преподавателя. Я разыграл такую потрясающую партию с обидой, обманом, унижением. Девчонки оказались очень ведомыми и мечтающими самоутвердиться за чужой счет. Даже записку написал и встречу у дуба организовал.

Колба снова выскользнула из рук мага. Точно! Мое проклятие действовало! Но в этот раз он остановил магией и прищурившись посмотрел на меня. Понял.

— Я должен был появиться в твоей жизни как спаситель. Должен был забрать тебя с собой, — озлобленно процедил он. — Но тут вмешалась эта ревнивая драконица с ее влиятельной семейкой. Они быстро просекли, что ты оказалась истинной парой для Фавори и их договорной брак под угрозой. Кто ж знал, что тебя отправят в этот пансион. Никаких следов, ничего. Вот я и следил за Фавори.

Демоны. В мыслях все смешалось. Как же так? Столько лет я жила, веря в то, чего не было. Столько лет я лелеяла в себе ненависть… Не к тому.

Маг больше не стал брать в руки колбу, а жидкость перемешивал магией. А потом, удовлетворившись результатом, направился ко мне.

— И не зря. Он нашёл тебя, — нависнув надо мной, Арол закончил фразу: — Для меня. А теперь я должен убедиться, что он не успел тебя тронуть.

Я вжалась в стену и попробовала сдвинуться в сторону, чтобы сбежать. Маг, больно впившись пальцами в мое запястье, дернул руку на себя и полоснул по ладони непонятно откуда взявшимся ножом. Крупные бордовые капли упали в колбу. Жидкость окрасилась в белый и начала светиться.

Арол довольно кивнул. Неужели тогда, в кабинете он тоже проверял… меня? Неужели с той крошечной капли на книге? Стало до тошноты противно.

— Отлично. Превосходно! — не отпуская мою кровоточащую руку, он больно сжал мой подбородок, заставив смотреть на него. — Ты. Сейчас. Выпьешь. Чай.

— Сам пей его! — сквозь зубы выплюнула я ему в лицо.

— Не будешь добровольно пить, залью в глотку насильно. И возьму тебя так же, — он сильнее сжал мое лицо и ещё больше запрокинул голову.

— А с тобой иначе ни одна женщина и не ляжет!

— Болтливая дрянь! — маг наотмашь ударил меня по лицу.

В глазах потемнело, а очнулась я уже на полу. Он схватил меня за волосы и поволок к кровати. Я хватала его руку, царапала ногтями до крови. Но все было тщетно. Маг швырнул меня на кровать.

Не знаю, откуда я все еще черпала силы. Наверное, в тех отчаянии и ярости, которые бушевали во мне. Я сгруппировалась, попыталась сбежать, но меня моментально вернули на место. Маг щелкнул пальцами, и завязки кисточек с балахона распустились, чтобы обвить мои руки и распять на кровати.

— Будь умницей, открывай ротик, — он поднес к моим губам стакан с чем-то вязким и пахнущим полынью.

Я только сильнее сжала губы, чем спровоцировала очередную пощечину. И жидкость все же полилась мне в рот. Захлебываясь слезами и этим противным пойлом, я жалела только об одном: о том, что я не могу в лицо сказать Эдгарну, как была не права и попросить у него прощения.

Я зажмурилась в надежде больше не видеть ни эту комнату, ни мага, просто отключиться и ничего не чувствовать. Спустя мгновение, длившееся дольше вечности, я оказалась прижата к кровати тяжелым мужским телом, а губы накрыл противный мучительный поцелуй.

Мне хотелось покинуть тело, чтобы не чувствовать сальные, похотливые касания рук мага. Ладони мага задрали платье и до боли сжали ягодицы.

“Эдгарн. Спаси меня. Я… люблю тебя”.